Резонансная похоть. Глава 28.
Контраст между районом Мидтаун, забитым узкими зданиями, борющимися за контроль над воздушным пространством, и хаотичным центром города, где неконтролируемое строительство привело к смешению стилей, был поразительным.
— Это Аппер Хиллз, — ответил Коуки с водительского места, подтверждая подозрения Аманэ.
Аманэ бывал в этом районе всего несколько раз. И даже тогда он всегда смотрел на него из окна машины. Он никогда не ступал сюда ногой.
Причина была проста: Аппер Хиллз — это район, предназначенный исключительно для Альф.
Как бы много денег у них ни было, Беты не могли владеть недвижимостью в этом элитном жилом районе, раскинувшемся на склоне холма. А Омеги? У них было ещё меньше шансов. Хотя Бета или Омега, состоящие в браке с Альфой, могли жить здесь со своим супругом, они всё равно не могли владеть недвижимостью на своё имя.
Только тем, у кого был национальный идентификационный номер, начинающийся с «θ».
Короче говоря, это была де-факто особая зона, предназначенная исключительно для Альф.
Вскоре они подъехали к воротам, контролируемым сотрудниками патрульной службы полицейского участка Аппер Хиллз. За этим местом находилась ещё более закрытая зона в Аппер Хиллз, требующая проверки личности на контрольно-пропускном пункте. Для тех, кто не был Альфой, проход означал не только предъявление удостоверения личности, но и специального разрешения, которое получить было непросто.
Коуки замедлил ход и остановился прямо перед воротами, опустив стекло со стороны водителя. Молодой патрульный наклонился, взял у Коуки его национальное удостоверение личности, одновременно оценивающе, почти скептически, разглядывая Аманэ на пассажирском сиденье.
— Этот человек ваш друг?» — спросил офицер.
Несмотря на это подтверждение, офицер продолжал пристально смотреть на Аманэ, явно не убеждённый. Было очевидно, что пассажир, не соответствующий образу Альфы, вызывал у него подозрения.
Аманэ ответил ему пронзительным взглядом. Офицер вздрогнул, и уголок его виска задёргался.
— Ваш спутник не Альфа, верно? — спросил офицер, чтобы получить подтверждение.
— Даже если это так, это не должно быть проблемой. Я за него поручусь, — коротко ответил он.
Офицер, явно не желая отступать, пробормотал что-то себе под нос, взглянув на удостоверение личности в руке. Внезапно выражение его лица изменилось.
— Вы из семьи Шутоу! Приношу свои искренние извинения!
Он вытянулся по стойке смирно, отдавая честь.
— В этом нет необходимости, — спокойно сказал Коуки. — Можно мне вернуть своё удостоверение?
— Да, немедленно! Большое спасибо!
Офицер вернул удостоверение обеими руками, низко поклонившись, пока Коуки въезжал на машине через теперь уже открытые ворота. В зеркале заднего вида Аманэ видел, как офицер в форме низко кланяется.
— Мне жаль, что вам пришлось это пережить, — извинился Коуки чопорным тоном.
— И что? Он просто выполнял свою работу охранника, верно?
Аманэ не пытался защитить молодого офицера. Но такая осторожность была вполне естественной при охране жилого района, где живут Альфы, управляющие основными институтами страны.
Голос Коуки по-прежнему звучал не слишком убеждённо.
— Есть поговорка: «Учись у других и совершенствуйся»*.
— Почему ты вдруг затронул эту тему?
— Я просто говорю, что это хорошая возможность получить объективное представление о том, как нас, полицейских, воспринимает широкая общественность. Ты сегодня набрался опыта и стал немного умнее. — Слова Аманэ были пронизаны сарказмом и Коуки слегка смутился. — Ну, что более важно, мне важно получить разрешение войти «по другую сторону ворот». В конце концов, это эксклюзивное убежище для Альф, куда обычным людям, таким как я, вход воспрещён.
— Это не так уж и особенное место, как ты думаешь, — скромно ответил Коуки. Но территория за воротами действительно представляла собой совершенно другой мир. Она намного превосходила даже роскошь жилого района, через который они только что проехали.
На живописных, пологих холмах через равные промежутки стояли особняки. Каждая резиденция занимала огромный участок земли, что делало термины «усадьба» или «особняк» более уместными. Сами здания были скрыты от глаз густыми садами и прочными стенами, и только величественные входы и дорожки были видны, намекая на великолепие резиденций за ними.
Не успев как следует рассмотреть ни один из них, они продолжили путь через этот ультра-роскошный жилой район. Проехав некоторое время по мощёным улицам, они выехали на двухполосную улицу, обсаженную деревьями, вдоль которой располагались стильные магазины. В ряд стояли только дорогие бренды, названия которых Аманэ знал по именам, все они отличались роскошными фасадами, вывесками и витринами, подчёркивающими их эксклюзивность для богатых.
Перед шикарным, сдержанным магазином, заметно выделявшимся на фоне показных, экстравагантных брендов вокруг, Коуки припарковал машину и объявил:
Похоже, это заведение, с его атмосферой традиций, и было их пунктом назначения.
Аманэ отстегнул ремень безопасности и вышел из машины, встав рядом с Коуки на мощёной площадке.
В центре фасада магазина находились две деревянные двустворчатые двери, по бокам от которых располагались стеклянные витрины, на которых были изображены мужчины в смокингах и фраках. Над ними золотыми буквами висела вывеска «Портной Мизутани».
— Портной? Эй, вы же не предлагаете мне что-то купить в этом невероятно дорогом магазине, правда?
— Не стоит беспокоиться о цене. Лучше воспользоваться этой возможностью и приобрести качественный комплект, чем довольствоваться чем-то дешёвым.
— Я не понимаю, что вы имеете в виду под «воспользоваться этой возможностью». Если речь идёт только о соблюдении дресс-кода, то взять смокинг на прокат должно быть достаточно.
Пока Аманэ и Коуки спорили, двустворчатые двери открылись. Из них вышел мужчина лет шестидесяти. На нем был галстук-аскот** на воротнике белой рубашки, на предплечьях — повязки, а на плечах — жилет с воротником. Его серебристо-серые волосы были зачёсаны назад, на нем были круглые очки, предположительно для чтения, и аккуратно подстриженные усы. Он выглядел очень элегантно.
— Добро пожаловать, Коуки-кун, — сказал мужчина глубоким, звучным голосом, подходя с улыбкой. Он протянул руку для рукопожатия с Коуки.
Судя по тому, что он не проявлял никаких признаков почтения, несмотря на знание личности Коуки, он тоже мог быть Альфой.
ПП: *«Учись у других и совершенствуйся»— имеется в виду японская мудрость, призывающая учиться у других и совершенствоваться, часто выражается фразой: «Учить других всегда почётно, учиться у других — никогда не зазорно». Она отражает философию непрерывного самосовершенствования, подчёркивая, что обмен опытом и перенятие навыков являются основой личностного роста и мастерства. В русскоязычном пространстве суть этой мудрости отражает поговорка «Умный учится на своих ошибках, мудрый — на чужих, а глупый не учится никогда». Однако, столь часто цитируемое высказывание приписывается О. фон Бисмарку и изначально выглядело так: «Любой дурак может учиться на своих ошибках. Мудрый человек учится на ошибках других».
**Галстук-аскот — это классический мужской шейный платок, ставший прообразом современного галстука. Он представляет собой широкую полосу ткани с закруглёнными концами, завязываемую на шее под воротником рубашки и закрепляемую булавкой. Аксессуар придаёт образу аристократизм, популярен на свадьбах и торжественных мероприятиях. Галстук-аскот чаще всего завязывают одним-двумя основными способами, формируя мягкий узел под воротником рубашки.
