Кто сказал, что Омеги не могут быть супер сильными? Глава 76.
Положение Лу Цзиннина действительно казалось безнадёжным. Он был не только связан, но и получил укол подавляющего препарата, полностью заглушившего оставшиеся феромоны в его организме, практически исключив возможность освобождения.
Однако объяснение Чжун Фэна не совсем его удовлетворило.
Как его можно было обвинить в том, что он напрашивается на смерть? Провокация, с любой точки зрения, не имела абсолютно никакого отношения к напрашиванию на смерть! В лучшем случае, он просто проявил смирение, задав вопросы?
Лу Цзиннин подумал про себя, на его губах играла безобидная улыбка:
— Не говори так. Мы знакомы уже давно, и смотри, теперь я в твоих руках. Не мог бы ты ответить на некоторые мои вопросы?
Чжун Фэн никак не ожидал, что этот человек, даже в таком положении, не сможет избавиться от своего игривого поведения.
В мрачные и унылые дни в тюрьме он думал только о том лице, которое ненавидел. Теперь, довольный своим превосходством, он холодно усмехнулся:
— Мертвец, а болтает столько чепухи.
— Действительно, как он мог умереть спокойно, если мало говорил? — усмехнулся Лу Цзиннин, любопытно моргая. — Раз уж ты смог меня найти, ты наверняка видел и Вэнь Синчэня. Зная наши личности и всё ещё скрывая их, разве можно ставить своего нынешнего босса в такое затруднительное положение?
Из разговора стало ясно, что двое других вообще не знали его личности; очевидно, Чжун Фэн держал их в неведении. Это саморазрушительное поведение невероятно заинтересовало Лу Цзиннина ходом мыслей этого человека.
Чжун Фэн не ожидал, что Лу Цзиннин будет так озабочен подобными вещами. Он ядовито стиснул зубы и сказал:
— Ну и что? Пока я могу тебя поймать, я не остановлюсь ни перед чем!
Он сбежал во время тюремного хаоса и в конце концов добрался до Звезды-Наблюдателя, став членом этой таинственной организации. Его сила феромонов высшего уровня, несомненно, выделяла его среди бесполезного мусора, снискав ему благосклонность босса. В своих предыдущих сделках он показал себя превосходно. При желании он мог бы жить беззаботной жизнью на этой отдалённой планете.
Однако в этот момент он снова встретил Лу Цзиннина.
Того самого, кто столкнул его в эту пропасть.
В его сердце росли семена обиды, и, увидев лицо, которого он так жаждал, он больше не мог подавлять свою ненависть.
Какая польза от этого абсурдного комфорта? Пока его хозяин помогал ему мстить, заманивая этих людей сюда, чтобы уничтожить их одним махом, он не боялся понести все последствия. Он прекрасно понимал, что, учитывая характер его хозяина, если бы тот узнал, что эти люди посланы военной академией, он бы обязательно отступил.
Только убедив его в существовании так называемой Торговой гильдии клана Вэнь, он смог бы добровольно «помочь» ему в мести.
Поэтому он решил держать всё, что знал, в секрете. И теперь ему явно это удалось.
Лу Цзиннин стоял прямо перед ним; всё, что ему оставалось, — это ударить его ножом, и он превратится в кровавое месиво.
Чжун Фэн невольно облизнул зубы и тихонько усмехнулся.
Лу Цзиннин увидел в глазах Чжун Фэна нарастающее убийственное намерение и внезапно понял причину, тихо вздохнув.
Значит, у некоторых людей действительно что-то не в порядке с головой. Даже когда они сами виноваты, они всегда изо всех сил пытаются переложить всю свою вину на других, а затем совершают какую-нибудь нелепую месть.
Неужели действительно необходимо вживаться в роль главного героя романа о мести? Например, сейчас, вероятно, речь идёт о легендарном «посылании головы издалека, небольшой подарок, но очень трогательный» — зачем вообще заморачиваться?
Он поднял веки и увидел, что Чжун Фэн уже сделал несколько шагов вперёд, встал перед ним с кинжалом в руке и посмотрел на него с полуулыбкой:
— Все говорят, что у тебя красивое лицо, но почему я всё больше и больше испытываю отвращение, чем больше смотрю на него… Если бы я сейчас полностью изуродовал такое красивое лицо, думаешь, Вэнь Синчэнь сошёл бы с ума?
Он никогда не забудет тех двоих в тот день на складе возле школы; он уничтожит их обоих!
— Если он сойдёт с ума, это будет очень интересно, — глаза Чжун Фэна были невероятно холодными, словно он любовался произведением искусства.
Холодный кинжал слегка коснулся щеки Лу Цзиннина; от малейшего прикосновения осталась бы ужасная рана.
Он слегка наклонился, крепко схватив Лу Цзиннина за подбородок одной рукой и резко подняв его.
— Ты обычно такой высокомерный, не так ли? Что, теперь молчишь?
Чжун Фэн на самом деле хотел увидеть, как Лу Цзиннин будет молить о пощаде, как в тот день, когда его заставили встать перед ним на колени, униженного и жалкого.
Под его взглядом ресницы Лу Цзиннина слегка затрепетали, и на его лице внезапно появилась игривая улыбка.
— Ты, наверное, неправильно понял моё молчание. Я просто думал, как лучше ответить на твой энтузиазм.
Хотя его тон был насмешливым, в этот миг его глаза стали ледяными и зловещими. Даже несмотря на то, что он был в более выгодном положении, в момент их встречи взглядов Чжун Фэн почувствовал, как по спине пробежал холодок.
Под этим сильным чувством угрозы он инстинктивно потянулся к кинжалу в руке, чтобы ударить Лу Цзиннина, но в этот момент резкая боль пронзила его нижнюю часть живота.
Без предупреждения Лу Цзиннин пнул его, отчего тот упал на землю. От сильной боли его инстинктивно затошнило.
Голос Лу Цзиннина был тихим и угрожающим:
— Ты можешь обращаться ко мне с нашими делами. Но кто дал тебе разрешение втягивать в это Вэнь Синчэня?
Связанные руки, казалось, его совершенно не смущали. Поднявшись, он перекинул весь стул через плечо и шаг за шагом направился к Чжун Фэну, нанося ещё один удар ногой.
На этот раз он с силой ударился о стену.
От удара Чжун Фэн застонал, у него закружилась голова, и изо рта пошёл сильный запах крови.
Он инстинктивно попытался подняться, когда внезапно раздался порыв ветра. В тот миг инстинктивной остановки деревянный стул рухнул на стену перед ним. С такого близкого расстояния сила удара разбила стул, и осколки разлетелись по полу.
Несколько щепок вылетели, оставив глубокие раны на его лице с близкого расстояния.
Внезапность перемены ошеломила Чжун Фэна:
Это была не та сила, которую мог продемонстрировать Омега, потерявший свои феромоны.
Лу Цзиннин выдернул руку из разбросанной веревки, неторопливо разминая слегка затекшие суставы. Он бесстрастно посмотрел на Чжун Фэна, презрительно:
— Какая польза от такого куска мусора, как ты, зная, что возможно, а что невозможно?
Говоря это, он резко поднял поникшего мужчину на ноги, поднял свою длинную ногу и снова пнул его. Чжун Фэн почувствовал, как кровь приливает к груди, и его зрение неконтролируемо затуманилось. Движимый инстинктивным страхом, он отчаянно выпустил свои феромоны, пытаясь выжить.
К сожалению, феромоны Альфы совершенно не действовали на Лу Цзиннина. Он сделал несколько шагов вперёд, небрежно поставил ногу на голову Чжун Фэна и посмотрел на него сверху вниз с ленивой, бесстрастной улыбкой.
— Вдруг мне пришла в голову интересная мысль. Когда твои родственники обращались ко мне за помощью, все они говорили, что ты знаешь, что не прав. Но судя по твоему нынешнему поведению, ясно, что ты на самом деле не знаешь, и, вероятно, никогда не узнаешь. Так что же мне делать с таким неисправимым человеком? — Он наклонился ближе, глядя на мертвенно-бледное лицо Чжун Фэна, и со вздохом сказал, — Лао Лу многому меня научил, с чем-то я не совсем согласен, но теперь, кажется, одно совершенно верно. Если человек хочет жить в этом мире, он ни в коем случае не должен быть чрезмерно снисходителен к потенциальным угрозам. Если бы ты всё ещё послушно сидел в тюрьме… Если бы ты подчинился моим приказам и исправился, возможно, ничего бы не случилось. Но, к сожалению, ты снова пришёл ко мне, даже пытаясь угрожать мне и использовать меня, чтобы угрожать тем, кого я хотел защитить. Это самая большая ошибка, которую ты когда-либо совершил.
Чжун Фэн испытывал такую сильную боль, что едва мог соображать, но с каждым словом, падающим из пустоты вокруг него, он, казалось, внезапно что-то осознавал и в ужасе смотрел вверх:
— Ты... ты не можешь убить меня! Я беглец. Убийство меня будет несанкционированным применением смертной казни!
— Думаю, ты ошибаешься, — слегка улыбнулся Лу Цзиннин. — Я не убивал тебя. Я действовал в целях самообороны под твоим неустанным давлением.
Лицо Чжун Фэна побледнело до смерти. Он хотел что-то сказать, но тут почувствовал резкую боль в груди. Он увидел, что его кинжал каким-то образом оказался в руке Лу Цзиннина и вонзился прямо ему в сердце.
Густая кровь мгновенно испачкала его одежду, образовав багряную розу.
Наблюдая, как Чжун Фэн слабо сползает по стене, Лу Цзиннин глубоко вздохнул.
Однако у него было мало времени, чтобы разобраться с этим несчастным парнем, который, похоже, намеренно напрашивался на смерть. Судя по шуму снаружи, суматоха привлекла внимание других, и многие направлялись сюда.
Эти мелкие бандиты, вероятно, были альфами или бетами со слабыми феромонами. Обычно он даже не взглянул бы на них, но уровень его феромонов был полностью истощен, и ему не оставалось ничего другого, как прорваться наружу.
Лу Цзиннин взглянул на безжизненного Чжун Фэна и грубо пнул его.
Быстрый осмотр показал наличие лучевого пистолета в кожаной сумке, висевшей за спиной Чжун Фэна. Он видел, как тот тайком пытался что-то вытащить, моля о пощаде. К счастью, он действовал решительно; иначе он попался бы на эту подлую уловку.
Лу Цзиннин не смог сдержать плевка, затем поднял лучевой пистолет и взял его в руку.
После короткой паузы он распахнул дверь и без колебаний выскочил наружу.
Хотя он не мог использовать феромоны для усиления своих конечностей, годы накопленной силы все же делали его физические способности намного превосходящими способности обычных людей.
Лу Цзиннин с невероятной ловкостью передвигался между колоннами вдоль коридора. Окружающая местность охвачена хаотичной стрельбой, но никто не мог остановить приближающуюся призрачную фигуру.
Когда он перешагнул через около двадцати трупов, некоторые люди окончательно испугались. Никто не продолжил движение вперёд; вместо этого они, шатаясь, бросились бежать в панике.
Лу Цзиннин посмотрел на пустой коридор, небрежно отбросил свою лучевой пистолет, наклонился, чтобы поднять его и не смог сдержать смеха.
Если бы эти люди продержались ещё немного, то узнали бы, что его пистолет был уже совершенно пуст.
Он взглянул на пятна крови на своей одежде, но не смог понять как они там появились, а затем сунул только что подобранный пистолет в кожаный поясной мешок. Он оглядел окрестности и направился дальше вглубь территории.
Судя по словам Чжун Фэна, эти люди, вероятно, ещё не знали, кто они на самом деле. Если это так, то Вэнь Синчэнь и его группа уже направлялись «за ним».
Ему нужно было создать ещё больший хаос до их прибытия. В противном случае, когда враг прятался в тени, а они были на открытом месте, это было бы слишком опасно. Кроме того, ингибитор, который Чжун Фэн нечаянно ему дал, похоже, постепенно начал действовать.
Подумав об этом, Лу Цзиннин ещё больше захотел ускорить события. Однако, сделав всего несколько шагов, он внезапно остановился. На него упал чей-то взгляд, вызвав у него беспрецедентное чувство угрозы.
Лу Цзиннин инстинктивно поднял глаза и увидел сквозь прозрачное окно летательный аппарат, стоящий на платформе второго этажа.
Перед аппаратом стоял худощавый седовласый мужчина, его лицо казалось странно бледным в тусклом свете звёзд. Этот мужчина тоже смотрел в его сторону, его взгляд был прикован к нему.
В тот же миг, как их взгляды встретились, Лу Цзиннин почувствовал, как по всему телу пробежал холодок. Не от страха, а потому что благодаря своему исключительному зрению он ясно видел зрачки в этих глазах — глубокие, зловеще-зелёные, вертикальные.
Мужчина молча смотрел на него мгновение, затем повернулся, сел в летательный аппарат и взмыл в небо.
Вэнь Синчэнь и остальные получили информацию о местонахождении в отеле недалеко к югу от порта.
Поскольку они не знали о прошлом собеседника, все были крайне осторожны. Однако, войдя внутрь, они обнаружили, что весь вестибюль пуст.
В глубине показались разбросанные трупы. Поняв, что произошло, Вэнь Синчэнь резко сделал шаг и бросился внутрь. Весь отель казался пустым; чем дальше он заходил, тем жутче становилось тихо и как бы Вэнь Синчэнь ни старался почувствовать окружающую обстановку, он не мог обнаружить даже следа феромонов Лу Цзиннина.
Его шаг невольно ускорился. Он уже сбился со счёта, сколько комнат он таким образом открыл, но как только Вэнь Синчэнь резко толкнул дверь, человек внутри инстинктивно встал и почти одновременно направил на него пистолет.
Увидев человека перед собой, Вэнь Синчэнь на мгновение затаил дыхание, и когда заговорил, его голос был слегка хриплым:
На заднем плане Лу Цзиннин почувствовал вокруг себя до боли знакомый запах феромонов:
Он чуть не рухнул на пол от изнеможения, но Вэнь Синчэнь быстро шагнул вперёд и обнял его. В этот момент он увидел, что одежда Лу Цзиннина была покрыта кровью. Вэнь Синчэнь колебался, совершенно не зная, что с ним случилось.
Лу Цзиннин вдохнул приятный аромат ментоловых сигарет, почувствовав, как на него задерживается взгляд другого, и не смог сдержать тихого смеха:
— Не волнуйся, это чужая кровь. Со мной всё в порядке.
Сердце Вэнь Синчэня наконец успокоилось. Как раз когда он собирался что-то сказать, человек в его объятиях снова произнёс:
Спина Вэнь Синчэня слегка напряглась, и он выпалил:
— Я просто… хочу немного поспать…
На протяжении всей битвы Лу Цзиннин был на взводе, сопротивляясь сильной сонливости, вызванной двумя дозами подавляющего вещества. Только сейчас, лежа в этих успокаивающих объятиях, он смог расслабиться. Его ресницы непроизвольно опустились, словно его полностью окутала густая тьма.
Вэнь Синчэнь на мгновение замер в этом положении, чувствуя, как грудь человека поднимается и опускается в его объятиях, затем крепче обнял его и хриплым голосом произнёс:
— Это было действительно безрассудно.
Брат Лу очень рассердился после того, как его задели за живое, и последствия будут суровыми.
Тц, в каком-то смысле, всё это из-за тебя, Лао Вэнь.