Резонансная страсть. Часть 2. Глава 15.
Его тело покачивалось взад и вперед… взад и вперёд.
Несмотря на постоянное покачивание, чувства беспокойства не было. Вероятно, это было потому, что движения Зеро, который его удерживал, были размеренными, а шаги — устойчивыми.
Пока он полусонно доверялся Зеро, его угасающее сознание постепенно возвращалось. Туманные ощущения становились яснее и он мог понять состояние собственного тела.
Повышение температуры тела. Неумолимо учащённое сердцебиение. Пот, хлещущий из пор, пытаясь выпустить тепло, запертое в теле.
Осознав это, он заметил, что места, где он соприкасался с Зеро, покалывали слабым электрическим током.
Нахмурив брови от слабого электрического разряда, Казуса слегка приоткрыл глаза и посмотрел на Зеро. Первое, что бросилось ему в глаза, — это пот, блестящий на шее Зеро. Тело Зеро, прижавшееся к нему, тоже было довольно горячим. Жаркое и потное. Как и он сам.
Ответ на этот вопрос пришёл сразу после того, как Зеро, держа Казусу на руках, вошёл в лифт и нажал кнопку этажа.
Даже не дожидаясь закрытия двери, Зеро опустился на него, накрыв его губы поцелуем.
Застигнутый врасплох, он приоткрыл губы и язык с силой проник внутрь. Смущённый, он сам схватил его язык, начал бороться с ним, лизать и сосать. Язык скользнул по внутренней стороне его верхнего нёба, затем поцарапал зубы и, наконец, пососал нижнюю часть языка.
Такое грязное истязание во рту доставляло невероятное удовольствие.
Опьянённый сладким насилием, Казуса обнаружил, что реагирует на движения языка Зеро. Они жадно сосали губы друг друга, переплетали языки и смешивали слюну единую в мокрую массу. Хлюпающие, хлюпающие звуки эхом разносились в тесном лифте, а излишки слюны капали с уголков их ртов.
Когда их губы раздвинулись, Казуса инстинктивно высунул язык, чтобы найти больше контакта, и втянул его обратно в рот. Меняя угол поворотами головы, они целовались снова и снова и от недостатка кислорода у Казусы закружилась голова. Его зрение затуманилось от слёз.
Температура тела ещё больше повысилась, сердцебиение стало аномально учащённым. Казалось, всё тело Зеро тоже горело.
В тесном пространстве лифта концентрированный, плотный феромон пронизывал воздух, вызывая у Казусы головокружение. Нижняя часть живота болезненно пульсировала, а нижнее бельё уже неприятно натянулось.
Нижняя часть живота... была горячей.
Не в силах больше терпеть, Казуса крепко обнял Зеро за шею. В этот момент раздался звук и двери лифта открылись. Зеро вышел длинными шагами. Сквозь затуманенные слезами глаза Казуса увидел дверь в комнату 701 — комнату Зеро.
Казуса слышал звук открывающейся и закрывающейся двери сквозь туман в своём сознании. Даже войдя в комнату, Зеро продолжал двигаться широкими шагами.
Наконец, его осторожно опустили на мягкую, упругую поверхность. Лёжа на спине, Казуса посмотрел на незнакомый потолок. Равномерно расположенные точечные светильники светились оранжевым. Поворачивая голову влево и вправо, он увидел слева чёрную ширму, а справа — окно с задёрнутыми шторами. Он лежал на огромной двуспальной кровати.
Пока он размышлял об этом, он услышал шорох у своих ног. Поднявшись на локтях, Казуса увидел Зеро, который с раздражением расстёгивал свою чёрную рубашку. Вероятно, это он уронил пальто на пол. Не в силах дождаться, пока все пуговицы будут расстёгнуты, Зеро снял рубашку через голову и небрежно отбросил её в сторону.
Великолепное загорелое тело, появившееся перед Казусой, захватило дух.
Не только крепко сложенные ключицы, два выступающих плеча, мускулистые бицепсы, напоминающие холмы, хорошо развитые грудные мышцы и пресс с шестью кубиками, были невероятно впечатляющими, но это была не единственная причина, по которой Казуса был очарован.
На его крепкой, приподнятой груди, плечах и предплечьях были вытатуированы симметричные племенные узоры. Чёрные геометрические узоры были характерны для так называемых племенных татуировок, которые изначально были способом для воинов из чужих стран продемонстрировать свой социальный статус и свирепость посредством уникальных узоров своего племени.
В те времена, когда он был врачом, Казуса лечил многих пациентов с татуировками в центре города. Расположение и дизайн татуировок варьировались от человека к человеку. Одни татуировки производили устрашающее впечатление, другие же внушали легкомыслие. Но татуировки Зеро были другими — они излучали достоинство и величие, усиливая его дикое обаяние.
Заворожённый татуировками, которые ещё больше подчёркивали суровый шарм Зеро, Казуса заметил, как тот, со скрипом пружин, забирается на кровать.
Заметив взгляд Казусы, Зеро спросил:
— Они такие же, как и у моей матери. Я слышал, что это родовой узор, — объяснил Зеро.
При ближайшем рассмотрении, узор, казалось, включал в себя клыки животных и растительные мотивы, переплетённые с геометрическими узорами.
Тот факт, что это был родовой узор, означал, что у матери Зеро тоже была татуировка, созданная по образу её предков. Вероятно, именно это наследие, передаваемое из поколения в поколение, наделило дизайн татуировкой величием и благородством, в отличие от обычных модных или устрашающих татуировок.
— Это… так красиво, — восхищённо выдохнул Казуса. Не только татуировкой, но и всем существом Зеро.
Легкая улыбка появилась на губах Зеро.
— Казуса. — Не «Доктор», «ты» или «Лемур», а его имя, отчего Казуса задрожал. — Казуса…
Услышав своё имя снова, произнесённое пылким голосом Зеро, сердце Казусы сжалось от горько-сладкого чувства.
За тридцать лет своей жизни он впервые испытал подобные эмоции.
Даже на крыше, когда они обнимались, и когда Казуса ещё не знал имени Зеро. Для Зеро Казуса, вероятно, был просто случайной встречей, спонтанным партнёром, движимым страстью. Зеро мог бы легко закончить на этом, безо всяких обязательств.
Но он этого не сделал. Он протянул руку помощи Казусе в его затруднительном положении.
Последний месяц Казуса полагался на доброту Зеро, прижимался к нему и начинал новую жизнь.
Это был короткий, но в то же время долгий месяц, наполненный множеством событий. Теперь Казуса знал, каким человеком был Зеро, его болезненное прошлое и будущее, которое он себе представлял.
Под ослепительной внешностью Зеро скрывался искренний, страстный и нежный человек.
Именно благодаря тому, что Зеро был таким человеком...