Глава 7: Цветочною пыльцою пропитались телогрейки
21 октября было для Жени тем днём, который всегда заставлял его себя настраивать на режим выжидания, когда он закончиться. День рождения его отца редко отмечался хоть сколько-нибудь масштабно, обычно все ограничивалось подарками от мамы, самодельной открыткой от Никиты и может быть походом в кафе вечером в компании всей семьи и пары друзей. Старший сын же старался просто не сильно досаждать празднующим и сидел в стороне, не желая быть особо причастным к торжеству. Отец всегда был его главной тяготой в жизни, все его ошибки прошлого прямо или косвенно отражались и на Жене. Убийства, подпольные организации, теракты, массовые забастовки, это краткий список того, что любят упоминать по поводу и без все, кто узнаёт о фамилии, стоящей в паспорте. Краткий экскурс в не столь давнюю историю при каждом новом знакомстве утомлял и раздражал, особенно потому, что все заслуги напрямую парня никак не касались. Так что празднование дня рождения - когда нужно поздравлять, быть максимально добродушным и чуть ли не пылинки сдувать - становилось чуть ли не пыткой.
Однако, в этом году всё было совсем иначе – отец ушел на работу рано, только и успел что получить поздравление от матери и поцелуй в слегка небритую щеку от неё. Дядя Миша говорил, что им придётся присутствовать на срочном совещании по поводу дела о взрыве. Как он говорил, им удалось выяснить причастных, двух работников, которые устроились за неделю до происшествия. Однако, на их след до сих пор напасть не удалось, они как будто испарились в воздухе. Женя уже было настроился на то, что этот день пройдет спокойно и без ужимок, как ему позвонили на телефон с просьбой:
- Не поможешь мне собрать стол?
Именно поэтому он, сам того не ожидая, уже через час стоял в гостиной вместе с дядей Сашей и пытался достать из коробки тяжелую столешницу. Вскоре им всё же удалось положить этот огромный кусок дерева на пол, чтобы разобрать все остальное.
- А почему вы не можете это сделать с дядей Мишей? – спросил Женя, сортируя разные винтики и дембели – Он у вас уже пару дней тут стоит.
- Потому что Мишу выловить невозможно – ответил Саша, он сильно запыхался после таких силовых упражнений, так что просто листал инструкцию – Вечно не понос, так золотуха. Думал вот, в пятницу работы мало, наконец-то сделаем, но нет. Чтоб их там всех… Еби их весло, которое их привезло – злой, он резко дернул инструкцию на себя, чуть ли не уткнувшись в неё носом.
- Эм, дядя Саша, ты держишь всё верх ногами.
Саша только раздраженно выдохнул и отложил буклет в сторону.
- Долбанные шведы, почему нельзя просто продавать цельную мебель?
- Потому что целый стол в машину не влезет – ухмыляясь, сказал Женя, на что тут же в ответ послышался тихий смешок.
- Тут ты прав. Но меньше слов, больше дела. Неси отвёртку, будем разбираться…
- С вас две двести. Спасибо, надеюсь, вашей жене понравиться подарок.
Звонок, и дверь снова закрылась, перед этим немного впустив холодный ветер внутрь. В магазине снова стало тихо, только фильтр тихо гудел в углу. Ирина убрала деньги в кассу, внимательно пересчитав купюры. Ровно две тысячи двести, две купюры по тысяче и две по сотне. Не хотелось бы снова попасть на том, что кассовые записи не сходятся с выручкой. Ещё раз все проверив, девушка вернулась к прилавкам, нужно было опрыскать цветы и убрать те, что уже потеряли свой товарный вид, на нижние полки.
Цветочный магазин «Белая роза» возле Раменки был не особо приметным со стороны, скрывался за аллеей из клёнов и терялся на фоне более крупных магазинов. Но, несмотря на это, всё равно поражал тем, как много разных растений в нем могло уместиться. В основном это были розы и хризантемы самых разных форм и оттенков, от багрово-красного до нежного белого, от жёлтого до почти пурпурно-синего. Каждый бутон, весь в цвету, радовал глаз своей красочностью. Серый пейзаж за витриной – затянутое тучами небо, черные стволы почти голых деревьев, жухлая трава на клумбах вдоль трассы – придавал только больший контраст этому буйству оттенков.
Пока Ирина опрыскивала растения из пульверизатора, дверь чёрного хода открылась и в магазин вошел парень с огромным деревянным ящиком в руках, из которого выглядывали шарики персиково-розовых георгин. Девушка тут же вскрикнула и отскочила в сторону, прижав руки к груди.
- Извини, я тут почти ничего не вижу – кряхтя, продавец поставил свой груз на пол и выпрямился, хрустнув поясницей.
Перед Ириной стоял её напарник, Репейников, который работал здесь еще даже до неё, больше полугода. Высокий, не слишком мускулистый, но явно в форме, светлые волосы были красиво зачёсаны назад, открывая угловатое, прямое лицо. Его зелёные глаза всегда смотрели с прищуром, что делало его облик еще более статным и серьезным. Девушка невольно отвернулась, когда этот суровый взгляд устремился на неё. Она чувствовала, как у неё запылали щеки, а сердце забилось чаще, Фил был слишком красив, и слишком недосягаем одновременно. Тем не менее, пора его отсутствия ощущалась такой тоскливой, бесцветной. Ира несколько раз пыталась узнать, куда он ездил и что делал во время своего отпуска, но ответ был один – отдыхал. Девушка успела заметить пару пластырей на шее у коллеги, но предпочитала думать, что это только раны или ещё что-то.
Вдруг дверь снова открылась, на пороге показался мужчина чуть за тридцать в длинном черном пальто, которое уже выглядело поношенным, с густыми, как у моржа, усами. Он ходил вдоль рядов, внимательно всматриваясь в каждый лепесток, трогал что-то пальцами, щупал листья. Фил, долго смотревший на этот обход ревизора, вздохнул и всё же сам подошёл к клиенту.
- Добрый день, Вам подсказать что-нибудь?
- Да… - мужчина ненадолго замялся, отводя взгляд в сторону, рядом с продавцом он казался намного меньше – Я ищу букет своей жене. Накосячил, сами понимаете. Вот, хотел бы извиниться…
Филипп снова набрал в лёгкие побольше воздуха, с этой фразой к ним приходили чуть ли не каждый день. Ирине уже даже изложили подробную инструкцию, что говорить таким покупателям, настолько эти случаи частили. Фил, следуя ей, уже повёл мужчину к стендам, где у них стояли разные букеты средней стоимости. Девушка тут же вспомнила, как её напарник ещё утром делал эти самые композиции, как осторожно подбирал цветы по гамме, раскладывал их в определённом порядке. У него были очень красивые руки, ухоженные, а тонкие пальцы ловко держали стебли и подвязывали ленты. У него при этом всегда было такое сосредоточенное лицо, а на лбу появлялась знакомая морщинка. Ира могла бы часами за ним наблюдать, но от одного ответного взгляда её бросало в дрожь. Хотя, она не слышала, чтобы у него была девушка, никто ничего не знал про личную жизнь Репейникова, даже сплетница Лика из ночной смены. Но вот пластыри на шее… Нет, сейчас не до этого, может, это только напускное.
- Ира, ау! Принеси пожалуйста со склада красную ленту.
Девушка словно очнулась ото сна, так что даже случайно уронила пульверизатор себе на ногу. Ойкнув, она тут же посмотрела на Филиппа, который стоял в двух шагах от неё.
- Опять на ходу спишь? Мне нужна красная лента для одного букета.
Неловко опустив взгляд, цветочница кивнула и побрела в сторону чёрного хода. Снова она замечталась, а он это приметил. Ира убрала за ухо выбившиеся из косы русые пряди. Нет, нужно было действовать, а то так можно до конца века в гляделки играть. А вдруг его кто-то уже приметил и тоже ждёт? Нет, так дело не пойдёт. Нужно наконец-то привести план в действие и познакомиться поближе с этим загадочным Репейниковым. Взяв ленту со склада, продавщица пошла обратно, и уже на подходе она услышала какой-то слишком бурный диалог.
- Я же вам сказал, она такого не заслужила. Ишь чего, я не собираюсь тратиться на её извинения.
- Поверьте, одна роза в целлофане не сильно расположит девушку к Вам. Девушки, сколько бы лет им ни было, ценят внимание.
- Что-то их внимание больно дорогое! Да и на кой брать эти букетики, если они всё равно завянут и умрут?
Ира тут же вошла обратно в магазин, перед ней развернулась странная картина. Фил стоял у стенда цветами, нахмурившись, пока стоявший напротив покупатель сильно сжимал в кулаке одинокую розу. Его лицо искривилось от негодования, глаза смотрели прямо на продавца, который продолжал говорить своим леденяще спокойным голосом.
- Ну так вы тоже не молодеете.
На это покупатель уже ничего не ответил, только громко сматерился и взял один из тех букетов, что стоял на стойке для продажи. Множество розовых роз с веточками лаванды, обёрнутые кремовой бумагой.
- Сделайте только ленту красной. Она этот цвет любит.
Как только Фил сделал так, как он просил, мужчина кинул на прилавок деньки и ушел быстрым шагом прочь, не попрощавшись. Ирина всё это время стояла в стороне, нервно переступая с одной ноги на другую. Почему-то её напарнику чаще удавалось парой слов достать до нужных точек в диалоге. Он редко утаивал свои намеренья, какими резкими бы они ни были, что было иногда и поводом для скандалов прямо в магазине. Девушка прекрасно помнила случай, когда одна покупательница начала трогать подряд бутоны роз, чтобы якобы проверить их свежесть. Как Филипп потом на неё смотрел, и словами не передать.
- Уверен, что шеф снова не будет читать лекции по поводу вежливости? – робко спросила Ира, подходя ближе.
- Не будет, если ты ей не расскажешь – подмигнув, Фил вернулся к своей работе, а именно разгрузке последней за сегодня партии завоза.
Под конец смены Ирина уже еле стояла на ногах, она устало села на пустой ящик и облегчённо выдохнула. Их должны были сменить с минуты на минуту, но Лика снова опаздывала. Небось опять задержалась со своим Лёшей в спальне, а ей скажет, что метро не приехало вовремя. Ира уже стянула с себя зелёный фартук из плотной ткани, задумавшись. Пока Фил не ушёл, нужно сказать ему обо всём. Сейчас, или никогда.
- Филипп, сходим сегодня в кафе? Я знаю одно место, где варят хороший кофе.
Парень тут же обернулся, от чего девушка зажмурилась. Он точно откажет, или скажет, что есть девушка. Конечно, у такого парня её не может не быть, на что она надеется? Это было глупо, необдуманно, лучше было бы просто молчать. Но, к изумлению Иры, ответ прозвучал более чем мягко.
- Да, хорошо. Как раз зарплата ведь недавно пришла.
Ира тут же почувствовала такое облегчение, словно камень с души упал. Отлично, у неё есть все шансы, и их она точно не упустит.
Готовый стол уже стоял в кухне, осталось только вынести старый на помойку. Но мышцы ныли, а пальцев уже никто из них двоих не чувствовал. Женя лежал на диване, прикрыв глаза и размышляя о вчерашней репетиции. Саша играла превосходно, иногда он еле успевал следить за её пальцами. Кира, пусть и скованная неуверенностью, но всё же приняла его в их коллектив, чувство ритма было словно у неё в крови. Рядом с ними парень ощущал себя странно, словно он был вовсе неуместен. Он и мог разве что сыграть отрывки каких-то простых гитарных партий и знал несколько аккордов, которые подсмотрел в интернете.
«Я могу тебя научить, из творческой солидарности».
Да и предложение Саши звучало странно, слишком многое она оправдывает этой самой солидарностью. Скорее всего она что-то задумала, по-другому и быть не может. Она ведь явно специально в тот день достала его спрятанный инструмент, увидела при входе. А может ей просто везёт на такие вещи?
- Ты о чём? – в комнату внезапно вернулся Саша с подносом в руках, на котором стояло два лимонада. В высоких стаканах со льдом плавали листья ароматной мяты и куски лимона – Что-то случилось?
- Нет, нет, просто мыслю вслух – Женя тут же схватил один из напитков и отвернулся в сторону, сёрбая прохладный напиток через трубочку. Но дядя тут же схватил парня за ухо, которое уже полыхало от смущения, от чего он громко вскрикнул.
- А твои локаторы говорят обратное.
- Так не честно! Отпусти, мне больно!
Саша хитро засмеялся, но всё же оставил школьника в покое. Видеть на его лице это выражение - как его называл Миша, наглой лисицы - было одновременно смущающее и странно. С таким он обычно пытался выпытать интересную ему информацию, или нагло флиртовал с Киселёвым на публике, от чего тот краснел и отнекивался.
- Ладно, врушка, тогда что ты скрываешь? Влюбился что ли?
Женя тут же замотал головой и снова сделал вид, что он очень сконцентрирован на своём лимонаде. Что поделать, теперь придётся ему рассказать про рыжика и всё то, что тогда случилось в его квартире. Саша тем временем с интересом наблюдал за ним, после чего снова засмеялся.
- Давай тогда сходим в кафе, и ты за тортиком мне всё расскажешь. Надо же себя наградить за труды.
Полчаса, проведённые в машине вместе с Александром, ощущались как допрос у гестапо. Пришлось подробно рассказывать всё до самых мелочей, о первой встрече с Софроновой, об их стычке со Стрижем, о готовке и репетиции. Разве что умолчал про то, то Саша сделала тогда на кухне, такие пикантные подробности можно было и опустить. Это точно не для ушей Асторе, Багров в этом убедился, увидев его реакцию на рассказ о совместной игре.
- Так ты снова хочешь взяться за гитару? Разве ты не забросил её после расставания с тем рокером из клуба?
Женя тут же нервно сглотнул и отвернулся к окну, взгляд его устремился на пасмурное небо. Бродяга был хорошим другом, можно сказать товарищем по интересам, но как партнёр его стерпеть было трудно. Вечно у себя на уме, спокойный и несколько равнодушный к миру. Будь что будет и не парься, так он всегда говорил. Ему всё было просто, всё однозначно, что зачастую выводило Багрова из себя. Но, вспоминая те немногие ночи, что они провели вдвоём, Евгения словно кололи острой иглой в самое сердце. Те моменты тепла, нежности остались также в прошлом, и именно это заставляло что-то внутри щемить в груди.
- Забросил, но… Разве не стоит уже идти дальше? И если я буду играть у них, отец тоже ничего не заметит.
- Жень, ты же знаешь, что я хочу для тебя только лучшего – голос Саши звучал умиротворённо, даже слишком. Через зеркало заднего вида Женя видел, как уголки его губ поднялись в мягкой улыбке – И я рад, что у тебя появились друзья, но не теряй голову, хорошо? И не забывай предохраняться, если что.
Последнее он сказал не без доли подкола, от чего уши Жени снова запылали алым, а сам он обиженно отвернулся в сторону.
- Да ну тебя! Вечно тебе надо всё опошлить.
- Брось, это просто наставление на будущее – Саша продолжал посмеиваться, но вот Женя еще дулся, почему ничего не ответил. Он и Софронова? Вместе? Звучало слишком абсурдно.
Вскоре они приехали к месту назначения, на Ленинский проспект. Прямо за парковкой находилась площадь Гагарина, зажатая широкой автотрассой. Там, на высоком постаменте, устремлённом в небо, стояла железная статуя великому космонавту. Его холодные, неподвижные глаза взирали вниз, на несущиеся по дороге машины, на прохожих, спешащих по своим делам, и на окружающие его полукругом дома. Такой статный, величественный, совсем как герой из научно-фантастических фильмов про борьбу с иноземными существами. Женя всегда смотрел на этот памятник с некой тоской, его видимая величественность совсем не сочеталась с фотографиями настоящего Юрия Алексеевича. На них он почти всегда широко улыбался, а глаза сияли от доброты и дружелюбия. И в скафандре, и в военной форме, и даже в тельняшке Гагарин казался ему самым простым человеком, но стойким и волевым. Он не был мифическим героем, великим покорителем, и никогда им не казался. Но мягкие черты характера нержавеющей стали никогда не передать. Настоящего человека невозможно разглядеть за монументами и одами славы, он спрятан где-то намного глубже, куда не каждый захочет заглянуть, чтобы не лишить своего кумира ауры героичности.
С этими мыслями Женя шёл следом за коронером, стараясь не споткнуться о бордюры и кривую плитку. Вскоре они вошли внутрь кафе, стоявшего прямо на углу старой девятиэтажки. Над стеклянной дверью висела элегантная табличка, на которой был нарисован мультяшный пухлый котик, весь в коричнево-рыжих пятнах и с большими зелёными глазами. Под его мордашкой находилась надпись «Котокафе». Внутри парня сразу встретило приятное тепло и тихое «мяу» неподалёку. Багров тут же поднял взгляд – на барной стойке, где делали заказы, сидел кот прямо как с вывески. Он был таким же крупным, пятнистым, а его изумрудные глаза с излишним интересом смотрели на болтающиеся верёвочки на куртке Жени.
- Ты чего? – парень подошел ближе, но кот тут же постарался поддеть лапкой заманчивый шнурок.
- Нео, нельзя – этот пушистый комок, который недовольно мяукнул, тут же оказался на руках парня в белой рубашке и черном фартуке. Женя тут же осмотрел его с ног до головы – это явно был работник кафе. Его длинное, острое, смуглого цвета лицо обрамляли длинные волосы, завязанные в боковой хвост. Под немного узковатыми бровями была пара карих глаз, взгляд которых был приветливо устремлён на новых посетителей – Добро пожаловать, и простите Нео. Он сегодня немного буйствует.
- Всё хорошо, он ведь ничего такого не сделал – Женя тихо засмеялся и погладил кота по голове – Какой милый…
- Да, не то слово – за его спиной практически тут же материализовался Саша, который положил Багрову руку на плечо – Мне, пожалуйста, эспрессо и шарлотку, а ему… У вас есть клубничное мороженое?
- Да, конечно – официант опустил кота обратно на барную стойку, после чего он, мурча, величественно развалился на столешнице. Теперь стал виден бейдж на его груди с именем Аслан – Сейчас всё будет.
Кивнув, Асторе повёл Женю в сам зал, где возле столиков стояло множество маленьких домиков, откуда выглядывали коты самых разных пород и окрасов. Как только Багров сел на своё место, возле окна, к нему притёрся маленький рыжий котик. Парень тут же подхватил его на руки, улыбаясь, после чего посадил к себе на колени. Только в этот момент он заметил, что у кота есть разрывы на ухе, а глаза у него разного цвета. Но он так громко мурлыкал, тёрся головой о его чёрную толстовку, что Женя не мог ничего сказать против него, только подвигало больше чесать кота за ухом.
- Кто тут такой трактор? Кто урчалка маленькая? – приговаривал Багров, он чувствовал, что улыбается, как маленький довольный ребёнок.
- Знал, что тебе понравиться это место – Саша сам тем временем поглаживал стоявшего на полу чёрного четвероногого. К себе близко он его не пускал, явно боялся, что шерсть останется на его идеальном плаще цвета хаки.
- Жаль только, что отец не разрешает заводить никого. Да и у Никиты аллергия…
- Зато здесь тискай, сколько душе угодно.
Вскоре Аслан принёс им заказ, разговор снова перешёл на другую тему. Женя слушал какие-то рассказы дяди из своей практики в Америке, как вдруг краем глаза он заметил еще посетителей. Это была пара, парень и девушка, правда, первый, казалось, вовсе и не хотел здесь находиться. Их взгляды случайно пересеклись, после чего Багров резко перевёл свой на стаканчик с мороженным. Выражение лица незнакомца казалось мрачным, безучастным. Его спутница же, напротив, оживлённо общалась с официантом, делая свой заказ.
- Мне горячий шоколад с зефирками, а тебе? Филипп?
- Чёрный кофе без сахара – даже голос звучал слишком спокойно.
Краем глаза Багров продолжал следить за странной парочкой, это было похоже на свидание. Девушка постоянно пыталась притереться к Филиппу, хотела взять за руку, но он не отвечал взаимностью ни на один знак внимания. Благо, пара котов смогла разбавить ситуацию, и незнакомец смог на что-то отвлечься.
- Чувствую, кого-то сегодня отошьют.
Женя тут же встрепенулся – Саша тоже заметил их и неприкрыто наблюдал за ходом событий, словно это был романтический ром-ком по телевизору. Сам Багров обычно не смотрел такого рода вещи, они казались излишне надуманными и сопливыми. Но вот Александр, казалось, мог часами наблюдать за отношениями двух незнакомцев, да и еще комментировать это. Женя хмыкнул, продолжая уплетать своё холодное лакомство.
- Да ну? А может ему просто непривычно это?
- Нет, нет, я мужчин знаю хорошо – Саша отпил кофе, продолжая хитро щурить глазки – По личному опыту скажу, что так себя ведут те, кто хочет поскорее свалить.
- Может тебе тогда в свахи пойти? – Женя хихикнул, но коронер на такой подкол отреагировал спокойно.
- Я бы и не против, но предпочту оставаться зрителем. Мне и своих проблем в жизни хватает, Жень, уж поверь – он тут же полез в телефон, раздражённо цыкая – Как минимум, твой дорогой крёстный сегодня опять работает допоздна. А я ему хотел сюрприз сделать…
- Тот самый, что я нашёл в тумбочке?
Саша в один момент от удивления чуть не выронил чашку из рук. Его обычно белое с желтизной лицо густо покраснело пятнами, а губы поджались так, словно он вот-вот расплачется или сорвётся. Коронер медленно поднёс чашку к губам и начал делать мелкие глотки, один за другим, продолжая сверлить Багрова взглядом. Женя не знал, куда ему теперь бежать и что говорить, этот «сюрприз» явно был предназначен не для его глаз.
- Ты ничего не видел, понятно? – Саша тут ткнул крестника в нос, хмурясь – Детям это знать не обязательно.
- Дядя Саша, но мне уже не пять лет. Ещё скажи, что детей в капусте находят – однако, даже нервный смешок не помог разбавить обстановку.
- Всё равно рано. Лучше книжки свои читай и не лезь в дела взрослых дядь.
- Как скажешь, дядь Саш – сказал Женя, еле сдерживая смех, смотря на смущённого и растерянного коронера, на что тот отвечал ему взглядом, который так и говорил «ещё слово, и я кину в тебя кружкой».
За этой беседой они и не заметили, как к другому столику Аслан уже принёс заказ. Ирина не посмотрела даже на свой напиток, всё её внимание было сосредоточено на Филиппе. Однако, с того момента, как они вошли в кафе, он так и не проявил и капли заинтересованности в беседе. Значит, снова настало время всё брать в свои руки, творить собственное счастье.
- А вот… Какая музыка тебе нравиться? – голос девушки дрожал от волнения, даже звучал выше обычного – Мне вот нравиться группа «Бронза», у них песни очень прикольные.
- Понятно – сухо ответили ей – Но я не люблю такую музыку.
От такого замечания Ира насупилась и обиженно отвернулась в сторону. Ну пускай их основной репертуар состоял из песен о любви, пусть и звучали они вылизано, зато пели красиво и темы задевали до глубины души. Фил казался слишком чёрствым, чтобы такое прочувствовать, а может просто никогда до этого еще не влюблялся.
- Ну и что? Мне нравиться – девушка взялась за своё какао и сделала пару глотков – А ты что тогда слушаешь?
Фил ответил, не раздумывая долго:
- Много чего. Чаще слушаю Крематорий и Гражданскую Оборону…
- Первое не знаю, а второе… - Ира невольно поморщила носик, хмурясь – Там же певец совсем без слуха. Всё гудит, кряхтит, это же просто кошмар.
- Как скажешь – пожал плечами Репейников и снова начал чесать кота за ухом, больше даже не смотря в сторону своей собеседницы – Но мне такое по вкусу. Такая музыка хотя бы не ощущается как гламурный пластик.
Ирина тут же поняла, что сказала немного лишнего. Да уж, таким образом знакомство точно не заладиться, вот кто её за язык тянул? Нужно срочно-то что-то сделать, чтобы забыть эту обескураживающую ситуацию.
- Ладно, прости – цветочница тут же подсела ближе и положила свою руку на Филину – Не подумала… Слушай, а девушка у тебя есть?
- Нет – и Филипп мигом отстранился, снова оставив спутницу с раздосадованным выражением лица – Но давай без всего этого, пожалуйста…
Не успел он договорить до конца, как Ирина прильнула к его губам, зажмурившись. От парня пахло горечью кофе, его неровное дыхание обжигало щеку. Это был последний шанс, раз девушки нет, то это точно должно сработать. Однако, Фил через пару секунд силой отпихнул от себя спутницу и вскочил с места. Сидящий до этого, а коленях кот жалобно мяукнул и спрыгнул на пол, шипя.
- Ты что творишь?! – рукавом Филипп прикрыл нижнюю часть лица, словно пытался стереть поцелуй со своих губ – Совсем уже?
— Это ты совсем! – на глазах у девушки выступили слёзы, огромные солёные капли смывали тушь и оставляли после себя чёрные полосы на щеках. Она всё ещё не могла оправиться от того резкого толчка, внутри уже всё кипело от нарастающей ярости – Сколько раз я тебе должна намекнуть, чтобы ты, баран, понял мои чувства?! Я тебя на свидание даже сама пригласила, а ты! Ты… Скажи уже, кто эта девушка! Кто она? Что ты скрываешь? - от такого Филипп опешил, а глаза округлись от удивления. Неужто он правда ничего не понимал, что происходит и к чему шла эта встреча? Ира не могла на него больше смотреть, она сгорала от стыда и гнева на себя, на Фила, на это кафе – Что есть у неё, чего нет у меня?! Это ведь она тебе поставила засосы на шее да? А ты их скрываешь!
- Ир, да нету у меня девушки – Филипп старался выглядеть спокойно, но даже невооруженным глазом было заметно, как у него подрагивали пальцы - Прости, но… мы не можем быть вместе, не можем и всё. Давай успокоимся, и…
- Тогда скажи мне, почему? Почему не можем? Я настолько тебе противна?!
Ира хотела был еще что-то сказать, как вдруг между ними возник мужчина чуть за 30, высокий, с кудрявыми тёмными волосами. Его янтарные глаза смотрели н девушку с неприкрытым пренебрежением, лицо его искривилось так, словно он стоял возле огромной кучи навоза.
- Девушка, Вы мешаете остальным посетителям. Пожалуйста, прекратите истерику.
- А Вам что с этого? – Ира тут же встала к нему впритык, из-за пальто, кожаных перчаток и клетчатых брюк он ещё больше напоминал высокомерного пижона – Вас это не касается, вот и идите.
Но вот мужчина никуда не уходил, а только сильнее хмурился. Вскоре к их столику уже начали стекаться остальные посетители, и даже официант, явно с похожими просьбами. Ирина не хотела никого видеть, хотела исчезнуть, провалиться сквозь землю, лишь бы никого не слышать. Схватив висевшую на стуле куртку, она растолкала толпу и стремглав вышла из кафе, хлопнув входной дверью.
В кафе с её уходом воцарилась гробовая тишина, все повернулись в сторону того парня, что так и стоял у стены, оторопев. Женя же смотрел через окно, как девушка достала из сумки телефон и уже кому-то что-то бурно рассказывала, размахивая руками. От её криков у него до сих пор оставалось неприятный, давящий осадок, а к горлу начинала подступать горечь. Вспомнился Атрох и его приставания в баре, на ум пришло множество ситуаций, которые ему пришлось там наблюдать. Как пьяные, одурманенные своими желаниями люди теряли над собой контроль. И ни разу, на памяти Багрова, это не имело счастливого финала. Он перевёл взгляд, полный сочувствия, на того посетителя. Дядя Саша стоял рядом и всё пытался как-то его подбодрить.
- Не бери в голову, это не твоя вина. Таких назойливых нельзя прощать. Это же надо, полезть целоваться, еще и сцену устроить! Что в мире делается!
- Не беспокойтесь, я и сам это понимаю – кивнув, он тяжело вздохнул – Бога ради, простите её. Не хотелось причинять вам всем неудобства.
Находящийся рядом Аслан тут же убедил его, что проблем никаких нет, после чего все любопытствующие расселись обратно по своим местам. Незнакомец же кивнул в сторону двери, предлагая Александру выйти. Тот согласился, ответив взаимным кивком. Женя решил не оставаться позади и тоже пойти за ними, не хотелось оставаться одному в подобной обстановке. На улице ему в нос тут же ударил запах табака, незнакомец как раз зажёг сигарету и сделал глубокую затяжку.
- Спасибо Вам, что помогли – он выдохнул серый дым, дрожь наконец унялась – Сам не знаю, что на неё нашло. Вроде всегда такая спокойная была…
- Не стоит, это был мой долг – Саша вежливо улыбнулся, но от Жени не ускользнул хитрый огонёк, блеснувший во взгляде – Кстати говоря, могу я узнать Ваше имя? Меня можете звать просто Александр.
- Филипп, очень рад – ответил парень, снова втягивая табачный дым. Так всегда делал Бродяга после репетиций, пропускал его через лёгкие. Сам Женя не любил сигареты, ему становилось плохо от запаха. Так что сейчас он пытался стоять в стороне, но его быстро заметил дядя.
- Взаимно – Саша хихикнул, тут же притягивая его за плечи к себе – А это крестник моего мужа, Женя Багров. Вот, поздоровайся.
- Мужа? Багров? – взгляд Филиппа мигом стал более суровым, Евгений даже нервно сглотнул от такого напора. Казалось, что его сейчас придушат или того хуже. Не надо было Саше говорить про фамилию, а тем более про дядю Мишу. Сколько раз его предупреждали, открытость коронера так же часто вводила в неловкие ситуации.
- Д-да, привет – Женя постарался выглядеть дружелюбным, но улыбка вышла неровная.
Ощущения были, словно его держали на мушке пистолета и вот-вот должен был прогреметь смертельный выстрел. Только бы они поскорее ушли, Багров уже начинал молиться за это всем возможным Богам. В такой ситуации было просто уверовать, хоть парня сложно было назвать религиозным. Однако, ничего ужасного не произошло. Филипп закурил снова, после чего ответил более спокойно.
— Значит, это ты вчера был с Сашей? Не ожидал тебя тут встретить.
Евгений от этих слов на мгновение потерял дар речи. То, что этот человек знал Софронову, вводило в шок, а главное то, где и как они могли познакомиться. Александр и сам был в некотором замешательстве, так что просто переводил взгляд то на Багрова, то на нового знакомого.
- А Вы знаете ту девушку? – всё-таки спросил Асторе, прокашлявшись.
- Конечно же да – Фил потушил окурок об стену дома – Я ведь её брат.