Часть 1. Границы мертвой зоны и артефакты путей
Когда-то здесь кипела жизнь. Это был форпост цивилизации, вгрызавшийся в глухую тайгу. Природа просто отступила на шаг, а когда деньги кончились, то всё. Пятьдесят лет тишины — и нет цивилизации. Только ржавчина, гниль и краны мертвые
Первым на пути к депо вырастает мертвый индустриальный пояс: пустые огромные складские ангары с разбитыми окнами, в которых угадывается прах советского снабжения
Сразу за ними возвышается неработающий железобетонный завод. Его красные, растрескавшиеся бетоносмесительные башни похожи на бастионы брошенной крепости
Запустение здесь не статично. Ржавчина въелась во всё. Медленно, но верно рыжая окалина покрывает портальные краны и рельсы. Металл от сильного удара осыпается бурой пылью
Территория, больше всего похожа на заброшенную Зону посещения. Вдоль подъездных путей застыли покосившиеся армейские кунги — грязно-зеленые металлические будки. Колеса их давно сгнили, железо покрылось ржавчиной, а сорванные двери обнажают пустые внутренности
Влажная гниль - хозяин складов и подсобок. Пропитанное креозотом дерево шпал и брус стен превратились в труху. Сгнившие перекрытия не выдерживают веса зимних снегов, и крыши ангаров одна за другой рушатся внутрь
Разгрузочный механизм, немного похожий на исполинского богомола, застыл над путями. Оборванные тросы качаются на ветру, издавая глухой, надрывный скрежет
Мешки с цементом. Точнее, то, что от них осталось. Бумажная упаковка сгнила и рассыпалась, а содержимое схватилось намертво. Они так рядами и лежат, аккуратно, на поддонах. Теперь это не строительный материал, это стена, которая теперь вообще ни для чего не нужна
Прямоугольная табличка, на ней все еще читаются трафаретные, черные буквы: "Граница пути необщего пользования", когда-то она даже освещалась. Граница, которую она охраняла, стерлась: тайга и болотная сырость не читали советских инструкций
На земле валяется другая табличка содержащая одно короткое и властное слово "Поднять". В железнодорожных атласах прошлого этот указатель имел совершенно прозаическое значение — он требовал от машиниста поднять нож снегоочистителя или закрыть крылья локомотива перед сужением пути. Теперь этот знак лежит текстом к небу, как немой приказ, обращенный в пустоту. Но поднимать здесь больше нечего, да и некому
Уходим глубже в эту мертвую зону, двигаясь по тому, что когда-то именовалось железнодорожным полотном. Между шпалами проросли тонкие стволы молодых деревьев. Пропитанное креозотом дерево, призванное служить десятилетиями, местами превратилось в губку
Среди ржавчины и болотной жижи появление бабочки на распустившемся одуванчике выглядит совершенно неуместно
Выглянувшее солнце подсветило отлитые в металле четкие, выпуклые буквы на шейке рельса: "КМК им. Сталина 1954 г." Кузнецкий металлургический комбинат, середина прошлого века, разгар послевоенного освоения Севера. Люди, ставившие это клеймо, верили в то, что эта надпись переживет века. Сталь действительно уцелела. Теперь этот рельс всего лишь удобная сухая тропинка для муравья посреди сырого леса
Одна из железнодорожных веток, упирается в глухой тупик. Сперва появляется прямоугольный щит — дорожный знак "Остановка локомотива"
Сразу за предупреждающим знаком, появляется тупиковый упор — грубая, конструкция из толстых, почерневших от времени бревен, сплоченных в виде огромной буквы «Н». Финал стального пути. Прямо от подножия упора начинается хмурое северное болото. Черная, маслянистая вода, окружает основание подгнивших столбов
Оставляем в стороне мертвый тупик и болотную трясину.
У насыпи, наполовину скрытый ветками ивняка, стоит железный шест. с покосившимся знаком в виде андреевского креста, предупреждавший водителей о приближении к путям. За ним открывается вид на заброшенную автомобильную заправку, на фасаде опустевшего операторского здания красуется нелепая надпись: "Огнеопасно". Последняя инстанция человеческого страха перед стихией выглядит абсолютно беспомощной
Очередная глухая стена, но на этот раз — металлическая. На воротах грубыми мазками белой масляной краски, выведено: "ГСМ". Нанесенная когда-то вкривь и вкось, сегодня эта надпись выглядит как наскальный рисунок исчезнувшей цивилизации. Обрезки труб, гнилые доски и скомканные листы кровельного железа превратились в оборонительную баррикаду
По соседству ржавые ворота шиномонтажного цеха. Судя по их исполинским размерам, цех предназначался для обслуживания больших грузовиков или тяжелых тягачей сейчас абсолютно пуст
Недалеко, в зарослях полярного ивняка, доживают свой век несколько кабин от грузовиков ГАЗ-53 и ГАЗ-66. Эти округлые металлические коробки похожи на черепа доисторических животных.
Неподалеку ржавеет кабина пожарной машины. Ее тревожный ярко-красный цвет еще не потускнел. Служба, которая когда-то должна была спасать этот таежный форпост от огня, теперь сама медленно и беззвучно тлеет в тишине Зоны
На бетонной стене жестяная табличка с наивной надписью: "При пожаре звонить 2-01". Короткий внутренний номер из прошлой жизни, когда здесь еще работали коммутаторы, тянулись провода и кто-то мог прийти на помощь
На земле стоит пустая цистерна с насквозь проржавевшими боками. На ней крупные трафаретные буквы: «Питьевая вода», рядом примостилось торопливое ведомственное дополнение мелким шрифтом: «приспособлена для пожаротушения». Емкость, призванная хранить жизнь и бороться со стихией, теперь сама пуста, дырява и беспомощна
Обугленные стены кирпичного одноэтажного строения — бывшей караулки или диспетчерской. Судя по уцелевшей кровле, его успели потушить. Вот только после этого пожара оно оказалось никому не нужным. Наспех заколоченные досками окна сгнили, из проема выбитой двери пахнет застарелой гарью и мокрой золой
К обгоревшей стене сиротливо притулился советский дорожный каток ДУ-50. Его тяжелый, массивный корпус все еще сохранил яркий, ядовито-желтый цвет краски. Огромный стальной валец катка на треть ушел в мягкий грунт. Машина, созданная для того, чтобы уплотнять грунт и укладывать ровный асфальт цивилизации, сама капитулировала перед здешней почвой
Последним рубежом на пути к выходу стоит будка трансформаторной подстанции. На ограждении молния и выцветшая, грозная надпись: "Стой! Опасно для жизни". Однако смертоносная сила давно покинула эти провода. Трансформатор внутри выпотрошен мародерами, а в замочные петли калитки кто-то лениво, чисто символически воткнул сухую деревянную палочку — просто для того, чтобы ржавая калитка не распахивалась от порывов ветра. Высший уровень опасности, запертый на обычную таежную ветку
Продолжение следует. В следующей части: "Часть 2: Обитаемый тупик"