Кто сказал, что Омеги не могут быть супер сильными? Глава 55.
В углу отдельной комнаты было полно людей, и оттуда доносился смех.
Сквозь толпу можно было увидеть, как Вэнь Е запрокинул голову и выпил полный бокал красного вина. Когда вино подействовало, его брови слегка нахмурились.
Тан Цзяцзе стоял в нескольких шагах от него, глядя на него с насмешливым выражением лица.
— О, Вэнь Е, ты действительно умеешь пить! Хочешь продолжить? Не вини меня, если кто-то умрёт. Я не могу брать на себя эту ответственность.
Вэнь Е вытер остатки вина с губ кончиками пальцев, не выказывая гнева, несмотря на отношение Тан Цзяцзе. Он спокойно ответил:
Увидев его безразличное поведение, взгляд Тан Цзяцзе стал холоднее, а насмешка усилилась.
— Это ты мчишься навстречу смерти; не вини меня за то, что я тебя не остановил.
Кан Ханьюн нахмурилась, тяжело ударив длинной ногой по столу, в её холодных глазах вспыхнул гнев.
— Хватит глупостей, продолжайте! Кто первый отступит, тот собака!
Выражение лица Тан Цзяцзе было насмешливым, а несколько членов команды Академии Иньин позади него издали серию криков.
Без единого слова угол частного зала развлекательного заведения неожиданно превратился во второе поле боя между двумя военными академиями.
Студенты из Академии Чунъюнь и Академии Муву благоразумно стояли и наблюдали за зрелищем, не произнося ни слова.
Кан Ханьюн вызывающе отчитала группу Иньин, затем повернулась и прошептала Вэнь Е:
— Капитан, мудрый человек не вступает в проигрышную битву. Может, я займусь этим?
Вэнь Е действительно выпил немало, и окружающий шум немного опьянил его. Услышав это, он покачал головой:
— Ты же девушка, пей поменьше.
— Я, может, и не обязательно проиграю, но ты…
Прежде чем она успела закончить, её прервал внезапно подошедший человек.
— Академия Иньин, советую вам не быть такими высокомерными! Что за мастерство — объединяться против меньшинства? Хотите драться? Брат Лу с вами поиграет!
Лу Цзиннин, заметив шум, как только поднял голову, почти без колебаний бросился к ним. Следом за ним шёл Вэнь Синчэнь, который выглядел довольно недовольным и явно не хотел к ним присоединяться.
Тан Цзяцзе наполнял свой стакан, когда чуть не рассмеялся от досады:
— Ты только и делаешь, что дерёшься и убиваешь! Ты вообще Омега?
— Хех, я просто гораздо больше Альфа, чем ты. Что, ты завидуешь?
Тан Цзяцзе почувствовал, что находится на совершенно другой волне с этим парнем. Он нетерпеливо нахмурился:
— Что, ты хочешь заступиться за своего капитана? Неплохо, в команде Дихай есть командный дух!
— Конечно. — Лу Цзиннин подошёл, явно невероятно проницательный, взял стул сбоку, отодвинул его назад и сел за стол, хлопнув рукой по поверхности. — Итак, ребята из Иньин, как вы хотите играть? Групповой бой или поединок один на один, решать вам. Мы даём вам шанс бросить нам вызов за пределами арены обмена. Результат, конечно, будет одинаковым, но это удовлетворит вашу затаённую обиду.
— Кто хочет укусить, тот и получит.
И без того напряжённая атмосфера мгновенно стала ещё более взрывоопасной.
Кан Ханьюнь была ошеломлена этой внезапной переменой, с изумлением глядя на Лу Цзиннина.
Ух ты, Лу Цзиннин, твои навыки провокации просто первоклассные!
Практически нет такой драки, которую ты не смог бы затеять!
Тан Цзяцзе, возможно, слишком сильно спровоцированный, вдруг зловеще рассмеялся:
— Хорошо, раз Дихай так рвётся к нам, не вини нас за безжалостность. Сегодня никто не выйдет из этой комнаты на своих ногах!
Лу Цзиннин, удовлетворившись желаемыми резкими словами, высокомерно поднял бровь:
Тан Цзяцзе выхватил предмет из рук у одноклассника и с силой швырнул его на стол:
— Продолжим! Соревнование «у кого больше»!
— Хорошо, давайте продолжим… — Лу Цзиннин инстинктивно проследил за его словами, но затем замер, на мгновение задумавшись. — В чём ты предлагаешь нам соревноваться?
— Соревнуемся в том у кого больше, — сказал Тан Цзяцзе с полуулыбкой на лице. «Твой капитан уже проиграл около десяти игр подряд. Он, вероятно, вот-вот сдастся. Может, ты возьмёшь инициативу в свои руки?
Губы Лу Цзиннина дрогнули, его охватила редкая неловкость. Он повернулся к Кан Ханьюнь, потеряв дар речи, и пробормотал себе под нос:
— Старший, зачем ты позволил капитану соревноваться с ними…
С такой ужасной удачей Вэнь Е, играть в соревнование «у кого больше» с людьми?
Какая разница между этим и отправкой кого-то на смерть?!
Кан Ханьюнь почувствовала себя немного виноватой под его взглядом. Она кашлянула и, прочистив горло, сказала: — Это не моя вина. Я заметила это уже после того как всё началось.
Лу Цзиннин замолчал. Он подумал, что вот-вот начнётся драка, поэтому бросился в бой сломя голову. Он никак не ожидал, что окончательная правда окажется настолько… шокирующей.
Тан Цзяцзе, увидев его молчание, фыркнул:
Если бы его выражение лица не было таким явно саркастическим, Лу Цзиннин заподозрил бы, что этот человек оскорбляет его интеллект. Он закатал рукава, взял пустой стакан и наполнил его:
— Пошли, я покажу тебе, что независимо от случая, твой отец всё равно остаётся твоим отцом.
Вэнь Е нахмурился, собираясь что-то сказать, когда Кан Ханьюнь оттащила его назад:
— Капитан, вам нужно немного отдохнуть. Сяо Лу здесь.
Алкоголь начал действовать, и он действительно почувствовал лёгкое головокружение, поэтому ничего не сказал, тяжело облокотившись на диван, наблюдая за игрой Лу Цзиннина и Тан Цзяцзе.
Возможно, из-за катастрофического невезения во время соревнования обмена, удача Академии Иньин в игре в кости была просто запредельной.
Тан Цзяцзе в первом раунде выбросил тройку, а Лу Цзиннин — три тройки. Под одобрительные возгласы оба выпили свои свеженаполненные бокалы красного вина.
Во втором раунде удача отвернулась от Тан Цзяцзе, он выбросил пятёрку и две тройки — не особенно впечатляющие числа. Однако, когда Лу Цзиннин закончил бросать кости, у него получился стрит из единицы, двойки и тройки, и он снова выиграл.
Лу Цзиннин быстро выпил два бокала подряд, недовольно нахмурившись. Видя, как студенты из университета Иньин становятся все более высокомерными, он встал, поставив одну ногу на стул:
В третьем раунде Тан Цзяцзе наконец-то отыграл одно очко и допил свой бокал.
Раунд за раундом продолжался, и прежде чем они это поняли, вокруг собралось ещё больше людей. Наблюдая за противостоянием двух престижных Академий, обе стороны, завязавшиеся в жарких дебатах, изрядно выпили.
Хотя Лу Цзиннин был не так пьян, как Вэнь Е, удача ему сопутствовала лишь изредка. В их поединке один на один он выпил примерно вдвое больше, чем Тан Цзяцзе. Однако, как ни странно, даже при этом Тан Цзяцзе выглядел слегка опьяненным.
Его толерантность к алкоголю оказалась неожиданно низкой.
Лу Цзиннин немного пошатнулся, но, увидев покачивание Тан Цзяцзе, от души рассмеялся:
— Давай, продолжай! Поиграй со своим папочкой Лу! Я заставлю тебя пожалеть!
Зрение Тан Цзяцзе немного затуманилось, но, опираясь на свою сильную волю, он все же отказался отступать ни на йоту. Он энергично покачал головой, пытаясь хоть как-то прояснить мысли, и, стиснув зубы, пробормотал:
— Посмотрим, как долго ты сможешь так упрямиться! — усмехнулся Лу Цзиннин, потянувшись к стаканчику с кубиками, но его зрение затуманилось, и он ничего не коснулся. Он слегка нахмурился, прищурился и долго целился. Как только он собирался снова потянуться за стаканчиком, его отбросило назад, и он с силой врезался в широкую грудь.
Сверху раздался голос Вэнь Синчэня:
— Достаточно повеселился? Такая хорошая возможность, позволь и мне сыграть?
Ошеломлённый разум Лу Цзиннина на мгновение замер, прежде чем он с опозданием осознал происходящее. Он поднял глаза:
Из-за лёгкого опьянения его глаза словно были покрыты слоем необычно влажной жидкости, мутной, но обладающей неописуемым очарованием. Вэнь Синчэнь на мгновение опешил от этого взгляда, на его губах появилась лёгкая улыбка.
Тан Цзяцзе, услышав их разговор, фыркнул:
— Что случилось? Не можешь победить? Ты просишь о помощи?
Лу Цзиннин, однако, был на удивление рассудителен:
— Как это можно считать просьбой о помощи? Это битва между нашими двумя школами! Посмотри внимательно на этого парня рядом со мной, Вэнь Синчэня, моего лучшего союзника!
Вэнь Синчэнь оттолкнул Лу Цзиннина обратно на стул, слегка наклонился вперёд и обратился к человеку напротив:
— Если хочешь, можешь сменить игрока.
Рука Альфы значительно больше руки Омеги. Закрывая таким образом стаканчик с кубиками, она, казалось, полностью обволакивала его ладонь. Его длинные, тонкие пальцы имели отчётливые суставы, каждый сантиметр которых напоминал совершенное произведение искусства.
Лу Цзиннин чувствовал лёгкое дыхание Вэнь Синчэня на своём ухе, когда тот говорил. В этом объятии он чувствовал себя полностью окутанным, подобно кубку, окружённому окружающим миром.
Он смотрел на эти прекрасные пальцы, на мгновение погрузившись в размышления. Независимо от того, был ли это алкоголь или нет, в окружении слабых феромонов мятного дыма он почувствовал внезапный, необъяснимый жар, поднимающийся внутри него.
Увидев, как команда Иньин уводит и обманом забирает Тан Цзяцзе, заменяя его новым членом, Лу Цзиннин вдруг кое-что вспомнил. Он слегка притянул Вэнь Синчэня за воротник и прошептал:
— Ты сейчас в самом уязвимом периоде — тебе нельзя пить.
Его слегка хриплый голос обладал неописуемым магнетизмом, делая кажущийся властным тон невероятно двусмысленным и чувственным.
На таком близком расстоянии достаточно было лишь слегка наклонить голову, чтобы поцеловать его.
Ресницы Вэнь Синчэня слегка опустились, когда он встретил, казалось бы, искренний взгляд юноши. Он тихонько усмехнулся:
— Знаю, я сыграю только пару раундов.
… Как оказалось, Вэнь Синчэнь сдержал своё слово. Сыграв несколько раундов и выпив немного, он втянул в игру Бин Юньлиня, который наблюдал за происходящим.
Встав, он увидел пьяного Лу Цзиннина, свернувшегося калачиком на стуле, который, казалось, был готов заснуть в любой момент.
Вэнь Синчэнь взглянул на время, небрежно накинул на юношу пальто и поднял его со стула на руки.
— Вы играйте, а я сначала отведу его домой.
Тан Цзяцзе, который немного отдохнул и успокоился, естественно, был недоволен, увидев, как они уходят.
— Мы ещё не закончили, куда ты пытаешься сбежать?
Лу Цзиннин, цеплявшийся за Вэнь Синчэня, словно подстегнувшись этими словами, внезапно оживился.
— Давай, продолжай! Думаешь, твой папаша Лу тебя боится?
Увидев, что он вот-вот бросится вперёд, Вэнь Синчэнь поднял руку, прижал голову Лу Цзиннина к себе и, слегка похлопав, толкнул его назад.
Лу Цзиннин попытался вырваться, но под воздействием алкоголя почувствовал слабость в теле. Он дважды застонал от нежелания, но, вдохнув манящий запах феромонов Вэнь Синчэня, успокоился.
Вэнь Синчэнь явно был доволен его покладистым поведением. Указав на лежащего на нём без сознания юношу, он, казалось бы, любезно напомнил Тан Цзяцзе:
— Этот парень любит беспорядочно выделять феромоны, когда пьян. Ты уверен, что хочешь, чтобы он оставался здесь в таком состоянии?
Выражение лица Тан Цзяцзе слегка напряглось, на его лице мелькнуло мимолётное неприятное воспоминание.
Увидев его явное колебание, Вэнь Синчэнь вовремя предложил выход:
— Что касается меня, считайте меня выбывшим.