Глава 5: Что же будет завтра с нами?
На следующее утро Женя отправился из дома Миши и Саши, как ни в чем не бывало, в школу. Погода была сегодня на удивление теплой, даже небо ненадолго прояснилось. Ярко светило солнце, последние, еще не улетевшие на юг птицы, распевали свои песенки. Багров уже понадеялся, что сегодня будет самый обычный день. Ему надо было успокоиться, учитывая вчера, и желательно не попадаться на глаза Стрижу. Не стоит омрачать вкус вчерашней победы новыми издевательствами.
По началу уроки даже приносили какую-то радость, никто не мешал и не отвлекал на переменах. Даже вышло сконцентрироваться на книге, которую ему подарили к началу учебного года. Однако, его времяпровождение в тишине и спокойствии прервалось после четвертого урока - кто-то резко и громко ударил кулаком по его парте. Женя даже встрепенулся от неожиданности, как перепуганная птица на ветке, и оторвал взгляд от страниц. Перед ним стояла Саша - та самая девушка, с которой он подрался чуть больше недели назад. Она злобно смотрела на парня, чуть ли не прижигая его взглядом, от чего ему пришлось невольно отодвинуться назад на стуле.
- Какая встреча - саркастично заметил Женя - Вижу, синяк уже зажил. Жаль, синий тебе к лицу.
- Кончай со своим сарказмом - прервала его тирады Саша, зло хмурясь, она резко шагнула вперёд и дёрнула его на себя за галстук - Не хочешь выйти на пару слов?
От этого ученик несколько раз прокашлялся, тканевая лента обвивала его шею, сжимая.
- Ага - прокряхтел он - Бегу и спотыкаюсь.
Благо Кира, которая стояла рядом, мигом вступилась и попыталась оттянуть свою подругу за плечо.
- Саша, мы пришли поговорить, а не выяснять отношения - она крепко держала её, несмотря на сильное сопротивление и попытки сбросить с себя руки Корюковой - Спокойней.
Спустя пару секунд девушка всё же ослабила хватку и молча отошла, гордо задрал нос. Извиняться за свою грубость она не собиралась, да и Багров не ожидал от неё милости. Поэтому он поднялся с места и решил сразу обратиться к, по его мнению, более адекватной собеседнице.
- Ничего такого - Корюкова смущенно отвела взгляд куда-то в угол, перебирая пальцы - Мы хотели обсудить кое-что насчёт вчера, только... - она осмотрелась вокруг, за ними уже наблюдала парочка скучающих одноклассников - Этот разговор не для чужих ушей.
Евгений мигом насторожился, услышав что-то про то, что разговор будет именно об этом. Понятно, что этот вопрос касался того, почему он вчера ушёл с уроков раньше, но с чего бы такого человека, как новенькая, это бы волновало? В голове парня была только одна мысль: его хочет подставить Софронова, она была инициатором этого разговора, и скорее всего уже что-то разнюхала на него компромат. Или даже она работала в паре со Стрижевым...
- Откажусь - Женя тут же сел в прежнюю позу и достал "Дюну" - Нам не о чём говорить.
Однако узнать, что дальше произошло в загадочных пустынях Арракайса, ему не удалось. Книгу одним резким движением выхватила Саша, всё так же сводя брови.
-А, по-моему, очень даже есть - она убрала книжку за спину, когда Багров попытался её забрать себе обратно - Не расскажешь нам получше про восьмую комнату?
Уши Жени тут же заалели, он встал и пошёл к выходу из класса, немедля. Девушки переглянулись и решили идти следом, чтобы тот не сбежал совсем. Ученик спустился по лестнице на второй этаж, откуда он свернул в небольшой закуток. Его не было видно ни со стороны коридора, ни оттуда, откуда он пришёл, так что там можно было вести тихие переговоры. Убедившись, что кроме них троих поблизости никого нет, Евгений поставил вопрос прямо:
Долго ждать ответа не пришлось, Саша мигом выпалила:
Заметив на лице парня недоумение, ему решила всё объяснить Кира, прокашлявшись в кулак.
- Видишь ли, - она снова опустила взгляд, дёргая пои этом в руках рукава своего свитера - Вчера мы... Точнее, Саша хотела посмотреть, куда ты уходишь. А потом...
-А потом ночью мы рыскали по интернету и узнали, что это бордель, которая принадлежит какому-то поехавшему сынку бизнесмена. К тому же он не скрывает, что он гей - закончила за неё Саша, скрестив руки на груди - Нам интересно, что ты там вчера забыл? Захотел приключений на жопу?
Такой вопрос немного задел за живое, от чего Женя отстранился от них. Один шаг - и он впечатался спиной в стенку, холодный бетон без какого-либо теплоизолирующего покрытия. Было ощущение, что его этим загнали в угол, бежать было некуда. Он снова в роли зверька, которого окружили со всех сторон, чтобы распотрошить его тушку до косточек. Спустя момент нависшей неловкой паузы Евгений смог выдавить из себя хоть что-то осмысленное:
-Раз уж вы и так все знаете... - сказал он, хотя, это больше было похоже на мысли вслух. После короткой паузы парень поднял глаза на девушек, охватывая их растерянным взглядом - Комната номер 8 — это моё место, чтобы хоть немного расслабиться.
- Расслабиться? - спросила Саша, снова подходя ближе. Несмотря на её миниатюрный рост, чувствовалась исходящая от неё угроза - И как же ты там расслабляешься? Не рановато ли тебе еще?
- Не так, как ты подумала - грубо отрезал Женя, выступая вперёд - Просто выпиваю и болтаю с теми...кто похож на меня. Кто может меня понять.
-А ты...? - было хотела уточнить Кира, но ответ подоспел раньше.
Повисла неловкая пауза, которую никто не мог решиться нарушить. Выражения на лице Корюковой сменялись от удивления до смятения, она будто никак не могла подобрать более подходящие слова для продолжения диалога. Зато её подруга сохранила свой надменный вид, и по правде, именно рыжик вызывал больше сомнений и тревожных мыслей своим относительным спокойствием. Именно она через минуту переспросила:
Багров по началу подумал, что ему это послышалось, он вытаращился своими синими глазами на девушку в изумлении. Кира была не менее обескуражена такой фразой, почему она даже перестала дёргать рукава одежды.
-А что ты ожидала? Что я расскажу, как трахаюсь налево и направо? - прорычал парень. Этот не меняющийся прищур и азартная улыбка вызывали раздражение, так и хотелось взять реванш за то шоу в школьном дворе.
- Нет - Александра снова сложила руки калачиком, что придавало ей более уверенную позу в разговоре – Если дело только в ориентации, то мне всё равно. Просто было интересно.
Такое размеренное поведение и толерантное отношение ввело обоих её собеседников в полный ступор. Женя ещё долго не мог понять, шутка это или наглое враньё. Но лицо девушки оставалось таким же, ничто не выдавало в ней скрытности, а тем более лицемерия. Багров рискнул снова завести диалог, прокашлявшись перед этим.
- Рад, что обошлось без разъяснений.
- Мне они не требуются - коротко ответила рыжая, поправляя свои волосы. После она продолжила - Меня больше удивляет то, что наш сын самой главной шишки в ОДП разгуливает по каким-то притонам. И даже не думает про то, что его могли видеть.
Выражение лица Саши сменилось на более заинтригованное, её явно брало любопытство, что заставляло Евгения остепениться. Неспроста такой интерес к его персоне, это точно.
-С чего это тебя вообще волнует? - вспылил парень, отступая ближе к стене – Хочу, и хожу. Тебе какая разница, что увидят?
- Потому что нас заметили - робко вставила своё слово Кира, она уже взяла из кармана Саши телефон - Нам вчера ночью прислали это. - пара кликов, и она протянула аппарат Жене. На экране высветилась фотография двух девушек, которые сидели вместе в песочнице, как будто кого-то дожидаясь. Но парень тут же узнал этот мухомор их железных листов и странные рисунки на стенках, сомнений быть не могло.
- Вы долго там сидели? - поинтересовался он, на что новенькая глубоко задумалась.
- Полчаса, а может дольше...Я не знаю точно, у меня нет телефона.
- Долгая история. - утихомирила его любопытство Корюкова, когда Саша вышла вперед
- Но ты оттуда не высунулся, даже когда уже стемнело.
- Тогда всё плохо... - Багров чуть прикусил губу от волнения, придётся их посетить немного в происходящее - За мной уже долгое время следит один парень из одиннадцатого «в», Стриж
- Тот петух что ли? - с насмешкой спросила Александра, фыркая - И что ему надо? Твою сладкую попку?
- Она не настолько ценна, чтобы ради неё это делать, поверь мне на слово - колко парировал школьник, уклониться от подколов девушки - Он постоянно вымогает у меня деньги, чтобы сохранить мою тайну. - зло фыркнул, вспоминая вчерашнее - Я ему после бара приказал удалить все фото с собой, может теперь он переключился на вас?
- И.…что он может нам сделать? - чуть с опаской спросила Кира, казалось, что хохолок на её голове начал от нервов чуть дрожать — Это фото же ни о чём не говорит. Он ничего не сможет так о нас узнать.
Багров задумался ненадолго. Что бы мог иметь в виду такой человек как Стриж? С одной стороны да, этот поступок не имел никакой логики. Но с другой...
— Это может значить только одно - заключил Женя, скрестив руки - Он хочет сказать, что положил на вас глаз. И что скоро точно начнёт действовать.
- Да что этому хрену от нас надо? - от непонимания Саша уже начала злиться, активно жестикулируя - Я же не сынок богатого майора.
- Может ему и не нужны от вас деньги - парень в ответ пожал плечами, самодовольно улыбаясь - Но ты удобная жертва. За тебя никто не вступится из-за твоей репутации.
Не успела Софронова как-то красиво ответить, как Багров отправился обратно в свой класс, завершат тем самым разговор. Походка была уже намного более уверенная, плечи расправлены, голова поднята, что злило девушку только сильнее.
Зло шепнула она и решила просто стереть ту фотографию. Все остальное время в школе прошло тихо, не считая злостной тирады учительницы по истории по поводу того, что класс не прочитал нужное количество страниц учебника про очередную русско-турецкую войну. Саша большую часть фраз про «ленивое поколение бездарей и неучей», а также «людей, не способных в будущем поддержать интеллектуальный разговор», пропустила мимо ушей. Ей это и лично слушать приходилось не раз. Так что на вопросы отвечали только отличница Наташа Ленская и Кира. По ощущениям Софроновой, эта девочка была просто ходячей библиотекой, она читала буквально все подряд и в очень больших количествах. Так что рядом с ней даже немного становилось не по себе от ощущения собственной ущербности.
Однако, после уроков это все сходило на нет, и они просто обсуждали вчерашние события.
- Как думаешь, этот Стриж скоро начнет действовать? – спросила Корюкова, в руках она держала учебник по литературе. Читала разные комментарии и дополнения к программе.
- Я-то откуда знаю? – пожала плевами Саша, свой учебник она даже не принесла сегодня в школу – Но, судя по тому, что я о нем слышала, достаточно скоро.
- Я все не могу понять, что ему от нас может быть надо – продолжала свои раздумья Кира – Мы обе не богаты, и мы не настолько популярны. Это ведь не имеет никакой логики.
- Как будто такие люди хоть когда-нибудь действуют по логике – рыжик только засмеялась, смотря на одноклассницу.
Всю дорогу до дома они только и строили теории о том, для чего все это было нужно. По приезду Саша облокотилась об перила у своего подъезда, смотря на уже увядающие флоксы. Их посадила одна из бабушек еще летом, и чего на этой клумбе за это лето только не происходило. Ее и удобряли компостом некоторые пьяницы, временами даже собаки, дети собирали там букетики, от чего та бабушка злилась больше всего. Один сосед по пьяни чуть не задавил припаркованной машину ей оградку. Скандал был не шуточный, но этот заборчик до сих пор так никто и не починил. Стоял, покосившись, перед полу завядшей клумбой.
- Ладно, мне пора- сказала Софронова, слабо улыбаясь – Поем, и на работу.
- Ты где-то работаешь? – с интересом спросила Кира – Где, если не секрет?
- Да не особо то и секрет – отозвалась девушка – И это не совсем и работа. Я играю на гитаре на Белорусском вокзале. Так что да…
- У тебя очень хорошо получается. Возможно, и кидают много.
Однако на такое оптимистичное заявление Александра только громко рассмеялась, прикрыв глаза.
- Мне бы твою уверенность – Саша тут же подошла к двери, чтобы прислонить к домофону ключ. Тут же раздался противный писк. – Обычно копейки, но если удастся поймать иностранца, то перепадет и чего поинтереснее – девушка хищно улыбнулась, уже представляя, как снова кто-то кинет двадцать баксов за исполнение любимой песни - Раньше я думала, что научусь играть, создам свою группу и уеду колесить по стране. Но, как видишь, я всё ещё придерживаюсь сольной карьеры.
- Тогда я бы не против тебе помочь – Кира шла следом за одноклассницей в прохладный подъезд – Хотя бы поддержкой.
- Тогда будешь играть там вместе со мной – уверенно заявила рыжик, но, заметив удивление на лице Киры, добавила следом – Ну хоть основной ритм, самый простой. Так музыка будет интереснее.
- Возможно и да – ответила девушка, хотя от волнения она все равно дергала рукава вниз, чуть ли не до кончиков пальцев – Но я не уверена, что не смогу. А вдруг я собьюсь? Или я не буду знать песню? И все еще буду смотреть…
Однако, тут ее ладони взяла Саша в свои, более теплые, пусть и меньшие по размеру. Улыбка на лице буквально излучала уверенность, что от части и воодушевляло, и даже пугало своей целеустремлённостью и одержимостью.
- А ты не смотри на других – гитаристка потянула Киру за собой в приехавший лифт – Слушай только меня и гитару. Я буду давать ритм в начале, а потом…просто действуй, как говорит душа.
- Ну Кира, пожалуйста! Мне нравиться твоя игра, ты точно справишься!
Такой план не сильно внушал уверенность. Киру все еще терзали сомнения, а страшные картинки осуждающе смотрящей толпы заставляли ноги подкашиваться. Она раньше никогда не играла на публике, и она точно никогда бы не могла даже предположить, что свой первый перформанс она исполнит на переполненном людном вокзале. Но, видя Сашин азарт и как она уже настукивает ритм на стенке лифта, попутно мыча про себя разные мелодии, ей было трудно отказать.
Через буквально час обе девушки уже стояли на площади рядом с Белорусским вокзалом. Кира раньше его никогда не видела, так что достаточно внимательно осматривала все вокруг. Бледно-бирюзовый фасад здания, прямоугольные окна в геометрических белых рамках, стеклянные вставки и большие часы на одной из стен. Мимо спешили люди, мельком бросавшие взгляд на табло с расписанием рейсов и катившие за собой чемоданы. По архитектуре можно было подумать, что ты очутился в конце 19 века, эпоху императоров и великих достижений. Однако, все это ощущение портили висевшие тут и там вывески новомодных кафе, забегаловок, да и вокруг стояли разные киоски. Ненужная шумиха, на которую даже приезжие практически не обращали внимания. Кира только несколько разочарованно вздохнула, смотря на это, в руках она держала коробку с двумя барабанами из своей стойки и с хэтом.
- А мне говорили, что в Москве больше смотрят на такое…
- Ты о чем? – Саша тем временем сидела на бордюре возле газона и настраивала гитару. Перед ее ногами уже лежала заготовленная зимняя шапка, которую она взяла из гардероба своего двоюродного брата.
- Ну, о вокзале. В книжках его совсем по-другому рисовали. Что он такой красивый…
Сама рыжик же только прыснула.
- Меня больше удивляет то, что вообще есть книжки про Белорусский. Да и потом, это здание еще очень даже ничего. Ты еще не сидела внутри госучреждения.
Кира только надула щеки и села рядом с ней, чтобы достать из коробки свои инструменты. Вид проходящих мимо людей заставлял сильно волноваться, от чего она постоянно нервно сглатывала и опускала взгляд. Парочка людей уже их заприметила и встала рядом, ожидая их шоу.
- А вы тут играть будете? – с ухмылкой спросил один из парней, постриженный под ноль и в синей спортивной куртке. Посмотрев на него, Софронова только пренебрежительно фыркнула и поставила гитару на мостовую.
- Нет, крестиком вышивать, знаешь.
- Да он просто спросил, чего сразу быковать то? – рассерженно ответил его друг, скрестив руки – Бешенная.
Прежде чем гитаристка смогла подняться, чтобы ответить на такое, ее схватила за руку Корюкова.
- Саша, не надо. Давай не будем…
- Нечего задавать такие тупые вопросы– рыжик снова попыталась вырваться, чтобы ударить хоть кого-то из этой компашки, но Кира держала ее достаточно крепко. Тот самый парень гоповатой внешности же продолжил:
- Да ты тут уже месяц бренчишь. Трень-брень, как заведенная. Других мест нет, гном конопатый? Тут люди, вообще-то ходят.
— Вот и иди куда подальше, раз так надо – зло буркнула Саша и снова взяла в руки свой инструмент.
Снова раздался приятный звук нейлоновых струн, прозвучали до боли знакомые Кире аккорды. Это была «Lithium», не самая сложная песня в плане барабанов, что радовало Киру. Но она все равно долго не решалась вступить, особенно из-за такого пристального внимания со стороны не самых приятных на лицо парней. Только получив одобрительный кивок от своей подруги, она смогла немного прийти в себя. Одна из ее любимых композиций, заслушанная когда-то до дыр на старом плеере. Кира закрыла глаза, слушая только мелодию гитары. Руки уже практически на автомате начали выстукивать на барабане палочками ритм. Простой, восьмыми, иногда разбавляемый более звонким, чем нужно, о край малого.
In a daze 'cause I′ve found God
Парни рядом практически сразу начали улюлюкать и что-то кричать. Саша не сдавалась и пела громче, уже чуть ли не срывая голос до хрипоты. Благо, возле них стали собираться еще люди, которые отогнали от них группу буйных. Кто-то даже кинул пятьдесят рублей в шапку.
- А сыграете «Что такое осень», пожалуйста? – спросила явно девушка.
Этого гитаристка только и ждала, начала концерта по заявкам. Закончив песню для разогрева, она тут же посмотрела на свою подругу. Кира выглядела несколько растерянно, не понимая, что ей делать.
- Все просто – одноклассница тут же нала настукивать нужный ритм по бордюру – И так статично.
Софронова только хихикнула, начиная уже бить по струнам, эту песню она до этого часто играла вместе с тетей, особенно осенью. Так что в их семье это было уже практически попсой, которую каждый мог сыграть чуть ли не с завязанными глазами. Этот концерт по заявкам продолжался, несколько раз приходилось просить включить требуемое произведение. Шапка заполнялась тем не менее медленно, самым большим вкладом так и оставались те самые пятьдесят рублей. Пока вдруг…
- А «Похоронный марш» Шопена смогёшь, Сашенька?
Услышав этот голос, рыжик мигом подняла голову. Перед ней нависал Влад Стрижев, свои светлые волосы он на этот раз поднял, залил лаком, а для большего устрашения надел косуху и берцы. Однако такой вид Софронову только позабавил.
- Ты уже себе на похороны репертуар подбираешь? Тогда могу предложить лучше это. – язвительно улыбнувшись, она снова начала играть на потеху всех вокруг – Заселились в яблоки мои братья червяки. Но жизнь в яблоках херня, здесь в говне моя родня…
Однако рывком у нее выхватили из рук гитару, Стриж аж зеленел на глазах от злости.
- Язык у тебя длинный. Не боишься, что отрежут?
- Вставай в очередь, батенька – Саша мигом выхватила свой инструмент и села обратно, закинув ногу на ногу и с ухмылкой смотря на парня – Не ты первый, не ты последний тут такой. Стрижев только фыркнул, такое самодовольство его явно выводило из себя, он уже сжал руки в кулаки.
- На твое счастье, я не бью девушек.
- Как благородно – фыркнула Саша и она уже хотела снова вернуться к музыке, но Стриж снова подошел поближе. Только теперь девушка заметила, что у хулиган на телефоне была открыта какая-то статья в электронном издательстве, оцифрованная страница журнала.
- А что на это скажешь? – с ехидной улыбкой спросил он и тут же принялся зачитывать текст – Очередное скандальное заявление было сделано вчера, 19 февраля. На популярного актера Павла Морозова, который блистал в таких фильмах как «Взвод» и «Зимняя сказка», подала в суд его гримёрша, Маргарита Софронова. Девушка рассказала, что в один вечер…
- Замолчи – резко выпалила Саша, снова вставая с места, но на это послышался только злорадный смех.
- Ну чего ты, Сашенька? Или ударило по больному? – спросил её Стрижев, выражение его лица, наглая ухмылка и прищуренные глаза, выражало максимальное садистское удовольствие от вида озлобленной девушки – Твоя мамочка любила кого познаменитее? Поэтому и липнешь к Багрову?
От этих слов Софронова впала в ярость, внутри нее все разгоралось, как бушующий лесной пожар, который уничтожал буквально все живое на своем пути. Она вручила свою гитару совсем растерявшейся Кире и, встав в стойку, с разворота ударила Стрижа в бок носком тяжелого ботинка. Удар пришелся прямо по ребрам, от чего парень схватился за бок, зло шипя, как дворовой кот. Толпа тут же расступилась, охая и доставая уже из карманов телефоны, чтобы снять такое.
- Гремлин ёбанный – зло выпалил парень и сам уже попытался напасть с кулаком. Однако он встретил блок и новую атаку, прямо по носу кулаком. От такого у бойца уже пошла кровь, что вызвало в толпе сильное возмущение. На общий шум уже начала стекаться толпа все больше и больше. Они что-то кричали, пытались выяснить, что происходит, или просто желали хлеба и зрелищ. Кира еле смогла упаковать все инструменты и попыталась выдернуть свою подругу из драки.
- Саша, нам надо идти, пожалуйста.
Но та не реагировала и продолжала уворачиваться от рук вошедшего быстро в раж Стрижа. Но как только она снова ему смогла ответить, прямо в грудь, он уже начал верещать:
- Помогите! Избивают! Вызовите полицию! Убивают!
На этот раз попытка Корюковой была чуть более успешной и рыжика удалось вытащить с поля боя, несмотря на её активное сопротивление.
- Отпусти! Я ему голову откручу! – кричала она в гневе, махая руками и пытаясь все еще задеть ими лицо забившегося в угол Стрижева. Кира держала ее так крепко, как только могла, как вдруг ей на плечо не легла чья-то тяжелая рука.
За спиной девушки оказался полицейский в сопровождении еще троих своих коллег. Все люди, стоявшие рядом, тут же начали кричать на перебор о том, что они видели. Стоял такой шумный гул, что было практически невозможно разобрать слов. Обоих девушек заключили в кольцо обеспокоенные свидетели драки, а вот Стрижев и его компания быстро смылись. Их фигуры Софронова смогла различить на другом конце площади.
Но ее крики тут же перебил страж порядка, продолживший своим грубым сухим голосом.
- Гражданка, прекратите выражаться матом в общественном месте. Вы нарушаете общественные порядки. На вас жалуются за развязывание драки.
- Он первый начал меня из себя выводить! Он сам … - дальше она снова не успела ничего сказать, потому что ей закрыла рот ладошкой Кира. Она в ужасе смотрела на полицейских, ожидая расправы над ними. И ей всегда говорил один умный человек одну фразу. Которая поможет в таких ситуациях:
- Мы не будем ничего говорить без адвокатов. И покажите свои документы – пусть голос девушки и дрожал от волнения, но слова она вспомнить смогла. Молодой бритый налысо парень только озлобленно фыркнул.
- Я ничего не обязан вам показывать. И пройдемте с нами – его коллеги было уже начали хватать обоих музыканток за руки, но Саша сама ловко от них отбрыкивалась.
- За что? Почему? – Кира сама еле защищалась от них, протестуя.
Гул в толпе все нарастал, но никто не убирал свои телефоны. Все продолжали упорно снимать, комментируя что-то каждый в свой динамик и выкрикивая что-то парням. Но из-за такого шума разобрать их снова было невозможно. Полицейские решили долго не возиться – двое грубым движением они схватили обоих за руки и повели в сторону автозака, который стоял на углу привокзальной улицы. Третий взял с собой их инструменты и небрежно волочил гитару в футляре по земле. Все протесты Киры отклонялись или игнорировались, пока Саша из последних сил пыталась снова вырваться на свободу. Тщетно. Пока толпа шла следом, чтобы доснять последние кадры, девушек бросили в кузов машины вместе с их инструментами.
- Сидите, сейчас мы с вами разберемся.
Сказал тот, который и начал весь этот разговор. Саша тут же прижала к себе поближе вой побитый инструмент, чтобы его снова не смели трогать. Открывать его она боялась, не хотела увидеть царапин или, что хуже, трещины.
- Нам еще нет 18. Не имеете права просто так хватать – резко бросила Кира, используя их последний шанс. Голос у нее все так же дрожал от волнения, особенно от холодного взгляда из-за решетки. Саша даже не успевала удивляться, откуда ее одноклассница это все знала, а вот бритый служитель закона этой осведомленностью явно не был доволен.
- Чем докажете? – сухо спросил он.
Корюкова сильно нахмурилась, руки у нее слегка тряслись. Ими она еле смогла вытащить из кармана удостоверение из школы, которое ей выдали несколько дней назад. Совсем новое, недавно отпечатанное. Саша свое никогда не брала с собой, хотя и тоже получила его чуть больше месяца назад. Так что ей показать было нечего, что ее даже разозлило. Вечно такие нужны в момент, когда о них забываешь, пронеслось в мыслях у рыжика.
Полицейский долго всматривался в маленькие цифры на пластиковой карточке, словно надеясь, что они во вот изменят свое значение на для него более приемлемое. Но, к его сожалению. Дата рождения не менялась. 22 июня 1999 года.
- Ладно. Можешь позвонить твоим родителям – сухо бросил парень и кинул удостоверение небрежно через решетку. Кира тут же подняла его дрожащими руками.
- Спасибо…Только у меня нет телефона.
Прежде чем девушка успела ему чем-то возразить, полицейский тут же ушел от решетки, оставив девушек наедине в запертой машине. Кира только тяжело вздыхала, уставившись в одну точку. По крайней мере она попыталась что-то сделать, и это уже радовало. Поэтому она перебирала задумчиво струны гитары, лежавшей на сидении, чтобы хоть немного отвлечься от всего происходящего. Саша же никак не могла найти себе места, она постоянно ходила из стороны в сторону, заламывала руки, временами останавливалась, чтобы выпалить тихо какое-то ругательство. Кира достаточно долго наблюдала за этим, пока не решилась прервать эти метания дикого зверя, запертого против воли в клетке.
- Саша, тише – говорила она мягко, словно боялась спугнуть и разозлить еще сильнее – С нами ничего такого не сделают, все будет хорошо…
- Да я не из-за этих додиков – в сердцах выкрикнула рыжик, она подошла к запертой двери и обхватила руками толстые прутья – Меня Крис убьет, если узнает. Точно убьет! И Фил тоже, когда вернется. Мне точно конец! – девушка начала яростно биться наружу, словно надеясь раздвинуть прутья или сломать замок – Свободу попугаям! Свободу!
Но ее прервал удар по железным тонким стержням дубинкой, от чего девушка в шоке еле успела убрать руки и поджать их к себе.
- Я тебе дам, попугай – зло процедил сквозь зубы полицейский – Сиди тихо, пока не пришлось самому успокаивать.
Кира мигом подхватила разбушевавшуюся одноклассницу, чтобы одной рукой обхватить ее запястья, а второй прикрыть рот. Сейчас лучшим решением было не навлекать на себя еще больше злости, чтобы их быстро выпустили и оставили этот инцидент. Корюкова по крайней мере надеялась, что так и будет, она сама ужасно боялась того, что с ними будет, и что ей потом скажет отец, когда узнает.
Спустя примерно час, когда уже начинало смеркаться, машина все-таки поехала в сторону отделения. Привокзальное было переполнено, так что пришлось выдвигаться к соседнему. За время стоянки у пощади к горе-музыкантам успели подсадить еще одну женщину, которая торговала на вокзале самодельными пирожками, и двух лиц без определенного места жительства, которые устроили потасовку возле киоска. Двое мужчин носили поношенную одежду, которая никогда не видела стирку, в рубашках и кофтах уже были протёрты дырки, везде красовались пятна желтовато-коричневого оттенка, о чьем происхождении Кира знать бы не хотела. От обоих сильно пахло мочой, паленым алкоголем и чем-то кислым, почему все остальные старались вжаться в угол, подальше от них. Кира крепко обнимала Сашу, которая не скрывала своей неприязни. Она зажала нос рукой и смотрела на бомжей так, словно была уже готова их вытолкнуть из автозака, будь дверь открыта.
Однако ее полный отвращения взгляд вскоре уловил на себе один из мужчин и повернулся к ней. Из-под черной шапки, которую не снимали, наверное, уже лет десять, торчало несколько облезлых прядок жидких волос, заплывшие от синяков глаза смотрели отуплено на лицо гитаристки.
- Чего уставилась? Проблемы? – низкий прокуренный голос только добавлял ужаса, а дополняли картину редкие золотые зубы, других то уже и не осталось.
Саша ответить на этот раз не решилась, только прижалась спиной поближе к своей однокласснице, чтобы увеличить расстояние меду ней и седым бомжом. Кира сама хотела бы провалиться сквозь стену, продавить в ней укрытие, лишь бы спастись от этого человека. Страх окутывал ее сильнее с каждой секундой, тело обливалось холодным потом, а дыхание стало прерывистым. Приходилось прикладывать много усилий, чтобы заставить себя вдыхать спёртый воздух, пропахший вонью и запахом рвоты. Только та самая продавщица, казалось. Не придавала данной компании никакого значения, она просто смотрела через решетчатое окно на мелькающие снаружи дома и фонарные столбы. Они были внутри единственным источником света, слабым и пропадающим так же быстро, как и появляющимся.
- Кира, – вдруг раздался едва различимый за стуком колес шепот Саши – Пообещай мне, если мы выживем, что мы пойдем и купим тебе телефон.
- Что? – спросила девушка, явно удивившись. Даже хохолок на голове у нее слегка дрогнул после такого предложения – Но это же очень дорого, я не могу так…
- Я знаю, где можно взять подешевле. Моя тетя знает одного нужного человека. Только бы нас выпустили.
Но тут второй бомж резко подался вперед, рыча и издавая какие-то утробные звуки. Что-то полилось на пол, но что, Кира знать не хотела. Она тут же зажмурила глаза, но носа коснулся запах тухлостей. Саша уже развернулась к ней и крепко обхватила её за талию, прячась, как напуганный кот. Кира и сама была ужасно напряжена, но она удивилась, что рыжик уже еле сдерживалась, чтобы не закричать от страха. Прежде колкая на язык, не ставившая никого ни во что, теперь готова чуть ли не расплакаться, как маленький ребенок. Корюкова только вздохнула и обняла девушку покрепче, желая хоть немного защитить от этого окружения, хотя сама дрожала, как осиновый лист на ветру. Но ничего другого не оставалось, только смиренно ждать, что будет дальше.
В отделении их продержали около пяти часов кряду, но добиться ничего не удалось. Во время допроса внезапно зазвонил телефон, а после разговора участковый резко передумал продолжать всё это и девушек отпустили. За столом в комнате, где не было окон, они и не заметили, как просидели до глубокой ночи. Саша взяла телефон: на циферблате вверху часы показывали два часа ночи, а снизу висели десятки пропущенных от Кристины и даже Фила. Вздохнув, девушка подняла голову, на темном, оранжево-синем небе не было звезд, зато виднелась луна, которая выглядывала из-за серых облаков тусклым бледным пятном. Единственный источник света помимо одного-единственного мигающего фонаря на этой улице.
- И что нам делать? – спросила Кира, обнимая себя за плечи, на улице заметно похолодало. Саша только досадно пожала плечами, смотря в даль.
- Сейчас придумаем. Тут оставаться я точно не собираюсь.
Девушка тут же открыла чехол от гитары, который успели поцарапать при перевозке, чтобы достать то, что им успели накидать на вокзале. На дне звенели монетки, в основном пятирублевые, там же затерялось две купюры в сто и пятьдесят рублей.
- Думаешь, хватит на такси? – спросила рыжик Корюкову, которая все это время внимательно за ней наблюдала.
- Я не знаю, никогда не ездила на такси.
Саше ничего не осталось, кроме как вздохнуть и приступить к подсчету своих скромных сбережений.
- Кира, скажи честно, ты случайно не в лесу жила? Или ты прилетела к нам из прошлого?
- Вроде нет... – растерянно сказала девушка, дергая за кончик своего хохолка. Она смущенно опустила взгляд в пол, его все равно ощущала на себе пронзающий взор Софроновой – Почему ты спрашиваешь?
- Просто никогда не встречала людей, у которых нет даже самого простого телефона и которые еще никогда не ездили на такси – сто девяносто пять рублей, ровно столько им пожертвовали за тот короткий день на привокзальной площади. Саша уже хотел было позвонить в службу и узнать стоимость, как экран телефона погас, последние проценты заряда закончились. Злобно сжав все их пожитки в кулак, Александра раздосадовано засунула деньги в карман – Ладно, пошли, нечего тут торчать.
Рассеяно кивнув, Кира пошла следом за подругой, неся в руках коробку со своим барабаном. Вскоре они покинули еле освещенную улицу и попали в переулок. Где было совсем темно. В его глубине угрожающе шелестел клен своей редкой листвой, вдалеке громко хлопнули ставни открытого окна. Страх сковал девушек, но как только они собрались с духом, чтобы ступить во тьму, впереди донёсся хриплый скрипучий голос:
- Эй, вы. Что вы тут делаете тут в такое время, а? Не составите мне компанию?
Из тени вышел мужчина не самого резвого вида, явно из бара неподалеку. Рубашка на нем была расстегнута на половину, на брюках странные пятна, а от самого обитателя ночных улиц пахло перегаром. Кира вздрогнула от ужаса и прижалась поближе к Софроновой, которая сама побледнела, как полотно. Хотелось просто развернуться и начать бежать туда, куда глаза глядят, лишь бы подальше отсюда.
Но не успели они опомниться, как всех троих ослепил яркий свет фар машины, со скрипом выезжающей из-за поворота. Авто остановилось прямо возле них, у бордюра. Пьянчуга только громко выругался и отошел обратно, словно напуганный таракан, поджав усы. Саша даже не знала, радоваться ей или схватить Киру за руку, чтобы уже убежать куда угодно. Она уже было схватила подругу за запястье, как дверь машины открылась и ее окликнули:
Александру как будто ударило молнией, и она замерла, не смея оборачиваться на голос. Она знала его, и узнала бы из тысячи. Именно тот голос, который сейчас бы она хотела услышать в последнюю очередь. Ее двоюродного брата, Филиппа.
— Вот кто обещал мне перед отъездом не искать приключений? – причитая, продолжал Фил. Он, видимо, понял, что сестра не намерена разворачиваться, почему подошел к девушкам сам – Кто говорил, что точно не влипнет ни во что?
Рыжику все же пришлось поднять голову, когда брат встал прямо перед ней. Филипп был рослый, на голову выше своей младшей сестрёнки. Спортивного телосложения, широкий в плечах, настолько, что синяя спортивная толстовка несколько натянулась в этой области. Его лицо было угловатым, сильно выделялись скулы и острый, прямой нос, покрытый редкими веснушками. Из-под густых бровей на мир смотрела пара изумрудно-зеленых глаз, похожих по цвету на Сашин левый. На его высокий лоб спадала челка, светлые волосы цвета свежего сена после покоса торчали во все стороны, как грива у льва. Нервно сглотнув, Александра все же нашла в себе силы говорить:
- Я просто била в ответ, и всё. Я не собираюсь терпеть то, что какой-то урод…
- Но попасть в полицию это уже слишком, Саня – строго заметил Фил, скрестив руки на груди – Еще и втягиваешь других в свои авантюры – он перевел взгляд на Киру, от чего она заметно смутилась и чуть отвернулась – Нас, кстати, не представили. Меня зовут Филипп Репейников, так сказать опекун этого шила.
- Кира Корюкова…я ее одноклассница – сдавленно ответила девушка, продолжая дергать вниз край своей рубашки – Саша мне рассказывала про тебя, немного…
-Я польщен, но сейчас не до этого – без ложной скромности сказал парень, убирая назад волосы – Садитесь в машину и поехали домой, хватит с вас сегодня приключений. Тебя это особенно касается – он покосился на Сашу, которая в ответ только показала язык.
Поездка обратно на машине Репейникова была, наверное, самым приятным завершением такого дня. Водитель ничего не говорил, как и его пассажиры, только навигатор временами прерывал молчание своими короткими указаниями.
- Через триста метров поверните налево…Поверните налево. Через пятьдесят метров поверните направо… Поверните направо. Через двести…
И так без конца, холодный электронный голос продолжал диктовать маршрут без остановки. Александра решила его игнорировать и сконцентрироваться на шуме колес, на гудках машин за окном, на скрежет ветра, который как будто пытался опрокинуть машину, но не хватало сил. Улицы сменяли друг друга, мелькали фонари, но во многих домах уже не горел свет, жители мегаполиса погрузились в сон. И только несколько горящих вывесок магазинов, баров, блеск автомобильных фар напоминал о том, что Москва никогда не спит. Город, в отличие от людей, не знает покоя. Но вот Саша успела уже порядком вымотаться, почему ее постепенно клонило в дрёму, тело наливало свинцом, а веки все чаще падали. Не успела девушка полностью уйти в мир сновидений под монотонный голос навигатора, как ее разбудил какой-то звук. На телефон, который ей разрешили поставить на зарядку от прикуривателя, пришло новое сообщение.
«МЧС России сообщает! В Москве, 13 октября в 01:38, на Арбатском пер. 2, произошел пожар, огонь перекинулся на соседние дома. Всем жителям близлежащих домов приказано немедленно покинуть свои дома! Проход на Арбатский пер. и ул. Арбат в этом районе закрыт! Будьте внимательны и осторожны! Телефон службы спасения 01 или 112»
- Что там происходит? – к девушке тут же повернулась Кира, которую отвлёк свет экрана телефона. Сама Саша не знала даже, что говорить, она замерла в оцепенении.
- Фил, включи пожалуйста радио – вдруг сказала она Филиппу. Тот только пожал плечами и тут же покрутил приёмник, из хрипящих колонок донёсся голос диктора.
- …устроили поджог. Говорят, это связано с заявлением Мироновой и ее эфиром 10 октября. Есть подозрения, что нынешняя обстановка имеет отношение к бывшим членам Агнца, которые до этого редко выходили из подполья. Далее о новостях рынка…
Хладнокровный голос диктора сразу перешел на другую тему, оставив всех в немом шоке.