Кто сказал, что Омеги не могут быть супер сильными? Глава 109.
Жизнь Лу Цзиннина после начала нового семестра текла своим чередом: спокойно и безмятежно.
Он посещал занятия, когда это требовалось, и с таким же постоянством просыпал их. Возможно, благодаря тому, что авральная подготовка к экзаменам в конце прошлого семестра прошла на удивление успешно, он перестал переживать из-за пренебрежения учёбой.
Да и о чем было беспокоиться? У него был парень — и будущий жених — Вэнь Синчэнь, который всегда был на связи и обеспечивал первоклассную помощь в учёбе!
Даже сам Лу Цзиннин понимал, что ведёт себя слишком самоуверенно для того, кто имеет репутацию отъявленного двоечника.
Однако спустя месяц после начала семестра в кабинет директора Бин Цана поступило секретное донесение.
Он быстро пробежал глазами по документу; по мере чтения глубокие морщины усталости на его лице становились все заметнее.
Хотя борьба с зергами велась тайно, Бин Цан не ожидал, что этот день настанет так скоро. Всего несколько дней назад в отдалённой, малоизвестной звёздной системе произошла небольшая стычка.
В ходе боя был перехвачен груз высококонцентрированных энергетических ядер, перевозимый Империей, а отряд специального назначения, отвечавший за транспортировку, понёс тяжёлые потери.
Этот инцидент не вызвал широкого общественного резонанса, но посвящённые прекрасно понимали, что означает попадание такого энергетического ядра в руки зергов.
Вероятно, это сократило время, отведённое человечеству на подготовку, как минимум на десять лет.
Десять лет — критически малый срок.
В связи с этим вопрос набора в объединённую армию приобрёл первостепенную важность: сегодня Командование имперских вооружённых сил издало официальную директиву, предписывающую крупным военным академиям начать набор курсантов и формирование Объединённой армии Альянса.
В некотором смысле этот шаг стал официальным началом подготовки к полномасштабной войне с зергами.
Поскольку большинство студентов четвёртого курса уже были разобраны различными военными легионами, новый набор был ориентирован прежде всего на студентов третьего и младших курсов. Когда администрация учебного заведения опубликовала объявление во внутренней сети кампуса, это произвело эффект упавшего в озеро огромного валуна, мгновенно вызвав бурную реакцию.
Разумеется, студенты даже не подозревали, насколько серьёзна ситуация на самом деле. Для них главной целью поступления в военную академию было получение должности в военной структуре, и это событие представляло собой поистине блестящую возможность.
Любой, в ком теплилась хоть капля амбиций, проявлял огромный энтузиазм.
Обычно Лу Цзиннин живо заинтересовался бы подобным, но, увидев море людей у стойки регистрации, он озадаченно нахмурился:
У Вэнь Синчэня не было на этот счёт твёрдого мнения — он пришёл сюда лишь потому, что так захотел Лу Цзиннин, но, услышав это замечание, он спросил:
Лу Цзиннин указал на рекламный плакат, выставленный снаружи:
— Если не считать того, как давно Империя не проводила столь масштабного публичного набора, сам факт того, что этот новый легион формируется совместно с Федерацией... тебе не кажется это необычным?
Взгляд Вэнь Синчэня скользнул по плакату, и он на мгновение умолк.
— Если двум государствам приходится создавать объединённую армию для защиты от общего внешнего врага, то это может быть только...
В глазах Лу Цзиннина мелькнул огонек.
Хотя Империя и Федерация поддерживали дружественные дипломатические отношения, этот мир был по большей части лишь видимостью.
Высокопоставленные чиновники обеих сторон никогда по-настоящему не уступали друг другу, а скрытая борьба за власть была обычным делом; если уж они решили объединить усилия, то угрозой могла быть лишь инопланетная раса, достаточно могущественная, чтобы заставить их привести войска в полную боевую готовность.
Если сопоставить всё, с чем им уже пришлось столкнуться, ответ становился совершенно очевидным. Лу Цзиннин на мгновение замер на месте; вместо того чтобы направиться к стойке регистрации, он слегка похлопал Вэнь Синчэня по плечу.
Вэнь Синчэнь взглянул на него с выражением, в котором читалось нечто среднее между улыбкой и усмешкой.
Когда Бин Цан получил список кандидатов, подавших заявки за последние несколько дней, он, как и ожидал, обнаружил там имя Янь Хэбиня — но не увидел ни Лу Цзиннина, ни Вэнь Синчэня.
Он слегка приподнял брови и невольно усмехнулся:
— Эти двое сорванцов... ждут, пока я сделаю первый шаг? — Он и не собирался держать это в тайне, поэтому отправил сообщение, вызывая всех троих в кабинет директора.
Когда Лу Цзиннин вошёл, он увидел, что Бин Цан стоит спиной к двери у панорамного окна, держа в руках какой-то список.
Бин Цан с улыбкой обернулся, предложил им сесть и лично налил каждому чаю.
Такое обращение могло бы польстить кому угодно, однако Лу Цзиннин не поддался на эти любезности; широко улыбаясь так, что у глаз собирались лучики-морщинки, он спросил:
— Если у вас есть дело, директор, просто скажите. К чему эти церемонии?
Бин Цан не обиделся на его слова; напротив, он с доброжелательной улыбкой протянул им список.
— Это перечень кандидатов в Элитный отряд. Хотите взглянуть?
Лу Цзиннин бегло просмотрел его и заметил немало знакомых имён.
Он этого не ожидал: оказывается, помимо масштабного набора, проводимого для всех желающих, предпринимались и такие шаги.
Хотя студентам, записавшимся на общий отбор, ещё предстояло пройти различные испытания и проверки, они явно не могли сравниться с этим Элитным отрядом, состав которого формировался путём тщательного личного отбора с самого начала. Бин Цан кивнул:
— В этот период ведущие военные академии Империи и Федерации будут подавать списки кандидатов, а решение о том, кто именно пройдёт отбор, остаётся за вышестоящим командованием. — Он сделал небольшую паузу, прежде чем продолжить, — Хотя некоторые детали не подлежат широкой огласке, я считаю, что вам полезно иметь представление о характере этой совместной оперативной группы.
Впрочем, он не стал вдаваться в подробности, ограничившись лишь кратким обзором текущей ситуации.
Порой знать слишком много — не всегда хорошо, но и недостаток информации заставляет действовать вслепую.
Не понаслышке зная, что такое война, Бин Цан прекрасно понимал, насколько непредсказуемым может быть поле боя. Трое курсантов, стоявших перед ним, были лучшими из лучших среди первокурсников Имперской военно-морской академии. Движимый личным беспокойством, он предпочёл бы, чтобы они взвалили на себя дополнительную — пусть даже, на первый взгляд, излишнюю — нагрузку, если это повысит их шансы на выживание.
Военные приказы не подлежат обсуждению, но эти курсанты были еще совсем молоды; они не должны были погибнуть на поле боя лишь из-за того, что недостаток информации привёл их к роковой ошибке в критический момент.
Хотя Бин Цан говорил спокойно и размеренно, Лу Цзиннин не был глупцом: он отчетливо улавливал искреннюю заботу старого ректора.
Описанная ситуация практически полностью совпадала с тем, что они предполагали ранее. Закончив объяснения, Бин Цан пристально посмотрел на них.
— Как только новый легион будет сформирован, он, вероятно, вскоре перейдёт в состояние готовности к немедленной отправке. Поскольку эти важные сведения должны оставаться секретными, большинство новобранцев, скорее всего, будут пребывать в неведении. Я говорю вам это не только для того, чтобы вы сохраняли бдительность, но и в надежде, что вы сможете помочь защитить своих товарищей. Вы понимаете?
— Можете не сомневаться, господин ректор; мы будем иметь это в виду.
Бин Цан кивнул и перевел взгляд на Янь Хэбиня. С самого начала Янь Хэбинь не сводил глаз со списка, словно погрузившись в глубокие раздумья, — хотя никто точно не знал, о чем он думает.
Выражение лица Бин Цана едва заметно изменилось, когда он окликнул юношу. Янь Хэбинь словно очнулся от забытья:
Бин Цан помолчал мгновение, прежде чем произнести:
— Я знаю, что ты давно ждал такой возможности — вступить в ближний бой с зергами. Но помни: прежде чем в дело вступят личные чувства, ты — в первую очередь солдат. Если во время миссии возникнут разногласия, все должно подчиняться решениям Лу Цзиннина.
Лу Цзиннин, застигнутый врасплох внезапным упоминанием своего имени, удивлённо моргнул.
— Значит, высшее командование возложено на меня?
Чем больше он об этом думал, тем большее удовлетворение испытывал. Он не удержался и с любопытством спросил:
— Командующий, вы наконец-то поняли, что у меня есть задатки лидера?
Бин Цан на мгновение лишился дара речи от такой самовлюблённости юноши, но не стал его осаживать.
— Если тебе хочется так думать — пусть будет так.
Говоря это, он бросил едва заметный взгляд на стоявшего рядом человека, который молча улыбался.
Он был в курсе отношений между ними. Отчасти именно поэтому он и доверил Лу Цзиннину право принимать окончательные решения: он знал, что рядом будет Вэнь Синчэнь, который проследит за тем, чтобы всё было сделано взвешенно и осмотрительно.
Возможно, из-за того, что формированию элитных отрядов придавалось первостепенное значение, военное ведомство отреагировало оперативно, распорядившись, чтобы отобранные курсанты военных академий прибыли в новый легион раньше намеченного срока.
Из Имперской военной академии было отобрано десять курсантов. Помимо трёх членов группы специального назначения, в отряд вошли Цэнь Цзюньфэн — которого Лу Цзиннин довольно хорошо знал — и Цинь Юанькай, с которым он ранее участвовал в миссии на острове Наблюдателя.
Цэнь Цзюньфэн выглядел невероятно взволнованным и радостно махал рукой издалека.
— Эй, брат Лу! Теперь мы настоящие боевые товарищи!
Лу Цзиннин бесстрастно взглянул на это сияющее юное лицо.
И правда, блажен, кто не ведает. Глядя на то, как восторженно выглядел этот парень, посторонний мог бы подумать, что они отправляются в межзвёздный отпуск за счёт армии.
Сборным пунктом нового легиона стал астероид, расположенный на границе Империи и Федерации; у него не было названия, только кодовое обозначение SY9989. Военное командование начало подготовку к созданию этого легиона уже давно.
По прибытии Лу Цзиннин и остальные увидели тёмные сооружения, возвышающиеся посреди безжизненной пустыни, — здания, от которых веяло суровой, холодной строгостью и той внушительной мощью, что присуща военному легиону.
Даже издалека этот вид заставлял их инстинктивно выпрямить спины; они остро чувствовали, что находятся на пороге превращения в настоящих солдат. Поскольку их элитный отряд прибыл в числе первых групп новобранцев, пейзаж, открывшийся им при высадке с транспортного корабля, представлял собой картину безжизненного запустения, лишённого каких-либо следов человеческой деятельности.
Группа, прибывшая ранее, уже собиралась на открытой площадке у ворот базы; заметив только что приземлившийся корабль, они инстинктивно обернулись.
В их взглядах читалось любопытство, но ещё больше — настороженность и пытливое внимание. Это была естественная реакция: в конце концов, все начинали с чистого листа. И хотя формально они были соратниками, во многом они оставались и непримиримыми соперниками.
Пусть все они были элитой, никто не знал, кто первым сумеет по-настоящему выделиться из толпы.
Новобранцы, собравшиеся в тот день, прибыли как из Империи, так и из Федерации; благодаря разному цвету формы две группы легко было различить с первого взгляда.
К тому же людям свойственно сбиваться в группы по интересам или происхождению; почти инстинктивно они уже тяготели к своим лагерям.
Имперский контингент и представители Федерации стояли отдельными группами; несмотря на принадлежность к единым союзным силам, неизбежно сформировались две обособленные фракции.
Лу Цзиннин не испытывал особого интереса к незнакомцам из Федерации. Однако его удивило появление среди них Тан Цзяцзэ. Он знал, что такое престижное военное учебное заведение, как Межзвездный университет Иньин, непременно выдвинет своих кандидатов, но не ожидал встретить там именно Тан Цзяцзэ.
Тан Цзяцзэ, разумеется, тоже заметил прибывших; он скривил губы и издал неопределённый цокающий звук. На самом деле, будучи курсантом старшего курса, он изначально был зачислен в Пятый легион; однако, владея информацией, недоступной большинству на планете Иньин, он тщательно взвесил все «за» и «против» и добровольно отказался от этой заманчивой возможности, решив вместо этого вступить в новый легион.
И хотя служба в регулярных войсках, подобных Пятому легиону, гарантировала стабильность, жёсткие и устоявшиеся порядки делали карьерный рост для выходца из простых слоёв общества, каким был он, невероятно трудным делом.
С новым легионом ситуация обстояла иначе.
Если он хотел быстрее достичь вершины, то порой был готов пойти на оправданный риск. Лишь оказавшись на настоящем поле боя, он мог подняться на новую ступень.
В глазах Лу Цзиннина на мгновение мелькнуло изумление.
В конце концов, этот человек был его старым знакомым — нечасто встретишь такого в столь отдаленной глуши.
Он обошёл группу новобранцев Федерации и уже собирался подойти и поздороваться, как вдруг до него донеслась насмешливая реплика:
— Из какого военного училища прислали этого курсанта? Я думал, здесь элитный отряд. Откуда тут взялся омега?
Лу Цзиннин замер на полушаге, а в его прищуренных глазах заиграла загадочная улыбка.
Хм, это до боли знакомое чувство он не испытывал уже очень давно.