Резонансная страсть. Часть 2. Глава 18.
Глава 18 (68). Человек с мягким сердцем.
— Я терпеть себя не могу…! — От удара сжатого кулака Зеро по бедру Казуса почувствовал сильную злость и разочарование, которые он испытывал к себе за то, что подверг опасности актёров в гостиной.
Хотя Зеро обладал замечательной внешностью, интеллектом и храбростью, он не был безупречен.
Но как бы сильно его ни переполняло сожаление, он никогда не сдавался.
Он всегда преодолевал неудачи и становился сильнее и успешнее.
Ради всех, кто здесь живёт, он будет бороться и двигаться вперёд.
Казуса хочет поддержать Зеро вот так...
Наслаждаясь этим тихо нарастающим чувством, Казуса снова заговорил.
— Поскольку Ликаон ещё молод, я думаю, вполне возможно, что он научится контролировать свои эмоции и начнёт всё сначала. Со временем он может пожалеть о своих ошибках. Возможно, сейчас он всё ещё находится в возбуждённом состоянии, так почему бы нам не подождать, пока он успокоится, и не пойти поискать его вместе?
Зеро удивлённо посмотрел на предложение Казусы.
— Как и мне, и другим жильцам, ему больше некуда идти. Он словно дикое животное с человеческим запахом, которое не может вернуться в свою стаю. Ликаон, испытавший человеческую доброту и теплоту, скорее всего, не сможет вернуться к прежней жизни в трущобах…
Казуса продолжал, видя, как Зеро колеблется.
— Если с ним что-нибудь случится, ты, конечно, будешь ужасно винить себя. Я не хочу, чтобы ты испытывал то же сожаление, что и по отношению к своей матери. — При упоминании матери разноцветные глаза Зеро задрожали. Взглянув в эти прекрасные, словно драгоценные камни, глаза, Казуса повторил — Давай вернём его.
— Ты действительно не против? — спросил Зеро с серьёзным выражением лица. — Ты всегда беспокоился о Ликаоне. Но он позавидовал твоей популярности и затаил обиду. Даже если так, ты всё ещё простишь его и примешь?
— Люди совершают ошибки снова и снова, но я верю, что в нас есть человеческая способность каждый раз начинать всё сначала.
Казуса опасался, что может показаться самодовольным. Но, произнеся это, он увидел, как напряжение спало с лица Зеро.
— Ты действительно... мягкосердечный человек.
— Не извиняйся. — Зеро улыбнулся, отвечая, слегка прищурив глаза, словно глядя на что-то яркое, — Наверное, поэтому ты всем здесь нравишься.
Услышав слово «нравишься» из уст Зеро, сердце Казусы замерло.
Тихо размышляя про себя, Казуса открыл бутылку с водой, вытащил таблетку из блистера и проглотил её, чувствуя, как вопрос поднимается в горле.
С этого момента он успокоился.
Затем он сунул себе в руку экстренное противозачаточное средство.
В первый раз, когда они были вместе, когда Казуса принял экстренное противозачаточное средство, Зеро выглядел несколько обиженным и сказал: «Даже если ты забеременеешь, я готов взять на себя ответственность».
Тогда, не зная Зеро хорошо, Казуса счёл это заявление поверхностным и раздражённым.
«Пожалуйста, не говори так легкомысленно об ответственности.»
На этот раз, хотя он ничего не сказал, Зеро приготовил для него экстренное противозачаточное средство, показывая, что помнит их предыдущий разговор.
Теперь Казуса хотел родить ребёнка от Зеро.
Конечно, был шанс, что этого не произойдёт. Но если бы это случилось, он хотел бы родить его.
Он хотел родить ребёнка от человека, которого любил.
Удивлённый этим чувством, возникшим так естественно, он также понял, что именно в этот момент впервые по-настоящему принял себя как Омегу.
Но он не мог сказать это вслух.
Если бы он родил ребёнка от Зеро, это нарушило бы гармонию внутри «RARITY».
Зеро был владельцем и лидером всех, кто здесь живёт.
Как бы страстно они ни сближались на мгновение… он не мог оставить Зеро только для себя.
Услышав бормотание Казусы, Зеро спросил:
— Это уже второй раз, когда ты помог мне успокоить течку.
Из чувства ответственности он дважды облегчал течку Казусы.
Казуса чувствовал себя виноватым за то, что втянул в это Зеро. Но благодаря силе тепловых феромонов он смог принять «тепло» Зеро в своё тело. Одного этого было достаточно.
— Спасибо. — Когда Казуса ещё раз выразил свою благодарность, лицо Зеро приняло сложное выражение. Затем он серьёзным тоном позвал Казусу по имени.
— Казуса, нам нужно поговорить.
Увидев редкую интенсивность во взгляде Зеро, Казуса почувствовал что-то необычное и невольно затаил дыхание.
В этот миг из гостиной через открытую дверь раздался стук, заставивший их обоих вздрогнуть.
Голос за дверью принадлежал Сервалу. Он был тише и напряжённее, чем его обычный, жизнерадостный тон.
— Гость, который был здесь раньше, вернулся... и он говорит, что ему нужно поговорить с вами.
— Я спущусь на первый этаж и выслушаю его. А вы примите душ. — Пока Зеро быстро одевался и собирался выйти из спальни, Казуса, не в силах сдержаться, позвал его с кровати.
Их взгляды встретились, когда Зеро обернулся. Возможно, Казуса выглядел обеспокоенным.
— Всё в порядке. — Зеро ободряюще улыбнулся, — Я привык иметь дело с такими неприятностями.
Возможно, он к этому привык, но Казуса не мог избавиться от чувства тревоги.
Он хотел последовать за Зеро. Но в своём нынешнем состоянии он не мог появляться перед другими.
После того, как Зеро вышел из комнаты с Сервалом и спустился вниз, Казуса бросился в ванную. Он поспешно вычистил из себя все следы Зеро, смыл все следы их встречи, высушил волосы феном и надел разбросанную по спальне одежду, чтобы привести себя в порядок, прежде чем выбежать из комнаты Зеро.
Только оказавшись в лифте, он смог перевести дух и сосредоточиться на своих мыслях.
Вряд ли он пришёл извиниться. Попытка принудительно укусить его за шею была его виной. Но Альфа с такой высокой гордостью не стал бы добровольно извиняться после унижения.
Это казалось крайне маловероятным.
Значит, это, скорее всего, была жалоба.
Если это была жалоба, то Зеро, как он и говорил, привык к таким ситуациям и знал, как хорошо с ними справиться. Даже пытаясь успокоить себя, Казуса не мог избавиться от беспокойства, когда прибыл на первый этаж.