Св. Лука для меня особенный святой, у меня для этого много причин. Когда бываю в Симферополе - всегда захожу помолиться у его мощей. Сегодня публикую короткий, на одну страницу, рассказ о св.Луке писателя Я.Шипова, все книжки которого, кстати, тоже с удовольствием всегда читаю и всем рекомендую.
Святой
Есть такой тип церковных тетушек: ездят с прихода на приход, ссылаясь на чьи-то благословения, передают батюшкам приветы неведомо от кого, поклоны от незнакомых братии и сослужителей, и рассказывают всякие новости: рассказывают, рассказывают... Ну, думается, коли уж такие тетушки есть, наверное, они зачем-то нужны. Впрочем, не знаю. А один старый архиерей, - кстати, весьма серьезный философ, - называл их: «шаталова пустынь» и утверждал, что они, напротив, ни для чего не нужны. Поди, разберись тут... И вот три таких тетушки заявились в храм к моему приятелю, когда мы как раз собирались уезжать в Троице-Сергиеву лавру. «Благодать-то какая, - говорят, - и нас возьмите!» Посадили их на заднее сиденье. Дорогою двое из них тараторили, не переставая. Сначала сказали, что приехали по рекомендации Виктора из Псковских Печор, с которым приятель мой будто бы служил в армии. Тот вспоминал-вспоминал, и что-то плохо у него получалось: немудрено - все ж таки прошло тридцать лет... Потом нам поведали, что у диакона Николая из какой-то епархии родился четвертый сын, а у протоиерея Петра - восьмая дочка. Мы очень порадовались за отцов, о существовании которых даже не подозревали, и которые, между тем, настругали столько детишек. Далее начались рассказы о мироточениях и других чудесах, перемежавшиеся разными сплетнями, так что пришлось тему разговора сменить: - А что это подружка ваша молчит? - спросил мой приятель. - Да она только начала воцерковляться: ещё стесняется батюшек, - в суетливости своей они не заметили, что добродетельную скромность поставили человеку в укор... Однако тут же набросились на попутчицу с уговорами и увещеваниями. Некоторое время она сопротивлялась, повторяя: «Да кому это интересно?» - но в конце концов, согласилась рассказать какую-то свою историю. Дело происходило в конце пятидесятых годов, когда рассказчица была студенткой. Жила она тогда в Симферополе. Случилось с ней сильное недомогание, и отвезли её на «скорой» в больницу. И вот лежит она в приемном покое и час, и другой, и третий... Сознание временами стало покидать её, а возвращалось все реже и реже... Вдруг сквозь мглу, сквозь пелену видит она: спускается по лестнице старичок в белом халате. Медленно спускается, осторожно, перила цепко так перехватывает... Подошел он, склонился над ней, - а глаза у него - белесенькие, словно слепые. И спрашивает дежурную медсестру: - Давно привезли? - Часа три, наверное, если не больше. - А почему не оперируют? - Партсобрание ведь! Отчетно-выборное! Не велели тревожить ни в каком крайнем случае. Он приказал: - Быстро в операционную! - и добавил: - Ей осталось жить двадцать минут... Здесь сознание снова покинуло умирающую. Очнулась она уже в операционной: на стене висела икона Пресвятой Богородицы, и слепенький старичок молился перед этой иконой... - Я успела подумать, - вспоминала рассказчица, - что мне страшно не повезло: мало того, что хирург - слепой, так ещё и время теряет, хотя сам сказал, что осталось двадцать минут. И вдруг я - безбожница, комсомолка, выбросившая бабушкины иконы, - взмолилась: «Пресвятая Богородица, спаси!» Я знаю, что говорить не могла - рот у меня пересох, и губы не шевелились: я обращалась к Богородице мысленно, но старичок, подойдя ко мне, сказал: «Не тревожься - спасет»... Операция прошла замечательно, и больную через несколько дней выписали. Спустя годы узнала она, что оперировал её Симферопольский архиепископ Лука - великий хирург Войно-Ясенецкий... Такая история. В лавре мы с приятелем занялись своими делами, а тетушки отправились восвояси. Впоследствии рассказчица стала монахиней одного из женских монастырей. А подружки её все снуют и снуют по приходам.Священник Ярослав Шипов