«Черный лебедь»: от кроткости до безумия?
Нина - главная героиня, послушна дочь, которая выполняет роль «милой девочки», и той самой, кем не смогла стать её мать.
Она одержима стремлением получить главную роль в балете «Лебединое озеро».
Мама заполняет все её пространство, контролируя и опекая уже взрослую дочь, как маленького ребёнка, подавляя её женственность и сексуальность.
Когда стало известно, что в танце нужно проявить свою вторую «темную» сторону - психика девушки не выдержала. Ведь долгие годы она играла роль «хорошей» девочки, совсем не зная какие части в ней есть ещё.
🔹Нина демонстрирует прекрасные результаты в технике, и это не удивительно, столько лет она была исполнительной, но её чувственная, сексуальная сторона - была вытеснена и не принята. Здесь можно диссоциацию: где героиня, не обращая внимания на адские боли танцует и показывает прекрасную технику, где она не замечает маминого гиперконтроля покорно сидит дома и слушается её.
🔹По мере усиления внутреннего конфликта мы наблюдаем расщепление её личности. Героине всюду видится её другая часть, ей кажется что её преследуют. Она становится одержима ролью и буквально сходит с ума. До последнего не желая отдавать свою роль никому другому. Активно борясь сама с собой.
Весь фильм отлично показывает внутренний рост и самопознание, которые протекают через боль, страхи, конфликты.
Нина - стала проекцией страхов, несбывшихся желаний своей мамы.
В конце фильма мы можем наблюдать как Нина отлично станцевала Белого и Черного Лебедя, соединив в себе обе части.
В контексте РПП: картина фильма становится наглядной метафорой разделения на «плохое» (неприемлемое, опасное) и «хорошее» (контролируемое, идеальное) тело/ фигуру может сводить с ума. Здесь проявление истории: худое тело - хорошее, разделение еды на плохую и хорошую.
Так же мы наблюдаем сублимацию, когда непереносимые переживания, страхи и эмоции не осознаются и не прорабатываются, а находят искаженный выход (например, в одержимости контролем над телом или в балетном перфекционизме), что мешает научиться их распознавать, принимать и конструктивно с ними справляться.
Дважды была сцена рвоты, как реакция на переживания, можно предположить, что это был вариант эмоциональной саморегуляции, но это не точно, поскольку не было показано, что она её вызывает самостоятельно.