Золотой Ворон_Глава 13
THE GOLDEN RAVEN
Первая неделя Жана в Университете Южной Калифорнии была немного сумбурной, но, по крайней мере, это был полезный опыт. Лайла наняла для них пару частных охранников, которые присматривали за домом и сопровождали их на занятия по утрам, но за ними всегда следили один или два репортёра. Они не могли близко подойти, но безостановочно фотографировали, просто чтобы позлить их, и на протяжении всего пути выкрикивали назойливые вопросы в адрес Жана.
Ко вторнику голодная пресса выяснила, что кампус - это то место, где они наиболее уязвимы, и они разбили лагерь за пределами Лайона, чтобы следовать за троянцами по пути на пары. Реманн немедленно подал жалобу в университет. К следующему утру половина входов в кампус была забаррикадирована, а остальные охранялись стойками охраны. Всем, кто хотел попасть в кампус, требовалось письменное приглашение от преподавателей или студенческий билет. Это успешно заблокировало доступ репортёров, но дополнительные меры безопасности не понравились товарищам Жана.
Среди всего этого хаоса Жан учился быть студентом. Странно было осознавать это в свой выпускной год, но лишь в среду днём он по-настоящему понял, насколько ограниченным было его мировоззрение. Жизнь Воронов была строго контролируемой, с преданными своему делу преподавателями и компактными классами, приспособленными к их сокращённому графику, поэтому он никогда по-настоящему не проводил время в кампусе. Он помнил лишь высокие здания, скучные лекции и автобус, отвозивший Воронов обратно в Гнездо. Теперь же Жан был «заперт» в кампусе с шести утра до половины третьего пять дней в неделю.
Понедельник и среда проходили гладко: Шейн передавал Жана Джереми, тот — Коди. У Жана всегда был с собой ланч, который они с Кэт готовили на неделю вперёд, а Коди предпочитал столовую. После они находили солнечное местечко, где Коди то болтал о пустяках, то молчал, пока не приходило время идти на стадион.
По вторникам и четвергам было немного сложнее, но Жан надеялся, что со временем войдёт в ритм. С началом учебного года утвердилось постоянное расписание занятий с Добсон. Это был отвратительный способ начать день - звонить ей сразу после утренней тренировки, но, по крайней мере, это его избавляло от её присутствия. Так или иначе, в момент его звонка у каждой из шлюшек были занятия, зато Таннер был свободен и с удовольствием сидел и занимался в библиотеке, в то время как Жан отсиживалась в одной из учебных комнат в ожидании звонка. Как только Жан освобождался, Таннер засыпал его вопросами о Воронах, на большинство из которых Жан не реагировал, если только они не касались тренировок.
Джереми разрешили присутствовать на занятиях Жана по микроэкономике при условии, что он не будет мешать. Внимания этому предмету он мог не уделять, но во вторник всё же попытался из любопытства или солидарности. Через десять минут его глаза остекленели от скуки, а ещё через пять он уже крепко спал. Поскольку он вёл себя тихо и присутствовал ради Жана, тот позволил ему спать и сосредоточился на конспектах. Следующая пара была в том же здании, поэтому Жан нервно сидел в аудитории, пока не подоспел Шейн. Затем приходил Коди, чтобы забрать его.
В четверг Таннер догадался взять ноутбук и разветвитель для наушников, так что после звонка Добсон они с Жаном посмотрели часть матча Воронов. Таннер отмечал каждый момент, где применялись приёмы, которым Жан пытался медленно учить его. Видя это в действии и понимая, к чему стремиться, Таннер загорелся с новой силой. В этом году он не выйдет на корт, так как Троянцы теперь сохраняют новичков на следующий сезон, поэтому он пытался справиться с этим, думая о будущем.
— Никто меня не ждёт, - самодовольно заявил Таннер. — Они знают только мои школьные результаты, а не то, что я тренируюсь один на один с членом Свиты короля.
— Если ты вообще научишься всему этому, - сказал Жан.
— Научусь! - Таннер скорчил рожу. — Я же стараюсь.
— Иногда получается. Но чаще ты просто ходячая катастрофа.
— Как грубо! Извини, я не родился жутко одарённым! Но я смогу. Не остановлюсь, пока не освою.
Он посмотрел на часы, сунул ноутбук в рюкзак и не решился посмотреть на Жана серьёзным взглядом: — Я говорил с Лукасом о твоих упражнениях. Ты заставил его перейти на лёгкую ракетку и все такое, я подумал, может, это поможет ему во всем разобраться, но он сказал, что не сможет прийти. Вы все ещё ссоритесь?
— Моё личное мнение о Лукасе не имеет значения, - ответил Жан. — Он Троянец.
Таннер лениво пнул ножку стула Жана, прежде чем встать. — Это не совсем «да» или «нет», понимаешь.
— На тренировке нет списка приглашённых.
— Всё равно это не... - Таннер раздражённо вздохнул и направился к выходу.
Джереми возвращался с занятий, поэтому они первыми добрались до Хоффмана. У Таннера снова было свободное окно — он сгруппировал большинство пар на понедельник и среду, — поэтому не спешил уходить. Поэтому пока он ждал, решил попрактиковать взмах ракеткой, сопровождая удары ненужными звуками «вжух». Жан старался не обращать на него внимания, поскольку Таннер, очевидно, делал это скорее для развлечения, чем для полноценной тренировки, но это все равно раздражало и ему пришлось отвернуться. К счастью, Джереми оказался рядом и спас его буквально через пару минут.
— Ты ему действительно нравишься, - заметил Джереми, устраиваясь в аудитории.
— Ему нравится намордник, который ты на меня надел, - парировал Жан. — Будь я с ним честен, он бы давно сбежал.
— И это сделало бы тебя счастливым? - Джереми пристально смотрел на него. — Обращаясь с ним как с Вороном, я имею ввиду со всей этой показной строгостью, злостью и требованием идеала. Тебе бы понравилось? Не думаю. Ты зациклен на результате и готов растоптать любые методы ради скорости. Он ещё ребёнок, Жан. У него впереди пять лет.
Жан смог избежал ответа, так как учитель встал из-за стола, чтобы начать урок, но вопрос преследовал его, пока он заполнял свои страницы заметками. «Понравилось бы тебе?» Он представил, как бьёт Таннера рукояткой ракетки по спине или лупит по защите так, чтобы синяки держались днями, в это время рисуя странные завитки в углу страницы. Это было бы ради его же блага: пара хороших ударов — и парень либо выложится на полную, либо сдастся. Быть снисходительным к его ошибкам — медвежья услуга. Будущее Таннера и успех Троянцев важнее чьих-то чувств.
Троянцы чаще занимали второе место в лиге, чем третье, и этой весной дали Воронам хороший отпор. Их медленный, стабильный и несерьёзный подход в целом работал. Прояви они больше жёсткости, возможно, уже закрыли бы разрыв. Вместо этого они смирились с ролью вечного второго места. Объективно — это провальная команда, напрасно тратящая таланты.
Жан медленно сжал пальцы в кулак, пытаясь почувствовать боль, которая давно утихла. Когда на следующей неделе начнётся сезон, и он воочию увидит, как они справляются со своими соперниками, то наверняка поймёт, каким ужасным будет этот год.
Пятница была самым напряжённым днём недели, так как единственным занятием, был урок делового письма в восемь часов. До вечерней тренировки в три он был свободен. Отмена керамики освободила и Джереми, но по пятницам он уезжал на терапию. Утром Кэт могла бы составить компанию, но у неё были встречи с кураторами. Шейн оставил Жана с Ксавье и Мин, те через час передали его Набилю, а затем похитили его уже Эмма и Мадс. Джереми вернулся за десять минут до того, как Коди бы забрал Жана.
— Ты снова принял душ, - заметил Жан, когда Джереми устроился рядом.
— Другой одеколон. - Жан провёл маркером по заметкам. — Он тебе не подходит.
Джереми потянул воротник, чтобы понюхать. — О, я даже не заметил. Не мой, - пояснил он, заметив взгляд Жана. — Столкнулся с другом по дороге. Правда так противно?
Осознание, что аромат принадлежал другому мужчине, удвоило отвращение. — Да.
— Прости, - Джереми извинился и в его голосе проскользнули нотки веселья. Он отодвинулся, когда понял что ветер дует от него к Жану. — Так лучше? - спросил он с игривой ухмылкой. Жан проигнорировал его.
Коди появился через несколько минут, разложив между ними коробку клубники. Джереми скривился, и Коди, закатив глаза, разделил ягоды только на двоих. Жан ел медленно, наслаждаясь кислинкой, когда Коди перевёл взгляд между ним и Джереми:
Западный округ придерживался того же расписания, что и северо-восточный: первые выходные в году отводились под осенний банкет. Это была непринуждённая встреча перед началом сезона — возможность оценить соперников до того, как горечь первого матча испортит отношения между ними.
Южный и центральный округа начинали с одного-трех матчей, что в прошлом году очень раздражало Жана.
В этом году организатором был Университет Аризоны. Лайла предположила, что дорога займёт восемь-девять часов с учетом остановок, и на прошлой неделе вытащила его за покупкой подходящей одежды.
— Да, - сказал Жан, прежде чем добавить: — Я знаю эти команды только по их статистикам.
— О, я предполагаю что всё-таки не знаешь. Большинство из них ведут себя вполне нормально — с нами, во всяком случае. Но между собой у многих из них напряжённые отношения. Единственные, кто публично лезет на рожон против нас, это Уайт Ридж. - Коди задумчиво хмыкнул, крутя в пальцах травинку. — Обычно мы просто задавливаем их своей добротой, пока кто-то не вмешается или они сами не опозорятся. Но в этот раз, думаю, не сработает. Особенно если поедет Джереми.
Жан замер с последней клубникой на полпути ко рту. — Если.
Коди неправильно понял паузу и бросил на Джереми оценивающий взгляд. — Ты что, передумал?
— Нет, - Джереми уставился в небо. — Я все равно еду.
Жан нахмурился, глядя на обоих. — Это важное мероприятие. Посещение обязательное.
Коди уставился на Жана, будто у того выросла вторая голова; Жан смотрел на него в ответ и ждал объяснений. После неловкой паузы Джереми наконец приподнялся на локтях: — Я не был на банкетах с первого курса. Тренер всегда меня освобождал.
— Если ERC узнает, что ты прогуливаешь...
— Они знают, - резко прервал Джереми с фальшивой улыбкой. Он не стал развивать тему, одёрнул рубашку и сказал: — Сам не замечал, пока ты не указал, но этот одеколон действительно невыносим. Пойду смою и надену что-то с менее резким запахом. Ты не против позже проводить его на стадион? — кивнул он на Жана.
Губы Коди сжались в тонкую линию, но они лишь ответили: — Да, я беру его на себя.
— Спасибо! - Джереми вскочил и ушёл.
Коди проводил его взглядом, а Жан изучал серьёзное лицо товарища в поисках подсказок. Наконец Коди с горечью усмехнулся: — Умён как чёрт, но все равно борется за звание лучшего выпускника. Никогда не пойму, - и повернулся к Жану. — Ты правда не в курсе? Даже если он молчал, несколько лет назад это гремело в новостях. Хотя... - он замялся, пересчитывая годы на пальцах, — ты тогда ещё не учился в колледже. Вряд ли они тебя интересовали.
Это было правдой лишь наполовину. Джереми начал обучение на год раньше Идеального корта, однако Кевин, с его одержимостью успехами Троянцев, вряд ли мог не заметить появление такого игрока. Может, Кевин и знал, на что намекает Коди, но Жан никогда не читал статей, которыми тот делился. Кевину он объяснял это тем, что его уровень языка не позволяет читать подобное. И, как Кевин и предполагал, Жана больше интересовали фотографии, чем текст. Он отогнал бесполезные мысли, сосредоточившись на Коди.
— Не интересовали, - солгал он.
Коди пробормотал что-то невнятное, потирая лицо — тянул время, думая, как подать историю. Наконец он вздохнул и опустил руки на колени: — Ну, почти всё это и так известно публике. Могу прямо сейчас рассказать официальную версию для СМИ, или подожди, если хочешь услышать правду от самого Джереми. Но в любом случае нам нужно обсудить Ноя. Завтра какой-нибудь идиот наверняка вспомнит о нём, а Джереми точно не захочет обсуждать.
— Бывший Троянец, - предположил Жан.
Имя Ноя стало последней деталью пазла. Жан вспомнил ребёнка с единственной фотографии в доме Джереми, хриплый отголосок в его голосе, когда тот говорил о смерти брата. «В августе будет четыре года». Он уже собрался остановить Коди, но тот продолжил тяжёлый разговор:
— Ноа был гостем Джереми на нашем первом банкете — не по своему желанию, других деталей не знаю. Вроде вежливый парень, но явно не в себе. Стоило Джереми отвлечься и он просто...
Коди провёл рукой перед лицом, изобразив пустой взгляд. — ...отключался. Джереми говорил, что он устал. Спорить с ним в те дни было себе дороже, понимаешь?
Жан не до конца понимал, что это значило, но сейчас было не время думать об этом. Он отложил этот комментарий в сторону, пока Коди продолжал:
— Джереми пригласили на закрытую после-пати, и он отправил Ноя одного в отель. Наверное, думал, что тот посмотрит телевизор или рано уснёт. Но Ной поднялся на крышу. На записях видно, как он три часа сидел в лаунж-зоне.
Коди потёр предплечье, будто от внезапного озноба. — Потом встал и перелез через ограждение.
Жан ожидал этого, но слова Джереми — «Его больше нет» — эхом отозвались в голове, пока он смотрел на Коди. — Он спрыгнул.
— Официально - нет. В пресс-релизе написали, что он пытался сфотографировать горизонт и перегнулся через перила. Раз записи не опубликовали, Уилшеры смогли вывернуть историю как угодно. Им нужна была жалость и приватность - чтобы прикрыть провальный вечер Джереми. По-моему, это бесчеловечно. - Коди сглотнул. — Джереми нужна была помощь, а не пиар. Мы думали, он не выдержит.
Неожиданный поворот событий позволил Жану вытеснить Ноя и Элоди из головы. Коди поморщился под его пристальным взглядом и беспомощно развёл руками: — Чтобы понять до конца, придётся вспомнить весь тот вечер. Хочешь услышать это от меня или от него?
— Он разрешил спрашивать. Поэтому я спрошу.
— Твой выбор. - Коди взглянул на часы и собрал мусор. — Пообещай, что завтра не упустишь его из виду. Большинство зачинщиков уже выпустились, но один все ещё здесь. Такие обиды не забываются.
— Он мой партнёр. Я защищу его.
Если он продержал Нила три недели в Гнезде, то один банкет с Джереми — пустяк. Сложность будет лишь в сдерживании самого себя.
Осенний банкет на западном побережье начинался в шесть по горному времени. Реманн велел команде прибыть в Тусон на час раньше, поэтому к 8:30 все собрались у стадиона. Арендованный автобус ждал их в Экспозиционном парке. Погрузка их дорожных сумок и вечерней одежды в камеры хранения была несложной работой. Уайт и Хименес пересчитали пассажиров на парковке, а Реманн и Лисински провели ещё один подсчёт, когда все уже были внутри.
Мест хватило, чтобы тренеры сидели по одному, а некоторые Троянцы разбрелись по креслам. Дерек и Деррик, как всегда, устроились рядом. Четверо подопечных Жана заняли два ряда впереди. Его удовлетворение длилось недолго — среди них оказались пятеро незнакомцев.
— Свидания разрешены, - напомнил Джереми, заметив неодобрение Жана.
Уголки его губ дрогнули в улыбке. Жан хмуро плюхнулся на свободное сиденье. Джереми сел рядом: — Предупреждаю: в декабре их будет больше. Сейчас начало года — народ ещё не освоился.
— Тем более стоило запретить, - буркнул Жан, но Джереми лишь рассмеялся.
В итоге, вместе с Жаном, в группе шлюшек оказалось девять человек. Коди, оставшись без пары, заполнил соседнее кресло пакетом снэков. Пэт и Ананья расположились сзади, Кэт и Лайла — впереди. Джереми с Жаном — напротив девушек, а Ксавьер и Мин — позади них.
Жану нравилось сидеть у окна, наблюдая, как Лос-Анджелес проплывает мимо. Вчера он загрузил на ноутбук записи матчей, но в дороге смотреть их было бесполезно — от чтения в транспорте его мутило. В Воронах он просто спал во время переездов, выкраивая минуты покоя.
Первые часы прошли легко: дремота под смех друзей, болтовни ни о чём. Проснувшись, он увидел, как Кэт и Коди, сгорбившись, играют в портативные приставки, а Лайла разгадывает кроссворд. Джереми, развернувшись на коленях, оживлённо обсуждал что-то с Ксавьером и Мин — этому человеку слов никогда не занимать.
Жан хотел снова заснуть, но уже вволю выспался. Раздражённый, он начал перебирать команды на пальцах: назвал столько нападающих, сколько смог вспомнить, правши они или левши, и мысленно присвоил им номера футболок, которые, по его мнению, были самыми подходящими. Он разобрал половину списка, когда Джереми заметил его бодрствование и, прервав беседу, устроился рядом с ним.
— Хорошие новости! - произнёс Джереми с преувеличенной бодростью. — Три часа позади, осталось ещё шесть.
Жан бросил на него убийственный взгляд: — Оставлю тебя на следующей заправке.
Улыбка Джереми сияла бесстрашием. Жан отвёл глаза ещё до того, как тот сказал: — Не сможешь.
— Возможно, - Жан стиснул зубы. — Но мысль об этом согреет меня в дороге.
Джереми рассмеялся: — Ты что, вообще с собой ничего не взял? - Жан махнул рукой, но Джереми продолжил уже на французском: — Здравствуйте! Меня зовут Джереми Нокс. А вас?
Родная речь на его губах заставила Жана замереть. Он считал удары сердца, изучая лицо Джереми, впитывая безупречное произношение, и наконец ответил по-английски: — Я плохой напарник для практики. Я из Марселя, - добавил он, видя, что Джереми готов спорить. — Ты учишь парижский французский.
Джереми осознал это не сразу, но лицо его озарилось: — У тебя акцент!
— Ты уже понимаешь их речь. Знаешь, как компенсировать разницу в произношении, не жертвуя своим прогрессом.
Взгляд Джереми стал упрямым. Объяснять разницу между носовым «правильным» говором его матери и грубоватым диалектом отца Жан не планировал, но шесть часов в пути убедили его сделать исключение. Он разложил всё по полочкам: примеры, пояснения. Джереми слушал, как заворожённый, и пытался повторять, несмотря на предостережения.
Курс, который он выбрал, противоречил этим протяжным гласным и ленивым звукам — практика с Жаном только сбила бы его с толку.
— Найду преподавателя из Марселя, - отмахнулся Джереми.
— С южным акцентом тебя всерьёз не воспримут.
— Разве это важно? - Джереми всмотрелся в него, будто выискивая тайну. — Я учу французский только ради тебя.
Даже удар в грудь причинил бы меньше боли. Жан проклинал себя за то, что не сел к Коди — теперь ему приходилось терпеть близость Джереми, чьи слова буквально обжигали. Когда молчание затянулось, Джереми наклонился, доставая телефон из кармана, и начал надиктовывать сообщение дворецкому. Возможно, он давал Жану время возразить, но слова застряли в горле. Вместо этого Жан ловил каждое движение — как тепло тела Джереми касается его бока, как рука случайно задевает его бедро.
Спасение пришло неожиданно: «Эй, братан!» с задних сидений вырвал Жана из оцепенения. Он проигнорировал его, пока тот не повторился по-французски.
— Я их этому не учил, - пробурчал он в ответ на вопросительный взгляд Джереми. Деррик подхватил эстафету, затем другие голоса. Жан едва сдерживал гримасу от уродливого произношения.
— В университете есть французские преподаватели, - напомнил Джереми, пропуская его к выходу. — Удачи!
Жан двинулся к задним рядам. Шон и Шейн оккупировали последний ряд с незнакомками. Деррик и Дерек сидели впереди, Эштон с Эммой — напротив. Лукаса сидел один, Трэвис с Хаою — через проход. Жан намеренно скользнул взглядом мимо Лукаса и уставился на «линию двойного Д»(Деррик и Дерек).
— Не коверкайте мой язык, - предупредил он.
Деррик тут же указал на Себастьяна: — Это он!
Дерек развернул экран ноутбука, демонстрируя открытый фотоальбом. На фотографии он стоял в обнимку с двумя людьми. Незнакомцы были одеты не в красно-золотые цвета Троянцев, но Жан не успел спросить, какое отношение это имеет к нему — Деррик уже тыкал пальцем в девушку, прижатую к Дереку.
— Это моя будущая жена, - с гордостью заявил он.
Значит это была Шериз, о которой так часто упоминали. Жан сразу понял, почему Деррик так увлечён ей, но не собирался доставлять ему удовольствие своим согласием. Он холодно посмотрел на Дерека:
— Вы позвали меня сюда не для этого.
— Ну, вообще-то да, - ответил Дерек.
Жан развернулся, чтобы уйти, но Деррик вскочил и схватил его за рукав:
— Тебя вечно достают. Останься, посплетничай с нами! - абсурдное предложение, ведь здесь, вдали от корта, ему нечего было с них взять. Жан настороженно посмотрел на него, но Деррик уже махал Лукасу: — Подвинь свои вещи, дай ему сесть!
Лукас вряд ли согласится, но после небольшой паузы он швырнул рюкзак на пол.
Деррик одарил Жана обаятельной улыбкой и сказал: — Я даже не заикнусь о «Королях». Честное слово! Пусть акулы сдохнут и всё такое.
— Ты против акул? - спросил Тимми.
— Почему все в этом автобусе такие некультурные? - вздохнул Деррик.
Шейн проигнорировал его, обращаясь к Жану:
— Мы остановимся на перерыв где-то через час. Я знаю, ты сможешь потерпеть нас до этого момента.
Жан не мог догадаться о скрытых мотивах, ведь это его команда. Он покорно сел на освободившееся место, спиной к Лукасу, вытянув ноги в проход. Деррик свесился с сиденья:
— Это была твоя идея, - напомнил Жан.
— О чём ты обычно болтаешь с ними?
Сухой комментарий Дерека: — Ну да, Деррик любит трепаться, - лишь рассмешил Деррика.
Он не врал: получив разрешение, Деррик тараторил без передышки. Жан откинулся на спинку сиденья, просто слушая.
Кроме Шейна, с которым Жан посещал три общих предмета, он редко пересекался с Троянцами вне поля. Жизнь за пределами кампуса и отсутствие Гнезда — места, которое когда-то сплачивало их, — лишь увеличивало дистанцию. Теперь же он видел их в ином свете: они перекидывались шутками без злобы и подколов, столь привычных для «Воронов», будто Экси вообще не существовало.
— О чём задумался? - Дерек ткнул в его макушку. — Лицо как у статуи.
— Ваша выездная раздевалка ужасна, - встрял Себастьян. — Могу я сказать это сейчас?
— «Ваша»? Он же не Ворон! - огрызнулся Шон.
— Ладно, но суть остаётся прежней. Ненавидел то место. Ты правда там жил?
В памяти всплыли тёмные стены и красное освещение, ряды одинаковых комнат, а так же кровь. Его кровь. Которая казалась чёрной на полу спальни Рико. Одни и те же несколько приёмов пищи снова и снова, одни и те же бессердечные лица изо дня в день, и двор, где Вороны наконец-то смогли собраться и передохнуть. Резкий смех, дикое насилие и хруст ломающихся костей. Жан пошевелил пальцами, желая убедиться, целы ли они, но отсутствие боли было столь же тревожным, сколь и успокаивающим.
— Каково это? - перегнулся через Себастьян Диллион.
Живой кошмар, - подумал Жан. Но вслух произнёс: — Гнездо - ключ к нашему успеху.
— Я бы с ума сошёл, - Себастьян искал поддержки у Диллиона.
— А кто сказал что они этого не сделали? - впервые заговорил Лукас.
Шейн встал, готовый вмешаться, но Жан продолжил: — Как по-английски цветное стекло в церкви?
— Витражи. Английский такой уродливый язык.
Жан щёлкнул пальцами. — Вороны как витражи: острые осколки, сплавленные воедино. Их не разбить вновь.
— Но ты и Кевин ушли, - напомнил Дерек.
Кевина откололи силой, Жана украли, но объяснять это бессмысленно.
— Мы - Свита Короля, - сказал он. Несмотря на то, что Кевин и Рико формально находились на вершине иерархии, их связь была холодной и отстранённой. Они держались на расстоянии даже друг от друга, словно между ними всегда оставалась незримая пропасть. Жан же, хоть и не занимал их статуса, был глубже втянут в жестокую систему Гнезда. Он впился ногтями в татуировку на щеке, пока боль не пронзила скулу. — Мы уже не те, что были раньше, - проговорил он, имея в виду себя и Кевина.
Жан не заметил, что первокурсники стали следить за ним, но Чак внезапно вскочил и уставился на Жана: - Ты собираешься оставить... это? - спросил он, указывая на своё лицо. - Разве это не странно? Я имею в виду, что все остальные уже ушли.
— Не обращай на него внимания, - сказал Дерек. — Видимо мама неправильно его воспитала.
— Я не единственный кто хочет знать!
— Ты, наверное, мог бы найти другой способ спросить, - сказал Набил на расстоянии одного или двух рядов от него.
Хаою резко шикнул на Чака, пытаясь привлечь его внимание. Его сценический шёпот был недостаточно тихим, чтобы Жан не расслышал его “Рико!”
Жан успел заметить, как Хаою провёл пальцем по горлу — универсальный жест «замолчи, или будет хуже». Чак побледнел, осознав, что зашёл слишком далеко, и мгновенно скрылся за спинкой сиденья. Хаою, заметив взгляд Жана, бросил руку на колени, делая вид, будто ничего не произошло.
«Оп — и его нет», - подумал Жан.
До остановки ещё далеко, но он больше не мог здесь оставаться. Резко поднявшись, направился к передним рядам. За его спиной разгорелся переполох:
— Что ты сморозил?! - крикнул Дерек.
— Я не хотел! - оправдывался Чак.
Жан сел рядом с Джереми. Тот, заметив его напряжённый взгляд, спросил:
— Всё в порядке...?
Жан перебил: — Научу тебя фразе. Используешь её, если захочешь уйти с банкета.
Лицо Джереми быстро сменилось с тревоги на восторг. Жан заставил его повторять слова на французском, пока произношение не стало безупречным.
Удовлетворённый, он уставился в окно.
Они не разговаривали до самого конца поездки.
Главы Золотого Ворона, Экстр ВРИ и Паньгуань выходят раньше в моем тгк https://t.me/Novels_Miler