Притворяясь Альфой, я хочу завести ребёнка от моего соседа-Дракона. (Глава 31)
Не знаю, может, из-за слишком пристального взгляда, но Шэнь Хуайсю внезапно повернул голову и встретился взглядом с Сюй Шу, вызвав у него на мгновение чувство вины.
Другой человек готовил для него, а он все равно засматривался на его красоту.
Притворившись равнодушным, он улыбнулся:
— Так вкусно пахнет, я начинаю немного проголодаться.
— Ещё немного, скоро будет готово.
Аромат дымящегося в кастрюле риса уже наполнил воздух, так что, вероятно, он будет готов в ближайшее время.
После того, как Шэнь Хуайсю закончил жареный свиной фарш с бок-чоем, он быстро поставил кастрюлю с томатным яичным супом на плиту и начал жарить лосось на другой конфорке.
Сюй Шу подошёл и взял приготовленный свиной фарш с бок-чоем.
— Где мы будем есть? Может, мне принести это?
— Снаружи стоит круглый стол, можешь поставить на него, — не задумываясь ответил Шэнь Хуайсю. Затем, словно что-то вспомнив, он быстро спросил:
Чтобы упростить задачу, Шэнь Хуайсю поставил старый складной фанерный стол.
Следуя указаниям Шэнь Хуайсю, Сюй Шу обнаружил стол на улице, покрытый красно-зелёной клеёнкой. Эти кричащие цвета застали его врасплох. Он не ожидал, что такой человек, как Шэнь Хуайсю, с его, казалось бы, хорошим вкусом, будет владеть чем-то настолько… безвкусным.
— Ты его открыл? — Шэнь Хуайсю, немного подождав, заметил тишину на улице, поэтому он прекратил свои дела и вышел посмотреть.
Сюй Шу уже поставил стол. Увидев Шэнь Хуайсю, он улыбнулся и подошёл.
— Да, он купил его на рынке подержанных вещей, — небрежно ответил Шэнь Хуайсю. Увидев, что стол накрыт, он повернулся, чтобы продолжить жарить рыбу.
— У твоего брата, конечно, уникальное чувство стиля. Красный и зелёный...
Шэнь Хуайсю на секунду замер. Красный и зелёный? Как собачий завтрак?
Кхм, он ни за что не собирался признавать, что выбрал этот стол. Забудь об этом, пусть Шэнь Хуайцю возьмёт вину на себя.
Он без зазрения совести подставил брата (не в буквальном смысле). Безо всякого чувства вины Шэнь Хуайсю ответил:
Сюй Шу лишь пошутил, но теперь он повернулся и подозрительно посмотрел на Шэнь Хуайсю.
— Это действительно незаметно, — сказал Сюй Шу, выходя из кухни с тарелкой рубленой свинины с бок-чоем, испытывая смешанные чувства.
Он подумал, что если отношения с Шэнь Хуайсю будут развиваться, то при выборе подарков ему нужно будет более тщательно продумать подарок для него. Сочетание красного и зелёного цветов — непростая задача, поэтому, как минимум, ему, возможно, придётся сделать что-то на заказ.
Остальные суп и блюдо были не слишком сложными. К тому времени, как лосось был готов, томатный суп с яйцом тоже был готов. Когда Сюй Шу поставил тарелки на стол, рисоварка издала серию звуковых сигналов, сигнализируя о готовности ужина.
Прибравшись на кухне, Шэнь Хуайсю небрежно приготовил два стакана свежего грушевого сока.
Сюй Шу пододвинул стулья, сел и невольно улыбнулся, широко раскрыв глаза.
— Спасибо. Ты хорошо постаралась.
— Не нужно меня благодарить. Давайте есть.
Тон Шэнь Хуайсю был, как обычно, спокойным, но в его выражении лица читалось ожидание. Это был первый раз, когда он готовил для кого-то, кроме себя.
Даже его собственная семья ещё не удостоилась такой чести.
Сюй Шу сначала отпил глоток супа. Приправы были в самый раз. Кисло-сладкий вкус помидоров разбудил его аппетит, заставив почувствовать себя ещё голоднее, хотя болезнь и притупила чувство голода.
Сёмга была идеально приготовлена, нежная и ароматная. Хотя казалось, что в её приготовление не было вложено много усилий, она была невероятно вкусной. Фарш из свинины с бок-чоем, ярко-зелёные листья которого пропитаны ароматным бульоном, был настолько вкусным в сочетании с рисом, что Сюй Шу почувствовал, что может съесть всё до конца.
С полным ртом риса Сюй Шу показал Шэнь Хуайсю большой палец вверх.
— Это просто невероятно! Ты мог бы открыть ресторан. Бизнес процветал бы!
Шэнь Хуайсю почувствовал прилив радости от комплимента, но, увидев, как раздулись щеки Сюй Шу, он забеспокоился, что может подавиться. Он отодвинул грушевый сок.
— Не торопись. Никто не отнимет его у тебя, так что не нужно спешить.
Сюй Шу кивнул, но руки не сбавляли темп. Он лишь изредка останавливался, чтобы сделать глоток сока.
После ужина Сюй Шу предложил помыть посуду. Шэнь Хуайсю протянул ему тряпку.
Сюй Шу послушно взял тряпку. Когда он закончил убирать стол и вернулся, он увидел, что Шэнь Хуайсю уже надел перчатки и закончил мыть посуду.
— Почему ты не подождал меня? У тебя же рука всё ещё болит.
— Всё в порядке, я в перчатках. — Ответ Шэнь Хуайсю не оставил места для возражений.
— Ты не только готовил своими руками, но и мыл посуду сам. Почему ты такой добрый? — спросил Сюй Шу, чувствуя, как всё больше привязывается к нему.
Шэнь Хуайсю снял перчатки и отложил их в сторону.
— Ты болен. Больные люди имеют привилегию наслаждаться такими вещами.
— Если ты так говоришь, я никогда не захочу выздороветь. — Если болезнь означает, что его могут так баловать, то он не будет против болеть вечно.
Шэнь Хуайсю внезапно поднял руку и легонько похлопал его по голове.
— Что за чушь ты несёшь? Уберись и пойдём обратно.
— Хе-хе, я просто размышлял вслух. Конечно, я хочу поскорее выздороветь. Болеть слишком неприятно.
— Ты всё ещё плохо себя чувствуешь? — спросил Шэнь Хуайсю, естественно протянув руку, чтобы коснуться лба Сюй Шу. Увидев, что температура у него нормальная, он расслабился. — Отдохни скорее. Не перенапрягайся сейчас.
— Я не такой уж и хрупкий. — Даже когда Сюй Шу это говорил, его сердце наполнилось радостью.
На обратном пути Шэнь Хуайсю увидел сообщение от Цзян Хуаня, в котором говорилось, что Сюй Шу связался с ним ранее, чтобы узнать, что произошло в полдень, в частности, виноват ли Шэнь Хуайсю в том, что Ма Сена увезли на скорой помощи.
Вспоминая Сюй Шу, который, несмотря на болезнь, пришёл рано и ждал его у здания учебного корпуса, Шэнь Хуайсю почувствовал волну эмоций в сердце.
— Ма Сена увезли на скорой помощи. Это твоя работа?
— Нет. Его снова увезли на скорой? Сколько раз это было на этой неделе? Он, должно быть, кого-то обидел. Я все ещё болен — как это мог быть я!
Шэнь Хуайсю посмотрел на него, а затем его взгляд внезапно переместился на подёргивающиеся кошачьи уши на голове Сюй Шу.
Сюй Шу инстинктивно поднял руку, чтобы прикрыть их.
— Я не лгу. Это был не я. Я сейчас очень слаб!
Шэнь Хуайсю, чувствуя себя снисходительным, не стал его разоблачать. Он знал, что действия Сюй Шу, вероятно, были вызваны им.
— Вероятно, Ма Сен просто обидел слишком много людей.
Когда они вернулись в общежитие, Сюй Шу позвонил Чэнь Цзин, чтобы узнать, как у него дела, и спросить, чувствует ли он себя лучше и сможет ли он завтра пойти на занятия. Слушая материнские уговоры Чэнь Цзин, сердце Сюй Шу согрелось, но он не удержался и поддразнил его:
— Я понял, мама Чэнь. Я обязательно буду заботиться о себе и следовать вашим советам. Не волнуйся, я сейчас чувствую себя намного лучше. Завтра я пойду на занятия, так что не скучай по мне слишком сильно. Будь хорошим мальчиком.
Как только Шэнь Хуайсю закончил принимать душ и вышел, он услышал последние слова «будь хорошим мальчиком», и его глаза потемнели.
— Кто же ещё? Он напоминает мне хорошо отдохнуть и не засиживаться допоздна. Он практически стал мне матерью. — Хотя Сюй Шу и жаловался словами, на его лице сияла улыбка. Увидев, что Шэнь Хуайсю закончил принимать душ, Сюй Шу взял чистый атласный халат и направился в ванную.
Когда Сюй Шу вышел, Шэнь Хуайсю заметил, что тот больше не в футболке, а переоделся в свою одежду. По какой-то необъяснимой причине это немного раздражило Шэнь Хуайсю.
После душа Сюй Шу выглядел намного лучше и, вероятно, чувствовал себя комфортнее. Его привычка не одеваться подобающим образом снова дала о себе знать — халат был небрежно завязан и свисал с плеч, когда он шёл к Шэнь Хуайсю.
Даже если Шэнь Хуайсю не смотрел прямо на него, яркую, обнажённую кожу невозможно было не заметить краем глаза.
Сюй Шу встряхнул свои влажные волосы, чувствуя жажду после душа. Как раз когда он собирался выпить воды, он увидел Альфу, который сидел на его кровати. Внезапно он встал.
Сюй Шу повернул голову, чтобы посмотреть, что тот собирается делать, и увидел Шэнь Хуайсю, идущего к нему.
Рост Сюй Шу считался высоким для Омеги, но по сравнению с Шэнь Хуайсю он всё же был примерно на полголовы ниже. Не говоря уже о том, что и телосложение у него было не таким широким.
Когда Шэнь Хуайсю приблизился, естественное доминирование Альфы над Омегой заставило Сюй Шу инстинктивно вздрогнуть.
Прежде чем он успел закончить, Шэнь Хуайсю внезапно протянул руку, схватил его свободно свисающий воротник халата и осторожно, но крепко поправил его. Завязав пояс, он даже добавил:
Я был полностью готов к тому, что ты попытаешься меня соблазнить, а ты говоришь мне надеть штаны?!Почему это так сложно?!
— Я не буду их надевать! Я иду спать! Зачем спать в штанах? Штаны для сна не нужны!
Сюй Шу сердито сбросил тапочки, забрался в кровать и натянул на голову одеяло. Раздражённый, он мог только пинать ногами под одеялом, выплёскивая своё недовольство.
Идиот! Неужели он не видит, что я пытаюсь его соблазнить?!
После того, как он немного помучился под одеялом, Сюй Шу больше не мог этого выносить. Он достал телефон из-под подушки и нашёл анонимный форум. Он чувствовал, что если скоро не попросит совета, то может начать сомневаться в своём здравомыслии.
Почему я такойстранный: [Мне нравится один человек, и я изо всех сил стараюсь завоевать его расположение. Мы не просто соседи по парте, но и по комнате. Он может казаться холодным и отстраненным, но я знаю, что он хороший человек. Когда я болел, он отвёл меня к врачу и даже готовил мне еду. После этого он даже не позволил мне мыть посуду. Может быть, у него тоже есть ко мне какие-то чувства? Иначе почему он так хорошо ко мне относится? Но когда я надел в общежитии очень сексуальный халат, демонстрируя ноги и шею, он ничуть не растерялся. Вместо этого он даже помог мне завязать свободный воротник и сказал надеть штаны! Почему он так поступил? Мне просто кажется, что я ему нравлюсь? Или это потому, что я тоже Альфа, и он видит во мне только брата?]
Отправив сообщение, Сюй Шу с нетерпением ждал ответа. Как говорится, посторонние видят вещи яснее, чем те, кто в них участвует.
[Это реальная версия фразы «Я вижу в тебе брата, но ты хочешь со мной переспать?»]
[У двух Альф нет будущего вместе. Советую тебе сдаться.]
[Думаю, он просто видит в тебе брата. Ты сам сказал, вы соседи по комнате и партам, так что, вероятно, это просто тесная дружба, и ты слишком много додумываешь.]
[Даже между братьями редко кто готовит для кого-то лично. Не думаю, что это просто твоё воображение.]
[Пока ты симпатичный, не думаю, что тебе это кажется. Почему бы тебе просто не признаться? Тайные увлечения всегда вызывают тревогу. Лучше разобраться с этим напрямую, чем затягивать.]
[Не давай необдуманных советов. Если ты сейчас признаешься, а он не заинтересуется, вы можете даже не остаться друзьями, особенно учитывая, что вы сидите за одной партой и в одной комнате. Разве это не будет неловко?]
[Попробуй напоить его и поцеловать. Если он оттолкнёт тебя, ты поймёшь, но если согласится, тогда ты получишь ответ, ха-ха!]
Сюй Шу продолжал листать ленту, пока наконец не нашёл полезный ответ. Смеясь про себя, он поставил «лайк» комментарию.
Сюй Шу засунул телефон обратно под подушку и закрыл глаза, чтобы уснуть. Ему нужно было поскорее выздороветь.
На следующий день, когда Сюй Шу появился на уроке, новость о переводе Ма Сена в другую школу уже стала главной темой разговора. Вместе с этой новостью было объявлено, что старший брат Ма Сена перевёлся в соседний 4-й класс, хотя почему Ма Сен перевёлся отсюда, а его брат вдруг перевёлся сюда — при этом, к тому же, с понижением в классе — стало загадкой, породившей множество предположений.
Чэнь Цзин обернулся, как только увидел прибывшего Сюй Шу.
— Как ты себя чувствуешь? Лучше?
— Мне ещё нужно два дня получать лечение внутривенно. Пойду на систему после школы сегодня вечером. — Сюй Шу запихнул сумку в парту и заметил на лице Чэнь Цзина выражение жажды сплетен.
— Перевод Ма Сена тебя не касается, верно?
— Может, его вдруг совесть покусала?
Чэнь Цзин посмотрел на него так, словно говорил: «Не лги мне, я знаю, что ты что-то скрываешь».
— А что это за история с его братом, который перевёлся сюда и даже понизил в классе ради этого?
Сюй Шу подумал про себя: «Семья Ма — просто отморозки. Неужели они думают, что, избавившись от Ма Сена, я заинтересуюсь Ма Цзиньяном? Какая шутка! Мечтать не вредно!»
— Сюй Шу, можно с тобой поговорить минутку? — внезапно появился Ма Цзиньян в дверях, окликнув Сюй Шу по имени.
В классе, где до этого было шумно, воцарилась мёртвая тишина.
Сюй Шу слегка нахмурился, медленно поднялся и с холодным видом вышел.
В глазах Ма Цзиньяна больше не было прежнего колебания и подозрения; вместо этого в них читалось сильное, жгучее желание. Этот взгляд вызвал у Сюй Шу лишь отвращение.
Раздраженно он неосознанно дернул кошачьими ушами.
— Я здесь, чтобы извиниться от имени Ма Сена. Он перешёл все границы. Он больше не будет тебя беспокоить. Если хочешь, я бы хотел угостить тебя обедом, чтобы загладить вину.
— Если бы ваша семья действительно сожалела о случившемся, вы с братом оба бы исчезли. Я не собираюсь с тобой обедать. Перестань меня беспокоить.
Раздраженный, он повернулся и направился обратно в класс, не желая тратить ни слова.
— Подожди минутку, — внезапно шагнул вперед Ма Цзиньян. Резкий, неприятный запах, свойственный клану ящериц, вызвал у Сюй Шу тошноту. — Согласно семейному договору, до совершеннолетия Зверя любая семья имеет право на честную конкуренцию. Я просто прошу честного шанса.
— Я не понимаю, что вы говорите, — невинно пожал плечами Сюй Шу. — Можете соревноваться с кем хотите, только не беспокойте меня. Что-нибудь ещё? Если нет, мне нужно вернуться к учёбе.
Видя, что Сюй Шу не сдаётся, Ма Цзиньян, не желая уступать, сказал:
Но Сюй Шу сделал вид, что ничего не услышал, и ушёл, не оглядываясь.
Когда Ма Цзиньян обернулся, его внезапно пробрала дрожь. Он инстинктивно поднял глаза и встретился взглядом с парой холодных, глубоких чёрных глаз. Воздух вокруг него словно наполнился слабым запахом крови, густым от опасности и убийственного намерения.
Шэнь Хуайсю прошёл мимо него, не останавливаясь, но Ма Цзиньян замер на месте, холодный пот стекал по его лбу.
«Это он». Это был тот самый, о котором упоминал Ма Сен, Альфа из Северного кампуса — источник сильного, кровавого запаха, исходившего от Сюй Шу.
Сюй Шу понял, что появление Ма Цзиньяна здесь означает, что его личность начинает раскрываться. Скоро об этом узнает больше людей.
В Межзвездной Федерации генетические дефекты были серьёзной проблемой для всех видов. Почти столетие учёные не могли решить эту проблему, но ходили слухи, что мужчины-омеги из семьи Ронг способны рожать потомство с идеальными генами. В прошлом это делало мужчин-омег семьи Ронг мишенью для многих аристократических семей, пока не вступил в силу Семейный Пакт. В договоре говорилось, что если мужчина-омега из семьи Ронг найдёт себе партнёра до достижения совершеннолетия, другие семьи должны будут отказаться от своих притязаний. В противном случае право выбора перейдёт к аристократическим семьям.
Ронг Шу был первым мужчиной-омегой своего поколения в семье Ронг, а это означало, что он должен был найти подходящую пару до достижения совершеннолетия, чтобы избежать этой участи — борьбы за неё.
Когда Шэнь Хуайсю вошёл в класс, он сразу заметил Сюй Шу, который, подперев подбородок рукой, был погружён в размышления. Вспомнив только что встреченного Альфу, взгляд Шэнь Хуайсю помрачнел. Он слегка постучал по столу, привлекая внимание юноши.
— Ты здесь? — Сюй Шу быстро подавил раздражение и поприветствовал Альфу улыбкой.
Шэнь Хуайсю кивнул, заметив, что голос Сюй Шу больше не хриплый, что свидетельствовало о прогрессировании простуды. Он достал из сумки знакомый ланч-бокс и бутылку свежевыжатого грушевого сока и протянул их Сюй Шу.
Глаза Сюй Шу загорелись, когда он увидел, что предлагает Шэнь Хуайсю. Не задумываясь, он тут же ответил, и его щеки покраснели.
Сюй Шу взял ланч-бокс. Мрачное настроение, вызванное появлением Ма Цзиньяна, мгновенно рассеялось.
— Это похоже на что-то из боксёрского зала. Ты там был?
Говоря, он открыл ланч-бокс и увидел внутри булочки с заварным кремом. Его сердце замерло. Оказалось, что булочки с заварным кремом, которые он ел в прошлый раз, были не из какой-нибудь закусочной — их лично приготовил для него Шэнь Хуайсю на кухне боксёрского зала.
Некоторые люди могут казаться холодными, но когда они проявляют нежность, это может быть действительно ошеломляющим.
— Я сегодня утром бегал, поэтому просто забрал их по дороге, — небрежно сказал Шэнь Хуайсю, как будто это ничего особенного. Но Сюй Шу знал, что он просто старается не оказывать на него никакого давления.
Сюй Шу почти ничего не сказал, лишь тихо поблагодарил.
— Пожалуйста. Тот человек сегодня утром… он приходил к тебе?
Сердце Сюй Шу сжалось, и кошачьи уши на его голове слегка дёрнулись.
— Да, это был брат Ма Сена, Ма Цзиньян. Он пришёл извиниться.
Шэнь Хуайсю подтвердил простым хмыканьем, его тон ничего не выдавал.
Сюй Шу уже договорился со школьным врачом, чтобы тот зашёл после уроков на укол. Как только прозвенел звонок, Чэнь Цзин обернулся и сказал:
— Я не могу пойти с тобой на укол сегодня вечером — у меня дела. Может, мне… Шэнь, Шэнь Хуайсю, у тебя есть время? Могу я попросить тебя пойти с Сюй Шу на укол?
Сюй Шу не ожидал такой внимательности от Чэнь Цзина и тут же благодарно посмотрел на него. Чэнь Цзин ответил ему взглядом, словно говоря: «Это всё, что я могу для вас сделать».
Шэнь Хуайсю, который уже планировал сопровождать Сюй Шу в кабинет врача, кивнул.
— Это слишком большая проблема? — спросил Сюй Шу, хотя на его лице сияла улыбка. Чэнь Цзин взглянул на него и чуть не ослеп.
Перед тем как отправиться в кабинет врача, Сюй Шу и Шэнь Хуайсю быстро поужинали. Когда они пришли, школьный врач только что закончил есть и улыбнулся, увидев их двоих вместе.
— Вы так быстро пришли. Я думал, мне придётся немного подождать. Вы поели?
— Мы поели, — сказал Сюй Шу. — Сейчас я чувствую себя намного лучше. Можно я пропущу завтрашнюю инъекцию после этой?
Хотя Шэнь Хуайсю мог составить ему компанию в такие моменты, Сюй Шу гораздо больше предпочитал проводить время наедине с ним в их комнате в общежитии, чем в медицинском кабинете со школьным врачом.
— Три дня — это полный курс. Вы не можете его сократить. Иди, приляг. Найдите себе место, — серьёзно сказал школьный врач, сразу же заставив Сюй Шу занервничать. Инстинктивно он взглянул на Альфу, опасаясь, что тот скажет: «Ну, тогда я просто вернусь».
— Не нужно. Я подожду его здесь, — спокойно ответил Шэнь Хуайсю, садясь на стул рядом с кроватью. Затем он мягко спросил:
В глубине души он очень хотел, чтобы Шэнь Хуайсю остаться с ним, но не хотел его утомлять. Мысль о том, что Шэнь Хуайсю придётся сидеть там два часа, пока ему будут ставить капельницу, причиняла ему боль в сердце.
— Я подожду, пока ты закончишь, и мы вернёмся вместе, — перебил его Шэнь Хуайсю, доставая новые экзаменационные работы, которые им раздали перед окончанием занятий.
Сюй Шу, которого только что тронуло: …
Ты что, бездушная машина для тренировок?
Школьный врач подошёл, чтобы поставить капельницу, и случайно услышал последнее замечание Шэнь Хуайсю, посмеиваясь и готовя лекарство. Он ничуть не смутился, когда Сюй Шу бросил на него сердитый взгляд. «Давай сегодня позанимаемся левой рукой, чтобы правая была свободна для тренировок. Так ты ничего не пропустишь».
То, что он представлял себе как приятное, тихое время наедине с Шэнь Хуайсю, превратилось в учебную сессию.
Он был измотан. Измотан морально. Не спрашивайте — просто измотан!
К тому времени, как закончилась капельница, Шэнь Хуайсю уже выполнил все накопившиеся за последние два дня задания. Его эффективность была почти невероятной. Пока Сюй Шу обрабатывал перевязанную руку, он спросил:
— Ты после этого вернёшься в общежитие или пойдёшь в спортзал?
— В спортзал, — ответил Шэнь Хуайсю.
— Второй брат вернулся? — Глаза Сюй Шу загорелись, когда он услышал, как Шэнь Хуайсю упомянул спортзал. Теперь, когда он решил все проблемы, ему не хотелось возвращаться в холодное общежитие одному.
— Конечно. Но сегодня я не смогу спарринговать.
— Можешь наблюдать со стороны.
Итак, они вдвоём вышли из медкабинета и направились прямо в спортзал. Как только Шэнь Хуайцю увидел их, он тут же подошёл и спросил:
— Почему вы сегодня так опоздали? И Сюй Шу тоже здесь.
— Второй брат, — поприветствовал Сюй Шу с улыбкой, — Он опоздал, потому что ходил со мной на укол.
Пока он говорил, Шэнь Хуайцю заметил ещё не снятую повязку на руке Сюй Шу и с беспокойством спросил:
— Как так получилось, что тебе понадобился укол? Ты болен?
— Просто простуда. Я в порядке. Ещё один день укола, и всё будет хорошо. Я благодарен ему за заботу в последние два дня.
Щёки Сюй Шу слегка покраснели, когда он рассказывал о полученной помощи, а его кошачьи уши неловко дёрнулись от смущения.
Шэнь Хуайцю: «Боже мой, это железное дерево, кажется, наконец-то зацвело!»
— Я пойду переоденусь. Посиди здесь немного. Второй брат, позаботься о нём. Не дай ему сидеть у двери и простудиться.
Шэнь Хуайсю, дав брату указания, оглянулся на Сюй Шу. Увидев, что тот послушно кивнул, он успокоился и пошёл переодеваться.
Сюй Шу, опасаясь доставить Шэнь Хуайцю неприятности, быстро сказал:
— Второй брат, иди и займись делом. Со мной здесь всё будет в порядке, тебе не нужно ничего делать.
— Хорошо. Не простудись ещё раз. Пульт от кондиционера здесь — если тебе станет холодно, отрегулируй сам. Я принесу тебе фруктов, подожди немного.
— Второй брат, ты правда… — Не успел он договорить, как Шэнь Хуайцю уже поспешно ушёл. Сегодня вечером Шэнь Хуайсю собирался сразиться с крепким Альфой, на левой руке которого была татуировка в виде чёрного пламени, тянущаяся до груди, что придавало ему ещё более дикий вид. К тому же, у Альфы на спине был клочок тёмно-коричневой шерсти. Сюй Шу сидел и ел банан, который приготовил для него Шэнь Хуайцю, предполагая, что звериная форма этого Альфы, вероятно, похожа на чёрного медведя.
Когда раздался чистый звон колокольчиков, Сюй Шу взглянул и увидел Ма Цзиньяна, входящего с чашкой молочного чая.
Сюй Шу тут же потерял аппетит к банану. «Какое надоедливое присутствие, портит мне настроение.»
Ма Цзиньян, казалось, не обращая внимания на презрение Сюй Шу, подошёл с улыбкой и сел рядом с ним, не отрывая взгляда от двух Альф, сражающихся на ринге.
— Тебе нравится такой жёсткий спорт?
Сюй Шу взглянул на поданную ему чашку молочного чая и ответил:
— Возможно, эта грубость — как раз то, чего не хватает господину Ма. Извините, у меня аллергия на молочный чай.
Ма Цзиньян, невозмутимо, небрежно поставил чашку на стол.
— Мне следовало быть внимательнее. Если вы дадите мне знать, что вам нравится, я больше не совершу эту ошибку.
— Мне нравится тишина и покой. Так что, может, ты замолчишь?
Ма Цзиньян покровительственным тоном сказал:
— Тебе не нужно быть таким враждебным по отношению ко мне. Я отличаюсь от Ма Сена. Он до сих пор не знает твоей истинной личности, не так ли?
Ма Цзиньян взглянул на Альфу на ринге. Он должен был признать, что, судя по ауре, Шэнь Хуайсю действительно был очень сильным Альфой. Однако, каким бы сильным он ни был, без надёжного семейного наследия этого все равно было недостаточно. Ма Цзиньян провёл расследование и выяснил, что он всего лишь сирота из низшего района, выросший на подаяниях.
Мысль о том, что кто-то подобный может завоевать расположение Омеги-мужчины семьи Ронг, заставила взгляд Ма Цзиньяна потемнеть и помрачнеть.
— Что именно ты пытаешься сказать? Если ты болен, не забывай принимать лекарства вовремя.
Ма Цзиньян, видя, что Сюй Шу ни признался, ни рассердился, улыбнулся:
— Я проверил его. У него нет никакого прошлого. Ты упомянул, что ему повезло учиться в верхнем районе, и эта возможность может изменить его судьбу. Если бы он знал твою личность, разве он не посчитал бы тебя проблемой? В конце концов, я всего лишь первый. Как только твоя личность перестанет быть секретом, ты сможешь предвидеть, без моих слов, что места, где появляются омеги-мужчины из семьи Ронг, никогда не бывают мирными.
— Какое это имеет к тебе отношение? Ты не слишком обеспокоен? — Сюй Шу усмехнулся, слегка приподняв подбородок. Сидя там, он смотрел на Ма Цзиньяна с презрением, словно на муравья. — Теперь ты исключен, так что убирайся!
Обычно сдержанное, джентльменское поведение Ма Цзиньяна слегка пошатнулось, но быстро вернулось в норму. Он улыбнулся и сказал:
— Не спеши с выводами. Раз уж ты сегодня в плохом настроении, давай закончим на сегодня. Я сейчас уйду.
— Стоп, ты что, пытаешься меня убить?
Шэнь Хуайцю, стоявший под рингом, рассмеялся и сказал:
— Он уже ушёл. Просто забудь об этом на сегодня.
Шэнь Хуайсю с бесстрастным лицом отдёрнул кулак и извинился:
— Прости, брат Гу, на сегодня достаточно.
Спустившись с ринга, Шэнь Хуайсю подошёл к Сюй Шу. После интенсивной тренировки феромоны вокруг Альфы были сильнее обычного.
Сюй Шу посмотрел на Шэнь Хуайсю с бешено бьющимся сердцем и улыбнулся:
Шэнь Хуайсю, казалось, был несколько равнодушен, когда поднял руку, чтобы взять со стола бутылку воды, запрокинул голову и выпил половину. Вода перелилась через край, стекая по подбородку и пачкая рубашку.
Сюй Шу, который внимательно наблюдал за ним, вдруг почувствовал жажду. После того как Шэнь Хуайсю допил и поставил бутылку обратно на стол, Сюй Шу вдруг сказал:
— Я тоже хочу пить. Можно мне немного твоей воды?
Шэнь Хуайсю бросил на него резкий взгляд, его тёмные глаза сверкали, как буря.
— Ты же не будешь мелочиться из-за этого, правда? Это всего лишь немного воды.
Прежде чем Шэнь Хуайсю успел ответить, Сюй Шу уже схватил бутылку со стола, открутил крышку и допил оставшуюся воду.
Шэнь Хуайсю даже не успел его остановить. К тому моменту, когда он собирался что-то сказать, Сюй Шу уже допил и игриво подмигнул ему.
Альфа, которого необъяснимо раздражала внешность Ма Цзиньяна, мгновенно успокоился. Он смог лишь сказать:
— Знаю, но ты ведь не будешь против, правда? — Выражение лица Сюй Шу изменилось на жалкое, и он перевернул ситуацию в свою пользу.
— Подожди меня, — сказал Шэнь Хуайцю, перебив Сюй Шу, прежде чем тот успел что-либо сказать, и быстро направился в ванную.
Шэнь Хуайцю, наблюдавший за происходящим, последовал за ним.
В только что закрытую дверь ванной внезапно постучали. Из-за порога донёсся приглушённый голос Шэнь Хуайцю:
Шэнь Хуайцю прислонился к стене:
— Это я, твой брат. Я только что все видел. Вы вдвоём пили воду из одной бутылки.
— На каком вы этапе? Ты готовил для него, составлял ему компанию, пока он болел, и теперь он даже пьёт твою воду добровольно. Тебе бы следовало признаться. Чего ты ждёшь? Намерения того Альфы были довольно очевидны.
Шэнь Хуайцю не возражал немного подбодрить Шэнь Хуайсю.
Шэнь Хуайсю, долгое время молчавший, холодно ответил:
— Ну, а ты ему нравишься. Он даже пил воду, которую ты пил. Так что, если у тебя есть какие-то чувства, действуй быстро. Парень довольно хорош. В нашей семье нет привередливых альф или омег. Поторопись, а то кто-нибудь другой может его забрать. Тогда ты будешь плакать, — сказал Шэнь Хуайцю, почувствовав, что ситуация созрела, и встал, чтобы уйти.
Шэнь Хуайсю стоял под душем, его взгляд внезапно стал решительным.
Сюй Шу, немного подкрепившись фруктами, потягивался, когда Шэнь Хуайсю вышел из душа.
Он обернулся и тут же улыбнулся:
— Тогда мы сейчас уходим, Второй Брат.
— Будь осторожен на обратном пути. Сюй Шу, приходи в следующий раз.
Когда они вышли из спортзала, Сюй Шу повернулся к Шэнь Хуайсю и спросил:
— Почему ты так быстро закончил сегодня?
— Быстро? Я не следил за временем.
Выражение лица Шэнь Хуайсю было естественным, но, ответив, он быстро спросил:
— Что Ма Цзиньян от тебя хотел?
— Ты действительно хочешь знать? — В глазах Сюй Шу мелькнула искорка озорства.
Шэнь Хуайсю посмотрел на него, не сразу отвечая. Как раз когда Сюй Шу уже собирался потерять надежду, он услышал.
Сюй Шу услышал собственное сердцебиение, которое билось сильнее обычного.
Он выдавил из себя улыбку, которая тут же схлынула, и с обиженным лицом сказал:
— Он хочет меня добиваться. Я ему отказал, но он настойчив и всё ещё пытается за меня ухватиться.
Он внезапно вздохнул и изменил выражение лица:
— Быть красивым и привлекать внимание тоже может быть проблематично. Вздох!
Говоря это, он невольно бросил взгляд на Шэнь Хуайсю, его выражение лица было весьма выразительным.
Шэнь Хуайсю почувствовал, что Сюй Шу всегда так легко вызывает у него эмоции:
— Звучит довольно проблематично.
— Да, что ты думаешь, мне с этим делать? — прекрасные персиковые глаза Сюй Шу заблестели, когда он метнулся к Шэнь Хуайсю. — Может, мне стоит найти кого-нибудь подходящего для свиданий, чтобы эти люди сдались?
Сердце Шэнь Хуайсю сжалось. Его губы сжались в тонкую линию, и выражение его лица внезапно стало строгим:
— Лучше не быть поверхностным в таких вопросах.
— Верно, — серьёзно кивнул Сюй Шу, затем поднял взгляд с улыбкой — А как насчёт тебя? Какой тип Омеги тебе нравится? Мягкий и милый, или более напористый, или, может быть, тот, кто может быть одновременно мягким и напористым?
Его глаза были полны предвкушения, он надеялся получить от ответа Шэнь Хуайсю какую-нибудь информацию, которая лучше бы соответствовала его предпочтениям.
Шэнь Хуайсю был застигнут врасплох этим вопросом. Встретившись с ожидающим взглядом мальчика, он торжественно ответил:
— Мне всё равно какой, если человек мне нравится.
Шэнь Хуайсю на мгновение испугался слов «игра»:
— Тебе нравятся все, независимо от того, какие они? Как это можно считать ответом? Я до сих пор не знаю, какие люди тебе нравятся. Сказать это — всё равно что ничего не сказать.
— А тебе, какие люди нравятся?
Шэнь Хуайсю с лёгкой улыбкой посмотрел на симпатичного парня, глаза которого закатились от недовольства его ответом. Ему очень хотелось протянуть руку и погладить его мягкие, пушистые кошачьи ушки.
— Мне нравятся отстранённые и воспитанные, и, самое главное, те, кто может справиться с несколькими противниками, даже не вспотев.
После этих слов Сюй Шу взглянул на Шэнь Хуайсю, затем повернулся и покачал головой, показывая, что намёк был довольно очевиден.
Шэнь Хуайсю, всё ещё улыбаясь, спросил:
— А такой Омега вообще существует?
Сюй Шу обернулся, фыркнул и сердито ушёл, проклиная его в душе дураком и идиотом.
Такого Омеги, возможно, и не существует, но разве Шэнь Хуайсю не именно такой?
Если он даже этого не понимает, значит, ему место в одиночестве.
Вернувшись в общежитие, Сюй Шу сразу же отправился в ванную с халатом.
Раздевшись, он стоял перед зеркалом и подумал, что, хотя советы в интернете и хороши, ждать больше нельзя. Ему нужно было придумать что-то грандиозное для Шэнь Хуайсю, для этого ничего не понимающего Альфы, а затем совместить это с пьяной стратегией из интернета. Невозможно не допустить подсказки.
Если он всё ещё не поймёт, значит, он не Омега-мужчина в семье Ронг!
Сюй Шу включил душ, планируя хорошенько умыться, а затем нанести ароматную розовую воду.
Однако, немного стесняясь, он всё же надел халат, хотя тот был завязан кое-как и прикрывал только самые важные места. Затем он нашёл место в ванной, сел и намеренно сбросил несколько предметов со стеклянной полки на пол, сопровождая это возгласом:
Услышав шум, Шэнь Хуайсю, переодевавшийся в другую одежду, поспешил к нему:
— Не мог бы ты зайти на минутку? Кажется, я вывихнул лодыжку.
Как только он закончил говорить, Шэнь Хуайсю распахнул дверь и увидел мальчика, сидящего на полу, полуприкрытого халатом, обнажающем большую часть гладкой белой кожи. Шэнь Хуайсю инстинктивно опустил взгляд, но, к сожалению, чувства Альфы нельзя было заблокировать просто не смотреть.
У него невольно сжалось горло, когда он вошёл и присел рядом с Сюй Шу, чтобы осмотреть его ногу:
Сюй Шу с жалостью указал на левую ногу:
— Вот эта, она так сильно болит!
— Ты можешь встать? — Шэнь Хуайсю с беспокойством посмотрел на мальчика, глаза которого покраснели от боли.
Сюй Шу прикусил губу и неуверенно попытался подняться. Увидев это, Шэнь Хуайсю нахмурился:
В следующую секунду Сюй Шу внезапно подняли с пола.
Этот внезапный толчок испугал Сюй Шу, но он быстро почувствовал волну радости. Он нежно обнял Шэнь Хуайсю за шею, положил голову ему на плечо и тихо сказал:
— Вообще-то, я могу ходить сам.
Сюй Шу: Поцелуи, объятия, а с округлением до «зай-зай» это уже можно считать частью всего этого ^_^.