Кто сказал, что Омеги не могут быть супер сильными? Глава 39.
Первая половина тренировки официально закончилась, и все с облегчением вздохнули, с трудом подавив непреодолимое желание расслабиться, поесть и принять душ.
Воспользовавшись тем, что никто не обращал внимания, Лу Конбинь подкрался к Лу Цзиннину и прошептал:
Лу Цзиннин почти не задумываясь ответил:
— Нет, спасибо, я слишком заметен.
Лу Конбинь хотел возразить, почувствовав себя обиженным, но, немного подумав, не смог найти убедительной причины, поэтому лишь сердито посмотрел на него.
В этот момент вернулся Вэнь Синчэнь, умывшись, подошёл к ним и небрежно поприветствовал Лу Конбиня:
Этот парень, похоже, совсем не уважал его как тренера, ну и что, наконец-то убедился?
После того, как Вэнь Синчэнь закончил говорить, он повернулся к Лу Цзиннину и спросил:
Лу Цзиннин снова без колебаний ответил:
Лу Конбинь, наблюдавший за этим со стороны, чуть ли не начал плеваться огнём.
Этот мальчишка категорически отказался пойти и поесть с ним, но так легко согласился, как только пришёл этот... — неужели он вообще его родной сын?
Он так разозлился, что у него задёргался нос, и он уже собирался уйти, когда Вэнь Синчэнь снова спокойным тоном спросил:
— Тренер, хотите пойти с нами?
Лу Конбинь помолчал, а затем тут же остановился. Немного подумав, он неохотно кивнул и сказал:
— Раз уж вы меня пригласили, ну что ж, хорошо.
Вэнь Синчэнь слегка улыбнулся:
Лу Цзиннин, наблюдая за этими двумя, разыгрывающими спектакль, почувствовал, что больше не может на это смотреть. Он посмотрел на небо, закатив глаза, глубоко вздохнул, засунул руки в карманы и повернулся, чтобы уйти.
Для трапезы был выбран известный ресторан неподалёку.
После того, как все трое сели, Вэнь Синчэнь взял меню и, делая заказ, небрежно спросил:
— Тренер, у вас есть какие-либо диетические ограничения?
Проведя годы в путешествиях и работе, не будет преувеличением сказать, что он часто ел даже сырое мясо, так что вполне естественно, что у него не было права быть привередливым в еде.
Вэнь Синчэнь кивнул и снова спросил:
— Что вы предпочитаете? Острое или неострое?
— И то, и другое подойдёт, — ответил Лу Кунбинь, бросив на него недовольный взгляд, — Продолжаешь спрашивать меня о моих вкусах, почему бы тебе не спросить своего одноклассника?
Вэнь Синчэнь небрежно произнёс:
— О, его не нужно спрашивать, я знаю, что он любит есть.
Лу Конбинь увидел, что тот уже заполнил меню и передал его, и скептически отнёсся к его, казалось бы, формальному ответу.
Только когда подали еду, он убедился, что всё сказанное им было правдой.
Стол был заставлен ослепительным множеством блюд, каждое из которых было именно тем, что любит Лу Цзиннин; всё было практически безупречно.
Но чем совершеннее была еда, тем сильнее становилось тревожное чувство в его голове. Он невольно обернулся и посмотрел на Лу Цзиннина с ещё большим подозрением.
Лу Цзиннин, застигнутый врасплох этим пристальным взглядом, выглядел совершенно озадаченным.
В этот момент Вэнь Синчэнь налил Лу Конбиню бокал вина и подал его, прервав его попытку узнать больше.
Все трое сидели за столом, ели и болтали о пиратском нападении и предстоящем совместном конкурсе обмена между военными академиями.
Вэнь Синчэнь сегодня казался необычайно разговорчивым, и обед пролетел быстро.
После выхода из ресторана он сначала хотел проводить Лу Конбиня, но после вежливого отказа все трое вернулись в свои комнаты на обеденный перерыв.
На протяжении всего обеда Вэнь Синчэнь демонстрировал похвальную игру, но даже несмотря на это, Лу Конбинь чувствовал себя неловко, и в его голове крутился вопрос.
После окончания дневных тренировок и перед уходом он наконец не смог удержаться и отвёл Лу Цзиннина в сторону, осторожно спросив:
— Нинцзай, скажи папе правду, что происходит между тобой и этим Альфой?
Лу Цзиннин был ошеломлен этим внезапным вопросом:
— Папа не старомоден. Если тебе действительно нравится какой-то Альфа, не нужно это от меня скрывать. Обещаю, я не брошусь к нему и не изобью его.
— О чём ты думаешь? Мы с Вэнем братья!
Лу Конбин оставался скептически настроенным:
— А могут ли быть настоящими братьями Альфы и Омеги?
— Конечно, могут! Мы с Юй Цинцаном практически выросли вместе, не так ли? Значит, у меня к нему есть другие чувства? Что ты думаешь?
Услышав имя Юй Цинцана, Лу Конбин подсознательно покачал головой:
— Юй Цинцан не подойдёт, он слишком слаб.
Однако, услышав слова Лу Цзиннина, он не стал настаивать. Но перед уходом он всё же не удержался и добавил несколько слов беспокойства:
— Нинцзай, если тебе действительно понравится какой-нибудь Альфа, не забудь сказать об этом отцу. Я могу помочь тебе его проверить. Ты не знаешь, альфы в наше время очень расчётливы. Например, этот Вэнь Синчэнь, ты относишься к нему как к брату, но кто знает, может, у него другие планы.
Услышав это, Лу Цзиннин не смог сдержать смех и перебил его:
— Уверяю тебя, даже если бы я попытался к нему подкатить, Лао Вэнь совершенно точно не проявил бы ко мне никакого интереса.
Если бы он действительно был заинтересован, ему не пришлось бы так стараться, чтобы получить временную метку.
Лу Конбин, не подозревая о том, что произошло между ними, должен был бы успокоиться уверенным тоном Лу Цзиннина, но, поразмыслив, он нахмурился от крайнего недовольства.
Это больше похоже на то, как тот парень Вэнь смотрит свысока на их драгоценного Нина! И ведёт он себя очень высокомерно. Похоже, у него действительно высокие требования, не так ли?!
После возвращения Лу Конбиня команда по обмену продолжила ежедневные тренировки, следуя оставленным им методикам.
В это время Лу Цзиннин некоторое время посещал больницу, но, к сожалению, Вэнь Синчэнь категорически отказался его слушать и пройти полное обследование.
Однако были и хорошие новости.
После стимуляции, вызванной пиратским инцидентом, и после экстремальной разрядки, феромонное расстройство Лу Цзиннина стало значительно лучше, почти как в перемотке вперёд. Если он будет уделять внимание нескольким вещам, у него не будет проблем с участием в соревнованиях.
Наконец, спустя полмесяца, официально начался день соревнований по обмену из военных академий.
Во главе с Цзи Ханем команда студентов из Импераской военно-морской Академии официально отправилась на место проведения соревнований — в оборонную Академию Чунъюнь.
При входе на территорию кампуса их встретили два сотрудника в униформе и проводили в отдельную зону отдыха.
Университет обороны Чунъюнь обладал уникальной особенностью среди военных академий. В отличие от фронтовой военной поддержки, он больше ориентирован на подготовку персонала для работе в тылу. Поэтому распределение личностей ABO в нём наиболее близко к такому, какое реализуют в обычных университетах Империи.
Лу Цзиннин невольно вздохнул пока шёл:
— Академия Чунъюнь так отличается от нашей! Соотношение Омег просто зашкаливает! Можно встретить столько Омег, просто прогуливаясь. Это гораздо приятнее для глаз, чем одни Альфы!
Вэнь Синчэнь, идущий рядом, не собирался ничего говорить, но тут услышал, как Лу Цзиннин продолжил свой монолог:
— Студенты из Чунъюнь, наверное, все придут посмотреть на обменные матчи, верно? Интересно, влюбятся ли эти Омеги в мою привлекательную фигуру, увидев брата Лу?
Что, Альфы тебе больше не нужны? Ты настолько одичал, что даже Омег отпускать не хочешь?
Прежде чем он успел что-либо сказать, кто-то рядом не выдержал:
— Лу Цзиннин, неужели у тебя нет хоть немного приличий? Ты, по сути, испортил всех Омег в нашей Академии! Теперь, когда мы наконец-то приехали в другую Академию, неужели ты не можешь просто оставить нас, Альф, подальше от леса?!
— В какую эпоху мы живем? Почему люди до сих пор стремятся к отношениям типа AO? Отношения AA и OO — тоже дают достаточно вариантов. Если вам не нравится ни один из них, есть множество привлекательных бета. Не зацикливайтесь на мирских представлениях. Откройте свой разум, и мир станет ярче и красочнее.
— Это твоя причина лишать нас шанса найти настоящую любовь?!
— Ты не можешь выбирать меня в качестве мишени только потому, что я исключительно талантлив, — Лу Цзиннин с презрением покачал головой, повернувшись к Вэнь Синчэню. — Лао Вэнь, скажи мне правду, разве это моя вина, что я от природы красив?
Вэнь Синчэнь оглянулся на него, на его губах играла лёгкая улыбка.
— Это не твоя вина. — Лу Цзиннин удовлетворённо кивнул, но прежде чем он успел что-либо сказать, человек рядом с ним продолжил, — Поэтому, чтобы не растратить это природное преимущество, я предлагаю тебе несколько раз продефилировать перед началом соревнования, чтобы лучше это продемонстрировать. В противном случае никто не сможет в полной мере оценить твоё уникальное обаяние.
— …Я же не павлин, демонстрирующий свои перья, зачем мне выставлять себя напоказ?
Вэнь Синчэнь медленно произнёс:
— Конечно, нет, у тебя гораздо больше идей, чем у павлина.
Он вполне обоснованно подозревал, что этот человек издевается над ним, но доказательств у него не было.
Что с ним такое, если он всегда готов оскорбить кого-нибудь? У него опять сегодня гормоны разбушевались?
Остальные уже безудержно смеялись.
В разгар этой шутливой перепалки сотрудники ресепшена плавно проводили команду обмена Ди Хай в зону отдыха.
Как только он вошёл, к нему подошла группа людей.
На этот раз все они представляли свои Академии и все были в своей форме. По их форме, аккуратной лазурной одежде, было легко понять, что это члены команды обмена из Академии Инъин (Академия военной механики).
Лидер остановился перед ним и поприветствовал его с полуулыбкой:
— Вэнь Е, мы снова встретились.
Вэнь Е немного томно взглянул из-под ресниц и спокойным тоном сказал:
На этот раз в их команде обмена Академии Дихай было несколько ветеранов с предыдущих соревнований, и их отношение к этим людям было не очень дружелюбным.
В предыдущих соревнованиях Академия Дихай с небольшим отрывом проиграла Академии Инъин, заняв второе место. Тан Цзяцзе был одним из официальных членов команды тогда, и неожиданно он снова участвовал в соревнованиях в качестве капитана.
Академия Дихай и Академия Инъин уже давно соперничают за звание лучшей Имперской Военной Академии, их соперничество граничит с тупиком. Эта короткая встреча уже вызвала сильное напряжение; это действительно было похоже на случай встречи заклятых врагов на узкой дороге.
Тан Цзяцзе сохранял респектабельный вид, по крайней мере, его тон был искренним:
— Я слышал о нападении на Академию. Я слышал, что потери были тяжелыми, это действительно прискорбно.
— Как жаль. Я думал, что у нас получится хороший матч на поле, но случился этот неожиданный инцидент. Организация команды для участия в соревнованиях в такое сложное время, безусловно, заслуживает похвалы. Но, как бы то ни было, дружба на первом месте, а соревнование — на втором. Каким бы ни был окончательный результат этих соревнований по обмену, этот дух соперничества — пример для всех нас, студентов военного училища этого года, и мы все должны извлечь из него урок.
Лу Цзиннин недовольно нахмурился, услышав этот странный диалог.
Значит, они уже обречены на поражение в этом году?
Члены команды Имперской Академии Дихай были несколько недовольны, и атмосфера накалилась.
Бин Юньлинь шагнул вперёд, нарушив молчание улыбкой:
— Не слишком ли рано говорить о том, с чем мы ещё даже не сражались?
Тан Цзяцзе кивнул и усмехнулся:
— Если больше нечего делать, мы вернёмся и отдохнём.
Тан Цзяцзе отошёл в сторону, чтобы уступить им дорогу, вежливо сказав:
Остальные члены команды явно не хотели обращать на них больше внимания и прошли мимо, не глядя.
Когда группа проходила мимо, кто-то из команды Академии Инъин нахмурился от недоумения:
— Мне кажется или в команде Академии Дихай есть Омега?
Тан Цзяцзе, уже заметивший Лу Цзиннина, стоящего в толпе, тихонько усмехнулся:
— Это лишь доказывает, что Академия Дихай понесло тяжёлые потери в этой атаке. Вероятно, у них больше никого не осталось, поэтому они прибегли к использованию Омеги для замены на таком важном событии, как конкурс обмена.
Остальные не могли сдержать смеха:
— Это похвальный дух, не правда ли?
Тан Цзяцзе усмехнулся и помахал рукой:
С уходом команды Академии Дихай, казалось, исчезло ещё одно препятствие на пути к победе в чемпионатах.