Резонансная похоть. Глава 60.
Глава 60. «Конфиденциальность»
Сдерживая своё волнение, Коуки сознательно говорил более спокойным тоном, чем обычно, надеясь произвести впечатление заслуживающего доверия человека.
— …Как вы получили этот номер телефона?
Поскольку он не мог сказать правду, он мягко ответил:
— Боюсь, я не могу раскрыть это из-за обязательств по сохранению конфиденциальности. — Упоминание «конфиденциальности» обычно заставляло обычных людей перестать расспрашивать, думая: «Ничего не поделаешь».
К счастью, Коуроги, похоже, принял это объяснение и оставил этот вопрос.
— Вы упомянули, что речь идёт об Ае… В чём именно дело? — осторожно спросил Коуроги, на что Коуки ответил своим вопросом: — Вы знаете, что Ая-сан умерла, верно?
— …Да, со мной связалась полиция. Мне сказали, что это было самоубийство…
— Голос Куроги звучал неловко. Казалось, он испытывал чувство вины перед Аей.
Поскольку Куроги был гражданским лицом, он, вероятно, не понимал, что полицейские участки строго разделены по районам, и, скорее всего, не помнил, что первоначально с ним связался офицер из полицейского участка Мидтаун-Сауз.
— Да, но были обнаружены новые доказательства. И теперь есть вероятность, что это было не самоубийство.
— Это не было самоубийством? Тогда это был несчастный случай?
Куроги ахнул на другом конце провода.
— Не говорите мне… Вы хотите сказать, что это было убийство?
— Мы ещё не пришли к такому выводу. Мы только на той стадии, когда это стало возможным.
— Какие доказательства были обнаружены?
— Я не могу обсуждать это по телефону. Однако в связи с новыми доказательствами нам срочно нужно уточнить один вопрос, поэтому я и связался с вами. Извините, что беспокою вас в такой поздний час, но не могли бы вы уделить нам немного времени?
Даже для полицейского расследования это было неподходящее время.
Почувствовав колебание Коуроги, Коуки надавил, сказав:
— В зависимости от исхода, это может перерасти в серьезное дело, которое может повлиять на дальнейшую деятельность вашей компании. — Коуроги снова ахнул.
— …Понимаю. Могу уделить вам тридцать минут.
Коуки с триумфом сжал телефон.
— Спасибо за сотрудничество. Я не хочу вас беспокоить, прося вас выйти, поэтому я приду к вам. Где мне с вами встретиться?
Куроги указал бар-лаундж на верхнем этаже роскошного отеля в Хай-Мидтауне.
Было объяснено, что этот отель был постоянным местом проживания Коуроги, где он останавливался примерно треть года. Он был обеспечен и холост, поэтому проживание в отеле, должно быть, было для него удобнее.
Согласно веб-сайту отеля, бар-лаундж, их место встреч, был открыт до 3:00 утра. Но уже было за 2:00 ночи, так что времени оставалось мало.
Коуки припарковал машину на свободном месте возле парадного входа отеля. Он дал чаевые подходящему швейцару, сказав:
— Я вернусь через тридцать минут, поэтому, пожалуйста, оставьте машину здесь. — Если бы машину отвезли на подземную парковку, чтобы забрать её потребовалось бы время.
Входной холл, уже отгороженный от бара, был почти пуст, за исключением нескольких уборщиков и работников ночной смены. Никаких признаков присутствия постояльцев отеля не было.
Коуки поспешил через малолюдный вестибюль и, добравшись до холла, нажал кнопку лифта. Он вошёл в пустую кабинку, когда двери открылись, и нажал кнопку 25-го этажа. Медленный подъём лифта раздражал его, но он подавил желание поёрзать и вместо этого использовал это время, чтобы привести в порядок свои мысли.
Тот факт, что Коуроги согласился встретиться со мной, означает, что сейчас он не с Хондзё-сан… верно?
Ранее сегодня или, точнее, вчера, поскольку дата уже изменилась, они определённо встретились после 18:30. Зная Аманэ, он ни за что не упустил бы шанс связаться со своей новой целью.
Возможно, они встретились, но уже расстались и Аманэ уехал один в другое место? Или Коуроги мог как-то удержать Аманэ и запереть его в номере отеля?
В любом случае, Коуки уже решил использовать любые средства, даже силу, чтобы заставить Коуроги заговорить и раскрыть местонахождение Аманэ.
Как только он принял это решение, раздался тихий «динь» и лифт достиг верхнего этажа. Не дожидаясь, пока двери полностью откроются, Коуки вышел. Ресторан на крыше, предлагавший панорамный вид на город, уже закрылся в час ночи. Следуя указателям в противоположном направлении, он вскоре увидел вход в бар-лаундж.
Стоя у открытой перегородки, служившей неприметным входом, Коуки заглянул внутрь. Бар был узким и уютным, за деревянной стойкой стоял одинокий бармен. Внутри было три посетителя: двое иностранцев сидели вместе справа, увлечённо беседуя с барменом. Разделённые четырьмя пустыми стульями, в дальнем левом конце стойки сидел одинокий мужчина, потягивая напиток из стакана. По его силуэту Коуки узнал в этом человеке своего связного.
Войдя в бар, Коуки тихо подошёл к Коуроги сзади под углом.
Коуроги повернулся, чтобы посмотреть на него, его тёмный цвет лица выражал удивление.
Коуки полез в карман куртки и вытащил своё полицейское удостоверение, открыв его.
— Я Кария из Первого отдела полицейского участка Восточного округа.
Сравнив фотографию в удостоверении с лицом Коуки, Коуроги представился.
— Спасибо, что нашли время встретиться. Поскольку это место... не идеально для приватного разговора, не возражаете, если мы перейдём в другое место?
Куроги, кажется, вспомнил слово «конфиденциальность» и кивнул. Он встал со стула и сказал бармену:
— Запишите это в мой счёт за номер. — Бармен вежливо кивнул и пожелал ему спокойной ночи.
— Где бы вы хотели поговорить?
— Лаунж и ресторан на первом этаже уже закрыты. Если вас это устраивает, я был бы признателен, если бы мы могли поговорить в вашем номере.
— Возможно, это будет лучшим вариантом, — согласился Куроги, вероятно, учитывая, что некоторые детали их разговора не будут уместны для подслушивания. Он легко согласился и сказал, — Мой номер на 23-м этаже, — а затем пошёл вперёд.
Они оба вошли в лифт, и Куроги вставил свою ключ-карту в щель, прежде чем нажать кнопку «23». 23-й этаж был клубным, и доступ на этот этаж был только у тех, у кого была клубная ключ-карта.
Когда лифт начал спускаться, Коуки заметил, что Коуроги смотрит на него сбоку. Он спросил: