Золотой Ворон_Глава 14
THE GOLDEN RAVEN
Университет Аризоны арендовал для проведения банкета помещение в конференц-центре в трёх милях от кампуса, а Реманн забронировал номера для своей команды в соседнем отеле. Их водитель остановился у входа в отеля и дал им достаточно времени для того, чтобы все вышли и забрали вещи из багажного отделения. Реманн ждал пока Уайт и Хименеса всех пересчитают, прежде чем отпустить водителя, и тот пообещал вернуться за ними к одиннадцати утра. Их было слишком много и следовать за Реманном внутрь было невозможно, поэтому Джереми и Ксавье помогали присматривать за командой, пока Реманн и Лисински регистрировали их.
Прежде чем пропустить их в лобби, Реманн раздал ключи и велел вернуться к полудню. С четырьмя лифтами было бы несложно доставить команду на нужный этаж, но Джереми взглянул на номер комнаты на своём ключе, затем на номерок у Жана. Он тихо убеждал себя, что после стольких часов в дороге подъём по лестнице станет хорошей разминкой, и даже почти поверил в это. Привлечь внимание Лайлы было несложно. Он так же поманил Жана, который стоял поодаль.
— Ты можешь отнести наши сумки в лифт? - спросил Джереми у Лайлы, держа в руках свою сменную одежду. — Мы с Жаном пойдём по лестнице.
Лайла перевела взгляд с Джереми на Жана и обратно.
— На тренировках мы делаем больше, - парировал Джереми.
Он ожидал возражений, но в итоге Лайла протянула руку за их вещами: — Лучше ты, чем я.
Поиски лестничной клетки заняли время — в лобби не было указателей, — но вскоре Джереми и Жан уже поднимались на верх. Джереми подождал, пока они минуют площадку третьего этажа, прежде чем оглянуться на Жана: — Где грань, после которой тебя начинает душить клаустрофобия? Кажется, ты прекрасно управляешься с автомобилями, и ты упомянула, что тебе не по себе в аэропортах, а не в самолётах. Насколько маленьким должно быть помещение, чтобы тебя это беспокоило?
То ли что-то было упущено при переводе, то ли Жан намеренно говорил уклончиво. Джереми оставил эту тему, переключившись на счёт ступеней по-французски. Жан не комментировал его произношение, но Джереми знал что он слушает и чувствовал его пристальный, приятно отягощающий затылок, взгляд. Раз уж поправок не последовало, к пятому этажу Джереми попытался произнести простой монолог:
— Меня зовут Джереми Нокс. Я из Лос-Анджелеса. Изучаю английский в USC. Сегодня я в Тусоне ради... - Он запнулся, так как переоценил свой словарный запас. Жан вздохнул, но подсказал недостающее слово. Джереми не не нужно было спрашивать значение - интонация отличалась от английского аналога, но смысл был ясен.
Он обернулся за одобрением, но на лице Жана читалось раздражение.
Джереми бодро закончил: — Спасибо!
— Ты не идёшь в юридическую школу, - сказал Жан по-английски.
Джереми ошеломленно уставился на него, затем предположил, что Жан связал его специальность с планами на магистратуру. Он улыбнулся, несмотря на его неодобрение: — Нет ничего плохого в том, чтобы сдать экзамен.
Жан остался непреклонен, как и в прошлый раз: — Ты на пятом курсе. Камеры будут тыкать в лицо, спрашивать о планах после выпуска. Если узнают, что ты рассматриваешь другие карьеры, это ударит по твоей репутации и сузит выбор. Какой рекрутер будет бороться за человека, который уже ищет другую работу?
Слова Жана обнажили страх, грызущий Джереми изнутри. Тот отвернулся, но недостаточно быстро, чтобы скрыть его выражение лица, потому что Жан настойчиво проговорил: — Джереми.
Джереми остановился на площадке седьмого этажа, развернувшись к нему. Жан, не ожидая этого, едва не врезался в него. Упёршись ногами в пол, Джереми не сдвинулся, и Жан взял его за подбородок, чтобы он мог хорошенько разглядеть его лицо.
Джереми криво улыбнулся. Сохранять непринуждённый вид было его второй натурой, но это никак не помогло скрыть серьёзность во взгляде Жана.
— Родители хотят, чтобы я хотя бы попробовал. И я попробую. Всё будет хорошо, Жан, я обещаю. Сам экзамен — не обязательство. Сам по себе тест не является обязательством. Даже если Гарвард примет меня, у меня есть время до весны, чтобы принять окончательное решение.
Упоминание родителей сработало — Жан отступил, слишком привыкший подчиняться авторитетам, чтобы оспаривать решение его капитана.
Напряжение спало, Жан отпустил его, и Джереми беспрепятственно продолжить подъём. Он преодолел последний пролёт и вышел на восьмой этаж. Сверившись с номером на ключе и указателями, он свернул направо по коридору.
Трояны были разбросаны по двум или трём этажам, но Реманн старался, чтобы при передаче ключей группы друзей держались как можно ближе друг к другу. Где-то на этом же этаже должны быть Кэт и Лайла, но Джереми забыл спросить номер их комнаты. Вместо этого он отправил Лайле свой, и только успел стянуть кроссовки, как в дверь постучали. Жан был ближе, поэтому открыл дверь он.
Лайла уже наполовину переоделась: тёмные колготки под юбкой до колен и лишь светлая кофточка сверху. Джереми не упустил из виду, как Жан устремил свой взгляд в потолок, пока она относила их вещи к ближайшей кровати.
— Утюг на полке в шкафу, если понадобится, - сказала она. — Увидимся внизу.
— Спасибо, - ответил Джереми, и Лайла вышла.
Он начал проверять состояние своей одежды, пока Жан задумчиво стоял у двери, будто переосмысливая свои жизненные ориентиры. Одеваясь, Джереми думал о Лайле, о своей сестре, о фотографии Рене, которая исчезла со стола Жана вскоре после того, как они начали подшучивать над ней. Ни одна из трёх девушек не была похожа друг на друга, и критерии Жана в выборе женщин оставались для него полной загадкой. Джереми хотел спросить его об этом, но вместо этого сказал: — Мама считает, что мне стоит жениться на Лайле.
Этого хватило, чтобы Жан наконец посмотрел на него — правда, лишь до того момента, как Джереми начал снимать майку. Как всегда в таких ситуациях, Жан тут же отвёл взгляд, уставившись в стену.
Джереми понимал, как это нелепо — нарочно привлекать внимание Жана, раздеваясь перед ним. От осознания этого по спине пробежал горячий стыд, заглушая мимолётное чувство удовлетворения. Он поспешно натянул одежду — белую классическую рубашку с модным галстуком — и только когда Джереми уже застёгивал брюки, Жан наконец перестал делать вид, что изучает узор на обоях.
— Нелепо, - лишь прокомментировал Жан, расстёгивая сумку с одеждой.
Джереми растянулся на кровати, но тишина грозила увести мысли в опасное русло. Он прикрыл глаза рукой: — Интересно, у них есть запись игры Лисов. Может, посмотрим сегодня в номере.
Результат он видел вчера, но не сам матч: мешали и трёхчасовая разница во времени, и изматывающая дневная тренировка. В дни официальных игр график легче: вместо полноценной практики - короткая разминка, и Джереми обычно успевал посмотреть начало трансляции прямо в раздевалке. Лисы едва вырвали победу - всего одно очко преимущества. Джереми гадал: то ли соперник оказался сильнее ожидаемого, то ли внутренние разногласия с новичками подкосили команду.
Неизбежно мысли перешли к вечным соперникам Лисов, и Джереми, повернувшись к Жану, спросил: — Волнуешься из-за Воронов?
Южный дивизион стартовал вчера, но Вороны не играли. Тренер Росси объяснил это массовым заболеванием игроков - якобы весь основной состав слёг с кишечной инфекцией. Университет Эдгар Аллан даже предоставил подтверждающие справки от преподавателей. Перенесённый матч решили провести во время праздничной недели благодарения в ноябре. «Ещё одна чёрная полоса для несчастной команды», - сказал Джереми Кевину, но тот не верил в очередную ложь Воронов.
— Никто из них не болен, - ответил Кевин. — Они просто не могут адаптироваться, а Росси тянет время.
Кевин разбирался в ситуации лучше других. Действительно, всё выглядело подозрительно, особенно учитывая предстоящий банкет. Пропустив стартовый матч, Вороны готовились к эффектному возвращению: теперь их дебютом сезона станет принципиальный матч-реванш против Пальметто 14 сентября.
Кровать прогнулась под весом, заставив Джереми убрать руку с лица. Жан навис над ним, оперевшись ладонью о матрас в сантиметрах от его головы. Полурасстегнутая серая рубашка обнажала линию горла, и взгляд Джереми сам собой скользнул вниз, задерживаясь на выступающих ключицах. Будь это кто-то другой, такая поза могла бы сойти за откровенный намёк. Но это был Жан — человек, чьё доверие слишком многие предавали, переступая границы. Джереми стиснул зубы, подавляя желание дотронуться, расстегнуть ещё одну пуговицу...
Не смей, — пронеслось в голове, пока он разглядывал переплетение бледных шрамов на обнажённой коже.
Жан либо не заметил этого взгляда, либо сделал вид. Его лицо оставалось невозмутимым, когда он твёрдо повторил: — Фразу. Скажи.
Сердце Джереми бешено колотилось — в таком положении он бы и собственное имя забыл. Прикрыв нижнюю часть лица рукой, он выдавил улыбку:
— Коди рассказал про мой позорный провал при поступлении в USC? Я так и думал, когда оставил вас вдвоём вчера. - Он поспешно добавил: — Но всё в порядке. Хоть теперь не придётся самому об этом говорить.
— Он умолчал о главном, - Жан не моргнув глазом парировал. — Чтобы защитить тебя.
Как далеко они продвинулись с тех неловких первых дней. Джереми позволил нежности окрасить свой голос, когда произнёс: — Они хорошие ребята.
— Я говорил, что спрошу остальное у тебя, но Коди намекнул, что ты соврёшь.
Жан выдержал паузу, давая словам достичь цели, прежде чем тихо бросить: — Ты бы соврал. Да?
Джереми нервно провёл языком по зубам, словно пытаясь стереть привкус прошлого - крепкого алкоголя и липкого пота. Но вместо этого во рту появилась знакомая горечь, та самая, что преследовала его все эти годы. Он сжал кулаки, стараясь скрыть дрожь которая, возможно, существовала только в его голове, и прикусил внутреннюю сторону щеки, пока в сознании не остался только голос Спейдер. Её домашний номер был сохранён в его телефоне на случай крайней необходимости. Скорее всего, утром придётся отчитаться перед ней... Хотя, кто знает, может, он позвонит ей уже сегодня вечером.
Наконец Джереми вспомнил, что нужно сказать: — Нет. Только не тебе.
Он убрал руку, чтобы видеть лицо Жана. Француз выглядел неубеждённым. Джереми встретил его взгляд, мысленно умоляя поверить в это. — Я все лето говорил тебе, что хочу, чтобы ты доверял мне и чувствовал себя со мной в безопасности, не так ли? Ложь разрушит всё, что мы с таким трудом построили. Я скорее потеряю лицо, чем твоё доверие.
До боли предсказуемо: такая искренняя мольба заставила Жана отступить.
Джереми наконец смог сесть и потянулся, чтобы схватить Жана за запястье:
— Я серьёзно. Если хочешь спросить, то спрашивай. Я никогда не солгу тебе.
Жан молча изучал его, прежде наконец произнести: — Уайт Ридж питает к тебе личную неприязнь.
— Уже несколько лет, - согласился Джереми. — Я разрушил карьеру и репутацию их капитана. Такое сложно простить.
По выражению лица Жана было ясно — он не знал, что делать с этой информацией. Джереми терпеливо ждал очевидных вопросов, но француз лишь вырвал руку: — Нет. Сейчас не время для подробностей. Ты мой капитан и партнёр - этого достаточно. Я буду сражаться против них вместе с тобой.
— Мы с тобой одна команда, - пробормотал Джереми, неожиданно радуясь этому. — Но сегодня под прицелом не только я. Держись - они наверняка пересмотрели твоё интервью десятки раз и готовы высказать все, что думают. Придётся играть по их правилам, но знай: если прикроешь мою спину — я прикрою твою.
Он отошёл, чтобы закончить застёгивать рубашку, а Джереми принялся искать туфли. Когда он был полностью готов, Жан всё ещё беспомощно возился с галстуком. Джереми подошёл и протянул руки:
Жан покорно отдал галстук. Джереми обернул шёлк вокруг его шеи и замешкался, пытаясь вспомнить как его завязывать на другом человеке, отвлечённый тяжёлым немигающим взглядом Жана. Он медленно воспроизводил действия, ожидая, когда сработает мышечная память. Со второго раза узел наконец получился, и Джереми торжествующе улыбнулся, разглаживая галстук.
— Проще, когда... - начал он, но пальцы Жана, поправляющие его воротник, оборвали мысль.
— Глупое изобретение. Как висельная петля.
Джереми собирался засмеяться или согласиться. Вместо этого вырвалось: — Тебе...идёт.
Когда Жан замер словно статуя, Джереми поспешил поправиться: — Галстук... галстук хорошо смотрится. Но да, носить их неудобно.
Его спас звонок от Лайлы. Отступив на безопасное расстояние, он проверил сообщение: — Похоже, почти все уже внизу. Пойдём?
На выходе Джереми протянул Жану один из ключей. Он шёл неспешно по лестнице — в Тусоне было душно и ты потел почти от каждого лёгкого действия, не хотелось промокнуть от пота до начала ужина. Внизу они присоединились к толпе Троянцев у входа. Коди устроился между Кэт и Лайлой, подальше от хмурых Пэта и Ананьи. Румянец на щеках Коди вряд ли был от жары. Лицо Ананьи оставалось спокойным, но руки она сжимала так сильно, что на платье образовались заломы.
— Расслабься, - дотронулся Джереми до её рукава.
— Я расслаблена, - сквозь зубы ответила Ананья.
Когда все 29 Троянцев и их 6 гостей собрались, Реманн повёл их в конференц-центр.
Регистрация прошла гладко. На регистрации раздали именные бейджи с номерами игроков. Через пару поворотов распахнутые двери зала уже манили гостей внутрь.
Один из ассистентов тренера Аризоны сидел прямо у входа. Она поднялась, чтобы пожать руки четырём тренерам USC, прежде чем поднести микрофон ко рту. Судя по шуму и толпе, Джереми предположил, что как минимум пять команд уже разместились в зале, но микрофон тренера Аризоны легко перекрывал весь гул:
— Троянцы из USC уже на месте. Тренер Реманн, тренер Лисински, тренер Уайт, тренер Хименес. Капитан Джереми Нокс, вице-капитан Ксавье Морган.
Она выключила микрофон и, наклонившись к Реманну, указала куда-то вглубь зала. Джереми стоял достаточно близко, чтобы услышать:
— Ваши столы - тринадцать и четырнадцать в золотом секторе.
— Спасибо, тренер, - кивнул Реманн и двинулся в указанном направлении, а команда потянулась за ним длинной вереницей.
Сердце Джереми бешено колотилось, будто колибри,запрыгавшее у него в горле. Он любил хаос, шум и толпы на вечерних матчах; ещё большим подарком было то, что все западные команды собрались под одной крышей. В этом зале было столько талантов, что воздух буквально звенел от напряжения. Но под этим восторгом тлели и старые воспоминания.
Он окинул зал взглядом, выискивая знакомые лица и те, которых уже не должно было быть здесь. Сколько раз он мечтал о таких турнирах — и как быстро сам всё разрушил. Осознание, что он больше не тот человек, приносило облегчение, которое отдавало горечью.
USC, как одна из крупнейших команд запада, могла бы занять целый стол, но их рассадили за двумя соседними, чтобы игроки могли общаться с другими командами. Один стол делили с «Дикими котами» Аризоны, второй — с «Бронкосами» из Бойсе. Вне матчей эти команды ладили с Троянцами, так что Джереми остался доволен расстановкой. Он переглянулся с Ксавье и кивком указал на стол Аризоны. Тот в ответ жестом обозначил стол Бойсе. Каждый капитан возьмёт на себя одну из команд, чтобы избежать обвинений в предвзятости, а остальные игроки распределятся сами.
Джереми мог найти своего бывшего товарища по команде в любом переполненном зале. Джереми сделал вид, что не заметил вопроса во взгляде Алехандро Торреса, и протянул ему руку. Торрес, не колеблясь, крепко пожал его руку, но слабая улыбка, которую ему удалось изобразить, не коснулась его глаз.
— Джереми Нокс, кажется? - Торрес сел напротив. — В последний раз ты был брюнетом. Старшекурсник и уже кризис среднего возраста?
— Что-то вроде того, - рассмеялся Джереми. — Поздравляю с новым назначением на роль капитала. Надо было написать, когда увидел обновленный состав.
— То есть ты все ещё не удалил мой номер? - Торрес приподнял бровь, и Джереми лишь пожал плечами. Капитан Аризоны не стал настаивать, но оценивающе посмотрел на Жана. — Значит, тот самый Жан Моро. Много о тебе слышал.
— Я вас не знаю, - сухо ответил Жан.
— Это Алехандро Торрес, - поспешно пояснил Джереми. — Мы вместе учились в школе. Один из лучших дилеров, которых я знаю, и у него сильная команда. Играть в Аризоне — одно удовольствие: у них потрясающие болельщики и отличные площадки.
Затем, обращаясь к Торресу, добавил:
— Жан ещё изучает западные команды. Ему нужно время, чтобы запомнить всех.
Торрес понял, что Джереми опустил главное:
— Он и не должен нас знать. Для Воронов мы всегда были никем.
— В прошлом сезоне вы здорово выступили, - дипломатично парировал Джереми. — Интересно, как вы развили этот успех.
Ответ Торреса потонул в новом объявлении:
— Команда Уайт Ридж Бобкэтс прибыла. Тренер Джонс, тренер Кейпер, тренер Хэтчер. Капитан Томас Эннис, вице-капитаны Пегги Уолтер и Адам Уэст.
Взгляд Джереми сам собой устремился к новоприбывшим. «Бобкэты» — самая многочисленная команда запада, в этом сезоне их тридцать три игрока. С учетом гостей их группа казалась бесконечной. Джереми не удивился, что их посадили подальше от USC: Аризоне не нужны были лишние конфликты в начале сезона. «Бобкэты» занимали второе место в дивизионе почти столько же раз, сколько Троянцы — первое, и их осенние матчи всегда были непредсказуемы.
Торрес, казалось, не заметил что фокус его внимания сместился. Он всё ещё смотрел на Жана:
— Как тебе Троянцы? Должно быть, после Воронов всё кажется другим.
— Да, - ответил Жан. И не стал что-либо добавлять.
Место напротив Жана уже было занято, но другой игрок «Диких котов» подошла, чтобы его занять. Когда её товарищ по команде не поднялся сразу, она нетерпеливо стукнула его по плечу: — Подвинься.
Тот тяжело вздохнул, освобождая место, а она чуть не толкнула его бедром в спешке садясь на его место. Джереми не сразу узнал её без формы, но номер на шнурке подтвердил — это один из вратарей «Диких котов».
Канадка, - вспомнил он за мгновение до того, как она обрушила на Жана поток быстрого французского. Жан молча смотрел на неё несколько секунд, прежде чем ответить, а затем уже она принялась разглядывать его с нахмуренным лбом. Джереми переводил взгляд между ними, гадая, как уследить за грубостью Жана, если он не понимает ни слова. Оба выглядели одинаково раздражёнными, но не настолько, чтобы отступить.
— Всё нормально? - спросил Джереми.
— Наверняка поливают нас грязью, - Торрес подтолкнул вратаря локтем.
— У него самый ужасный акцент, какой я слышала, - фыркнула она.*
Возмущённое «У меня?» от Жана заставило её рассмеяться, и они снова погрузились в перепалку. Торрес развёл руками, а Джереми откинулся на спинку стула, наблюдая. Он всегда считал Жана интровертом, но лёгкость, с которой тот парировал атаки незнакомки, открывала для него все больше и больше деталей.
*[Жан говорит на стандартном французском (Франция), а канадка привыкла к квебекскому диалекту. Поэтому она называет его акцент "ужасным", подчёркивая разницу.]
Джереми обдумывал это. Жан всегда болезненно относился к своему английскому, хоть и прятался за языковым барьером, когда не хотел общаться. Пять лет в Штатах должны были придать уверенности, но тут Джереми наконец понял: в кабинете Ханны Бейли Жан признался, что учил английский по учебникам — в тот же день, когда упомянул «год уроков».
«Мне запрещали говорить по-французски в Гнезде», - сказал он тогда. Всего год на изучение языка перед тем, как его бросили в Эвермор. Джереми представлял, как Вороны относились к потерянному иностранцу. Наверняка безжалостно, и это причиняло ему боль.
Это подстегнуло его желание выучить французский, и он проверил телефон: Уильям всё ещё искал репетитора. Последнее сообщение было кратким: «Ищу».
Перед тем как убрать телефон, пришло сообщение от Ивана Фазера:
«Где ты останешься на ночь?»
Джереми взглянул вдоль стола на защитника-второкурсника. Тот поймал его взгляд и вызывающе усмехнулся. Джереми замер между желанием и отвращением. Фазер был умел и напорист, но Джереми не знал, сможет ли он затащить кого-нибудь в постель, не разбудив при этом слишком много воспоминаний.
«Спроси позже. Могут быть другие планы», - ответил он.
«Неубедительно», - прилетело в ответ с кучей недовольных смайликов.
Джереми извиняюще пожал плечами, и Фазер переключился на Троянцев напротив. Появление ещё двух команд прервало спор Жана — вратарь «Диких котов» оживилась при объявлении второй и поспешила уйти.
— Её бойфренд играет за Неваду, - пояснил Торрес, заметив недоумение Джереми.
— Сколько команд осталось? - спросил Джереми.
— С Невадой и Сан-Франциско уже десять. Значит, ещё три... Хотя... - Торрес замолчал при новом объявлении. Подошедший игрок что-то шепнул ему на ухо, указывая через зал. — Две, - поправился он, поймав взгляд Джереми. — Нам пора.
Когда они ушли, Джереми толкнул Жана коленом и кивнул на мужчин в центре зала:
— Представители ERC, Шумейкер всегда был рядом, но я не помню младшего из них. Уиллис? Уильямсон? А-а-а...… Лайла?
— Уитни, - без колебаний ответила она.
— Проживу сто жизней — не сравняюсь с твоим умом, - вздохнул Джереми.
— Может и сможешь, если начнёшь читать, - парировала Лайла.
— Я читаю для учёбы! - сказал Джереми, прижав руку к сердцу.
— Гости, - предупредил Жан, и что-то упало перед лицом Джереми. Конфеты рассыпались по салфетке. Он обернулся, чтобы увидеть дарителя, но вместо этого заметил, как напротив него отодвигают стул Торреса.
— Джереми Уилшир, - Расти Коннорс уселся напротив, и Джереми мгновенно забыл о человеке за спиной. — Мы держали пари, появишься ли ты в этом году. Джей Джей тут уверял, что не осмелишься, а я верил в тебя. После прошлого-то... Не удержался, да?
Джереми улыбнулся вратарю «Бобкэтов»: — Всё ещё Нокс, вообще-то.
Коннорс сжимал в кулаке те же конфеты-трубочки, что Джей Джей Ландер кинул Джереми, - яркие бумажные палочки, набитые сахарной пудрой. Он оторвал кончик одной, высыпал содержимое на язык и показал Джереми синее пятно: — Но ты же знаешь - мы всегда рады тебя видеть. Мы даже собираемся устроить небольшую вечеринку в память о старых добрых временах. Тебе стоит прийти.
Он открыл вторую трубочку, но вместо того чтобы съесть, высыпал сахар ровной линией на салфетку. Под столом Лайла впилась ногтями Джереми в бедро. Тот собрался с мыслями, удерживая взгляд на Коннорсе, даже когда тот вывел ещё одну линию. Остальные трубочки он швырнул Джереми: — Держи.
Коннорс лизнул кончик пальца, и, не отрываясь смотрел на Джереми.
— Спасибо, но в этот раз пас, - ответил Джереми.
— Очень жаль, - Коннорс толкнул локтем защитника «Диких котов». — Этот парень раньше отрывался на полную.
— Круто, - безэмоционально бросил защитник и указал на конфеты. — Если не будешь есть — отдай. Сестра моя помешана на них.
Джереми начал собирать трубочки: — Она с тобой?
— А у тебя? - Коннорс повернулся к Джереми, и тот замер. — Братья-сестры ещё остались, да?
— Хватит, - резко прервала Лайла. Джереми сжал её руку под столом. — Мы здесь не для драк. Веди себя прилично или проваливай.
— Какие драки? - Коннорс ухмыльнулся. — Просто болтаем.
— Мне неинтересно говорить с тобой о семье, - голос Джереми стал ледяным. — Смени тему или уходи.
— Их же минимум двое, да? - Коннорс оглянулся на Ландера за подтверждением и торжественно продолжил: — Мог бы хоть одного привести. Говорят, ты в «Рыцарском Отдыхе» остановился, как и мы. Разве вы не знали? У гостей нет доступа на крышу.
Сердце Джереми упало, но он лишь выдавил: — Что...
Удар. Кулак Жана обрушился между ними с такой силой, что зазвенели столовые приборы. В зале воцарилась тишина, прерванная лишь скрипом стульев — все обернулись на конфликт. Джереми чувствовал на себе осуждающие взгляды ERC, но не мог оторваться от Коннорса.
Коннорс изучил руку, которая была в опасной близости от того, чтобы сломать ему нос, прежде чем бросил проницательный взгляд на Жана:
— Пока что, - холодно парировал Жан.
— Жан, - предупредил Джереми, надеясь, что в его тоне слышно «Не надо».
— Это Уайт Ридж? - спросил Жан по-английски, не отводя взгляда от Коннорса.
— Да. Коннорс — их стартовый вратарь.
— А ты — Жан Моро, - Коннорс окинул его оценивающим взглядом. — Много о тебе слышал. Соболезную, что ты оказался у Троянцев. Кто додумался поставить носорога в чайную лавку?
Жан вопросительно посмотрел на Джереми, так как не очень понял о чем идёт речь. Тот изобразил рога пальцами у виска. Коннорс усмехнулся:
— Такому зверю нужна команда, которая раскроет его таланты. Тебе стоило податься на север.
— В Пенсильванию? - Жан поднял бровь.
— В Спокан, - ядовито подчеркнул Коннорс. Фырканье Жана заострило его улыбку. — Думаешь, мы тебе не ровня? Но USC даже не ценит тебя. Второй линией поставили… Позор.
— Лучше быть на втором месте здесь, чем гнить в вашем болоте, - парировал Жан, лишив Коннорса улыбки, но Жан ещё не закончил и, щёлкнув пальцами, сказал. — Я слышал о вас достаточно, чтобы понять, что вы ничем не отличаетесь от Пенн Стейт или Эдгара Аллана: грубая сила вместо тактики. Я это уже проходил. Если хочу совершенствоваться— нужно попробовать что-то новое. Эта команда — единственное, что имеет для меня значение.
— Хрень собачья, - фыркнул Коннорс.
— Я член идеального корта. В Экси я не ошибаюсь.
— Неужели кто-то верит в эту чушь? - Коннорс обвёл взглядом замерших Троянцев и «Диких котов». Которые с напряжённым интересом наблюдали за этим разговором. Коннорс широко махнул рукой двум мужчинам, сидевшим напротив него, и настаивал: — Мы все знаем настоящую причину, по которой ты попал в USC. Не так ли, Уилшир?
Джереми подавил желание ввязаться, но всё же бросил: — Просвети нас, Коннорс.
К счастью, вернулся Торрес: — Оторви задницу от моего места.
— Я уйду буквально через секунду, - отмахнулся Коннорс.
— Раз… - сказал Торрес и сильно встряхнул свой стул. Он не отрывал взгляда от головы Коннорса, но указал через стол на Ландера. — Подумай ещё раз о том, что ты собираешься сказать. Вышибу душу на глазах у ERC, если сейчас же не уберётесь. Не зря вас посадили в другом конце зала.
Вставая, Коннорс нарочито толкнул стул в Торреса. Несколько «Диких котов» вскочили, готовые к драке, но он лишь склонился к Джереми: — Рад был снова тебя увидеть. Я передам Дексу привет от тебя.
— Дай его новый номер — сам позвоню, - Джереми едва успел договорить, как Лайла сжала его руку до хруста. Джереми проигнорировал это, больше заинтересованный злобой, появившейся на лице Коннорса. Джереми, наконец, снова смог улыбнуться и, напустив на себя непринуждённый тон, сказал: — Увидимся на корте через неделю. Будет весело.
Торрес едва дождался, пока Коннорс отойдёт, прежде чем снова занять своё место, и хмуро уставился на свою салфетку: — Это ещё что? Кокаин на моём столе?
Его подчинённый рассмеялся и показал свою коллекцию конфетных палочек.
— Это конфеты, капитан! Смотри!
Джереми идеально выучил фразу Жана, но сейчас всё смешалось в голове. Вместо этого он небрежно протянул руку к Торресу, высвобождаясь из хватки Лайлы: — Одолжишь?
Он почти не надеялся на согласие. Но после небольшой паузы Торрес швырнул ему пачку сигарет. По весу Джереми понял — зажигалка внутри. Кивнув в благодарность, он уже поворачивался, когда...
Главы Золотого Ворона, Экстр ВРИ и Паньгуань выходят раньше в моем тгк https://t.me/Novels_Miler