Что не так, если Альфа метит Альфу? Глава 36.
Выходные пролетели быстро, и Цзя Маннин отправляла им по 800 сообщений в день, напоминая не забывать тренироваться.
Ю Чэнсун не любил жару и не хотел идти. Мало того, что не хотел идти, он ещё и уговаривал Инь Гу тоже не идти. Инь Гу назначил Ю Чэнди двухдневную специальную тренировку. Несчастного ребёнка заставили за два дня выполнить три упражнения из учебника, и от этого у него уже распухли руки.
Возможно, дело было в том, что они оба были слишком упрямы. Когда в полдень прозвенел звонок об окончании урока, Ю Чэнсун уже собирался встать, но его остановил голос Цзя Маннин.
— Вы двое! Не двигайтесь! Я говорю с вами!
Ю Чэнсун понял, что был не прав, и сел обратно.
Цзя Маннин, тяжело дыша, подбежала к ним на своих коротких ножках, её взгляд скользнул по ним двоим, и она с тревогой спросила:
— Братья, как прошли тренировки? Помните? Я слышала, что вас там уже несколько дней не было. Это правда?
— Какие тренировки? — Ю Чэнсун выглядел растерянным.
— Разве нам не нужно было просто стоять? — Инь Гу выглядел растерянным.
Губы Цзя Маннин дрогнули. Эти двое вместе так раздражают, что это действует вдвойне. Она прикрыла дрожащее сердце и искренне сказала:
— Братья, сегодня уже 23-е, и скоро спортивные соревнования. Вам двоим нужно быстро потренироваться; иначе будет так неловко!
— Какая тренировка? — Ю Чэнсун откинулся на спинку стула и улыбнулся ей. — Просто пошевелите руками и ногами, и все будет готово. Вы же не ожидаете, что я буду танцевать, правда? Даже если ты просто размахиваешь руками и ногами, ты всё равно должен знать, где стоять. — Цзя Маннин так расстроилась, что схватила себя за волосы. — Ты разве не помнишь построение? Тебе его объяснили в первый день, учитель физкультуры устраивает проверку завтра после обеда, а вы двое всё ещё… Нет, мы не можем позволить этому ещё больше ухудшиться. Следуйте за мной!
— Я ещё не ел. — Ю Чэнсун был слишком ленив, чтобы двигаться. Солнце на улице светило как палящая лампа, и если он выйдет, на нём образуется слой жира.
— Будь храбрым и борись изо всех сил! — подбодрила его Цзя Маннин.
— Можно мне потренироваться, просто посмотрев видео? — Инь Гу не очень-то хотел двигаться.
— Будь достаточно храбрым, чтобы преодолевать трудности! — Цзя Маннин повернулась и показала ему большой палец вверх.
На игровой площадке было довольно много людей, репетировавших выступление группы поддержки. Некоторые даже переоделись в костюмы, а цветы и ивы были прекрасны, один красивее другого. Единственное отличие заключалось в том, что в других классах были парни-чирлидеры, а в их классе были одни девушки.
— Разве раньше не было двух парней? — Ю Чэнсун лениво завязал волосы, потому что было слишком жарко. — Почему их нет?
Вдруг раздался одобрительный возглас,и все начали рыться в карманах, пытаясь тайком сфотографировать Ю Чэнсуна с завязанными волосами прямо под носом у учителя физкультуры.
Это первое выступление на площадке в этом семестре!
Но прошлогоднее выступление было действительно хорошим!
— Узнав, что вы двое присоединились к команде поддержки, девушки тут же оттолкнули вас. — Цзя Маннинг отошла в сторону, стараясь не загораживать Ю Чэнсуна и Инь Гу, и с энтузиазмом представила двух лучших игроков своего класса собравшимся на площадке.
— Тогда они должны поблагодарить нас обоих, — Ю Чэнсун, поддавшись влиянию феромонов «омеги», строго сдерживался, чтобы не излучать никаких альфа-феромонов; иначе эта группа людей упала бы.
Член культурного комитета стояла в командной форме. Увидев их, улыбка на её лице исчезла и она нахмурилась.
— В этот раз вам двоим не удастся избежать наказания. Учитель физкультуры проверит завтра. Это связано с честью класса.
— Извините, в следующий раз такое не повторится, — засмеялся Инь Гу.
Член культурного комитета промолчала покраснев.
— На самом деле, вам двоим тоже не стоит слишком сильно переживать. — Цзя Маннин взглянула на членов культурного комитета и украдкой прошептала им, — Вам не нужно выполнять никаких технических трюков, просто будьте красивыми, и всё.
— Разве я не выгляжу красивым, когда стою? — Ю Чэнсун прищурился, затуманенный ослепительным солнцем.
— Красавчик, красавчик, красавчик, Сун Гэ такой красавчик! — поспешно уговаривала его Цзя Маннин, очень за него переживая. — Но чтобы быть ещё красивее, нужно стоять в правильной позе, и ещё нужно запомнить несколько маленьких трюков.
— О? — сказал Ю Чэнсун. — Тогда я могу не выполнять никаких трюков?
— Я тоже не очень хочу, — добавил Инь Гу.
— Невозможно!!! — Член культурного комитета обернулась и посмотрела на них так, словно считала показания радара. — Вы должны это сделать! Наш класс должен гордиться этим результатом! Мы должны занять третье место с конца!
— Почему мне кажется, что наш культурный комитет пылает? — Ю Чэнсун поднял руку и зааплодировал.
— Пламя страсти. — Инь Гу последовал его примеру и тоже зааплодировал.
— … — Если вы двое разозлите её ещё больше, она сгорит.
Культурный комитет распорядился, чтобы Ю Чэнсун и Инь Гу стояли в центре команды, а затем — впереди, отдавая команды.
— Давайте начнём с самого начала. Ю Чэнсун, Инь Гу, если вы ничего не запомните, спросите меня позже.
Ю Чэнсун поднял руку, показывая, что услышал.
Как только заиграла музыка, более десятка человек начали крутиться и извиваться, и не останавливались более пяти минут.
Ю Чэнсун и Инь Гу запомнили движения, посмотрев их один раз, и с точки зрения их класса они показались слишком простыми.
Группа людей рисовала сердечки и круги, прыгала и кружилась с двумя разноцветными шарами, и наконец, выкрикивала лозунг «16 класс победит!».
Самым сложным и единственным ярким моментом всего выступления стало крутое сольное выступление культурного комитета в середине.
Типичная ситуация «один к десяти».
— Похоже, надежда на третье место с конца по-прежнему в основном связана с нами двумя, — Инь Гу немного разочаровался общим эффектом. — Может быть, лучше было бы надеть короткую юбку?
— Раздевайся и прыгай. — Ю Чэнсун посмотрел на него с улыбкой, цветные шарики в его руке звенели, качество было довольно хорошим. — Третий — твой.
— Меня арестуют. — Инь Гу выглядел сожалеющим.
Ю Чэнсун был полон восхищения.
Ты разденешься, если тебя не арестуют? Ты такой сексуальный, ах...
Культурный комитет забеспокоился, поэтому она снова показала и объяснила движения им обоим по отдельности.
Движения были настолько простыми, что их можно было выполнять с закрытыми глазами, и они мало чем отличались от того, что говорила Цзя Маннин — знание того, где стоять, составляло две трети задания.
Сначала следуйте за командой и пройдите три круга. На четвёртом круге встаньте посередине и сложите сердечко в честь всех одноклассников школы. После этого Инь Гу или Ю Чэнсун подхватят другого участника и покружатся. Затем продолжайте идти. На шестом круге двое поддержат члена культурного комитета одной рукой, а член комитета сделает сальто назад. На последнем круге все подбросят мячи в воздух — самый сильный инструмент.
— Кто кого держит? — Ю Чэнсун посмотрел на Цзя Маннин, и дьявольски прошептал, — Сначала подумай, потом говори.
Цзя Маннин посмотрела на руку Ю Чэнсуна, такую белую и почти прозрачную на солнце, с отчётливыми суставами, и представила себе, как эта рука скручивает ей шею. Она решительно выбрала Сун Гэ.
— Ученик Инь Гу. — Цзя Маннин сжала кулак и прижала его к груди, её взгляд был твёрдым. — Ради чести класса!
— Я готова на все. — Инь Гу рассмеялся, — Не волнуйся.
Цзя Маннин была так тронута, что чуть не расплакалась. Это был самый легкий ребёнок, о котором ей приходилось заботиться за последние полгода.
— Но мне вдруг пришёл в голову вопрос. — Инь Гу взглянул на Ю Чэнсуна и кивнул подбородком по диагонали за его спиной. — Нас было двое в команде чирлидеров, но был только один «самый популярный чирлидер».
Ю Чэнсун повернул голову и посмотрел назад. Группа мужчин с телефонами в руках собралась вместе и яростно спорила, их лица были красными и крайне сердитыми.
Присмотревшись, он услышал шепот этой небольшой группы людей.
— Разве мы не договорились голосовать за Сун Гэ? Почему ты меняешь?
— Мне все равно… Я все равно проголосую за Инь Гу. Он мне улыбнулся на днях!
— Эй, эй, эй, прекратите спорить. Они оба учатся в одном классе и у них хорошие отношения. Неважно, кому достанется место.
— Но в прошлом году, когда Чжоу Чжэюй и Сун Гэ боролись за одну и ту же должность, мы выбрали Сун Гэ.
— А Чжоу Чжэюй, этот плейбой, достоин?
— Чжоу Чжэюй вот-вот расплачется. — Ю Чэнсун не смог сдержать смех и толкнул Инь Гу в руку, — Жаль, что мы не можем это записать.
Как только Инь Гу собирался что-то сказать, вдруг крикнула девушка:
— Кто из вас двоих хочет голоса?
Ю Чэнсун взглянул на них и ничего не сказал.
Девушка не сдалась и снова крикнула:
Инь Гу наклонил голову, чтобы посмотреть на них, улыбнулся, прищурив глаза:
— Отдайте ему, он красивее меня.
Раздался взрыв восторженных криков.
Ю Чэнсун слегка приподнял брови. Он не понимал почему, но ему просто хотелось присоединиться к веселью, и он лениво крикнул:
— Отдайте их ему! Он заслуживает звания лучшего в классе!
Крики становились всё громче, несколько человек возбужденно обнимались и кричали, смешивая слова с непонятными фразами вроде «Я их шипперю» и «Это правда».
Там даже лестницы не было, он не понимал, что они вообще хотят шипперить.
Как раз когда он об этом думал, кто-то вдруг сказал:
— Я же говорил, что у них что-то есть!
Ю Чэнсун, оттолкнув руку Инь Гу, остановился, незаметно отдёрнул руку и достал телефон, чтобы посмотреть.
— О чём ты думаешь? — Инь Гу взял бутылку минеральной воды, брошенную командиром отряда, и протянул ему одну. — Это серьёзно?
— …Думаю, за сколько можно продать твою фотографию в юбке. — Ю Чэнсун открутил крышку и сделал глоток, подавляя смятение в сердце.
— Не дороже, чем твоя фотография в юбке, — Инь Гу с сожалением пролистал несколько фотографий, чтобы показать ему. — Вчера я купил в группе набор размытых фотографий из повседневной жизни, потратил пятьдесят шесть юаней, а оказалось всего шестнадцать, и качество даже не улучшилось. Я хотел поспорить с продавцом, но она меня заблокировала.
— Черт… — Ю Чэнсун был в шоке и несколько раз провёл пальцем по экрану. Фотография была сделана с какого-то странного ракурса, он спит на столе после занятий. Она была настолько размытой, что его можно было разглядеть только с того места, где он сидел. Рыночная цена была меньше пяти юаней. Как Инь Гу получил первое место в классе? Должно быть, его наняли.
— Разве я не говорил тебе, чтобы ты обращался ко мне, когда у тебя есть деньги, но негде их потратить? — сочувственно спросил Ю Чэнсун. — Ты можешь сделать любую фотографию, какую захочешь. 10 юаней за фотографии в высоком разрешении, 18 юаней за необходимые позы и 28 юаней за нужное место. Я честный и готов к обсуждению.
— Правда? — Инь Гу достал телефон. — Я отнёсся к этому серьёзно.
— Настоящая находка. — Зазвонил телефон Ю Чэнсуна, и он достал его.
— Ты такой богатый? — Ю Чэнсун нажал кнопку оплаты, положил телефон в карман, потуже завязал волосы и наклонил голову, чтобы посмотреть на него. — Приходи, сделай десять снимков подряд, снимай со всех ракурсов, без слепых зон.
— Это цена за один снимок. — Инь Гу наблюдал за его движениями, поджал губы и дал серьёзные указания, — Дополнительное требование: укажите на меня и крикните с трибуны: Инь Гу, ты действительно красавчик!
— …Почему бы тебе просто не позволить мне пробежать голым? — Ю Чэнсун быстро вернул деньги.
В жизни есть один главный принцип: продавайте своё искусство, а не своё тело.
— Тебя арестуют. — Инь Гу снова вернул деньги и на мгновение задумался, — Тебе следует надеть юбку. Не слишком короткую. Юбка выше колена будет в самый раз, в стиле Китайской Республики.
— Тсссссс… — Ю Чэнсун оглядел его с ног до головы. — Думаю, тебе также следует сфотографироваться. Тебе следует надеть что-нибудь вроде того, что носят представители литературной элиты. Чем короче, тем лучше. Если она будет длиннее, это не будет выглядеть сексуально.
— Спасибо за комплимент, — сказал Инь Гуле, — Мне даже сейчас неловко.
— Прекратите флиртовать! — внезапно крикнул комитет по культуре. — Времени мало, а задача срочная! Идите и тренируйтесь!
Эта фраза использована очень точно.
Ю Чэнсун чувствовал, что между ним и Инь Гу действительно что-то не так, но он ещё не нашёл источник проблемы, или не хотел его искать. Он…
— Поторопитесь! — подгонял комитет по культуре.
— В один момент это был квадрат, в следующий — круг, — прошептал Ю Чэнсун, идя туда. — А мы ещё потренируемся в шестиугольнике?
— Ты можешь надеть юбку в форме шестиугольника, — прошептал Инь Гу, — хотя её нелегко купить.
— Зачем тебе рот? — Ю Чэнсун посмотрел на него.
— Думаю, он всё ещё немного полезен, — Инь Гу тоже посмотрел на него.
Он очень привлекателен для поцелуев.