Интервью со Стасом Давыдова

Стаса Давыдова, ведущего YouTube-канала «This is Хорошо», с полным правом можно назвать настоящим ветераном новых медиа. Карьеру на YouTube он начинал в 2010 году в числе немногих русскоязычных блогеров, которые решили заняться этим направлением по-серьезному. Недавно Стас с десантом коллег посещал Минск и согласился побеседовать с нами о том, как все начиналось и как иногда хочется махнуть на все и «потюленить за компом».

Звездной карьере и 6 млн подписчиков Стас Давыдов обязан компьютеру и доступному интернету, которые появились у него где-то в 2001 году. Компьютер тогда был с «пробегом» от предыдущего хозяина и объемом жесткого диска в 1,18 ГБ. Но он был скорее не средством развлечения, а инструментом коммуникации, который в IRC-чатах позволял найти единомышленников.


Интервью

— По сути, вся команда «This is Хорошо» познакомилась в IRC-чате на местных латвийских каналах о рок-музыке. Какое-то время до YouTube я и сам играл. В интернете проводил очень много времени. Но это время было связано с активностями: с сообществом рижских «жэжэшников» мы организовывали флешмобы, акции, парады мыльных пузырей и прочее. По большому счету интернет я использовал для социального общения, коммуникаций, в результате которых была офлайн-активность.

— Даже в 2010 году русскоязычный YouTube был в неком зачаточном состоянии. Что подтолкнуло к созданию собственного канала?

— Мы начинали уже командой. Виталик Голованов позвал Сержа Федоренко с предложением: «Почему бы не начать мутить в интернете?» А так как я занимался всякими активностями вроде КВН, косплея на аниме-фестивалях, то сценического опыта хватало. Мне и предложили вести эту программу о странных и вирусных роликах в сети.

На тот момент идея была абсолютно странная. Мы из Латвии смотрели на YouTube в основном западные каналы, где все это активно разрасталось. По их подходу было видно, что для людей это единственный род деятельности. Хм, наверное, они как-то на этом зарабатывают. Мы не понимали как, но была надежда, что и у нас получится. Уже через полгода стали получать первые деньги с YouTube через американскую «партнерку», которая только-только начала подключать русскоязычные каналы.


— Даже в 2010 году русскоязычный YouTube был в неком зачаточном состоянии. Что подтолкнуло к созданию собственного канала?

— Мы начинали уже командой. Виталик Голованов позвал Сержа Федоренко с предложением: «Почему бы не начать мутить в интернете?» А так как я занимался всякими активностями вроде КВН, косплея на аниме-фестивалях, то сценического опыта хватало. Мне и предложили вести эту программу о странных и вирусных роликах в сети.

На тот момент идея была абсолютно странная. Мы из Латвии смотрели на YouTube в основном западные каналы, где все это активно разрасталось. По их подходу было видно, что для людей это единственный род деятельности. Хм, наверное, они как-то на этом зарабатывают. Мы не понимали как, но была надежда, что и у нас получится. Уже через полгода стали получать первые деньги с YouTube через американскую «партнерку», которая только-только начала подключать русскоязычные каналы.

— Вспоминая YouTube той поры, можно назвать только пару каналов, которые на регулярной основе делали видео. Было ли сложно начинать и раскручивать все это из неизвестности?

— Было страшно и непонятно. Не было примера, каких-то пособий. Просто скидывали ролики друзьям, они делились ими со своими друзьями. На тот момент это было что-то свежее, новое, поэтому оно хорошо расходилось и через социальные сети.

Да и каналов было не больше десятка: Руслан Усачев, Макс Голополосов, что-то начинали делать «Игромания» и Kanobu. У людей особо-то и выбора не было, что посмотреть. У тех, кто начал первым, естественно, было определенное преимущество.


— Бывают моменты, когда хочется махнуть на все рукой и неделю «потюленить» дома за компьютером?

— Иногда хочется, но это свойственно любой работе. У нас она хотя бы отличается разнообразием. Да и мы нормировали рабочие дни, стараемся по выходным уделять время себе.

Случаются моменты, когда устаю, вспоминаю работу в магазине радиоуправляемых моделей, где был начальник, а мне достаточно было хорошо выполнять определенные функции. Но эти мысли быстро проходят. Разнообразие все-таки берет верх. Мы ведь гибкие — когда что-то надоедает, можем легко это поменять внутри коллектива, снимаем другие ролики. Они нестандартны для канала, но по душе нам.

— Канал ориентирован на русскоязычную аудиторию. Сам ты из Латвии. Смотрят на родине?

— В Латвии много русскоговорящих, но благодаря тому, что здесь есть и не русскоязычное население, в Риге живется куда спокойнее: можно свободно гулять по улицам, ходить в магазин. Раз в день узнают, но это абсолютно не напрягает в отличие от Минска, где в один момент мы поняли, что пора валить.

До какого-то момента считал, что я полностью русский. Но после того как мы начали регулярно ездить в Москву, осознал, что в нас очень много балтийского, мы отличаемся по менталитету. Мы куда спокойнее, законопослушнее. Даже люди из рекламного агентства, с которым мы работаем, переучиваются пристегиваться на заднем сиденье.

И в том же языковом плане. Мы говорим на русском, латышском, английском. Когда начали плотно общаться с носителями русского языка, то поняли, что у нас много в использовании белорусских, украинских, польских слов. Ту же шуфлядку в России мало кто знает. У них это выдвижной ящик. Ужас! Сложно, длинно. Шуфлядка куда как экономнее.

— Насколько популярность и богатство коррелируют в контексте русскоязычного YouTube?

— Ни один «ютубер» не является прям уж богачом, но на этом можно неплохо зарабатывать. Мы обеспечиваем большую команду людей зарплатами, однако сами в деньгах не купаемся: определили себе конкретный заработок, которого хватает на жизнь, а остальное вкладываем в аппаратуру и новые проекты. Приятно быть работодателем в своей стране.

Конкретно над «This is Хорошо» работает семь человек. Часть из них задействована в других проектах, занимается не только съемками и монтажом. У нас есть еще и текстовые проекты, магазин брендированных вещей, система поддержки авторов. В сумме 12 сотрудников.

Правда, город за последние десять лет сильно поредел. Молодые и амбициозные выбрали заграницу для реализации. Лично для меня это даже хорошо: на улицах стало спокойнее и тише. Но в плане экономики все довольно печально. Страна погрязла в таком легком постсоветском летаргическом сне. Здесь нет остатков СССР, однако есть синдром винить во всем Советский Союз. Здесь очень много политических партий, которые не пытаются решать проблемы, а ищут виноватого. И чаще всего им оказывается СССР. А надо бы уже отбросить все это и развивать то, что есть.

Карьера Блогера

Первоисточник- https://tech.onliner.by/2017/06/22/stas-davydov