Кто сказал, что Омеги не могут быть супер сильными? Глава 99.
Бай Чен давно не видел крови; в последний раз он пострадал от ударов кнута вышестоящего офицера.
Дело не в том, что он отказывался признать поражение, но на этот раз его противником был именно тот человек, которого он хотел растоптать, что мгновенно усилило его недовольство.
В то же время, однако, Бай Чен почувствовал, как каждая клетка его тела внезапно начала возбуждаться от запаха крови.
Вэнь Синчэнь заметил изменение в выражении лица Бай Чена, но его поведение оставалось безразличным.
Хотя он обычно не любил вмешиваться в слишком большое количество проблемных дел, его сдержанность не означала, что он будет сдерживаться, когда придёт время.
В этот момент он ясно почувствовал враждебность Бай Чена. И, надо же, какое странное совпадение: он тоже очень сильно не любил этого насекомого.
Согласно их стилю А-Нин, если тебе кто-то не нравится, просто избей его. Даже Вэнь Синчэнь должен был признать одно: Бай Чен обладал невероятной силой.
Он не знал, на каком уровне находится Бай Чен среди зергов, но даже во всем Имперском флоте он, вероятно, был бы одним из лучших.
После недавней неудачи, фехтование Бай Чена не ослабело, а наоборот, мгновенно стало ещё более яростным.
Под огромным давлением энергии, вырывающейся из энергетического тела, вокруг Вэнь Синчэня образовалась почти непроницаемая стена ветра, словно невидимая клетка, крепко заточившая его внутри.
Однако, несмотря на неумолимое давление, движения Вэнь Синчэня оставались идеально выверенными.
Зрители, как на месте событий, так и в прямом эфире, уже были ослеплены частыми столкновениями между ними.
В этот момент они даже не могли чётко разглядеть шаги Вэнь Синчэня: всё, что они видели, — это развевающаяся на ветру одежда и безжалостные атаки Бай Чена, но им не удалось причинить ему ни малейшего вреда.
В зловещих зелёных глазах Бай Чена постепенно зародилась убийственная ярость. Длительная безуспешность явно превзошла все его ожидания. Его глаза расширились от ярости, когда он посмотрел на Вэнь Синчэня, его гнев отражался на экране прямой трансляции, делая его особенно свирепым.
Глаза Лу Цзиннина слегка сузились. Он тихонько цокнул языком и небрежно заметил:
— Как и ожидалось, брата Вэнь потрясающе красив — вот что по-настоящему покорило моё сердце.
К счастью, Бай Чен не расслышал, что говорилось за пределами виртуальной арены, иначе он упал бы в обморок от ярости.
Однако, несмотря на то, что ситуация на поле боя казалась крайне опасной, спокойное поведение Лу Цзиннина успокаивало Янь Хэбиня, несколько снимая с него напряжение.
В мгновение ока атаки Бай Чена стали всё более агрессивными, явно не давая Вэнь Синчэню ни минуты передышки.
Вэнь Синчэнь, некоторое время уклонявшийся от ударов, наблюдал, как эмоции противника постепенно выходят из-под контроля, в его глазах мелькнула понимающая улыбка.
Его самообладание рушилось, а это означало, что время почти настало.
Увидев, как Бай Чен снова наносит удар мечом, Вэнь Синчэнь мгновенно сконцентрировал энергию феромонов в своих ногах, двигаясь с молниеносной скоростью.
Бай Чен лишь увидел, как фигура, ранее окутанная энергией его меча, промелькнула мимо, исчезнув из виду.
Его острое чувство опасности мгновенно привело в состояние повышенной готовности каждую клетку его тела. Почти инстинктивно, в следующее мгновение, он с силой взмахнул мечом за спину.
Два меча столкнулись, пронзительный лязг снова разнёсся по арене.
Реакция Бай Чена была вызвана не тем, что он предвидел движения Вэнь Синчэня, а просто боевым опытом, накопленным благодаря частым тренировкам.
Увидев резкую реакцию Бай Чена, Вэнь Синчэнь удивился, и траектория его длинного меча внезапно и неожиданно изменилась.
Бай Чен тоже не ожидал такого движения, но, хотя он уже был наготове, его движения неизбежно оказались на долю секунды медленнее.
Хотя это был лишь короткий момент, в этом невероятно опасном поединке он предопределил его судьбу.
Мастерство Вэнь Синчэня в фехтовании совершенно отличалось от свирепого и безжалостного стиля Бай Чена. Оно казалось небрежным, но при этом было тщательно отточенным, не оставляя абсолютно никакого места для отступления.
В одно мгновение на него обрушилось ещё несколько атак.
Бай Чен отступал шаг за шагом, пытаясь найти переломный момент, но в конечном итоге безрезультатно. Он и не подозревал, что его одежда уже была разорвана в нескольких местах энергией меча.
Синяя кровь брызгала на арену капля за каплей, словно чернила, растекающиеся по воде, — ужасное зрелище.
Пока Бай Чен наконец не рухнул на землю, его лицо выражало недоверие.
Он давно не выглядел таким жалким и растрёпанным.
Даже его полупрозрачные крылья, похожие на крылья насекомого, были отрублены одним ударом меча и безжизненно поникли.
Но больше всего Бай Чена возмутило то, что он потерпел поражение в своём собственном, самом ценном, фехтовальном мастерстве.
Рефери на мгновение замер, а затем немедленно объявил результат.
Бай Чен оставался стоять на коленях, окружённый тьмой, пока над ним нависала фигура.
Фигура перед ним долго смотрела на него сверху вниз.
Бай Чен, едва сдерживая эмоции, хотел что-то сказать, но, едва выдавив холодную улыбку, почувствовал, как у него пересохло в горле, и по всему телу пробежала дрожь, заставив его сильно закашляться.
К этому моменту прямая трансляция уже переключилась на комментаторскую точку зрения, начав обзор и анализ игры.
После того, как камера на месте событий полностью выключилась, Вэнь Синчэнь не покинул голографическую карту, а лишь сказал Бай Чену напоследок:
— Лу Цзиннин — не тот, кого можно желать. Надеюсь, ты это запомнишь.
В его чрезмерно спокойном тоне звучало сильное предупреждение.
Его зловещие зеленые глаза замерцали, и по мере того, как фигура перед ним постепенно исчезала, в его голосе промелькнула нотка почти болезненной одержимости и обиды:
— Шшшшш… Человек… Я не оставлю это без внимания!
Когда Вэнь Синчэнь вышел из внутренней арены, Лу Цзиннин крепко обнял его, чувствуя себя совершенно довольным.
В порыве радости парень даже дважды обхватил его шею, чуть не взлетев.
Согласно правилам соревнований, поражение Бай Чена означало его выбывание из оставшихся матчей. Это также означало, что, вне поля зрения и из памяти, независимо от того, кто в итоге выиграет чемпионат лиги, зерг, по крайней мере, полностью покинул соревновательную арену.
— Брат Вэнь, сегодня определённо самый замечательный день, который я видел с тех пор, как мы познакомились! Не вини других Омег, даже я не мог не болеть за тебя! — Переполненный радостью, Лу Цзиннин превратился в настоящего фаната Вэнь Синчэня, осыпая его комплиментами, желая восхвалять его с головы до ног. — Когда ты научился этому фехтованию? Научи меня как-нибудь! Покажи это моему Лао Лу, и я гарантирую, что он будет поражён твоей блистательной фигурой и тут же позовёт тебя! Серьезно, ты самый красивый и непобедимый Альфа, которого я когда-либо видел! Давай, позволь мне еще раз полюбоваться твоей героической фигурой, чтобы мои сны сегодня ночью были наполнены твоей несравненной красотой!
Он просто больше не мог слушать.
Вэнь Синчэнь был польщён. Сначала он пытался сохранять видимость, но в конце концов не смог больше сдерживаться:
— Где ты научился всей этой лести?
— Неужели мне нужно учиться такой искренней похвале? Я самоучка!
— …Тогда ты действительно потрясающий.
Лу Цзиннин скромно махнул рукой:
Вэнь Синчэнь на мгновение уставился на него, а затем внезапно наклонился ближе:
— Раз уж твои слова так искусны, не мог бы ты позволить мне попробовать?
Лу Цзиннин никогда не видел, чтобы предложение поцелуя звучало так изысканно, но сегодня он был в хорошем настроении. Легким движением руки он обхватил плечо Вэнь Синчэня и притянул его к себе, а затем он смело и без стеснения подарил страстный поцелуй.
Камера сфокусировалась на них, и зрители, на мгновение ошеломлённые неожиданным проявлением страсти на большом экране, разразились аплодисментами.
Крики поднялись волнами, чуть не снеся крышу.
[Ааааа, Чэньцзин осыпает нас сладостью в интернете!]
[Лу гэ, ты вообще помнишь, что ты Омега? Как ты можешь быть таким властным!!!]
[Черт возьми, это совсем не кажется неуместным!!!]
[Ах, какая красота! Ах, я задыхаюсь! Ах, я больше не могу!]
[На публике, ах, что это за прекрасная любовь?!]
[Ух, неужели это легендарный поцелуй победителю?]
Вэнь Синчэнь получил желаемый поцелуй. Отпустив его, он задержался, нежно проводя кончиками пальцев по оставшемуся аромату на губах.
Если бы вокруг не было так шумно, он бы с удовольствием пошёл ещё дальше.
Утренние матчи закончились, оставив одних счастливыми, других грустными. Однако поклонники одной пары были в праздничном настроении, смеялись и пели, их животы были полны нежности, словно это был праздник.
После мероприятия все вернулись в зону отдыха, чтобы отдохнуть после обеда, готовясь продолжить поддерживать своего невероятно крутого Лу Гэ во второй половине дня.
Тем временем на официальном форуме Лиги Наград появилось множество новых сообщений о матчах утра. Был обзор матча Вэнь Синчэня против Бай Чена, а также прогнозы на матч Лу Цзиннина против Лань Юаньчжоу во второй половине дня. В одном из сообщений даже был предложен тотализатор, который сразу же привлёк большое количество участников.
Безусловно, Лу Цзиннин за время участия в лиге собрал значительное количество поклонников, но Лань Юаньчжоу не зря за эти годы оказался в Лиге Наград. Эта тема тут же вызвала прямое противостояние между болельщиками обеих сторон.
[Тц, проснитесь, вы, фанаты публичных проявлений чувств! Это не шоу талантов. Когда дело доходит до боевой мощи, конечно же, наш Чжоучжоу сильнее.]
[Не будьте такими самонадеянными, наверху! Разве вы не смотрели матч Вэнь Синчэня? Команда Чэньцзин непобедима, понятно?!]
[Да ладно, Вэнь Синчэнь — это Вэнь Синчэнь, а Лу Цзиннин — это Лу Цзиннин. Этого достаточно, чтобы Омега зашёл так далеко. В многопользовательских битвах они справляются, но в аренах расслабляться им нельзя.]
[Будем откровенны, я тоже думаю, что Лань Юаньчжоу победит.]
Кто-то из студентов Академии Имперского военно-морского флота:
[Могу только тихонько посмеяться над комментариями наверху, хе-хе-хе.]
Ещё один студент Академии Имперского военно-морского флота:
[Вы действительно не понимаете страха быть порабощённым светом Омеги.]
[Похоже, тут есть какие-то сплетни? Хочу узнать подробности!]
В гостиничном номере фигура откинулась на диване.
Лань Юаньчжоу нахмурился, просматривая комментарии к посту, но, в отличие от других, ему не хватало боевого духа и вместо этого его лицо было полно беспокойства.
Честно говоря, он знал, что рано или поздно неизбежно столкнется с Лу Цзиннином, но никак не ожидал, что этот день настанет так скоро.
Кроме того был Лань Юаньчжоу не из тех, кто избегает сражений, и никогда не был плохим проигравшим. Пока была хоть капля надежды, он выбирал сражаться изо всех сил, независимо от силы противника. Однако, столкнувшись с Лу Цзиннином, жизнь показалась ему совершенно безнадёжной.
Вспоминая свою реакцию, когда он обессилел, впервые учуяв этот феромон с запахом сливы, он не мог не почувствовать себя немного подавленным.
Так как же ему сегодня сражаться?
Устроить представление на коленях перед всей публикой?
Он был охотником за головами, а также межзвёздным идолом. На самом деле, лига охотников за головами такого масштаба была лишь одной из многих площадок для его выступлений.
Он мог лишиться головы, он мог истекать кровью, но он не мог потерять свой образ идола!
Короче говоря, стоять на коленях на поле для него было невозможно, абсолютно невозможно. Однако просьба к Лу Цзиннину не использовать феромоны во время соревнований казалась ему слишком сложной, чтобы заставить себя это сделать.
Лань Юаньчжоу просидел неподвижно всё утро, после ожесточённой внутренней борьбы, наконец решив сохранить последние остатки своего достоинства.
Он достал коммуникатор и набрал номер своего агента:
— Эй, Авэй? Да, это я. Помоги мне кое-что организовать.
…В тот же день после обеда Лу Цзиннин, ожидая начала соревнований, получил уведомление от конкурсной комиссии о том, что из-за отказа Лань Юаньчжоу от участия он был признан победителем по умолчанию.
Одновременно несколько межзвёздных СМИ выпустили пресс-релизы, с сожалением сообщая, что дальний родственник Лань Юаньчжоу внезапно перенёс острый синдром Фруэрназа и был срочно доставлен в отделение неотложной помощи. Убитый горем из-за потери брата, Лань Юаньчжоу был вынужден принять болезненное решение отказаться от участия в Лиге Охотников за головами в этом году и сейчас возвращался домой. Пусть всё будет хорошо.
Лу Цзиннин уставилась на отчёт, сквозь зубы процедил наглую ложь и чуть не выругалась на месте.
Чёрт возьми, он притворился больным?
Неужели он не мог придумать что-нибудь более правдоподобное?!
Даже мысль о подобном — это уже поражение в плане бесстыдства!