Глава 29
Когда Чэнь Мяо вышел из дома Лу Ляньнина, с момента ухода Гу Чэня прошел уже час, поэтому он не ожидал столкнуться с агентом на углу улицы. Гу Чэнь сидел на водительском сиденье автомобиля, припаркованного возле фонарного столба.
Собака, проходя мимо, подняла лапу и пометила столб. Чэнь Мяо проезжал мимо, крутя педали своего сломанного велосипеда, пыхтя и отдуваясь. Увидев Гу Чэня, он даже не понял, что агент специально его ждет.
Чэнь Мяо ухмыльнулся, сверкнув белыми зубами, и поприветствовал Гу Чэня проезжая мимо. Однако тот окликнул его.
Как только Чэнь Мяо сел в машину, агент закурил и полностью открыл окно, приоткрытое до этого лишь наполовину. Без всяких предисловий Гу Чэнь сразу перешел к делу:
— Почему из гостиной Лу Ляньнина пропало так много вещей?
Выражение лица Чэнь Мяо было трудночитаемым. После минуты молчания он ответил тихим голосом:
— Он вышел из себя и все разбил. Уборщица не успела заменить вещи сегодня утром.
— Он разозлился? — Гу Чэнь усмехнулся. — Ты его спровоцировал?
— Как я раньше не замечал, что ты такой способный? Знаешь каких усилий стоило Сяо Мину залезть к нему в постель?
Агент дважды стряхнул сигаретный пепел с края окна, и тот рассыпался по кузову машины.
— Е Хэ был возлбленным Лу Ляньнина еще со времен старшей школы. Но после того, как он пришел в индустрию развлечений, то почувствовал, что не может получить от Лу Ляньнина никаких благ, поэтому переспал с режиссером. Лу Ляньнин узнал об этом, и поэтому теперь питает к нему такую лютую ненависть.
Эти слова показались Чэнь Мяо слишком внезапными, и несколько бессвязными. Он не испытывал никакого интереса к Е Хэ, так как при каждой встрече с ним — не происходило ничего хорошего. Однако кое-что в словах Гу Чэня его все-таки оставило в недоумении.
— Почему Е Хэ не мог получить никаких благ, оставаясь с Лу Ляньнином? — спросил Чэнь Мяо, приподняв веки.
Гу Чэнь взглянул на него со смешанными чувствами:
— Не все могут быть такими, как Лу Ляньнин. Даже избегая публичности, не участвуя в развлекательные шоу и рекламе, и уделяя все свое внимание исключительно актерской игре — он все равно получает сценарии. Его поддерживает семья Лу. И хотя глава семьи в настоящее время игнорирует его, для Е Хэ все обстоит по-другому. Высшее руководство нашей компании до сих пор не уверено, что делать с Лу Ляньнином — поддерживать его, или наоборот — подавлять. Встать на сторону отца или сына. Прямо сейчас ни одно из решений не кажется мудрым. А вот для Е Хэ вообще не было никаких шансов. Он не мог получить никакой помощи от Лу Ляньнина. Но Е Хэ такой человек, который точно знает, чего хочет. И не удивительно, что он нашел свой собственный способ добиться успеха. За эти годы множество людей пытались сблизиться с Лу Ляньнином. Даже если они не могли получить от него каких-то благ — они все равно могли уйти с солидной суммой денег. В конце концов, Лу Ляньнин все еще очень богат.
Гу Чэнь сунул окурок, который держал в руке, в маленьку коробочку внутри машины, а затем посмотрел прямо на Чэнь Мяо:
— Мне все равно, какие у тебя цели. Если ты ищешь легких путей и для этого забрался к нему в постель — я больше ничего не скажу. Но если нет, то советую тебе подумать еще раз.
Тон Гу Чэня, звучавший почти как искренний совет, в сочетании с многозначительным взглядом — вызвали у Чэнь Мяо замешательство. Складывалось впечатление, будто его о чем-то предупреждали.
К тому времени, как Чэнь Мяо вернулся в свою дешевую квартиру, уже стемнело. Он сварил лапшу в бульоне и быстро проглотил ее.
Когда Чэнь Мяо сел, острая боль пронзила его задницу, поэтому он снова встал. Но резкое движение только усилило боль, и мужчина сжал зубы.
Позже, когда Чэнь Мяо стал готовиться ко сну и снял штаны — он заметил на них пятна крови. Мужчина встал с кровати, сменил трусы, а чтобы сэконить на электричестве — даже не стал включать свет.
Стоя у засаленного окна, Чэнь Мяо склонился над красным пластиковым тазом, оттирая штаны на стиральной доске. Когда он поднял глаза, то увидел в небе полумесяц.
Лунный свет лился из окна, и Чэнь Мяо, опустив голову, натирал мылом два маленьких кровавых пятна на своих штанах.
Склонившись он потер ткань еще несколько раз, но снова почувствовал боль в заднице. Звуки его резкого дыхания и царапанья ткани о стиральную доску заполнили ночь.
Проснувшись этим утром Чэнь Мяо думал, что боль была терпимой, но видимо поездка на велосипеде усугубила ситуацию.
Мысли Чэнь Мяо вернулись к тому, что этим вечером сказал ему Гу Чэнь.
Мужчина не мог не задаться вопросом, как что-то столь изнурительное можно считать легким путем. Ему было бы легче выдержать бесконечные требования Лу Ляньнина, и готовить ему по десять раз на дню, чем снова пройти через это.
Тем временем, Лу Ляньнин лежал в своей большой кровати, и ворочался с боку на бок, поскольку воспоминания о прошлой ночи не давали ему спать. Внезапно у него пересохло в горле, поэтому мужчина выпил стакан ледяной воды, благодаря чему почувствовал себя немного лучше.
У Лу Ляньнина впереди было десять дней отдыха, и он решил провести их на частном острове в Европе.
Приняв предложение Юй Жэня сняться в фильме, он хотел расслабиться перед началом съемок, потому что потом у него не будет времени на отдых.
Лу Ляньнин начал размышлять о том, кого взять с собой.
Обычно он приглашал Сяо Мина, но прошло уже довольно много времени, а он так и не удосужился найти ему замену.
В этом момент мысли Лу Ляньнина вернулись к Чэнь Мяо. Он вспомнил его сдержанные стоны прошлой ночью, и завтрак, который он приготовил утром.
Будучи бетой, Чэнь Мяо был сильным и выносливым — после ночи мучений у него все еще оставались силы, чтобы на утро приготовить завтрак.
С другой стороны — омеги часто скулили от боли, и отказывались вставать с кровати после того, как переспали с ним.
Поставив стакан на стол, Лу Ляньнин решил взять с собой Чэнь Мяо. Это было удобно.
Чэнь Мяо поехал с Лу Ляньнином в Европу. На палубе, у больших панорамных оког, на песке — везде оставались следы их переплетенных тел.
Лу Ляньнин утверждал, что Чэнь Мяо слишком смуглый, и решил намазать его солнцезащитным кремом, который взял с собой. Но после нескольких прикосновений все пошло не по плану.
Они израсходовали три или четыре флакона смазки, но флакон крема от загара остался едва использованным.