Когда Альфа отмечен кем-то таким же как он. Глава 48.
Услышав эти слова от Лу Чжэ, Шэнь Цяо резко замер и перестал сушить волосы. Казалось, будто капли воды, капающие с его темных волос прямо в глаза, наполнились искрящимся блеском веселья. Свет в его глазах был подобен кристально чистому ручью, прокладывающему путь сквозь горы.
Он посмотрел на Лу Чжэ с полуулыбчивой улыбкой на губах. Его голос, с легким звоном, произнес:
Лу Чжэ не стал повторять. Он без промедления вошел в комнату Шэнь Цяо. Повернувшись, чтобы закрыть за собой дверь, и инстинктивно взглянул мимо Шэнь Цяо, чтобы осмотреть комнату. Неудивительно, что за время, прошедшее с тех пор, как Лу Чжэ помог навести порядок, комната вернулась в свое первоначальное состояние. Вещи Шэнь Цяо снова были разбросаны повсюду, превращая комнату в грязную собачью будку.
Когда Шэнь Цяо заметил намерение Лу Чжэ пройти дальше в комнату, он шагнул вперёд и преградил ему путь.
— Не пытайся ничего затевать, — предупредил он. В его приподнятых красивых бровях мелькнула нотка угрозы.
Результат того, что он впустил Лу Чжэ в свою комнату… Ну, они оба были альфа-самцами и Шэнь Цяо не стал притворяться, что не понимает, какие последствия влечет за собой нахождение Лу Чжэ в его комнате.
Лу Чжэ тоже прекрасно понимал, что имел в виду Шэнь Цяо. Его взгляд остановился на руках Шэнь Цяо, где всё ещё были отчётливо видны несколько покрасневших полос от царапин. Он схватил руку Шэнь Цяо правой рукой и внимательнее изучил царапины. После душа Шэнь Цяо эти следы, казалось, ещё больше воспалились — они практически распухли. Лу Чжэ нахмурился, увидев это.
Шэнь Цяо отдёрнул свою руку. Видя, что Лу Чжэ, похоже, намеренно игнорирует его предупреждение, Шэнь Цяо понизил голос и предостерег:
Лу Чжэ не спешил отвечать. Он лишь улыбнулся и поднял взгляд. Уголки его глаз прищурились, словно ветви ивы, свисающие с берега реки весной.
Когда Лу Чжэ приоткрыл губы, чтобы заговорить, Шэнь Цяо невольно взглянул на едва заметную корочку на губах Лу Чжэ. Она все еще была там, все еще видна и все еще совершенно завораживала.
— Ранее, когда ты заходил в свою комнату, — начал Лу Чжэ, — что ты мне обещал?
Услышав это напоминание, Шэнь Цяо вдруг вспомнил, что действительно что-то забыл. Он попытался снова отдернуть свою руку и коротко ответил:
— Понял. Я сейчас нанесу лекарство. Хорошо? — Но Лу Чжэ мгновенно раскусил его намерения, — Ты просто хочешь меня успокоить. Ты ведь совсем не собираешься наносить мазь?
Он знал, потому что ещё в школе Лу Чжэ видел, как Шэнь Цяо страдал от аллергии. В течение полумесяца после этой аллергической реакции Лу Чжэ изредка видел Шэнь Цяо, и всегда замечал, что царапины на его коже не исчезли. Однажды, стоя в очереди в столовой, он даже услышал, как один из друзей Шэнь Цяо пошутил:
— Шэнь-гэ, когда ты наконец представишь нам своего партнёра? «Медали почёта», которые этот человек выцарапал тебе на руках, уже полмесяца видны всей школе. Ему бы следовало выйти и показать себя, не так ли?
Но Шэнь Цяо лишь прищурился и небрежно ответил:
— Продолжай ждать. Если повезёт, то однажды увидишь. — Лу Чжэ некоторое время подслушивал. Наконец, он не удержался и спросил Шэнь Цяо:
Шэнь Цяо фыркнул и повернулся к нему лицом.
— Не нужно. Через день-два станет лучше.
Теперь, в настоящем, всё оставалось по-прежнему.
Шэнь Цяо сразу понял, что Лу Чжэ разоблачил его блеф. Он решил прекратить спорить и вместо этого попытался оправдать своё нежелание принимать лекарство.
— Мазь такая липкая, она просто размазывается по всей кровати. Намазывать её — пустая трата времени. В любом случае, через несколько дней мне станет лучше.
Лу Чжэ нашёл прописанную мазь, которую Шэнь Цяо небрежно бросил на стул. Он протиснулся мимо Шэнь Цяо и прошёл через комнату, не пытаясь вразумить его. Он прямо заявил:
— Поэтому я и помогу тебе нанести мазь. Как только она высохнет, можешь ложиться спать — время идеально подходит. А пока можешь высушить волосы.
Шэнь Цяо, у которого внезапно идеально спланировался весь вечер, молчал.
Он какое-то время молчал, но в конце концов не смог удержаться и снова заговорил. Он сердито фыркнул и резко сказал:
— Хорошо, ладно, папочка Лу. Я нанесу мазь и высушу волосы. Хорошо? Но не пытайся менять тему. Ты сегодня здесь спать не будешь.
Лу Чжэ наклонился, чтобы взять пакет с мазью. Он не смог удержаться от желания убрать беспорядок на столе. Убирая, он спросил:
— Не прикидывайся дураком, — сказал Шэнь Цяо.
Лу Чжэ повернулся, держа в одной руке лекарство, а в другой — небрежно брошенную на стол куртку Шэнь Цяо. Он улыбнулся и дразняще спросил:
— Ты боишься, что я что-нибудь с тобой сделаю?
Говоря это, он преодолел расстояние между ними и приблизился к Шэнь Цяо. Его глаза, прищурившиеся от веселья, встретились с глазами Шэнь Цяо, и расстояние между ними было совсем небольшим. Они были достаточно близко, чтобы их дыхание коснулось лиц друг друга.
Они были достаточно близко, чтобы поцеловаться.
Шэнь Цяо открыл рот, чтобы что-то сказать, но слова замерли у него на языке. Он внезапно остановился и даже затаил дыхание, подсознательно опасаясь, что Лу Чжэ начнет какую-нибудь «многозначительную» чепуху.
Но когда Лу Чжэ заметил, что Шэнь Цяо перестал дышать, он лишь тихонько рассмеялся, и этот смех легко отозвался у него в груди.
— Подвинься немного. Ты загораживаешь проход к шкафу.
Он поджал губы и отступил в сторону, на его лице мелькнуло раздражение.
Лу Чжэ повесил его пальто, затем открыл пакет, который держал в руке, и достал оттуда нераскрытую коробку с лекарствами. Он внимательно прочитал инструкцию, затем снова подшёл к Шэнь Цяо, разорвал упаковку, достал оттуда ватные палочки и поставил всё на стол рядом с собой.
— Завтра у нас игра, — сказал он Шэнь Цяо. — Больше всего на свете я хочу увидеть, как ты выйдешь на поле и сыграешь. А теперь дай мне свою руку.
Эти слова были гораздо более обнадеживающими, чем «Я ничего тебе не сделаю».
Шэнь Цяо был очарован этими словами. Он подсознательно протянул руку, которую поцарапал. Лу Чжэ обмакнул ватный тампон в мазь и начал наносить её на раны, оставленные ногтями Шэнь Цяо. Жгучая боль от ран вскоре сменилась прохладой, когда на них была нанесена успокаивающая мазь.
Раздражающий зуд, который, казалось, никогда не пройдет, действительно немного утих после нанесения лекарства.
Лу Чжэ сосредоточился на том, чтобы помочь Шэнь Цяо нанести мазь. Его длинные, завитые ресницы низко опускались над глазами, скрывая обычно присутствующую там искорку юмора. Его губы тоже не были изогнуты в привычной улыбке, на лице Лу Чжэ появилось сосредоточенное выражение. Но это ничуть не умаляло его привлекательности.
Когда Шэнь Цяо наблюдал за его сосредоточенным взглядом с такого близкого расстояния его собственное сердце забилось чуть сильнее, чуть быстрее, словно он не мог укротить дикого оленя, который метался у него в голове.
Внезапно он понял, что слишком долго смотрел на Лу Чжэ. Отведя взгляд, он медленно пробормотал:
— Я просто боюсь… что Я что-нибудь с тобой сделаю.
Обработав раны на обеих руках Шэнь Цяо, Лу Чжэ отложил использованную ватную палочку и взял новую. Он выдавил ещё немного мази и осторожно приподнял подбородок Шэнь Цяо левой рукой, а правой начал обрабатывать раны на шее.
Он поднял взгляд, чтобы взглянуть на Шэнь Цяо, который сделал такое смелое заявление. Затем, с безудержной улыбкой, он непринужденно ответил:
Лу Чжэ поднял брови, словно делал приглашение, словно провоцируя.
— Ты можешь делать со мной все, что захочешь.
Как только Лу Чжэ это сказал, Шэнь Цяо мгновенно почувствовал, что больше не может просто бездействовать. Иначе он не будет мужчиной.
Это поставило его в безвыходное положение.
Если он хотел показать свое влечение к телу Лу Чжэ, когда завтра у них игра… это было бы неуместно.
Но сказать, что он не желает Лу Чжэ… ну, он же не евнух.
Лу Чжэ, казалось, не замечал внутреннего конфликта Шэнь Цяо. Закончив обрабатывать мазью все видимые раны, он начал снимать с Шэнь Цяо рубашку с короткими рукавами. Но Шэнь Цяо быстро среагировал; он резко схватил Лу Чжэ за руку, остановив его.
— Чего ты паникуешь? — спокойно спросил Лу Чжэ, как будто ничего необычного не произошло. — Я просто хочу посмотреть, не расцарапал ли ты где-нибудь ещё.
Шэнь Цяо смотрел на него без тени улыбки на лице. Он не произнес ни слова.
Они оба застыли в этом положении на некоторое время. После того, как затянулось долгое молчание, Лу Чжэ первым сдался.
— Хорошо, забудь об этом. Остальное можешь сделать сам позже. Пошли, я помогу тебе высушить волосы.
Было очевидно, что сам Лу Чжэ не мог гарантировать, что ничего не сделает с Шэнь Цяо, если действительно разденет его.
Звук фена наполнил комнату. Шэнь Цяо сидел на стуле, склонив голову, и играл в сапера на телефоне, пока Лу Чжэ медленно проводил пальцами по волосам Шэнь Цяо. Постепенно Лу Чжэ обдувал влажные пряди волос Шэнь Цяо, позволяя горячему воздуху высушить каждую прядь.
Иногда капля воды попадала на экран телефона Шэнь Цяо, размывая изображение. Когда Шэнь Цяо поднимал палец, чтобы вытереть эти капли, но они только растягивались и размазывались.
После одного раунда Шэнь Цяо не стал начинать следующий. Он просто заблокировал экран, но внезапно потемневший экран как раз отражал изображение Лу Чжэ. позади него. Шэнь Цяо мог видеть все в точности.
Как же сосредоточенно Лу Чжэ сушил волосы Шэнь Цяо!
В этот момент Лу Чжэ взглянул вниз и увидел потемневший экран. Он уже собирался спросить, почему Шэнь Цяо перестал играть, когда тот отложил телефон экраном вниз. Затем Шэнь Цяо лениво откинул голову назад, настолько, что переместился за спинку стула и прижался головой к телу Лу Чжэ.
Лу Чжэ позволил Шэнь Цяо прислониться к себе. Он чередовал холодный и горячий воздух, обдувая волосы Шэнь Цяо ещё некоторое время, прежде чем наконец выключить фен, когда почувствовал, что волосы Шэнь Цяо перестали быть влажными. Затем он наклонился и поцеловал Шэнь Цяо в подбородок.
Последние несколько минут они пребывали в комфортной тишине. Казалось, воздух вокруг них стал легче, их тела и умы обрели полное умиротворение.
Шэнь Цяо не пытался увернуться от поцелуя Лу Чжэ. Он позволил Лу Чжэ делать всё, что тот хотел, пока вдруг ему в голову не пришла мысль, и он выпалил:
— Разве ты скоро не заканчиваешь учёбу?
Лу Чжэ в последнее время практически не ходил в университет из-за тренировок и турниров, которые отнимали всё его время. Когда Шэнь Цяо задал этот вопрос, Лу Чжэ вдруг вспомнил о своём отпуске и о предстоящей защите диссертации.
— Да. Мне нужно защитить диссертацию, когда я вернусь, и мне нужно будет присутствовать на церемонии вручения дипломов.
Шэнь Цяо не учился в университете и уж точно никогда не бывал в университетском кампусе. Услышав приглашение от Лу Чжэ, он инстинктивно попытался представить, каково это — присутствовать на подобном мероприятии. Но он совершенно не мог себе этого представить, что вызывало у него некоторое беспокойство.
В результате, его ответ звучал несколько неуверенно:
Услышав этот неуверенный отказ, Лу Чжэ опустил голову и прижался носом к изгибу шеи Шэнь Цяо. Не слишком настойчиво, но и не слишком легкомысленно, он твердо и почти капризно попросил:
— Пойдем со мной. У всех остальных будут родители или партнеры. У меня никого не будет.
Шэнь Цяо чувствовал себя довольно расслабленно, но движения и слова Лу Чжэ внезапно заставили его снова почувствовать жар. Он резко поднял руку, оттолкнул Лу Чжэ в сторону, встал и направился к кровати.
— Иди спать, — сказал он. — Довольно разговоров.
Лу Чжэ уже принял душ в своей комнате. Он пришёл в комнату Шэнь Цяо, готовый спать, поэтому, естественно, последовал за ним к кровати.
Шэнь Цяо натянул одеяло на голову и твёрдо заявил:
Лу Чжэ потянул за одеяло, но Шэнь Цяо не сдвинулся с места. Беспомощный Лу Чжэ мог только смеяться и дразнить:
— Ты так зарылся в одеяло. Чем же мне сегодня укрыться?
Шэнь Цяо помолчал несколько секунд, прежде чем неохотно ослабил хватку на одеяле.
Лу Чжэ лёг рядом с ним и взглянул на термостат, чтобы проверить температуру в комнате. Затем он смело подвинулся ближе к Шэнь Цяо, потому что тот выкрутил кондиционер на минимальную мощность.
Как раз когда Лу Чжэ собирался обнять Шэнь Цяо, он почувствовал, как тот поднял руку и ткнул пальцем в его ключицу.
— Довольно, — сказал Шэнь Цяо. — Спи.
Лу Чжэ улыбнулся, глядя на него, словно пытаясь торговаться.
— А как же выпускная церемония?
Шэнь Цяо закрыл глаза и сквозь зубы выдавил короткий ответ:
— Ты пойдешь как мой родитель? — продолжил Лу Чжэ. — Или как мой партнер?
Он открыл глаза и безэмоционально потянулся, чтобы выключить свет. Когда темнота окутала комнату, он резко выпалил: