Глава 58
Цинь Чжишэнь считал себя вспыльчивым, и до этого он не раз ввязывался в драки.
И единственным человеком, который ему не нравился с самой первой встречи, и эта неприязнь не исчезла со временем, а только усилилась, был Бай Еси.
Цинь Чжишэнь был охвачен гневом, но прежде чем он успел что-либо сказать Бай Еси, его остановил кто-то, только что подошедший.
Бай Еси кивнул госпоже Ши в знак приветствия и отнёс свою чашку с водой в кухонную зону. Цинь Чжишэнь не хотел ничего показывать перед старшими. К тому же госпожа Ши явно хотела расспросить его о последних делах, поэтому они отошли в более тихий угол.
— Твоя мама только что мне звонила... — госпожа Ши вдруг замолчала. — Хм? Что случилось с твоей рукой? Ты ранен?
Цинь Чжишэнь взглянул на руку и заметил пятно крови на своем белом рукаве. Он небрежно потянул за рукав и сказал:
— Ничего страшного, просто царапина. Переоденусь, когда вернусь.
— Откуда это взялось? Это серьезно? Может, отвести тебя перевязать? — нахмурилась она.
— Ничего страшного, я сам обработал рану. Просто одежда немного испачкана. — Цинь Чжишэнь улыбнулся и сказал. — Врач только что зашел в палату Сяо Нина, вам следует сначала навестить его.
Госпожа Ши взглянула в сторону палаты, в ее глазах мелькнула неуверенность. Однако она не ушла. Немного подумав, она спросила:
— Сяо Шэнь, скажи мне, возможно ли, что кто-то знает о твоих отношениях с нами и целенаправленно преследует тебя?
Цинь Чжишэнь был тайно отправлен в Хайчэн семьей Цинь. В Яньчэне об этом знали немногие, и в Хайчэне тоже об этом не говорили. Но Цинь Чжишэнь с детства выделялся, часто появлялся на публике, поэтому его часто узнавали.
Семья Ши тайно позаботилась о его содержании, но не рассказывала посторонним о своих отношениях с семьей Цинь, опасаясь непредвиденных последствий.
Именно по этой причине они не стали оставлять Цинь Чжишэня в доме семьи Ши. Но сейчас семья Ши находилась под значительным внешним давлением, и было трудно гарантировать, что кто-нибудь ничего не узнает и не создаст проблем, навредив Чжишэню.
Вот почему госпожа Ши задала этот вопрос.
— Нет, правда. — немного смущенно ответил Цинь Чжишэнь. — Боюсь, вы посмеетесь надо мной, если я расскажу, но у меня был небольшой конфликт с одноклассником, и это травма, полученная в драке.
Госпожа Ши на мгновение замолчала, но его выражение лица выдало его самого, поэтому она утешила его:
— Что тут смешного? Это серьёзный конфликт с одноклассниками?
— Это пустяк, уже решено. — ответил Цинь Чжишэнь.
Видя, что он не хочет вдаваться в подробности, госпожа Ши не стала настаивать, лишь напомнив:
— Если это повторится, не забудь рассказать тёте или обратиться к учителю. Не ссорься с другими, будь осторожен, чтобы не пострадать.
Цинь Чжишэнь послушно ответил, небрежно размышляя.
«Эти конченные трусы из 4-й средней школы, если я им на этот раз преподам урок, они, вероятно, больше не посмеют упоминать имя Ши Циннина».
Пока они разговаривали, у Цинь Чжишэня зазвонил телефон. Он не собирался отвечать, но тут услышал, как госпожа Ши сказала:
— Это, должно быть, твоя мама. Она только что сказала, что хочет тебя видеть.
Цинь Чжишэнь достал телефон, и, конечно же, звонила его мама.
— Да, только что из школы, ещё нет... Что случилось?
Раздался мягкий, нежный голос на другом конце провода:
— Вчера этот маленький гений из семьи Цзянь выиграл первый приз на конкурсе моделей. Твой дядя сказал, что он самый молодой обладатель этой награды. Если отбросить всё остальное, эта награда действительно ценна для поступления в лучшие университеты.
Услышав про «маленького гения» из семьи Цзянь, у него возникло плохое предчувствие, и, конечно же... Значит, этот парень не пошёл на математическую олимпиаду, а принял участие в этом?
— Дорогой, ты слушаешь? — продолжала говорить госпожа Цинь. — Кажется, через два месяца будет ещё один подобный конкурс. Награды довольно престижные. Ты не хочешь снова поучаствовать?
Цинь Чжишэнь ни секунды не колебался:
Госпожа Цинь сделала вид, что не слышит, и с энтузиазмом сказала:
— Заинтересовался? О, ты же не знаешь, когда мы с твоим отцом спрашивали, семья Цзянь так воодушевилась, что даже порекомендовала нам учителя, который преподает их маленькому гению. Я слышала, что на этого учителя очень трудно записаться, плата очень высокая, и столько людей ждут своей очереди. Только благодаря тому, что семья Цзянь договорилась и предоставила нам время для занятий, у нас появилась эта редкая возможность. Не хочешь вернуться и попробовать?
...Бай Еси! Любой, кто хоть немного разбирается в этом, догадался, что это дело рук Бай Еси.
Цинь Чжишэнь скривил зубы от ненависти.
Поскольку госпожа Ши была рядом, а старший сын семьи Ши, только что прибывший, тоже стоял неподалеку, Цинь Чжишэнь едва сдерживал эмоции.
— Нет, я еще немного побуду здесь. — вздохнул он.
В этот момент мимо проходил Бай Еси, возвращавшийся с водой. Он встретил испепеляющий взгляд Цинь Чжишэня, затем изобразил то же недоумение, что и раньше.
Затем Бай Еси спокойно отпил воды и медленно ушёл.
Цинь Чжишэнь подавил желание показать ему средний палец, всё ещё разговаривая по телефону:
— Я не вернусь. Да, мам, не надо больше...
Ши И, наблюдая за реакцией этих двоих, нахмурился.
Что-то показалось ему странным.
— Сяо И, отведи Сяо Шэня на перевязку позже. Он поранился. Я сначала пойду проверю Сяо Нина.
После ухода госпожи Ши И вдруг услышал голос.
Он обернулся и увидел Цинь Чжишэня, стоящего за углом и разговаривающего по телефону. Хотя тот говорил потише, Ши И всё равно его услышал.
— Я просто не хочу снова возиться с переводом в другую школу... Не выдумывай.
Через некоторое время Цинь Чжишэнь повесил трубку. Его лицо потускнело, ясно показывая, что он сильно раздражен.
Не в силах отказать госпоже Ши, Цинь Чжишэнь и Ши И спустились вниз, чтобы перевязать его раны. Молодой господин Ши всегда был серьёзным и немногословным, к чему Цинь Чжишэнь привык.
Но как только они вышли из лифта, он вдруг услышал, как этот мужчина сказал:
— Тот, кто тебе нравится, это Сяо Нин?
Цинь Чжишэнь был так потрясён этим вопросом, что чуть не споткнулся и не упал.
Будучи молодым и неопытным, он не мог хорошо скрыть свои чувства. Цинь Чжишэнь даже начал заикаться:
— П-почему вы вдруг это говорите?
Когда Цинь Чжишэнь по телефону отрицал наличие отношений, это звучало совсем неубедительно.
Настолько неубедительно, что у него на лице едва ли не крупными буквами было написано:
Что ещё важнее, были его отношения с Бай Еси.
Хотя Ши И недолюбливал Бай Еси, он прекрасно понимал, что тот всегда был человеком осторожным, расчётливым и сдержанным.
Так почему же именно к Цинь Чжишэню он относился настолько враждебно?
Причина могла быть только одной из двух: либо Цинь Чжишэнь был соперником в любви, либо...
Ши И медленно произнёс, и в его голосе даже звучала едва уловимая нотка надежды.
— Или... тебе нравится Бай Еси?
Молодой господин Ши спросил с исключительной искренностью, словно он немедленно устроил бы им свадьбу, если бы Цинь Чжишэнь ответил «да».
Однако Цинь Чжишэнь не только не ответил «да», но и побледнел, словно увидел приведение.
А ответ прозвучал сквозь стиснутые зубы:
Теперь Ши И был уверен в ответе. Но его настроение ухудшилось. Значит, он теперь стал соперником в любви.
Тогда чего именно хотел Бай Еси?
Ши И вспомнил общение своего младшего брата с Бай Еси в последние несколько дней, их непоколебимую дружбу и неосознанную зависимость брата от него. А теперь действия Бай Еси... Будто он пытался изгнать Цинь Чжишэня со своей территории.
...Неужели он хочет окружить Ши Циннина и оставить его только для себя?
После празднования дня рождения старого господина Фу семья Ши оказалась во всё более шатком положении в Хайчэне.
Под давлением семьи Ли семья Ши всё ещё казалась несколько изолированной и беспомощной. Однако из-за неоднозначных отношений с семьёй Цзянь семья Ши казалась довольно загадочной для посторонних.
Независимо от того, как это воспринимали посторонние, сотрудничество семьи Ши возобновилось, работа шла в обычном режиме, и дела шли гораздо лучше, чем раньше.
На самом деле, некоторые подсчитали, что семья Ши не понесла никаких реальных потерь. Предыдущие потрясения затронули в основном финансовое положение семьи Ши, но изначально семья Ши начинала с производства медицинского оборудования.
По сравнению с постоянно меняющейся финансовой отраслью, реальная экономика имела более стабильную основу.
В последние несколько дней, по мере улучшения внешней ситуации, Ши И, отвечающий за финансовые инвестиции семьи Ши, был занят больше, чем раньше. Ему приходилось заниматься различными застопорившимися и накопившимися делами кооперативов, работая почти днем и ночью.
Когда Ши И наконец закончил свою работу, а его младшего брата выписали из больницы, он вернулся домой вечером. Госпожа Ши тоже была дома и как раз проверяла вес Ши Циннина.
— Ну что, не похудел? Мне кажется, ты всё-таки сбросил вес.
— Нет. Ни на грамм не похудел. Я сегодня утром взвешивался. — уверенно ответил Ши Циннин.
— Правда? — удивилась она. — Тогда, милый, взвесься сейчас и покажи маме?
Ши Циннин закрыл глаза и плюхнулся на диван, притворяясь уставшим и не желая вставать:
— Я не хочу взвешиваться, это слишком хлопотно.
Длинноволосый парень, сидевший по другую сторону дивана, посмотрел на него, протянул руку и обнял Ши Циннина за талию и плечи.
Ши Циннин, чувствуя щекотку, прижался к его груди и засмеялся:
Тот, однако, был очень серьёзен:
*87,35 斤 (цзиня) примерно соответствует 43,7 кг.
Ши Циннин был ошеломлён, глядя на него:
— Откуда ты знаешь... Как ты это рассчитал?
— На ощупь определил. — ответил Бай Еси.
Под взглядом госпожи Ши Циннин попытался возразить:
— Ладно. — быстро исправился Бай Еси. — Я соврал.
Ши Циннин уже собирался вздохнуть с облегчением, когда увидел, как Бай Еси повернулся к его матери и сказал:
— Я просто видел цифру, когда он взвешивался.
— Сяо Нин. — мягко улыбнулась госпожа Ши. — Я и так думала, что ты меня обманываешь, но не ожидала, что ты похудел ровно на два цзиня.
В итоге Ши Циннину всё-таки не удалось избежать наказания. Причём под раздачу попал и Бай Еси.
— Сяо Бай тоже похудел. Вам обоим сегодня нужно съесть полторы порции ужина, и вам нельзя вставать из-за стола, пока вы не доедите.
Красивое лицо парня помрачнело, когда он попытался поторговаться:
— Мам, мне ещё после ужина нужно оставить место для лекарств...
Такая шутка должна была бы стать тёплой семейной сценой, но Ши И, подходивший к нему, тайно нахмурился.
Его реальный вес, с точностью до двух знаков после запятой...
Бай Еси помнил даже это, но не госпожа Ши.
Когда она увидела, как её старший сын вернулся и она поздоровалась с ним. Ши И ответил как обычно, не выказывая никаких эмоций.
Только когда она пошла на кухню готовить с домработницей, а Ши Циннин получал сообщения от одноклассников и переписывался, Ши И подошёл к Бай Еси и сказал:
— Помоги мне перенести кое-какие вещи из машины.
Бай Еси последовал за ним из виллы во двор. Но Ши И не пошёл в гараж. Вместо этого он направился к тихой, закрытой теплице.
Бай Еси замер, но всё же последовал за ним.
Они вошли в теплицу. Ши И некоторое время молчал, как и Бай Еси, который просто молча смотрел на пышные листья мяты, растущие неподалеку.
После долгой паузы Ши И подошёл к двери и запер её.
Внутри остались только они двое, недалеко друг от друга.
— Прошу, спрашивайте. — ответил Бай Еси.
Он оставался очень вежливым. Эта учтивость внушала приятное чувство уважения... Если бы Ши И не знал истинного происхождения Бай Еси. Это был не первый раз, когда Ши И разговаривал с Бай Еси, но он понял, что ситуация выходит из-под контроля.
— До появления госпожи Цзянь я не знал, что у молодого господина Бая еще более влиятельное семейное происхождение.
— Какое дело имеет мое происхождение на то, что я делаю? — опустил глаза и спросил Бай Еси.
— Не имеет? — внезапно спросил Ши И. — Тогда кто довёл Цзянь Жэня до банкротства?
Он вдруг упомянул этого давно известного негодяя, потому что Ши И понял, что Бай Еси делает это не в первый раз. В то время Цзянь Жэнь был выбран региональным агентом, и его карьера стремительно развивалась. Даже семье Ши было трудно его сдерживать. Однако, в конце концов, Цзянь Жэнь был полностью разорен огромной суммой денег из Австралии.
— А Цинь Чжишэнь? Из-за кого его семья раз за разом пыталась убедить его уехать из Хайчэна?
Пусть степень давления на этих двоих была разной, но цель выглядела поразительно похожей.
— Конечно, за помощь семье Ши в истории с Цзянь Жэнем и за поддержку семьи Цзянь в недавних событиях я лично очень благодарен тебе. — сказал Ши И. — Но я должен сказать одну вещь. Мой младший брат, Ши Циннин... самостоятельный человек. У него есть собственные мысли, собственная воля. Он принадлежит самому себе. Он не чья-то собственность.
Бай Еси некоторое время молчал, его глаза слегка потускнели, прежде чем он наконец заговорил.
— Никогда не думал? — Ши И медленно вздохнул, чтобы подавить нарастающее внутри него смятение. — Всех, кто пытается сблизиться с ним, ты отталкиваешь. А сам постоянно находишься рядом с ним, знаешь его распорядок дня, историю болезни, предпочтения... Ты даже его вес помнишь до двух цифр после запятой.
Такую внимательность можно назвать заботой. Но когда она окружает человека безмолвно, незримо и ежеминутно, это уже нельзя оправдать одной лишь любовью. Это становится чем-то, от чего пробирает дрожь.
Узнав происхождение Бай Еси, Ши И уже почувствовал тревогу.
Семья Ши не могла сравниться ни с семьёй Бай, ни с семьёй Цзянь.
А когда он понял, как именно Бай Еси относится к Ши Циннину, это окончательно задело его за живое.
— Ты так хорошо его знаешь. Ты отсекаешь все остальные возможные варианты. А что потом? — грудь Ши И тяжело вздымалась. — В итоге он окажется заперт внутри плана, который ты для него построил?
Во время зимних каникул в больничной палате Ши И увидел через стекло Бай Еси, склонившегося над Ши Циннином на кровати, и его длинные тёмные волосы ниспадали, словно шёлк. Тогда Ши И ещё не предполагал, что однажды это впечатление окажется настолько пророческим.
Кадык Бай Еси медленно дрогнул.
Ши И ему не поверил. Он просто не мог поверить.
— Даже если ты сам так считаешь... сможешь ли ты действительно это сделать?
Никто не мог остановить молодого господина, которого обожали семьи Бай и Цзянь. Если бы дело дошло до этого, Ши И не смог бы этого остановить, как и вся семья Ши.
Или найти способ оставить его рядом.
Для Бай Еси всё это было бы невероятно легко.
Поэтому Ши И должен был сегодня, прямо сейчас поговорить с Бай Еси.
— Слишком многое связано с твоим происхождением, молодой господин Бай. — голос Ши И был слегка хриплым. — Перед переводом в другую больницу кто-то собирал информацию о Сяо Нине. Это связано с семьёй Цзянь?
Ши И не знал правды, но эти методы были за пределами возможностей любой влиятельной силы в Хайчэне. И семья Цзянь тоже не могла быть абсолютно единой.
В больших семьях слишком глубокие воды.
Бай Еси не ответил прямо, лишь сказал:
— Если что-то действительно случится, я разберусь.
Дело было не в том, что он ему не доверял, а в том, что он был измотан. Голос мужчины был хриплым:
— Сяо Нин с детства был слаб здоровьем. Мы всего лишь хотим увидеть, как он спокойно и здорово вырастет. Ты сам видел недавнюю операцию. В любой момент может произойти что угодно. — это были самые искренние слова старшего брата. — Мы не хотим, чтобы на него снова давили какие-либо внешние обстоятельства.
— Не будут. — кратко и прямо ответил Бай Еси.
Его слова не были формальными. Они констатировали факты.
— И какое? — без особых ожиданий спросил Ши И.
— Его здоровье... — Бай Еси сделал паузу, прежде чем продолжить. — И все остальные его возможности выбора... Для всего есть решение. — впервые Бай Еси откровенно раскрыл свой план. — Я не буду его ограничивать. Я обеспечу его полное выздоровление.
— Что ты сказал? — на мгновение растерялся Ши И.
— Самый радикальный способ лечения врождённого порока сердца.
Выражение лица и голос Бай Еси были спокойны, как будто он уже сотни и тысячи раз прокручивал эту мысль у себя в голове.
— Я свяжусь с лучшими врачами, чтобы они провели операцию и обеспечили ему самое современное лечение. — сказал Бай Еси.
Ши И был совершенно ошеломлён, услышав это.
Первое чувство, которое охватило его, было не облегчением от осознания того, что его проблемы решены, и не радостью от того, что его брат находится под защитой и не подвергается риску.
Потому что Ши И понял, что Бай Еси не шутит.
— Для операции существуют требования к разнице в весе. Вес не должен слишком сильно отличаться.
Поэтому Бай Еси изо всех сил старался поддерживать свой вес на уровне веса Ши Циннина.
И ему посчастливилось, благодаря судьбе, наконец-то осуществить своё желание.
— В этом мире нет человека, который подошёл бы ему лучше, чем я.
По спине Ши И пробежал холодок. Даже его привычное самообладание дало трещину.
— Ты вообще понимаешь, что говоришь? Если поступить так, что будет потом?
Но он не заметил ни малейшего колебания или нерешительности на лице этого парня.
Ши И не мог поверить своим глазам.
— Бай Еси... о чём ты вообще думаешь?
Ши И видел бесчисленное количество людей, был свидетелем безумия и помешательства... Налитые кровью глаза, неуправляемая ярость, словно ураган, проносящийся мимо и уничтожающий всё на своём пути... Но Бай Еси перед ним был спокоен и рассудителен, но ещё более пугающ, чем самый безумный человек.
Как можно тратить столько времени и усилий, столько раздумий, не ради какой-либо выгоды?
Просто чтобы защитить другого человека.
Бай Еси выглядел слегка озадаченным, словно не понимал, зачем ему это говорят.
Но он всё же ответил искренне: