Резонансная страсть. Часть 2. Глава 1.
«Особое отношение не способствует спокойствию здесь. Я больше не буду приходить в твою комнату. Поэтому, пожалуйста, не жди меня и у моей.»
«Понимаю. С этого момента я не буду к тебе приближаться.»
С тех пор, как произошёл тот ночной разговор, любой личный контакт между Зеро и Казусой полностью исчез.
Его больше не приглашали в комнату Зеро. Зеро больше не ждал перед его комнатой. Больше не было никакого особого отношения.
Даже когда Казуса присутствовал на предпремьерном собрании в холле в качестве одного из участников, он никогда не встречался взглядом с владельцем, стоящим впереди. А если их взгляды случайно встречались, Зеро быстро отводил взгляд.
Казуса также сознательно избегал любого контакта с Зеро. На собраниях, где у него не было выбора, кроме как смотреть ему в глаза, Казуса стоял в дальнем конце очереди, стараясь как можно меньше смотреть ему в глаза.
Кроме того, если с момента их первой встречи он называл его «Зеро», то теперь он обращался к нему как к «владельцу», в соответствии с другими жителями.
Благодаря этим совместным усилиям, за две недели их отношения были исправлены и стали соответствовать норме — владелец и работник. Дисбаланса больше не было.
Однако, несмотря на то, что всё вернулось на круги своя, сердце Казусы было далеко не чистым и светлым.
Теперь, во время собраний — единственного времени в течение дня, когда Казуса мог тайно ждать встречи с Зеро — если Зеро вёл себя так, будто Казусы не существует, игнорируя его, Казуса не мог не чувствовать себя невыносимо одиноким, несмотря на то, что сам просил об этом.
Сколько бы он ни убеждал себя: «Всё вернулось на круги своя», чувство утраты так и не утихало.
Казуса чувствовал, что Зеро его ненавидит.
Если бы только он не заявил об этом так резко.
Даже несмотря на то, что Зеро спас ему жизнь, дал приют и проявил столько милосердия, Казуса стал высокомерным и осмелился высказать своё мнение. И что ещё хуже, он отверг его…
Конечно, теперь Зеро его ненавидит.
Он хотел пойти в комнату Зеро, встать на колени и взять свои слова обратно.
Он думал об этом не раз и не два. По крайней мере, три раза в день его охватывало это желание.
Казуса подавлял смятение в сердце, стиснув зубы.
С каждым днём эффект от отдаления от Зеро начинал проявляться и преследования со стороны банды из трущоб утихали. Хотя взгляды и раздражённые цоканья языком, которыми они обменивались, все ещё продолжались, проблемы с несанкционированным вскрытием шкафчика или прямыми нападениями прекратились. Возможно, это произошло потому, что он добавил дополнительный замок к своему шкафчику, или потому, что он старался не ходить один, приглашая кого-нибудь с собой, когда шёл в подсобку.
На данный момент кризис, связанный с ухудшением отношений между Зеро и остальными персонажами, был предотвращён.
По сравнению с этим, его собственные чувства были незначительны.
Тем временем, несмотря на эмоциональную травму, синяк на боку от столкновения с Ликаоном зажил и его левое колено полностью восстановилось.
Он также постепенно привыкал к своим обязанностям члена команды, становясь менее неловким и справляясь с ролью поддержки основного состава без особых проблем.
Казуса также почувствовал, что постепенно привыкает к другим участникам команды, помимо Сервала. Хотя разница в возрасте с самым молодым участником была десятилетней, как только он почувствовал их характеры, рабочий процесс стал более плавным.
Сервал выступал в роли связующего звена, и благодаря совместному времяпрепровождению в спортзале, походам по магазинам и приготовлению закусок или сладостей на кухне, их личное общение участилось.
Хотя все они были уникальными и непростыми в общении, Казуса начал испытывать к ним симпатию, принимая их со всеми их причудами. Он хотел бы сократить дистанцию и с Ликаоном, и остальными, но это казалось слишком сложной задачей. Он решил не торопиться.
И вот, после двух недель, проведённых с чувством одиночества в сердце, Казуса начал вписываться в жизнь «RARITY» как в личном, так и в профессиональном плане.
Однажды днём, на первом этаже, Казуса, Леопард, Зебра и Сервал сидели вокруг большого центрального стола. За стойкой, выходящей во двор, сидели Ястреб, Жираф, Рысь и Ньютон.
Казуса и Ястреб собирались начать занятие в качестве учителей.
Поводом для этого послужил разговор с Жирафом и Зеброй, которые работали в ту же смену несколько дней назад. За исключением Мисы, они были единственными женщинами, поэтому ладили как сёстры.
— Эй, Лемур, разве ты не был врачом? — спросила Жираф с двумя пучками и косой чёлкой во время перерыва между первой и второй частями.
— О, да, был, — ответила Казуса.
Зебра, со своей фирменной чёрной стрижкой боб и серебристыми прядями, задала вопрос с невинным любопытством, заставив Казусу неловко усмехнуться.
— Не знаю насчёт этого. Ну, я усердно учился, чтобы стать врачом.
— Тогда ты можешь нас научить? — спросила Зебра с заинтересованным выражением лица.
— Да, я хочу стать кондитером. И моя мечта — открыть свой собственный магазин.
Теперь, когда она об этом упомянула, Зебра часто готовила сладости на кухне на первом этаже. Казуса пробовал некоторые из них раньше. Все они были восхитительны.
— Поэтому я хочу пойти в кондитерскую школу. И если я собираюсь управлять магазином, мне нужно хорошо разбираться в цифрах, верно?
— А я хочу стать моделью, которая сможет работать на международном уровне.
Это замечание прозвучало от Жирафа. Ростом более 175 см, с маленьким лицом и длинными конечностями, она, безусловно, обладала всеми качествами, чтобы стать моделью.
— Поэтому я хочу изучать иностранные языки. Мне неловко спрашивать об этом владельца, так как он очень занят…
Казуса понял, почему Жираф могла колебаться.
Зеро был не только владельцем бара, но и инвестором. Фактически, его работа инвестора могла считаться его основным занятием. Прибыль бара распределялась между сотрудниками, а операционные расходы «RARIRY» покрывались за счёт доходов от инвестиций Зеро.
Помимо финансовой деятельности, он также занимался благотворительностью в партнёрстве с некоммерческими организациями. В последнее время он сосредоточился на поддержке и спасении беспризорных омег-детей. Как и Миса, эти дети, не имевшие известных отцов, часто рождались и воспитывались в борделях, не получая никакого образования. Когда у них начиналась течка, они неизбежно следовали по тому же пути, что и их матери, увековечивая цикл эксплуатации.
Каждый день Зеро, с помощью Хоука, неустанно работал над спасением как можно большего числа этих детей.
— Я училась самостоятельно, смотрела видео, но немного застопорилась.