Когда Альфа отмечен кем-то таким же как он. Глава 33.
В прямом эфире раздался глухой удар.
[Это меня до смерти напугало.]
[Тебя ударили, Dog Лу? Твоё время вышло.]
[Если я правильно помню, у пса Лу микрофон расположен близко ко рту. Что за действие может быть таким громким в микрофоне, который находится прямо у его рта? Давайте все вместе подумаем.]
[Пёс Лу! Ты издеваешься над волком, пока мы не видим?!]
[Волчонок, не бойся! Включи камеру и дай нам посмотреть! Мы отомстим за тебя!]
Шэнь Цяо уже понял, что, возможно, был слишком груб. Он поднял руку и прижал большой палец к уголку рта, затем повернулся и взглянул на комментарии, появляющиеся на экране. Он безразлично нахмурился и ничего не сказал.
Лу Чжэ, после своих слов, также обратил внимание на провокационные комментарии пользователей в чате. Он поднял руку и несколько раз провёл пальцами по губам, прежде чем тихонько рассмеяться.
— А разве я не мог случайно задеть микрофон, когда пил воду? — рассуждал он. — Я призываю вас всех немного успокоиться. А что, если из-за вашей чепухи забанят стримерскую комнату Цяо Цяо? Я запомню каждый ваш ID и буду банить вас всех по очереди в своих фан-группах, если это произойдёт. Ладно, ладно. Прекратите гадать. Скорее ложитесь спать. Все ваши фантазии сбудутся в ваших снах.
Почти сразу после этих слов Лу Чжэ вышел из стрима и снял наушники. Он быстро выключил компьютер и, плечом к плечу с Шэнь Цяо, отправился обратно в общежитие.
По дороге они не разговаривали, но между ними витало необъяснимое чувство комфорта.
Глубокой ночью многие глубоко запрятанные тайны и чувства начали всплывать на поверхность. Семена, посеянные много лет назад, начали распускаться и цвести, источая аромат, глубоко напоминающий о прошлом.
Легкий, прохладный аромат мяты витал в воздухе, словно лиственная лоза, неуверенно что-то ищущая. Его быстро окутал более густой аромат заснеженных кедровых деревьев. Освежающий запах снега, казалось, опускался потоками, наполняя воздух и землю.
Шэнь Цяо искоса взглянул в сторону. Он почувствовал как в воздухе поднимается очередная волна феромонов Лу Чжэ. Если бы Лу Чжэ в последнее время не контролировал свои феромоны, Шэнь Цяо, возможно, даже забыл бы, насколько они похожи на его собственные. Его феромоны были такими же, как и он сам — сильными и всепоглощающими, достаточно мощными, чтобы заставить человека почувствовать, что выхода нет.
Тело Шэнь Цяо реагировало быстрее, чем его разум. Пульс участился. Кровь запульсировала в венах, заставляя даже виски подпрыгивать и дёргаться. Казалось, лёгкие перестали работать. Его пронзило интенсивное, удушающее ощущение. Казалось, все кости в его конечностях потеряли свою силу.
Это было так же страшно, как если бы его затянуло в сильное течение.
Шэнь Цяо подсознательно замедлил дыхание. Вызванный страх сотрясал его тело, но он не хотел бежать и прятаться.
В отличие от всех предыдущих раз, он проявил инициативу, ответив на феромоны Лу Чжэ своими собственными. Хотя его реакция не была сильнее, чем в прошлый раз, этого было достаточно, чтобы пот выступил на его лбу.
Честно говоря, боль теперь была не такой сильной, как раньше. Просто инстинкты, которые развились в организме, было трудно исправить. Шэнь Цяо никогда не был из тех, кто легко потеет, но в этом кондиционированном коридоре посреди ночи его рубашка с короткими рукавами промокла настолько, что прилипла к коже.
Лу Чжэ быстро понял, что его собственные чувства были выставлены напоказ, и он не упустил из виду перемену в Шэнь Цяо. Но даже несмотря на физическую реакцию, Шэнь Цяо все ещё позволял своим феромонам переплетаться с феромонами Лу Чжэ. Только лишь этого уже было достаточно, чтобы наполнить сердце Лу Чжэ восторгом.
Он никогда не думал, что так легко испытает удовлетворение от простой реакции Шэнь Цяо Цяо.
Лу Чжэ достал из кармана пачку салфеток, намереваясь помочь Шэнь Цяо вытереть пот. Подняв руку, он замедлил движения и очень осторожно протянул её, словно готовясь коснуться хрупкого сокровища, которое могло разбиться в любой момент.
Он подавил свои собственные феромоны, когда начал вытирать виски Шэнь Цяо белой салфеткой.
В следующее мгновение раздался шлепок. Лу Чжэ посмотрел вниз и обнаружил, что его запястье застряло в хватке Шэнь Цяо.
Обжигающе горячая ладонь Шэнь Цяо обхватила запястье Лу Чжэ. Тонкий слой пота, скопившийся там, начал впитываться в кожу Лу Чжэ.
Прежде чем Лу Чжэ успел что-либо сказать, Шэнь Цяо уже принял свой обычный вид. Он поднял взгляд, и в его тёмно-карих глазах появилась улыбка, которая, однако, не совсем была улыбкой. Эти глаза сверкали светом, наполненные дикой и необузданной энергией.
Провокационная, вызывающая улыбка озарила глаза Шэнь Цяо, которые немигающим взглядом смотрели на Лу Чжэ.
Затем он быстро задал несколько вопросов:
— Скажи мне честно, ты правда не делал тайную операцию на железах? Почему я чувствую, что ты так устал после того, как только что выпустил феромоны, Лу Чжэ? Когда ты стал таким слабым?
Он был настолько ошеломлён, что улыбка исчезла с его лица.
Лу Чжэ уже стоял у стены. Поскольку он позволял Шэнь Цяо схватить его за запястье, не отпуская, он решил отодвинуться в угол. Он дёрнул себя за запястье вперёд, заставив Шэнь Цяо сделать ещё два шага ближе к нему, прежде чем он успел среагировать.
Лу Чжэ плавно поднял другую руку и положил её на бедро Шэнь Цяо. Издалека казалось, будто он обнимает другого человека.
Шэнь Цяо инстинктивно, скорее по привычке, чем по какой-либо другой причине, заблокировал движение Лу Чжэ локтем. Лу Чжэ не стал с ним бороться. Он просто левой рукой, которую оттолкнули, взял салфетку из правой. Затем он продолжил помогать Шэнь Цяо вытирать пот. С улыбкой, изогнувшейся в улыбке, он мягко и тепло ответил на провокации Шэнь Цяо:
— Верно, я слаб. Что ты со мной сделаешь?
Шэнь Цяо отвернул голову. Ему всегда казалось, что слова Лу Чжэ наполнены трудноопределимым чувством двусмысленности и нежности. Он не привык к ощущению быть в объятиях другого человека, но, как ни странно… по действиям Лу Чжэ он ясно чувствовал, насколько сильно тот его ценит.
К тому же… Альфы по своей природе очень конкурентоспособны. Никто из них не стал бы легко признавать свою слабость. Одно дело, когда Лу Чжэ говорит что-то подобное, но он даже специально подавляет свои феромоны.
Как гордый, могучий хищник, послушно втягивающий когти и опускающий голову.
Лу Чжэ боялся, что Шэнь Цяо поймёт, что он уже знает о прошлом Шэнь Цяо. Осторожно вытирая пот со лба Шэнь Цяо, Лу Чжэ шутливым тоном спросил:
— Почему ты так потеешь? О чем ты подумал, чтобы так разволноваться?
Шэнь Цяо тихонько заговорил, легко уклонившись от разговоров о прошлом.
По выражению лица Лу Чжэ было невозможно понять, верит он этому или нет. Он просто повторил:
Улыбка в его глазах стала шире, когда он добавил:
Он медленно приблизился к Шэнь Цяо, изучая чёткие и выразительные черты его лица. Светлые тени скользили по лицу Шэнь Цяо, когда Лу Чжэ подошёл ближе и пробормотал что-то неторопливым, чарующим голосом:
— Прошлой ночью мне приснилось, что ты сам поцеловал меня. Но мои сны были гораздо слаще, чем тот лёгкий поцелуйчик, который ты мне только что подарил. Попробуем ещё раз?
Шэнь Цяо бросил на него испепеляющий взгляд и изобразил на лице притворный интерес.
— Будь конкретнее. Позволь мне узнать подробности.
Лу Чжэ фыркнул от смеха. Этот звук не был ни слишком высоким, ни слишком низким и лёгким эхом разносился по коридору.
Уголки глаз Лу Чжэ прищурились и изогнулись, словно пара живых, резвящихся рыбок, обволакивая глубокие озёра его радужной оболочки. Волны, рябившиеся в его глазах, были мягкими и тёплыми, достаточно манящими, чтобы привлечь всех живых существ.
— Дай подумать… мм, сначала ты сам поцеловал меня прямо здесь, прижав губы к моим. Потом ты раздвинул мои…
— Стоп. — Шэнь Цяо обнаружил, что всё ещё не способен слушать подобное с серьёзным лицом.
— Хм? Разве не ты хотел это услышать?
Лу Чжэ вопросительно промычал.
— Ты только что сказал, что я поцеловал тебя во сне.
— Тот, кого ты видел во сне, — это всё ещё я, — ответил Шэнь Цяо. — Что он может сделать, то и я могу сделать. Если он тебя поцеловал, это считается моим поцелуем.
Шэнь Цяо спокойно отступил на шаг назад, увидев свой шанс сбежать. Он ускользнул, двигаясь к своей комнате, словно порыв ветра, но не забыл добавить ещё одну фразу:
— Мы ещё встретимся во сне. Кто знает? Может, если тебе повезёт, ты ещё раз испытаешь это во сне. Спокойной ночи.
Лу Чжэ, неподвижно застыв на месте, смотрел вслед быстро исчезающему Шэнь Цяо. Как только Шэнь Цяо ушёл, Лу Чжэ пробормотал что-то себе под нос:
— Если он сейчас такой чувствительный, как мы будем справляться в будущем?
Возможно, из-за слов Лу Чжэ, мысли Шэнь Цяо, когда он пытался заснуть той ночью, наполнились всевозможными образами, от которых он краснел. Как только он закрывал глаза, он снова слышал в своих ушах знакомый голос и тихое дыхание .
А вот и лицо Лу Чжэ, которое было даже красивее любого омеги. На нем появился лёгкий румянец, а его весёлые глаза сияли теплом. От этого лица Шэнь Цяо всю ночь ворочался в постели.
Он долго слушал шум кондиционера, беспокойно ворочаясь под тонким одеялом. Позже он пробормотал что-то мрачное себе под нос и раздражённо провёл рукой по волосам. Он сбросил одеяло, вылез из постели, надел тапочки и направился в ванную.
Долгое время доносился шум льющейся воды.
Человек за матовой стеклянной душевой дверью поднял голову, обнажив горло. Тонкие струйки воды стекали по его подбородку, стекая по горлу и скапливаясь в углублениях ключиц, прежде чем медленно опускаться все ниже и ниже.
Под шум льющейся воды по ванной разносилось все более быстрое, судорожное дыхание.
Шэнь Цяо, завёрнутый в банное полотенце, вышел из душа и вернулся, чтобы сесть у кровати. Капли воды продолжали стекать с его всё ещё мокрых тёмных волос, стекая по позвоночнику. Лопатки его тускло освещал светящийся мобильный телефон, лежавший на кровати.
Он сплёл пальцы вместе и опустил голову, закрыв глаза и сгорбившись, приняв смелую и внушительную позу. Невозможно было понять, о чём он думает, но в комнате, наполненной лишь звуком кондиционера, он коротко рассмеялся.
Затем он лениво откинулся назад и опёрся одной рукой на кровать. Другой рукой он потянулся к тумбочке, схватив блистер с таблетками. С едва слышным шуршанием он вынул несколько таблеток.
Резким движением руки он забросил таблетки в рот, проглотив их все до единой. Ему было лень вставать, чтобы принести воды. Таблетки оставили отвратительный горький привкус на языке и в горле, но он просто лёг в постель.
Прошло уже несколько лет с тех пор, как он начал курить после расставания. И он принимал лекарства, когда вспоминал об этом. Когда забывал, просто откладывал это на потом. Никто не проверял, принимает он таблетки или нет, и его состояние не сильно волновало.
Кроме игр, он ничем не мог себя заинтересовать.
Он вдруг отчаянно захотел выздороветь.
Когда он услышал, как Лу Чжэ говорил о том, каким блестящим он был раньше, ему вдруг очень захотелось снова стать блестящим. Он хотел изо всех сил сиять, чтобы Лу Чжэ всегда видел только его сияние.
Он хотел стать самым ярким солнцем на небе Лу Чжэ. Он хотел быть ярким и вечным, а не просто мимолётной падающей звездой, которая была там в один момент и исчезла в следующий.
Шэнь Цяо подумал про себя: «Неужели я стал жадным?»
Ответа на этот вопрос он не знал.
Единственное, в чём он был уверен, это то, что он хотел оставить след на Лу Чжэ…
Это желание, которое когда-то подавлялось различными способами, наконец, вырвалось наружу, словно бурный поток, после того, как так долго было подавлено и похоронено. Каждая клетка его тела пела и ревела от этого желания, хором повторяя:
Сделай его своим. И стань его.
Время не притупило воспоминания о том, что когда-то существовало между ними. Просто Шэнь Цяо до сих пор не позволял себе оглянуться назад и посмотреть на это прошлое.
Когда он посмотрел, то увидел Лу Чжэ, стоящего на том же месте, что и всегда, ожидающего его.