Глава 63
— У тебя жар, а ты всё ещё говоришь, что не болен?
Он даже начал беспокоиться, что Мята может быть бредит из-за высокой температуры.
Из-за того, что Бай Еси держал его, движения Ши Циннина, когда он пытался дотянуться до телефона, были неловкими. Каждый раз, когда он двигался, его неосознанно тянуло назад ещё сильнее. Ши Циннин просто остановился и прямо сказал:
— Сяолинь, помоги мне позвонить.
Он назвал номер телохранителя.
Серьёзное выражение лица Ши Циннина заставило замолчать группу школьников, даже движения Ши Сяолиня, пытавшейся позвонить, стали гораздо более напряжёнными.
Возможно, почувствовав эмоции Ши Циннина, Бай Еси, который его держал, , вдруг замер и молча убрал руки. Но едва он начал отстраняться, как юноша схватил его за руку.
Ши Циннин сразу же увёл Бай Еси вместе с приехавшим за ними человеком в чёрном костюме.
У входа в ботанический сад ждала машина телохранителя. Они забрали двоих и поехали в больницу.
Ши Циннин и Бай Еси сидели в заднем ряду. Бай Еси сидел прямо, с спокойным выражением лица, и не стал снова обнимать его.
По внешнему виду, невозможно было сказать, что у него температура.
Однако Ши Циннин почувствовал, что когда у Мяты, который редко болел, поднималась температура, он становился совсем не таким спокойным и собранным, как обычно.
Он протянул руку, чтобы проверить температуру Бай Еси за ухом. У него все еще был жар.
Почувствовав прикосновение Ши Циннина, Бай Еси поднял голову, посмотрел на него на мгновение и спросил:
За исключением слегка хриплого голоса, он звучал как обычно.
— В больницу. — сказал Ши Циннин.
Бай Еси молчал, выглядя немного несчастным.
— Что случилось? — спросил Ши Циннин.
— Я не хочу идти. — тихо ответил Бай Еси.
— Ты не можешь не идти. — сказал Ши Циннин.
— Хорошо. — Бай Еси опустил глаза. — Тогда поехали.
С виду он казался непривычно покладистым.
Настолько, что Ши Циннин не удержался и погладил его по голове.
Лицо Бай Еси по-прежнему оставалось холодным и спокойным. Но он слегка повернул голову, прижался к ладони Ши Циннина и мягко потёрся о неё. Ши Циннин окончательно убедился, что Мята бредит из-за высокой температуры.
В обычных обстоятельствах он так бы не отреагировал.
Обеспокоенный тем, что у Бай Еси слишком высокая температура, Ши Циннин заранее позвонил врачу в машине.
К счастью, дежурил Сюй Син, предыдущий хирург Ши Циннин.
Как только они прибыли в больницу, Бай Еси был записан на обследование.
В больнице сегодня было немноголюдно, и Ши Циннин заказал экспресс-обслуживание, поэтому результаты пришли быстро.
Сюй Син некоторое время смотрел на результаты анализов, прежде чем сказать:
— Ничего серьёзного. Просто раньше он слишком долго находился в состоянии сильного напряжения. А когда нервы внезапно расслабились, организм дал сбой.
Почему Мята вообще был настолько напряжён?
Сейчас ведь даже экзаменов не было.
Если подумать, единственным серьёзным событием последних дней была его собственная выписка из больницы.
К тому же именно Сюй Син назначал обследования.
Просмотрев целую стопку результатов, он ограничился всего одной фразой:
Ши Циннин задал ещё несколько вопросов, и, как ни странно, каждый раз, когда Сюй Син говорил, Бай Еси продолжал смотреть на него.
В конце концов, доктор Сюй ничего не сказал, только прописал жаропонижающие.
Ши Циннин взял лекарство и покинул больницу, всё ещё чувствуя, что что-то не так.
Он чувствовал, что от него что-то скрывают.
Бай Еси, который вышел вместе с ним, был очень послушен, тихо следуя за Ши Циннином, пока они не сели в машину, после чего он спросил:
Бай Еси уже задавал этот вопрос, когда они ехали в больницу.
Услышав это, Ши Циннин спросил:
— Ты спешишь домой? Мы скоро вернёмся.
Бай Еси уже принял жаропонижающее в больнице, но, вероятно, ему потребуется некоторое время, чтобы подействовать.
— Не хочешь отдохнуть? Поспи немного. — сказал Ши Циннин.
Он уже собирался взять одеяло, когда его внезапно схватили за запястье.
Бай Еси схватил его за запястье, покачал головой и сказал:
— Я хочу находиться только в одном пространстве с тобой.
Ши Циннин замер, невольно вспомнив Бай Еси из сна. Он попытался его уговорить:
— Но мы ведь все живём среди многих людей.
— Не хочу многих. — ответ последовал сразу же. — Мне нужен только один. — увидев выражение лица Ши Циннина, Бай Еси на мгновение замер, а затем тихо спросил. — Без других нельзя?
Ши Циннин пошевелил запястьем. Сжимавшие его запястье пальцы не были особенно сильными, но он чувствовал скрытое напряжение.
Ши Циннин вздохнул. Он вздохнул, понимая, что это неправильно с его стороны, но всё же смягчился.
— Мы скоро вернёмся домой. — мягко успокоил его Ши Циннин.
Экран перед ним загорелся, показывая телохранителя Сунь Мина впереди, скрытого за звукоизолирующей перегородкой.
— Второй молодой господин. — он спросил. — Хотите поехать домой?
Вместо этого он показал экран своего телефона.
На экране телефона отобразилась другая больница.
Ши Циннин почувствовал, что с результатами предыдущих анализов что-то не так.
Поэтому он решил пройти обследование ещё раз.
Он не часто бывал в этой центральной больнице, но она сотрудничала с семьёй Ши, поэтому он позвонил Ши И и попросил старшего брата помочь связаться с врачом.
Приехав в больницу, он прошёл ещё одну серию анализов. На этот раз анализов было меньше, но когда пришли результаты, лицо Ши Циннина резко изменилось.
Умеренная анемия, психогенное расстройство пищевого поведения, истощение.
И вдобавок, высокая температура всё ещё не спала.
Один диагноз за другим, написанный чёрным по белому, каждое слово как нож, почти разрывающий сердце Ши Циннина.
Даже незнакомый врач покачал головой.
— Такой молодой и довольно высокий, почему он такой слабый?
Ши Циннин даже не понял, как он вышел из больницы.
В телефоне у него оказалось две полные страницы записанных врачебных рекомендаций.
И только уже на улице он заметил, что его пальцы всё это время дрожали.
Ему очень хотелось спросить Бай Еси, увидев его выражение лица, не осмелился ничего сказать.
Юноша уже горел от жара. Реакции стали заметно замедленными, на ресницах выступила влажная испарина. И всё же, каждый раз встречаясь взглядом с Ши Циннином, он тихо говорил:
Даже в своём волнении Ши Циннин не смог в этот момент рассердиться на него. Он заставил себя успокоиться и набрал номер Сюй Сина. Он не понимал, почему доктор Сюй солгал ему.
Сюй Син, похоже, ожидал этого. В его голосе по телефону не было привычного смеха. Он вздохнул и сказал:
— Второй молодой господин, я не сказал вам, потому что не хотел, чтобы вы волновались. Ваше состояние не позволяет вам перенапрягаться.
В конце концов, Сюй Син был лечащим врачом Ши Циннина. Он поставил здоровье Ши Циннина на первое место, и Ши Циннин не мог его отчитывать.
Ши Циннин просто очень расстроился.
Почему Мяте пришлось столько терпеть?
Выехав из центральной больницы, машина сначала поехала обратно домой к семье Ши. Состояние Бай Еси уже не позволяло ему ехать куда-то еще.
Врач прописал питательную китайскую смесь, и домработница взяла пакетик с лекарством, чтобы заварить его. Только когда они остались в гостиной, Бай Еси протянул руку и нежно взял Ши Циннина за кончики пальцев.
Он все еще был очень горячим. Жаропонижающее не помогло, а только сделало его еще более вялым.
Но чем выше была температура, тем более покладистым он становился. Всякий раз, когда рядом были посторонние, Бай Еси старался держаться на расстоянии, чтобы не беспокоить Ши Циннина.
Как тольоко они оставались наедине, его глубоко скрытая привязанность наконец-то вырывалась наружу.
Внутри него разгорелся порыв, подталкивая его приблизиться к любимому человеку, осторожно протянуть ему руку, пусть даже совсем немного.
Видя этого парня, Ши Циннин больше не мог злиться.
Ши Циннин передал указания врача домработнице, уложил Бай Еси дома и затем запланировал снова выйти.
У Бай Еси также были диагностированы симптомы психогенного расстройства пищевого поведения. Сюй Син только что связался с врачом, специализирующимся в этой области, и Ши Циннин не мог усидеть на месте Он решила встретиться с врачом сам.
Но Бай Еси всё ещё держал его за пальцы.
— Куда ты идёшь? — голос Бай Еси стал ещё тише и хриплее, чем раньше, но оставался таким же спокойным, как и прежде. — Я хочу пойти с тобой.
Он уже говорил с таким трудом, что Ши Циннин никак не мог позволить ему выйти из дома.
Кроме того, Ши Циннин знал обычные пищевые привычки Бай Еси и мог обсудить это напрямую с врачом.
Бай Еси не отпускал его руку. Он помолчал немного, а затем спросил:
Ши Циннин почувствовал укол грусти.
Мята, которого жар уже почти лишил ясности сознания, стал необычайно прилипчивым и совершенно лишённым чувства безопасности.
Бай Еси молчал, сжимая его руку, впиваясь кончиками пальцев в ладонь, что свидетельствовало о неосознанной тревоге.
Он не хотел отпускать Ши Циннина.
— Прими лекарство и поспи немного. — уговаривал его Ши Циннин. — Я вернусь к моменту, когда ты проснешься.
Прежде чем он успел что-либо предпринять, дверь виллы распахнулась.
Ши И, вернувшись домой раньше времени, вошёл и сразу увидел их двоих в гостиной.
Увидев постороннего, Бай Еси ослабил хватку. Затем он беспомощно наблюдал, как Ши Циннин встал и ушел.
— Брат, у Мяты температура. Я иду к врачу. Можешь присмотреть за ним? — Ши Циннин быстро надел пальто. — Скоро вернусь.
Ши Циннин ушел так поспешно, что Ши И не успел задать никаких вопросов. Ши И вернулся раньше, потому что его младший брат позвонил, чтобы связаться с врачом. Он ещё не закончил свою работу. Он не мог игнорировать постоянные рабочие звонки, поэтому Ши И позвал Сунь Мина и ушел в свой кабинет.
Когда Ши И вышел, закончив работу, он увидел Бай Еси, молча что-то листающего на диване.
Бай Еси не поднял глаз. Сунь Мин, стоявший рядом, объяснил:
— Это лекарства и принадлежности, которые молодой господин купил для молодого господина Бая.
Разве это не просто температура?
И это были не только лекарства. Среди покупок явно находилось множество других вещей
— Врач выписал не так много лекарств... Молодой господин купил слишком много.
Ши Циннин в тот момент был слишком взволнован. Когда он пошел в аптеку, он практически всё выкупил. Всё, что хоть как-то было связано с лекарствами, или даже то, что ему могло не понадобиться долгое время, он купил.
Сунь Мин пытался его отговорить, но молодой господин совсем не слушал.
— И фиксирующие ремни тоже? Разве они не для фиксации ран?
Он не решился добавить, что не только они. И что их было больше одного вида.
Врач лишь упомянул, что анемия может повлиять на развитие костей, но молодой господин скупил все ортопедические иммобилизационные ремни.
Было доступно множество видов и моделей.
...Были даже ремни для психически больных.
Сунь Мин не упомянул об этом, но Ши И не мог этого не заметить.
Бай Еси рассматривал эти ремни.
Хотя у него была температура, выражение его лица оставалось холодным. То, как он обращался с черными ремнями, совсем не походило на пациента... скорее на хладнокровного убийцу.
Ши И почувствовал всё большее беспокойство и окликнул:
Тот по-прежнему не отвечал, даже не поднимая глаз.
— Молодой господин Бай, похоже, игнорирует людей с тех пор, как у него поднялась температура. — объяснил Сунь Мин. — Он только что разговаривал с молодым господином.
Обычно Бай Еси умел это скрывать, но когда у него поднималась температура, его истинная сущность полностью обнажалась.
— Молодой господин Бай не пил только что сваренное лекарство... — продолжал докладывать Сунь Мин, и Ши И, наблюдая за действиями Бай Еси, чувствовал нарастающее беспокойство.
Ши И вспомнил прошлый раз в теплице, когда Бай Еси сказал, что иногда он не может удержаться от чего-либо.
Тогда Бай Еси не смог удержаться, потому что хотел устранить потенциального соперника.
Вызванный лихорадкой бред только подпитывал его желания. Он внимательно изучал ремни, вызывая подозрения у Ши И.
...Бай Еси всерьез размышлял, как их использовать.
Ши Циннин быстро вернулся. Ши И только что вышел из кабинета после телефонного разговора, когда увидел, как он вошел.
Вместе с ним пришла и госпожа Ши. Только отец ещё оставался на работе и не вернулся домой.
Экономка как раз вышла из кухни со стаканом медовой воды:
— Вы еще не приняли лекарство? Оно слишком горькое? Пополоскайте рот сладкой водой позже.
— Он ещё не выпил лекарство? — растерялся Ши Циннин.
Он поспешил к дивану, где сидел Бай Еси. Диван стоял спиной к двери, поэтому Ши Циннин не мог видеть движения Бай Еси.
Но Ши И, выйдя из кабинета, ясно это увидел.
Он ясно увидел молчаливого парня, безучастно смотрящего на ремни в своих руках.
Эти черные ремни только что были тщательно растянуты Бай Еси, чтобы проверить их эластичность.
Ши И почувствовал какое-то предчувствие.
Ши Циннин сделал несколько шагов вперед, но внезапно был оттащен быстрым движением Ши И.
— Брат? — удивленно обернулся Ши Циннин. — Но у Мяты ещё температура... Мне нужно проследить, чтобы он выпил лекарство...
Ши И посмотрел на Бай Еси, который наконец встал, и повторил Ши Циннину:
Длинноволосый парень поднял голову. Возможно, из-за остаточной температуры, уголки глаз Бай Еси были совершенно красными, открывая тревожную, манящую красоту. Было ли это иллюзией или нет, но когда его взгляд упал на руку, которой Ши И удерживал Ши Циннина, слегка приподнятые уголки его глаз покраснели ещё сильнее.
Ши И молча спрятал младшего брата за собой, его голос был ледяным, каждое слово отчетливо звучало.
Напряженная атмосфера была настолько ощутима, что не только растерянный Ши Циннин, но даже его мать заметила, что что-то не так.
Ши И не ответил, его взгляд был прикован к движениям Бай Еси.
Ши И слишком хорошо знал разрушительную силу Бай Еси. Мало того, что Бай Еси в одиночку отбился от группы бандитов при их первой встрече, так еще и одна мысль о матери Бай Еси, члене спецназа, заставляла любого опасаться его мощи.
Ши И также знал о собственническом отношении Бай Еси к Ши Циннину.
Кто знает, что этот человек может сделать, если потеряет контроль?
Ши И уже собирался сказать младшему брату уйти, когда увидел, как Бай Еси внезапно двинулся.
Он не положил ремень. Он взял один в одну руку, расстегнул его, обмотал вокруг руки, а затем крепко... привязал к своей руке. С тихим щелчком магнитная застежка защелкнулась. Он поднял взгляд, его взгляд упал на Ши Циннина, который был наполовину скрыт.
С самого начала и до конца его взгляд был прикован только к этой фигуре.
Он никогда не мог представить, что Бай Еси, тот самый человек из романа, который так упорно держал свою любовь в заточении рядом с собой... В этот раз связал самого себя.
Ши Циннин увидел, как он поднял руку, в его бледной ладони лежал маленький ключик.
Бай Еси хриплым голосом произнес:
Даже когда высокая температура почти лишила его рассудка.
Даже когда разум был затуманен.