🌿 ГЛАВА 1

Тропа, которая не умела говорить «хватит»

Часть первая

В то утро всё началось с того, что Плюх бежал.

Он бежал так, будто за ним гналось что-то очень важное.
Хотя на самом деле за ним никто не гнался.

— МИРО-О-ОШ!!! — кричал Плюх на бегу. — Я НАШЁ-Ё-ЁЛ!!!

Мирош в этот момент сидел у Камня Сердца и дышал.
Он как раз был на середине выдоха — тёплого, медленного, такого,
от которого крылья сами чуть расслабляются.

Плюх влетел в круг дыхания, запнулся, перекувыркнулся
и сел прямо перед Мирошем, тяжело дыша.

— Я… нашёл… — выдохнул он. — ТРОПУ!

— Какую? — спокойно спросил Мирош.

— Самую лучшую! — Плюх подпрыгнул. —
Она блестит!
Она тянется!
И она… — Плюх понизил голос до таинственного шёпота, —
НИКОГДА НЕ ЗАКАНЧИВАЕТСЯ.

Мирош моргнул.

— Совсем? — уточнил он.

— Совсем-совсем! — закивал Плюх. —
Я шёл, шёл, шёл…
потом бежал…
потом прыгал…
и она всё равно шла дальше!

— А ты останавливался? — спросил Мирош.

Плюх задумался.
Это было видно сразу — у него даже язык высунулся.

— Э-э-э… — протянул он. —
Нет.
А зачем?

И именно в этот момент воздух слегка дрогнул.

Не сильно.
Не страшно.
Просто как будто кто-то прошептал миру:

«Ну давай… ещё чуть-чуть…»

Мирош почувствовал это телом.
Не ушами.
Лапками.
Дыханием.

Он встал.

Тропа начиналась за кустами Светлячьей Мяты.
Она и правда блестела — не ярко, а как будто была
вечно чуть-чуть влажной от радости.

— Видишь? — гордо сказал Плюх. —
Она сама зовёт!

И правда, если прислушаться, тропа будто шуршала:

ш-ш-ш… идём-идём-идём…

— Странная она, — сказал Мирош.

— Зато весёлая! — Плюх уже бежал вперёд. —
Кто последний — тот ТЕНЬ!

— Я не Тень! — крикнула откуда-то Сова Сеари,
хотя её никто не видел.

Плюх споткнулся.

— Ой.

Но тут же вскочил и побежал дальше.

Мирош пошёл следом.

Сначала было правда весело.

Тропа мягко пружинила под лапками.
Кусты сами расступались.
Даже камешки будто перекатывались в сторону, чтобы не мешать.

— Вот это сервис! — радовался Плюх. —
Можно я буду тут жить?

— А где тут «тут»? — спросил Мирош.

Плюх оглянулся.

Тропы позади не было.
Только впереди.
Всё время впереди.

— Ну… тут! — Плюх махнул лапой куда-то вперёд. —
Там, куда мы идём!

И они пошли дальше.

Через некоторое время Мирош заметил странную вещь.

Его лапки шли быстрее, чем он хотел.

Он не ускорялся специально.
Он не бежал.
Но шаги сами становились короче и чаще.

Дыхание тоже изменилось.
Оно всё ещё было ровным…
но короче, чем обычно.

А тропа будто подталкивала.
Не сильно.
Совсем чуть-чуть.
Как будто говорила:

«Ну что ты… все идут…»

Плюх этого не замечал.

— Смотри! — кричал он. —
Она даже не устала!

— Плюх… — тихо сказал Мирош. —
А ты не чувствуешь, что…

— ЧТО?! — радостно крикнул Плюх. —
Я чувствую, что мы почти пришли!

— Куда? — спросил Мирош.

Плюх замер.

— Э-э-э… — он посмотрел вперёд.
Потом ещё дальше.
Потом совсем далеко.

— Туда! — уверенно сказал он. —
Где потом.

И в этот момент тропа чуть-чуть толкнула Мироша сзади.

Не больно.
Не грубо.
Но достаточно, чтобы Мирош остановился.

Просто встал.
Лапки — на месте.
Крылья — сложились.
Дыхание — вернулось вниз, в живот.

Тропа…
растерялась.

Она ещё пару мгновений тянулась вперёд,
а потом начала путаться.

Петля.
Круг.
Ещё круг.

И вдруг — поляна.

Тёплая.
Тихая.
С местом, чтобы сесть.

Плюх врезался в неё и плюхнулся на спину.

— Эй! — возмутился он. —
Я не заказывал конец!

Мирош улыбнулся.

И тогда они оба услышали это.

Тихий, недовольный шёпот,
который пролетел мимо,
не останавливаясь:

«Эй… вы чего?..Я же сказал — почти…»

Сова Сеари появилась рядом, будто была тут всегда.

— Ты слышал его? — спросила она Мироша.

Мирош кивнул.

— Это был Сует, — сказала Сеари. —
Он очень не любит,
когда кто-то останавливается.

Плюх поднял голову.

— А он кто? — спросил он. —
Он съедобный?

Сеари улыбнулась.

— Нет, Плюх.
Он — торопливый.

И в лапках Мироша
старая Карта Чутких Мест
дрогнула впервые.

Часть вторая — вечерняя

Когда тропа свернулась в поляну,
мир словно стал мягче.

Звуки не исчезли —
они просто опустились ниже,
как если бы вечер аккуратно
положил ладонь на всё вокруг.

Мирош сидел на тёплой земле.
Она держала его спокойно,
без просьб и без спешки.

Плюх сначала ещё вертелся,
потом зевнул —
широко, по-лягушачьи,
и сам не заметил,
как сел рядом.

Сова Сеари была тут.
Не прилетела —
просто оказалась.

Мирош дышал.

Не специально.
Дыхание само находило
удобный путь:
вдох — как тихий гость,
выдох — как возвращение домой.

— Иногда, — сказала Сеари очень негромко,
так, что слова не мешали тишине, —
дорога лучше всего видна,
когда на неё не идут.

И пока её голос
медленно растворялся в воздухе,
Мирош вдруг почувствовал,
как внутри него
зажёгся неяркий свет.

Такой свет бывает у фонаря,
который стоит не для того,
чтобы звать вперёд,
а чтобы просто быть рядом.

Этот фонарь светил не вдаль,
а вниз,
освещая место под лапками,
где можно стоять спокойно.

И Мирош знал это ощущение.

Когда-то он уже шёл за таким светом.
Долго.
Чуть быстрее, чем хотелось.
Пока лапки не попросили отдыха.

И только тогда,
когда он сел,
фонарь будто приблизился,
став тёплым и тихим,
как если бы говорил без слов:
«Ты уже там, где нужно».

От этого воспоминания
дыхание стало глубже.

Где-то совсем рядом
зажурчал ручей.

Он бежал,
как бегут все ручьи:
радостно,
не задумываясь,
куда.

Вода обнимала камни,
обтекала корни,
ускорялась и замедлялась.

А один камешек
лежал в самом центре потока.

Вода пыталась его сдвинуть —
сначала мягко,
потом настойчивее,
потом просто продолжала течь.

И вокруг камешка
всегда было место тише.

Не пусто.
А спокойно.

Камешек не делал ничего особенного.
Он просто знал,
где ему быть.

И Мирош вдруг почувствовал,
что сейчас он —
как этот камешек.

Мир идёт.
Ручей бежит.
А ему можно
лежать в своём месте.

И где-то ещё глубже,
под дыханием,
под воспоминаниями,
под вечерним светом,
он заметил
что-то совсем простое.

Будто внутри есть дверь.

Она не заперта.
И не открыта.

Она просто ждёт.

И каждый раз,
когда плечи опускаются,
когда живот становится тёплым,
когда дыхание возвращается в себя,
эта дверь
чуть-чуть приоткрывается.

За ней нет комнаты.
Нет слов.
Нет заданий.

Там есть разрешение.

Разрешение
остановиться.

Не потому что дальше нельзя.
А потому что сейчас достаточно.

Мирош посидел с этим ощущением.
Не спеша.

Плюх вдруг шепнул,
почти во сне:

— Мне нравится… когда не надо…

И тут же тихо засопел.

Сова Сеари улыбнулась
одним глазом.

Мирош посмотрел на Карту Чутких Мест.

Она больше не дрожала.
Линии стали мягкими.
А в середине было
спокойное, тёплое свечение.

Как будто карта
тоже легла отдохнуть.

Мирош положил лапку на грудь
и почувствовал:
там тепло.
Ровно.
Надёжно.

И этого было достаточно.

🌿 ТИХИЙ ВЕЧЕРНИЙ РИТУАЛ

Можно сделать так же, как Мирош:

• лечь или сесть удобно
• положить ладонь на живот
• позволить вдоху прийти
• и позволить выдоху уйти
• ничего не исправлять

Тело само знает,
когда хорошо.

🌿 ШЁПОТ ГЛАВЫ

Со мной всё в порядке,даже если я останавливаюсь.

🌿 МЯГКИЕ ВОПРОСЫ ПЕРЕД СНОМ

• Как ты понял, что Мирошу стало спокойно?
• А где в теле бывает «достаточно»?
• Как ты думаешь, Сует сейчас далеко — или просто уснул?

https://t.me/metahelp
https://t.me/peskov_psy