Ласковый Зверь. Глава 18
— Не обращай на нее внимания, — проговорил Рицу заплетающимся языком, притормозил и подбросил меня так, чтобы я не сползала с его спины. Он нес меня каким-то темным переулком. За нами следовала машина. Медленно, с выключенными фарами, как будто крадущийся тигр. Я знала, это Хайтани. — Рио просто ревнует. Ее можно понять… Хотя нет, нельзя, — сам сделал вывод Ёсида, сам же посмеялся над этим.
— Поставь меня, Рицу-кун, — вяло буркнула я, затем сползла вниз и чуть не шлепнулась на асфальт. — Этот чертов… — обернулась я на машину, что тоже остановилась. — Чертов… Зачем вы нас преследуете? — выкрикнула я, пошатнулась и, едва зажглись фары, схватила Рицу за руку и потащила прочь.
Мы были уже у моего дома, так что Хайтани объехал нас, припарковался и стал дожидаться, когда же мы с ним поравняемся. Поравнялись, но проигнорировали. Правда Ёсида занервничал.
— Господин Хайтани ведет себя странно. Ты его девушка…
— Никто я ему. Не говори этих глупых вещей, — сразу же прервала его я, еще раз взглянула на машину, а потом обреченно вздохнула. — Спасибо, что проводил. Тебе надо идти, чтобы не было проблем. Ладно?
— Ты точно будешь в порядке? — покосился на машину и он, а потом неожиданно направился в ту сторону.
— Рицу! — выпалила я, рванув за ним, но он уже постучал по ветровому окну.
Дверь автомобиля открылась. Риндо вышел и, захлопнув дверцу, встал с Ёсидой лицом к лицу как ни в чем не бывало. Рицу был немного выше Риндо. Однако если в первом ощущалась спесь молодости, во втором — стойкая уверенность в своих силах. И без сомнений, если Рицу дернется на Риндо, тот не станет себя сдерживать.
— Зачем вы преследуете мою подругу, господин Хайтани? — храбрый под действием алкоголя парень покачнулся, но тут же встал ровно. И как он вообще умудрился пронести меня так долго? — Она вас… боится.
— Правда? — улыбнулся Риндо безрадостно и взглянул на меня. — А мне показалось, твоя подруга очень смелая девушка. Таскается в пьяном виде по ночному городу, так еще и в паре с молодым пацаном, которому она явно нравится.
— Вы… вы о чем это?! — искренне возмутился Рицу, а я не удержалась — рассмеялась.
— Поезжай домой, — похлопала друга по плечу. — Я сама тут разберусь.
— Ну нет, я не оставлю тебя с ним…
— Рицу, поезжай, — упрямо повторила я, потому что знала, пусть Риндо выглядит спокойным, внутри него кипят страсти. Он мог сорваться в любой момент. — Я буду в полном порядке, уверяю.
Да какого дьявола он так уперся?
— Ты не расслышал, сопляк? — усмехнулся Риндо, наблюдая за Ёсидой своим этим странным взглядом, как будто размышлял, как бы получше нанести удар. У меня между лопаток прошелся холодок. — Проваливай. Она не хочет проводить с тобой время.
— Господин Хайтани, — проговорила я раздраженно. Мне и так было паршиво от выпитого, а тут еще он со своей идиотской ревностью. — Не позволяйте себе лишнего. Рицу — мой друг. Не надо грязных намеков.
— Да, мы — друзья, а вы ей кто?
— Давай, дуй домой, пока не натворил глупостей.
Наконец Рицу послушался меня, но, пятясь, выставил вперед указательный палец и проговорил:
— Если с ней что-то случится, я сообщу в полицию, что оставил ее с вами, господин Хайтани. Мне все равно, что вы со мной сделаете. Понятно? Кейди — хороший человек. Не обижайте ее.
— Блять, как же раздражает, — отвернувшись, буркнул Риндо, и я заметила, как крепко он сжал челюсти.
Рицу скрылся за поворотом, а я, сверля Хайтани мрачным взглядом, спросила:
— Какие цели вы преследуете? Зачем контролируете каждый мой шаг?
— Мы будем ходить по кругу? Я уже отвечал на подобные вопросы, — нервно произнес Риндо и кивнул в сторону машины. — Садись.
— Ну уж нет, — хмыкнула я и поспешила к дому.
Захлопнуть входную дверь перед носом Хайтани не удалось — он подсунул ногу, — и в лифт вошел вместе со мной.
Уверена, меня эта ситуация веселила только потому, что еще не отпустила текила, но я действительно в этот момент совсем не боялась Риндо. Плохо. Он ведь мог сделать что угодно. Я не доверяла ему.
— Дальше я дойду сама, спасибо, — подчеркнула, когда мы встали у двери моей квартиры. Набирать при нем код я не собиралась, но Риндо снисходительно улыбнулся, наклонился ко мне так, что я вжалась спиной в дверь, и сам набрал код. Замок щелкнул, и я чуть ли не ввалилась в собственную квартиру. — Господин… Хайтани… — задыхаясь от внезапно накрывшего меня страха, вымолвила я, когда тот спокойно снял обувь и запер дверь изнутри, — вы…
— Разве и с этим мы не разобрались ранее? — пожал плечами Риндо. — Я же говорил, что знаю о тебе буквально все.
— Это ненормально! — воскликнула я, не сводя с него глаз.
Риндо же подтянул рукава рубашки, закатанные до локтя, и встал напротив меня. Как будто изучая меня заново, он слегка склонил голову набок и сощурился.
— Что конкретно тебя напрягает?
— Вы сейчас серьезно? Вы буквально сталкер.
— Это в прошлом. Удивлен, что ты не меняешь код от двери каждый месяц. Сделай это, чтобы впредь защититься от меня.
Мурашки поползли по моей коже. Он нарочно. Я знала! Он нарочно пугает меня. Этот сукин сын!
— Вы сказали, нам сейчас лучше не пересекаться. Верно? — попыталась рассуждать я. — Тогда зачем преследовали меня весь вечер?
— Беспокоился о тебе, — вновь равнодушно пожал плечами он. Я уже не понимала, где правда, а где игра. — Это разве плохо? Ты пошла пить с человеком, из-за которого у тебя уже были проблемы. Твоя подружка. Она ведь подставила тебя однажды.
— Она не могла знать, что в том клубе будут такие ублюдки.
— В любом случае это не лучшая компания для тебя и, думаю, сегодня ты снова в этом убедилась. Почему Хироси Рио уехала так быстро? Что между вами произошло?
— Я не хочу говорить об этом. Уходите.
Делая вид, что все нормально, я прошла в спальню, из шкафа вынула домашний комплект одежды, собралась вернуться в гостиную и подпрыгнула на месте. Риндо стоял в дверях. Он смотрел на меня напряженным, горящим взглядом. Я невольно прижала одежду к груди.
— Какого черта ты так трясешься, я же не сделал тебе ничего плохого, — сказал он, глядя на меня из-под челки, и это создавало пугающий эффект. — Ни разу не причинил тебе физической боли. Не делал ничего такого, чтобы ты настолько сильно меня боялась.
— Разве вы не старались запугать меня намеренно?
Тень улыбки промелькнувшая в его глазах стала для меня «ударом под дых».
— Я так сильно тебя хочу, Кейди, что у меня почти не осталось терпения.
— Всего один поцелуй, и я уйду. Прошу тебя.
Когда он двинулся на меня, я невольно сделала шаг назад и врезалась в шкаф. Хайтани замер. Гамма чувств, что отразилась в его взгляде, отрезвила меня. Я проморгалась и тихо сказала:
Риндо кивнул. Мне показалось, я одержала победу в этой стычке, но вдруг он обернулся.
— Что насчет тех слухов о нашем браке?
Меня будто ледяной водой окатило. Я вылупилась на Хайтани и, в ярости сделав к нему пару шагов, прошипела:
— Даже не смейте трепаться об этом. Я никогда в жизни…
Его пальцы сжали мой подбородок слишком резко. Я окаменела. Хайтани с ожесточившимся лицом прошелся взглядом по моим губам, вернулся к глазам и, заглянув сначала в один, затем в другой, вымолвил почти по слогам:
— Не говори мне таких вещей, как «я никогда в жизни». Я уже не вижу тебя с кем-то другим. Пусть это дерьмово звучит, токсично, пусть я для тебя чудовище, но, Кейди, ради всего святого, не играй на моих чувствах. Я сам не знаю, на что способен, когда люблю.
Снова волна дрожи пробежала по моему телу. Я схватилась за руку Риндо, а он, наклонившись, замер в паре миллиметров от моих губ. Подумал немного, после чего прижался к ним. Пальцы ослабили хватку. Поцелуй был томным. Я стояла столбом, не зная, что делать, а Хайтани, со сбившимся дыханием все целовал меня и целовал. Его губы были такими мягкими и осторожными, но в то же время поцелуй обретал нотки неконтролируемого вожделения. Пока я не отвечала, Риндо держал себя в узде, и я знала, что так и будет. Поэтому не давала ему повода довести дело до той черты, после которой мне будет невыносимо больно. Наконец он переместился к щеке и, коснувшись ее губами, пробормотал:
— Ты не представляешь, на что я готов ради тебя…
Вода в ванной стала прохладной. Я сидела так уже довольно долго. Пора было лечь спать, ведь за небольшим окошком забрезжил рассвет, но я знала — вряд ли усну. Хайтани имел привычку врываться в мою жизни снова и снова, чтобы оставлять в воздухе повисшие фразы, после которых я теряла покой. Он манипулировал мной, утверждая, что то же самое с ним делаю я. В это слабо верилось, но его поведение действительно менялось так часто, словно Риндо сам не мог себя понять. Каждое его слово теперь было пропитано какой-то скрытой горечью. Он сказал, сам не знает, каким может быть, когда любит, но была ли это любовь? Я вновь задавалась одним и тем же вопросом.
Все завертелось с такой скоростью, что у меня не было времени ни на отдых, ни на страдания. Господин Сано завалил меня работой, и теперь я повсюду ездила с ним и Коконоем, неустанно помечая важные встречи, имена и фамилии тех, с кем пересекалась. Попутно отвечала на множество звонков, передавала информацию об очередном предложении о партнерстве, после чего звонила сама и либо приглашала для встречи, либо отказывала в сотрудничестве. От лица господина Сано, разумеется. Так незаметно пролетели почти две недели. Близились выходные, и я была настроена заняться переездом.
Июль подходил к концу, поэтому температура воздуха стала еще более высокой, и днем доходила до 28 градусов Цельсия. Я всегда тяжело переносила этот период — конкретно август. Пила много воды и соответственно обильно потела. Вот и сегодня, когда в обеденный перерыв решила сходить на перекус в «Цветочное кафе», перед этим решила сменить взмокшую на спине блузку. Я уж молчу о том, в каком виде пребывали мои волосы. У лица они распушились, и мелкие завитки торчали в разные стороны. Покинув приемную, где стояла полуденная тишина, потому что глава Сано еще два часа назад уехал по делам с братьями Хайтани — меня к ним в компанию он старался не брать, — я направилась в уборную. Протерев шею и подмышки влажным полотенцем, быстро переоделась в одной из кабинок и, оставив грязную блузку в пакете в приемной, как раз направилась к лифту. В это время во всем офисе было пустынно. Большинство обедало в столовой внизу. Лишь парочка сотрудников, видимо, неуспевающих закончить дела, остались за своими компьютерами.
— Обедать? — спросил Хаджиме, листая какие-то документы, когда встал рядом со мной у лифта.
— Уже поел, — ответил он и, захлопнув внушительную папку, посмотрел на меня. — Хочу тебя похвалить. Только не испортись, — улыбнулся мужчина, окинув меня своими темными пронзительными глазами. — Полмесяца покоя. Хайтани тоже притих. К чему бы это?
— Не знаю. Он всегда где-то рядом. Может, все более или менее успокоилось, потому что я была занята? Даже Рицу не видела…
— Помяни черта, — вздохнул Коконой, вместе со мной повернувшись на голос Ёсиды, который шагнул из лифта. — Что ж, отдыхайте, ребятки.
Хаджиме уехал первым. Мы же с другом, с которым не пересекались ровно с того вечера, когда вместе посидели в кафе, остались в коридоре.
— Я не мог тебя поймать. Ты куда запропастилась? — возмутился Рицу, нажав на кнопку вызова второго лифта. — Тебя и Хироси искала.
Вот тут я напряглась. В области груди зашевелилось раздражение, вынуждая меня поморщиться от недовольства.
— Ладно, понял, — буркнул Ёсида, мгновенно подстраиваясь под мой настрой. — Значит, вы даже не созванивались?
— Она пыталась со мной связаться, но я не могла ответить. Это не намеренно.
— Я ей так и сказал. Ты же секретарша самого господина Сано. У тебя дел…
— Ты со мной пообедаешь? — невольно перебила я, потому что, уже пересекая холл, увидела, как в здание входят четверо: братья Хайтани, Санзу и директор Сано. — Я как раз иду.
Парень, проследив за моим взглядом, тихо кашлянул и весь подобрался. Мне стало немного смешно с того, как он пытался при них выглядеть серьезно и внушительно, но улыбку подавила.
— Господин директор, — вставая вместе с Ёсидой чуть в стороне, поклонилась я. Он тоже согнулся в почтительном поклоне. — Мне вернуться в офис?
Выпрямившись, я старалась не смотреть на Риндо, который игнорировал присутствие Рицу и внимательно разглядывал меня. Опять этот ком в горле. Каждый раз так. Мое состояние бесило даже меня, что тогда говорить о тех, кто был свидетелем наших недоотношений?
— Нет. Иди на обед, — снисходительно усмехнулся Майки и взглянул на Рицу. — В моем офисе медом намазано? Опять оставляешь пост и таскаешься наверх, Ёсида?
— Вы меня знаете?! То есть… прошу прощения, — опять поклонился Рицу.
Все четверо переглянулись, потешаясь над поведением парня, а мне стало настолько не по себе, что пришлось схватить Рицу за локоть и, оттаскивая в сторону выхода, извиниться.
— У него тоже обеденный перерыв, господин директор. Все в порядке, скоро Рицу-чан вернется на свое рабочее место. Простите, с вашего позволения, мы уходим.
Мы поспешили к двери, но, судя по всему, у Сано было не очень хорошее настроение — или наоборот, — потому что он вдруг сказал:
— А знаешь, Такуми, идем-ка с нами. У нас на сегодня еще три важные встречи. На последнюю ты поедешь со мной. Тебе следует хорошо подготовиться.
Я встала как вкопанная. На поздние встречи Сано не брал меня никогда. Я могла дожидаться в офисе, но никогда не выезжала куда-либо вечером. Как правило, эти встречи были связаны с чем-то опасным. Насторожившись, я дружелюбно улыбнулась Рицу, попросила его приехать ко мне завтра, поскольку хотела бы начать своей переезд, и мне точно требовалась помощь, а потом обернулась к директору. Только он меня, конечно же, не ждал — уже пошел к лифту. Его свита следовала за ним. Исключением был Санзу, который дожидался меня. Войдя в лифт, я хотела протиснуться назад — по правилам не должна была стоять перед главой, однако Майки, заметив мои телодвижения, лениво, но весомо сказал: «Стой тут», и я притихла прямо у него под носом. Неловкость зашкаливала. Каждый раз было не по себе в присутствии верхушки «Бонтен».
— Решила крутить романы со всеми сразу? Мне это не нравится.
— Нет, что вы, господин директор, — попыталась обернуться я, но он повторил: «Стой на месте», и я застыла окочательно. Вновь повисла пауза. Однако меня коробило то, какие выводы обо мне делали эти люди, даже не пытаясь разобраться в деталях. По этой причине, хорошо понимая, что могу разозлить Майки, я все же осторожно через плечо вымолвила: — Мне всего лишь нужна его помощь при переезде.
— Тебе есть к кому обратиться.
На это отвечать я не стала. Знала, кого он имеет в виду, но также сам Майки наверняка понимал, что между мной и Риндо «черная кошка пробежала». Мы все еще не ладили. Ох если бы я только знала, какую встречу мне уготовили этим вечером. Стояла бы тогда и молчала, честное слово. Лишний раз не злила Сано…
Он действительно к вечеру стал мрачным. В привычной черной одежде, которая контрастировала с его выбеленными волосами, Манджиро был похож на загадочного мстителя, который пришел забрать чью-то жизнь. Всю дорогу до места назначения он молчал. Я сидела рядом с ним. Это было странно. Впереди, рядом с водителем, устроился Санзу Харучиё, а в двух других машинах, что следовали за нами, были Хайтани и охрана. Коконой на этот раз остался в офисе. И что самое пугающее — Майки не поведал мне, с кем будет встреча. Я же, по его словам, должна была подготовиться, а в итоге ехала вслепую.
Японский ресторан, затаившийся среди густой растительности парка, был как оазис в пустыне. Раньше я не бывала здесь, поэтому озиралась по сторонам с нескрываемым любопытством. Это длилось, однако, недолго. Меня напрягала эта скрытность и, косясь на молчаливых мужчин, которые всей компанией двинулась по узкому мостику к ресторану, я поплелась за ними. Правда на террасе, уже у входа, Хайтани-старший неожиданно придержал меня за локоть и тихо сказал:
— Не ляпни лишнего, — после отпустил и кивнул на дверь, мол, входи.
Я так и сделала. Уже внутри, где у одной из кабинок стояло несколько пар обуви, сняла туфли и, едва створки дверей разъехались, как тут же склонилась в поклоне, а когда выпрямилась…
— Ну здравствуй, госпожа Такуми.
Скрипучий властный голос госпожи Чен резанул по ушам. Ее лицо на миг исказилось гримасой презрения, но затем она слегка улыбнулась и приглашающим жестом указала на свободное место за длинным низким столом.
Мое сердце гулко колотилось в груди. Я не понимала, что происходит. Рядом со мной на подушку опустился Риндо. Постепенно все устроились за столом, и вновь внимание бабушки Ли Вэйжэня обратилось на меня.
— Полагаю, ты не ожидала, что эта встреча будет устроена ради тебя. — Ради меня?! Да я пребывала в таком шоке, что и слова вымолвить не могла. — Что ж, надо отдать должное твоему боссу, — перевела она взгляд на Майки. — Он откладывал нашу встречу как мог. А я привыкла добиваться своего. Та ситуация с моим внуком немало подорвала мою репутацию. Поэтому я потребовала дать нам встретиться. Раз уж на мою территорию Сано отпускать тебя не захотел, я приехала лично.
Эта мерзкая старуха говорила, как королева, которая снизошла до рабов. Меня то и дело накрывало отвращение. Но сейчас больше удивлял сам факт, что Сано будто бы пытался защитить меня. И все же я была уверена, в этом был какой-то скрытый смысл. Личная выгода Майки. Разобраться, какая именно, я не могла, тем более сейчас на меня таращилась госпожа Чен, явно ожидая хоть какой-то реакции. Тогда я сказала:
— Вероятно, справляться о здоровье вашего внука, госпожа Чен, неуместно. Поэтому я не стану, но не могли бы вы выражаться более точно, чтобы я разобралась, в чем причина нашей встречи?
Слева сидящий Риндо тихо кашлянул в кулак. Уверена, ему было смешно. Идиот. Меня тут трясет от нервов, а он смеется.
— Ха, твоя дерзость не знает границ, — возмутилась Аилин и прибавила: — Я хочу, чтобы ты посетила Шанхай снова. Приглашаю тебя на банкет в честь моего дня рождения, где ты выступишь перед всеми с поздравлениями и, разумеется, упомянешь тот случай с Вэйжэнем. Скажешь, что вышло недоразумение, и извинишься. Взамен я позволю тебе и впредь посещать мой город. А тебе, Сано, помимо уже подписанного договора на владения землями, отдам в дар участок, где ты раньше хотел построить клуб для элиты. Достаточно честный обмен? Мне нужно отбелить репутацию семьи Чен. Вы внесли в нее разлад.
— Мы… внесли… — процедила я, сама не понимая, что говорю это вслух, но мою руку под столом накрыла теплая ладонь. Переведя взгляд на невозмутимого Риндо, я проглотила ком гнева и обиды, и посмотрела на Майки, что сидел во главе стола. Он спокойно поднял на меня глаза и уставился так, как если бы говорил, прими решение прямо здесь и сейчас. Но я даже думать о таком не хотела. Вернуться в Шанхай? Вы серьезно? — Госпожа Чен, — прочистив горло, в конце концов, сказала я, — вы же понимаете, на какой риск меня подталкиваете? Я ведь не смогу не вернуться в Токио, после того как схожу на ваш банкет, не так ли?
— Я попросила бы тебя, девочка, следить за своими словами…
— Пусть говорит, что хочет, — резанул Сано, и все невольно напряглись. Все кроме Чен. Она смотрела на меня, даже взглядом не одарив Майки. — Такуми после того, как выполнила свое дело, официально стала частью моей команды. — У меня зашлось сердце. Правда не от радости, а от тревоги. И не напрасно. Я уже знала, за словами поддержки Майки всегда идет удар. Так и случилось. — Но вы правы, уважаемая госпожа Чен, посетить ваш банкет надо. Это сгладит все углы в наших натянутых отношениях. И разумеется, я с удовольствием приму ваш подарок. Взамен, так и быть, повышу вашу прибыль от моего проекта с 15 до 18 процентов. Устроит?
— Мне не нужны твои подачки, сопляк, — ухмыльнулась Чен, вставая, но кроме нее не поднялся больше никто. Это был подчеркнутый акт неуважения. Я знала, Майки этим показывает, как ему плевать на власть этой женщины. — Тогда обдумайте все как следует, подготовьте речь и приезжайте. Мой помощник пришлет официальное приглашение.
Она ушла. Официанты стали накрывать на стол, бесшумно расставляя блюда, а я сидела и смотрела в одну точку. Меня настолько сильно трясло от злости, что я готова была закричать в любую секунду. До этого оставалось всего одно слово, и это слово произнес Майки.
— Ненавижу вас… всех… — вместо крика выдавила я свистящих шепотом, встала и, швырнув салфетку на пол, выскочила за дверь.
Было такое впечатление, что Сано знал, как я поступлю, он словно этого от меня и ждал, потому что когда я успела в ярости дойти до выезда с территории, вдруг заметила, что за мной идет именно он. Это было нечто невероятное. Однако не из добрых побуждений Сано решил меня догнать, не для того, чтобы успокоить. Дымя сигаретой, он ухватил меня за шиворот — буквально натянул мою блузку, смяв в кулаке тонкую ткань, — и, развернув к себе, процедил:
— Ты — моя собственность. Сама на это подписалась. Значит, мои правила и законы — это твои правила и законы. Я пришел сказать тебе это лично, не через кого-то, потому что ты начинаешь превышать свои полномочия, Такуми. Я оттягивал эту встречу с Чен только ради того, чтобы она разозлилась и предоставила мне больше возможностей. Не думай, что ты особенная. Надеюсь, этот разговор надолго отложится в твоей милой головке, а сейчас стой здесь и жди, когда тебя отвезут домой. Поняла? Только попробуй уйти.
Договорив, Сано оттолкнул меня, и я, запнувшись на каблуках, упала на четвереньки. Да, вот твоя позиция, Кейди — стоять перед такими, как Сано, на четвереньках. Было ли мне обидно? Безусловно. Но это не была обида от того, что задели мою гордость. Это была обида на всех в целом. Снова. Снова эти жестокие люди использовали меня. Я так от этого устала…
Шаги раздались в тот момент, когда я сидела на пыльной дороге у выезда. Даже вставать не хотелось. Туфли валялись рядом. Уткнувшись лбом в колени, я не двигалась. Думала о своем. Кто-то поднял мою обувь, я это услышала, тогда и вскинула глаза на Риндо, на плече которого висела моя сумочка.