Кто сказал, что Омеги не могут быть супер сильными? Глава 7.
Неподалёку раздался слабый гул механических устройств, и на ржавой стальной стене внезапно появились цифры таймера.
Все поняли, что соревнование официально началось, и тут же отвели взгляды от Лу Цзиннина.
Лу Цзиннин невинно посмотрел на Юй Цинцана:
— Почему они так на меня смотрят?
Юй Цинцан и Цзян Луань решили, что отвечать на этот вопрос излишне.
Вы не представляете, почему они так на вас смотрят?
К счастью, декан чётко оговорил отсутствие внутренних распрей, иначе одно это предположение оскорбило бы всех, и их всех могли бы одолеть в самом начале!
Вэнь Синчэнь напомнил им сбоку:
— Все приготовьтесь, сейчас начнётся.
Обратный отсчёт официально закончился в тот момент, когда он закончил говорить.
Почти одновременно четыре робота, которые до этого спокойно стояли, внезапно подняли оружие и без предупреждения начали беспорядочно стрелять по арене.
Все присутствующие были в ужасе.
В клубах пыли со всех сторон раздавались проклятия.
Первокурсники были явно ошеломлены внезапной и стремительной атакой школы и в панике разбежались, закрывая головы руками и в беспорядке создавая хаотичную картину Броуновского движения.
Вскоре один за другим люди попадали под шквал огня.
Эти роботы использовали наименее разрушительные лазерные лучи. Хотя они и не причиняли смертельных травм, это не означало, что это были просто игрушки с древнего поля боя: попадание под обстрел было не шуткой.
Таким образом, какофония проклятий перемежалась редкими криками боли, создавая уникальный фоновый звук.
Механические руки выдвигались из окружающих железных стен, умело вытаскивая выбывших участников. По мере значительного сокращения числа участников, изначально переполненная арена постепенно опустела.
Лу Цзиннин и его группа, которые изначально расположились на некотором расстоянии от роботов, имели достаточно времени для реакции. Они умело уклонялись от лазерных атак, одновременно наблюдая за окружающей обстановкой.
Это испытание имело определённое правило исключения. Наблюдение показало, что любой, кто трижды попадёт под лазерный луч, будет дисквалифицирован и насильно выведен с тренировочной площадки роботизированной рукой для оказания медицинской помощи роботом-медиком.
Лу Цзиннин, собрав полезную информацию, не забывал следить за состоянием своих товарищей.
Вэнь Синчэнь, разумеется, намеренно уклонялся от лазерных лучей, даже не касаясь края одежды, и без каких-либо значительных движений эффективно уклонялся от них в очень небольшом диапазоне движений.
Юй Цинцан, несмотря на свои внушительные размеры, определённо был ловким гигантом. Он явно часто бывал в ночных клубах, поскольку весьма грациозно уклонялся от лазеров, покачивая своей широкой талией с впечатляющим мастерством.
В сравнении с ним, «не такой сообразительный» Цзян Луань, казалось, испытывал значительные трудности.
Лучи света действительно были слишком медленными для Лу Цзиннина, поэтому он спокойно подошёл к Цзян Луаню, одарив его очень тёплой и дружелюбной улыбкой:
У Цзян Луаня уже слегка закружился от всего происходящего. На его спине от напряжения уже выступил тонкий слой пота, поэтому, услышав это, он тут же несколько раз кивнул:
Юй Цинцан, тоже нервничавший, невольно бросил на него сочувственный взгляд.
Он ещё слишком молод. Из всех людей, к кому обратиться за помощью, почему он должен был просить именно Лу Цзиннина, который не человек и никогда не относился к Альфам как к людям?
Цзян Луань почувствовал чрезмерно сочувственный взгляд Юй Цинцана и был несколько озадачен. Но у него не было времени на размышления. В следующую секунду он вдруг почувствовал, как его тело легко поднялось в воздух, словно его подняли за край одежды.
Цзян Луань вытаращил глаза. Однако, сколько бы восклицательных знаков ни промелькнуло у него в голове, было уже слишком поздно, чтобы остановить то, что должно было произойти.
В мгновение ока, Лу Цзиннин подхватил его, словно цыплёнка, несколько раз раскачал в воздухе, а затем метко бросил в определённом направлении.
Он пролетел по почти идеальной дуге в воздухе, эффективно уклоняясь от всех лучей. Не в силах сдержать ругательства, он почувствовал, как тяжело врезался в кучу мягких, податливых вещей.
В следующую секунду из-под него раздались стоны.
Цзян Луань был несколько ошеломлён. С опозданием взглянув вниз, он наконец понял, почему его эффектное приземление не причинило ему боли — оказалось, его окружила целая куча живых щитов.
Первокурсники, на которых он упал, яростно зарычали, оскалив зубы:
— Кто ты, черт возьми? Вставай уже!
Прежде чем Цзян Луань успел что-либо сказать, сверху раздался улыбающийся голос Лу Цзиннин:
— Извините, я случайно кого-то задел. Мы сейчас же уходим!
С этими словами Цзян Луань опять почувствовал внезапную лёгкость, когда его снова подняли.
Цзян Луаню оставалось только молча смириться с ситуацией.
Как только Лу Цзиннин унёс его, в этом месте случайно появилась ещё одна волна лучей света.
Те, кто был прижат к земле, даже не успели подняться и тут же разразились стонами агонии — поистине душераздирающее зрелище.
К сожалению, правила есть правила. Старшекурсники, управлявшие мехами, не дали им ни единого шанса увернуться и они были уничтожены в мгновение ока.
Что касается Лу Цзиннина, зачинщика всей этой неразберихи, то на его лице не читалось ни капли вины, словно его это не касалось.
Он никого не задел — он просто спасал своего товарища. В конце концов, при таком хаосе неизбежен был и случайный огонь по своим, верно? Сопутствующий урон, так сказать...
Постепенно Цзян Луань привык к этому парящему ощущению, когда его швыряет из стороны в сторону. Он медленно скрестил руки перед собой, перекатываясь туда-сюда, совершенно потеряв дар речи.
Если он до сих пор не видит, что Лу Цзиннин использует его как оружие, значит, он действительно слеп!
А что касается позора быть швыряемым Омегой? В этом хаосе ему было всё равно.
Он, Цзян Луань, всегда быстро принимал свою судьбу. Быть использованным как оружие, если он захочет? Если бы ему пришлось самому уворачиваться от этих лучей, он, вероятно, уже был бы похож на решето.
В конце концов, он боялся боли. Победа, достигнутая путём смирения, была лучше всего остального. Настоящий мужчина может прогнуться и растянуться. Ему просто нужно было это вытерпеть!
Лу Цзиннин, конечно же, заметил безоговорочное сотрудничество своего нового приятеля и мысленно похвалил его, становясь всё более беззаботным по мере того, как продолжал крушить людей вокруг себя.
Благодаря такой мощной «поддержке» с его стороны, группы первокурсников последовательно отравлялись за пределы периметра, а число людей на арене сокращалось почти вдвое быстрее, чем раньше.
Прочный защитный барьер окружал пространство вокруг подиума, блокируя все лучи.
Вены на лбу декана Гуй Лянчжэ дико пульсировали.
Он уже заметил коварные уловки Лу Цзиннина, но этот косвенный вред нельзя было считать нарушением, что делало его бессильным против этой хитрости.
Директор заранее предупредил его, что в этом году в их четвёртом колледже может появиться интересный Омега, и вот он здесь, но он всё ещё не понимал, что же в нём такого интересного.
Этот парень явно был нарушителем спокойствия, которого нужно как следует закалить!
Взглянув на оставшееся время на металлическом барьере, Гуй Лянчжэ сделал свой вывод. Взяв коммуникатор, он спокойно отдал приказ:
— К209, К332, начните совместную атаку на этого Омегу.
Присутствовал только один Омега, Лу Цзиннин. Цель была очевидна, но операторы в двух мехах на мгновение опешили от внезапного приказа.
Хотя основное внимание в этом испытании уделялось управлению хаотичными ситуациями, переход от беспорядочной стрельбы к сосредоточенным атакам значительно усложнил задачу.
Долго привыкшие к безоговорочному подчинению в военном училище, они, несмотря на сомнения, не возражали и решительно выполняли приказы.
Лу Цзиннин сначала ничего не заметил, но после нескольких мощных залпов понял, что что-то не так.
Быстрый взгляд на движения двух мехов помог ему осознать происходящее. Он сердито посмотрел на Гуй Лянчжэ, стоявшего на платформе, мысленно проклиная его: «Черт возьми, эти военачальники все такие хитрые! Оценки — это одно, а это уже ловушка!»
Внезапная смена огня двумя мехами разрядила напряжение в других зонах. Оставшиеся первокурсники смотрели в сторону зоны обстрела с бесстрастными лицами, явно не понимая, что происходит.
Среди плотного шквала лучей Лу Цзиннин, держа Цзян Луаня в одной руке, двигался с невероятной ловкостью.
В разгар этого неустанного натиска он даже проявил некоторую непринуждённость, время от времени оглядываясь, чтобы поддразнить двух пилотов мехов:
— Эй, старшие, вы, похоже, совсем недолго учитесь управлять этими мехами, да? Вы даже новичка вроде меня не можете поразить? Наверняка и на поле боя будете только подкармливать врага!
Выражения лиц двух пилотов слегка помрачнели. То, что сначала было намёком на жалость, теперь стало серьёзным, их лица стали жёстче.
Цзян Луань, которого он тащил за собой, был совершенно потрясен.
— Брат, какой тебе толк от того, чтобы их провоцировать?! — Он почти чувствовал обжигающий жар лучей, скользящих по его лицу, и ему стало совсем плохо, — Ты… ты… будь осторожен! Не дайте им попасть мне в лицо! Как я найду Омегу, если я буду изуродован?!
Лу Цзиннин равнодушно взглянул на него и небрежно ответил:
— Не можешь найти Омегу? Чего бояться? Я же Омега, верно? Я тебе компенсирую.
Тело Цзян Луаня напряглось и он выпалил:
— Лучше останусь холостым навсегда, чем буду встречаться с тобой!
Хотя когда-то он был очарован такой потрясающей красотой, узнав Лу Цзиннина поближе, он глубоко понял истину — красивая внешность — это одно, но жизнь нужно ценить.
Даже не говоря о том, что этот парень — сумасшедший, и Омега, на которого положил глаз Вэнь Синчэнь. Ха! Даже если бы у него была тысяча жизней, осмелился бы он?
Услышав его решительный отказ, Лу Цзиннин недовольно поднял бровь:
— Что со мной не так? Со мной что-то не так?
Его яркие глаза слегка сузились и по тону было ясно, что если Цзян Луань произнесёт хотя бы полслова не так, он бросит его как доспехи для близкого, интимного столкновения.
Цзян Луань почувствовал, как по спине пробежал холодок от первого взгляда Омеги, ощутив себя совершенно беспомощным. Внезапно рядом с ним раздался знакомый голос:
— Похоже, вы двое приятно беседуете.
Цзян Луань разрыдался от радости, отчаянно глядя на Вэнь Синчэня, его глаза молили: «Помогите мне! Помогите мне! Помогите мне сейчас же!»
Вэнь Синчэнь, казалось, не обратив внимания на его сигнал, поднял бровь, глядя на Лу Цзиннина:
— Не устал бегать? У меня есть идея, хочешь услышать?
В этот момент их окружение было почти полностью окутано плотными лучами света. Лу Цзиннин, двигаясь с высокой скоростью, не позволил этому повлиять на темп их разговора. Увидев, как Вэнь Синчэнь, этот мазохист, сам бросился в зону обстрела, он заинтересовался предложением, прозвучавшим в ответ на такую безрассудность:
Вэнь Синчэнь слегка повернул голову, краем глаза взглянул на двух роботов, следовавших неподалёку, и в его голосе прозвучала нотка любопытства:
— А как насчёт того, чтобы разобрать одного?
Цзян Луань, застигнутый врасплох этими словами, в шоке посмотрел на своего лучшего друга.
Очевидно, это предложение было как раз кстати для Лу Цзиннина, глаза этого хулигана заметно загорелись:
Цзян Луань в ужасе был готов закрыть глаза, чтобы не видеть последствия этого двойного сумасшествия.
Он чувствовал, что находится всего в шаге от того, чтобы умереть, не сходя с места.
Цзян Луань, какой жалкий парень~▼v▼