Кто сказал, что Омеги не могут быть супер сильными? Глава 33 (18+).
Услышав слова Вэнь Синчэня, Вэнь Е взглянул на него и спросил:
Вэнь Синчэнь лишь что-то промычал в ответ и побежал внутрь.
Вэнь Е тут же последовал за ним.
Чем дальше они шли, тем сильнее становились феромоны в воздухе. В то же время им начали встречаться лежащие на полу космические пираты, что с ними случилось было неизвестно.
Вэнь Е шагнул вперёд, чтобы проверить их состояние, а затем нахмурился от недоумения.
У Вэнь Синчэня были некоторые предположения о ситуации внутри, и увиденное ясно подтвердило его догадки. Сцена на складе за пределами кампуса невольно промелькнула в его голове, и он ускорил шаг.
По мере приближения к центральной части, количество «трупов» космических пиратов в поле их зрения увеличивалось. Когда они приблизились к главному отсеку, зрелище вряд ли можно было описать как «поле, усеянное трупами».
Вэнь Е впервые стал свидетелем подобной ситуации. Хотя его лицо оставалось бесстрастным, глаза были полны изумления.
Изнутри наконец послышались хрупкие звуки.
Они обменялись взглядами и одновременно замедлили шаг.
Осторожно продвигаясь вдоль стены кабины, выглядывая из коридора, они наконец увидели, что происходит внутри.
В диспетчерской материнского корабля не было совершенно ни одного космического пирата. Вместо этого она была заполнена студентами-Омегами, собравшимися небольшими группами. Их лица были внимательно сосредоточенными, но обычный страх исчез. Казалось, они методично охраняли все ключевые точки.
Что же, чёрт возьми, происходит?
Вопросы в голове Вэнь Е становились всё больше. Прежде чем он успел что-либо обдумать, он внезапно увидел, как мимо него промелькнула фигура. Когда он пришёл в себя, Вэнь Синчэнь уже выбежал наружу.
Внезапное появление фигуры испугало студентов-Омега на арене. Они инстинктивно подняли найденное оружие, но, увидев, кто это, все были ошеломлены.
Этот человек… однокурсник из Имперского военно-морского университета?
Наконец-то кто-то пришел их спасти?!
Однако, окинув пристальным взглядом всех присутствующих, Вэнь Синчэнь даже не задержался ни на одном из них, просто пройдя сквозь толпу.
Он тут же заметил Лу Цзиннина, скрытого в дальнем углу помещения, лицо которого было раскрасневшимся, и который явно испытывал сильное возбуждение. Теперь, даже не оглядываясь, он бросился вперед и выхватил Лу Цзиннин из рук Жэнь Цзиня.
Все произошло так быстро, что Жэнь Цзинь даже не успел среагировать. Увидев, кто перед ним, он удивленно воскликнул:
Вэнь Синчэнь не ответил. Его взгляд упал на лицо Лу Цзиннина, и после долгой паузы он смог произнести тихую, хриплую фразу:
— Разве я не сказал тебе ждать меня в безопасной зоне?
Лу Цзиннин был совершенно дезориентирован после того, как использовал последние остатки сознания для распределения заданий между другими Омегами, поэтому он не слышал, что говорил Жэнь Цзинь.
Поначалу, лежа в объятиях Жэнь Цзиня, он мог хотя бы полагаться на свою выдержку. Но затем знакомый запах ментоловых сигарет донёсся до его носа, и он инстинктивно на мгновение замешкался, прежде чем повернуться и зарыться в широкие объятия Вэнь Синьчэня.
На нем уже была временная метка Вэнь Синчэня, поэтому его реакция на этот знакомый феромон была гораздо более чувствительной, чем на других Альф. Его тело горело от жара, он крепко вцепился в одежду Вэнь Синчэня, инстинктивно обнажив свои железы, и пробормотал:
— Мне нужны твои феромоны, дай мне их.
Лу Цзиннин сейчас источал сильный феромонный запах. Хотя Вэнь Синчэнь принимал подавляющие препараты, этот тесный контакт всё равно заставлял его чувствовать себя так, словно его полностью поглощает, будто он может в любой момент упасть в бездонную пропасть.
Если бы он мог, он бы с удовольствием разобрался с этим парнем, который так бесцеремонно дразнил его в своих объятиях, но шокированные взгляды окружающих заставили его сохранить последние остатки здравого смысла.
У него не было привычки выступать на публике!
Вэнь Синчэнь почувствовал, как пульсирует вена на лбу. Собрав все силы, он крепко схватил Лу Цзиннина за запястье и хриплым голосом сказал:
— Сначала я тебя отсюда вытащу!
Он попытался поднять его, но прежде чем успел встать, Лу Цзиннин внезапно приложил силу и в головокружительном мгновении его крепко прижали к земле.
Его затуманенные глаза словно были окутаны тонкой дымкой, её тяжёлое и горячее дыхание неустанно вытягивало феромоны из тела Вэнь Синчэня:
Вэнь Синчэнь не понимал, почему этот человек постоянно испытывает его терпение.
Сцена была настолько захватывающей, что все омеги вокруг давно забыли обо всём остальном, застыв неподвижно, словно окаменев, и наблюдая за двумя фигурами, переплетающимися в самом центре центра управления пиратским кораблём.
Они всё ещё были несколько озадачены. Как мог Альфа внезапно появиться, а затем быть внезапно сброшенным Лу Цзиннин?
Из-за близкого расстояния Вэнь Синчэнь мог видеть слегка дрожащие ресницы Лу Цзиннин. Под воздействием сильных феромонов его сердце бешено колотилось.
Инстинкт вызывал сухость и дискомфорт в горле. Спустя долгое время он снова заговорил низким, хриплым голосом:
Вместо ответа Лу Цзиннин совершил неожиданное действие, страстно поцеловав его в губы.
Тело Вэнь Синчэня на мгновение слегка напряглось. После короткой паузы в его сознании нить рассуждения окончательно оборвалась.
Даже самое сильное подавляющее средство не смогло противостоять такой мощной феромонной атаке.
Игнорируя наблюдающую толпу, Вэнь Синчэнь, прежде чем тот успел среагировать, резко перевернул Лу Цзиннина, прижал его к полу и укусил за железу на шее.
Тёплое, влажное прикосновение заставило Лу Цзиннина невольно задрожать, его кончики пальцев крепко сжали руку Вэнь Синчэня, глубоко впиваясь в неё.
Вэнь Синчэнь почувствовал лёгкую боль в руке, но не произнёс ни слова. По мере медленного введения феромонов невыносимый дискомфорт Лу Цзиннина значительно уменьшился и он немного успокоился.
Всё помещение больше не было окутано просто тишиной.
Вокруг воцарилась мёртвая тишина.
Сознание присутствующих Омег оставались пустым и они совершенно не могли понять, что только что произошло.
Разве они не должны были находиться на материнском корабле космических пиратов, где их судьба висела на волоске? Почему они вдруг стали свидетелями такой внезапной сцены временной феромонной маркировки?
В этот момент Вэнь Синчэнь уже поднял с пола наконец-то успокоившегося Лу Цзиннина. Он спокойно огляделся, как ни в чем не бывало, и сказал находившемуся неподалёку Вэнь Е:
— Брат, его состояние все ещё нестабильно. Я отведу его в другое место для продолжения лечения. Это место твоё.
Вэнь Е сначала почувствовал прилив желания от феромонов Лу Цзиннина, но, увидев процесс временной маркировки, он прекрасно понял их связь. Его абсолютная самодисциплина не позволила ему претендовать на Лу Цзиннин.
Зная, что его нынешнее возбуждение было вызвано исключительно воздействием феромонов, он крепко вцепился в перила, изо всех сил подавляя свои желания, и сдержанно кивнул:
Лу Цзиннин, всё ещё дезориентированный, прижался к Вэнь Синчэню. Сделав несколько шагов, он вдруг что-то вспомнил, крепко схватила его, остановился и, тяжело дыша, напомнила Вэнь Е:
— Старший, если… если это не принципиально важно… пожалуйста, не разрушайте энергетический столб!
Вэнь Е был слегка озадачен, но через мгновение понял:
Почти все студенты-омеги, ранее захваченные космическими пиратами, стали их источником энергии. Однако, после истощения запасов феромонов, если бы энергию столба можно было извлечь заново с помощью современных медицинских технологий, технология возврата феромонов была бы вполне осуществима.
Причина отчаяния Омег заключалась в том, что в такой критической ситуации уничтожение энергетического столба должно было стать первоочередной задачей и, естественно, никто не рассматривал возможность его сохранения.
Но теперь всё было иначе. Поскольку материнский корабль пиратов уже был под контролем Имперского патруля, не было необходимости уничтожать энергетический столб для достижения окончательной победы. В каком-то смысле это спасло жизни многих студентов-Омег.
Короткий разговор между ними вызвал слёзы радости на глазах остальных присутствующих. Видя, что Вэнь Е контролирует ситуацию, Омеги также присоединились к нему, чтобы помочь.
Однако взгляды всех невольно обратились к двум фигурам, удаляющимся через дверной проём. Отбросив напряжение от нахождения в центре битвы, с приближающейся победой, в сердцах всех зародились слухи.
— Справляться со всем этим в одиночку? Такие было трудно даже представить!
Рациональность Лу Цзиннина проявилась лишь на мгновение во время разговора с Вэнь Е, прежде чем быстро снова погрузить его в состояние полной прострации.
Чтобы не повлиять на другие дружественные силы, которые могли бы впоследствии подняться на борт военного корабля, Вэнь Синчэнь нашёл отдельную каюту, закрыл дверь и полностью заглушил запах феромонов.
Обернувшись, он увидел Лу Цзиннина, который безвольно прислонился к дивану и тихо дышал. Румянец на его лице немного потускнел, но он всё ещё был обжигающе горячим.
Волны запаха феромонов быстро заполнили каждый уголок комнаты, постоянно раздражая нервы Вэнь Синчэня.
Эта комната была не такой просторной, как главная каюта, и сильно сжатая концентрация феромонов заставляла Вэнь Синчэня чувствовать себя постоянно на грани безумия.
Неконтролируемый жар внутри него сжал горло. Он неосознанно расстегнул несколько пуговиц на воротнике, прежде чем подошёл и помог Лу Цзиннину сесть, спросив:
Лу Цзиннин пробормотал это единственное слово несколько раз.
Хотя Вэнь Синчэнь ранее ввёл ему феромоны, это принесло лишь незначительное облегчение.
Эксклюзивные сокровища космических пиратов были слишком властными, и чрезмерное их высвобождение сразу же вызвало неконтролируемый выброс феромонов.
На самом деле, если бы Альфы не было рядом, это не было бы проблемой. С уверенностью в себе он решил просто подождать, пока феромоны полностью рассеются сами собой. Но в этот решающий момент появился тот, кто показался ему наиболее неотразимым.
Словно сухой трут, встретившийся с бушующим огнём, абсолютное притяжение полностью разожгло его желание.
Вэнь Синчэнь был в равной степени очарован внешностью Лу Цзиннин. Он глубоко вздохнул и слегка расстегнул рубашку Лу Цзиннина, чтобы отвлечься, продолжая свои холодные, саркастические замечания:
— Теперь ты знаешь, как это больно? Почему ты не подумал о последствиях, когда действовал так безрассудно?
Лу Цзиннин уже был весь покрыт тонким слоем пота, и даже в своём оцепенении он все же сумел ответить:
— Последствия? Можно ли было добиться лучшего результата?
Вэнь Синчэнь на мгновение потерял дар речи.
Действительно, это был самый идеальный результат, которого они могли достичь в этой битве.
Но даже несмотря на это, глядя на человека перед собой, в нем всё ещё горел огонь, и он невольно усмехнулся:
— Раз уж ты такой способный, то справься сам.
Говоря это, он попытался подняться, но Лу Цзиннин схватил его за запястье.
Словно огонь мгновенно вспыхнул в месте соприкосновения, охватив всё его тело. Лу Цзиннин притянул Вэнь Синчэня к себе, его горячее дыхание коснулось его уха:
— Я... не могу с этим справиться... мне нужна твоя помощь…
Действие подавляющего вещества исчезло под сильным воздействием феромонов. Вэнь Синчэнь почувствовал, как бешено колотится его сердце, и феромоны Альфы полностью высвободились, постепенно усиливаясь в воздухе и переплетаясь.
Однако Лу Цзиннин явно не собирался так легко его отпускать. Говоря это, он беспокойно тянулся руками к груди Вэнь Синчэня.
Чрезмерно отчётливое прикосновение и запах феромонов попеременно испытывали его терпение. Глядя на ошеломлённое лицо так близко к своему, Вэнь Синчэнь почувствовал прилив жара в сердце.
Наконец, он больше не мог сдерживаться. Он крепко сжал руки Лу Цзиннина, силой прижав его к дивану, и хриплым голосом произнёс:
Лу Цзиннин почувствовал, как мощная аура Вэнь Синчэня внезапно приблизилась. В этот момент врождённое подавляющее чувство Альфы, вместо того чтобы повлиять на него негативно, ощущалось как игривое прикосновение руки, мгновенно доводящее его возбуждение до пика.
Поцелуи, падающие на его губы, были страстными. Его чрезмерно обострённые чувства отчётливо позволяли ощущать каждое движение этой сильной руки, медленно расстёгивающей его одежду, и железа на затылке мгновенно загорелась ещё сильнее.
Поцелуй Вэнь Синчэня был совершенно не похож на то спокойное и размеренное поведение, какое он демонстрировал обычно; он был подобен огненному шару, безжалостному и бесконтрольному.
Лу Цзиннин подсознательно обхватил руками его шею, отвечая взаимностью, или, возможно, используя это, чтобы выпустить феромоны, которые бешено разливались по его телу, давая волю всему.
Нежная и неоднозначная атмосфера феромонов сделала их взаимное прикосновение настолько интенсивным, что они едва могли дышать. Они даже не заметили как вся их одежда была полностью сброшена, и трение их плотно прижатой друг к другу кожи разжигало все желания до предела.
Щеки Лу Цзиннина покраснели, ресницы слегка дрожали под воздействием феромонов. Его мягкое дыхание скользило по воздуху, а сильное головокружение заставляло его страстно желать раствориться в объятиях юноши перед ним.
Вэнь Синчэнь чувствовал невероятно мягкое тело человека перед собой, отчего его дыхание стало несколько прерывистым. Глядя на светлую, соблазнительную кожу, его кадык дважды подпрыгнул. Он наклонился и нежно поцеловал его ключицу.
Он чувствовал, как человек в его объятиях явно вздрогнул. Затем поцелуи спустились вниз по ключице, медленно посасывая, постепенно распространяясь к нижней части тела.
Влажные, горячие поцелуи полностью разожгли вожделение Лу Цзиннина. Он сделал мягкий вдох, крепко обхватив руками Вэнь Синчэня. Болезненно впившиеся ногти сделали и без того дразнящее ощущение ещё более невыносимо приятным.
Лу Цзиннин чувствовал, что его выносливость достигла абсолютного предела. Под воздействием феромонов его желание полностью вышло из-под контроля. Он крепко обнял голову Вэнь Синчэня, его голос слегка дрожал:
Жгучее ощущение по всему телу заставило его на мгновение заподозрить, что в следующую секунду он будет полностью поглощён и превращён в пепел такими сильными эмоциями.
С внезапным приливом силы Вэнь Синчэнь был потянут вниз и опрокинут на пол вместе с ним.
Сильный удар от падения заставил их обоих застонать. Прежде чем он успел прийти в себя, мягкое тело Омеги плотно прижалось к нему, сопровождая каждое движение нежными и страстными поцелуями.
Голос Лу Цзиннина продолжал периодически доноситься до его ушей:
— Никаких... прелюдий... просто... войди в меня...
Вэнь Синчэнь чувствовал, как феромоны внутри него бурлят, словно извержение вулкана, подстёгиваемое этими дразнящими словами. Не в силах больше терпеть, он крепко прижал другого юношу к полу, лаская его очень чувствительные эрогенные зоны, и постепенно опустил руку между его ног. Глядя на покрасневшее лицо перед собой, он наклонился, чтобы поцеловать его, и, наконец, полностью потеряв контроль, глубоко вонзился в него.
В тот момент, когда он был полностью наполнен, Лу Цзиннин не смог сдержать стон удовольствия. Почти инстинктивно он крепко обнял Вэнь Синчэня, от сильного удовольствия его дыхание стало невероятно учащённым.
В этот момент действие стимулятора достигло своего абсолютного пика, и первоначальный вкус удовольствия заставил его жаждать погрузиться в бесконечный цикл наслаждений.
— Вэнь Синчэнь... Мм... Вэнь... Син... чэнь...
Он тихонько повторял его имя снова и снова, а прерывистые вздохи парили в воздухе, смешиваясь с ароматом феромонов, словно полностью сливаясь в тишине.
Аромат варенья из зелёной сливы в сочетании с запахом мятного табака создавали невероятно интимную атмосферу для этой страстной и напряжённой сцены.
Их исключительная совместимость позволила им полностью раствориться в бесконечном цикле взятия и отдачи, грабежа и отдачи, повторяя это снова и снова.
Незаметно окружающее пространство уже стало влажным и липким, источая слабый мускусный запах, добавляя ещё больше желания к и без того чрезмерно напряжённой атмосфере.
После нескольких оргазмов подряд Лу Цзиннин почувствовал, как невыносимый, сухой жар внутри него постепенно высвобождается. Переполняющее его наслаждение заставило его крепко держаться за Вэнь Синчэня, не желая отпускать его ни на секунду.
Это было ощущение полного хаоса, словно он цеплялся за последнюю соломинку. Только так он мог вырваться из мучений чрезмерного желания. Под таким чрезмерно интимным контактом он ненасытно желал этого снова и снова. Наконец, тихо наступила последняя волна кульминации.
Лу Цзиннин крепко обнял Вэнь Синчэня, его тело неконтролируемо трясло сильной дрожью.
Он ясно чувствовал, как изнутри разливается жар, несущий последние остатки невыносимой жажды. Под воздействием высшего наслаждения он невольно издал глубокий стон, и его сознание мгновенно погрузилось в хаос.
Внезапный прилив жара мгновенно окутал Вэнь Синчэня. Инстинктивно он подсознательно желал лишь одного — яростно прижать человека перед собой к своему телу. В то же время, казалось, он достиг своего предела.
Он хотел яростно двигаться, хотел оставить на нём свой след, хотел… полностью сделать его своим, завязав узел, скрепив его постоянной меткой...
Как раз когда инстинкт был готов полностью сломить его разум, тяжёлое дыхание Вэнь Синчэня внезапно замерло. Собрав всю свою выдержку, он в последнюю секунду сдержался.
Тело Лу Цзиннина в ответ сильно задрожало.
Словно по щелчку выключателя, Вэнь Синчэнь тоже не смог сдержать глубокий стон, жидкость выплеснулась наружу, полностью смешавшись с липкими следами на полу.
После кульминации вокруг внезапно воцарилась мёртвая тишина.
Долгое время в воздухе комнаты витали лишь тяжёлое дыхание двух юношей и запах их феромонов, полностью слившиеся воедино после накала страстей.