Мне нравятся твои феромоны. Новелла. Глава 36.
Сун И удивленно воскликнул, почувствовав, что аромат цветов показался ему чем-то знакомым.
Пока он размышлял, стоявшая рядом Чэнь Юэ рассмеялся и сказал:
— Такой невинный? Никогда не думал, что тебе такое нравятся.
— Ни за что, брат, тебе может нравиться что угодно. Но омеги с такими феромонами, похоже, встречаются довольно редко, по крайней мере, я таких никогда не встречал.
— А как насчет того, чтобы устроить ретро-церемонию сватовства, брат Лу, чтобы помочь тебе найти такого Омегу с такими феромонами в районе Первой средней школы? Если мы не найдем ее в Первой средней школе, мы начнём поиски Второй, Девятой и Семнадцатой средних школах…
Лу Синци взглянул на него, улыбка все еще оставалась на ее лице:
— Похоже, у вас много свободного времени?
Почувствовав скрытый смысл в его словах, Чжоу Синчэнь резко покачал головой и замолчал.
Они ещё шутили, когда Сун И вдруг кое-что вспомнил. Он повернул голову и спросил:
— Сяо Дуань, ведь твой феромон... — он сделал паузу, а затем, сглотнув, произнес последнее слово, —... фрезия?
Он только что подумал об этом и понял, что, совершенно точно, не рассказывал Лу Синци о своих феромонах. Хотя он, возможно, мог и сам их почувствовать...
Дуань Цзяянь в последний раз взглянул на этикетку, а затем лениво отвёл взгляд.
Сун И взглянул на Дуань Цзяня, затем на Лу Синци, выглядя несколько растерянным.
Несмотря на многочисленные слухи о них двоих, Сун И знал, что у Дуань Цзяяня с самого начала и до конца не было таких намерений.
Изначально он думал, что и у Лу Синци, вероятно, не было подобных намерений, и что он считал Дуань Цзяяня лишь хорошим другом. Но восприятие запаха феромонов — дело сугубо личное.
Прямое признание Лу Синци в том, что ему нравится этот феромон... неужели это правда...?
Экскурсовод призвал всех перейти к следующему экспонату. Увидев, как Дуань Цзяянь небрежно следует за ним, Сун И на мгновение отложил свои мысли.
По возвращении в Нинчэн школа потребовала от участников написать краткое изложение своего посещения музея ABO объёмом 1000 слов.
Дуань Цзяянь писал медленно, потому что ему никогда не нравилось писать подобные вещи, поэтому, когда в последний день подошло время сдавать домашнее задание, он всё ещё неспешно его дописывал.
Во время длительной перемены половина учеников в классе исчезла.
Дуань Цзяянь писал небрежно. В последнее время температура резко понизилась, и школа, заботясь о здоровье учеников, разрешила всем приходить в школу в своей одежде.
В классе ещё не было отопления, поэтому было немного холодно. Дуань Цзяяня начало клонить в сон, пока он писал, и достал телефон, намереваясь послушать музыку, чтобы не заснуть, когда вдруг почувствовал приторно-сладкий запах.
До его носа донёсся едва уловимый аромат мёда, за которым последовали запахи гардении, корицы и фруктовых конфет...
Дуань Цзяянь нажал на паузу, проводя большим пальцем по экрану телефона.
Это запах феромонов Омега, и феромоны выделяет не один Омега.
Сун И, который до этого спал, поднял голову и с оттенком беспокойства взглянул на Дуань Цзяяня, слегка расширив глаза:
— Я тоже так думаю. — ответил Дуань Цзяянь.
— Не может быть! Кто мог быть таким беспечным?
— Не знаю, кажется, они на нашем этаже.
Пока он говорил, Дуань Цзяянь искал в ящике стола средства для блокирования феромонов. В этот момент по школьной системе оповещения раздался громкий звук:
«Срочное объявление! Внимание всем студентам и преподавателям!»
Выступала учительница. Она говорила быстро и чётко:
«У одной ученицы из группы «Омега» началась течка. Из-за поздней инъекции подавляющих препаратов некоторые ученицы второго года старшей школы из группы «Омега» также пострадали и сейчас у них начинается течка. Все ученики из групп «Альфа» и «Бета», пожалуйста, пройдите на спортивную площадку. Особенно ученики из группы «Альфа», пожалуйста, как можно скорее пройдите на спортивную площадку организованно под руководством преподавателей и персонала…»
Эстральные циклы Омега могут влиять друг на друга. Если у одной Омеги происходит незапланированная течка, другие Омеги также войдут в свой эстральный цикл после стимуляции феромонами. Поэтому эксперты по гендерным вопросам всегда рекомендовали, чтобы в случае незапланированной течки, Омеги без партнера как можно скорее начали использовать подавляющие средства, не только ради себя, но и ради безопасности других Омег.
Чжао Миньцзюнь бросилась к двери класса и несколько раз постучал в нее:
— Вы все слышали объявление? Выходите скорее!
Ученики 10-го класса, принадлежащие к альфа- и бета-полам, быстро покинули класс. Чжао Миньцзюнь быстро огляделась и, увидев, что Дуань Цзяянь, кажется, неплохо справляется, дала ему указание:
— Дуань Цзяянь, закрой все двери и окна, а потом задерни шторы.
Сказав это, она поспешно ушла вместе с остальными.
Все оставшиеся в классе Омеги вкололи себе ингибиторы. После того как Дуань Цзяянь закончил вводить свой ингибитор, он немного отдохнул, затем встал и закрыл двери и окна класса.
Когда он задернул последнюю занавеску, внезапно почувствовал резкую боль в тыльной стороне ладони.
Дуань Цзяянь опустил голову: на тыльной стороне его ладони появилось красноватое пятно.
Чэнь Юэ дважды подбросил баскетбольный мяч к земле. Заметив, что Лу Синци выглядит немного рассеянным, Чэнь Юэ похлопал его по плечу и спросил:
Мальчик, стоявший рядом, услышал это и посмотрел в его сторону:
Они играли в баскетбол, когда прозвучало объявление. Услышав, что Альфа и Бета должны держаться подальше от учебного корпуса, они просто направились прямиком на спортивную площадку.
Несмотря на то, что здания средней школы и спортивная площадка находились далеко друг от друга, похоже, что довольно много Омег пострадали от этого. Едва уловимый, но приятный запах феромонов Омег, смешанный с ветром, ощущается всеми.
— Брат Лу, ты уже целую минуту тупо смотришь в сторону учебного корпуса, — Чэнь Юэ лукаво улыбнулся, — Должно быть, тебя что-то беспокоит.
Лу Синци выслушал поддразнивания Чэнь Юэ, ничего не сказав.
В такой ситуации другим омегам достаточно было бы просто ввести подавляющие препараты, но у Дуань Цзяянь стрессовое расстройство…
Интересно, не произойдёт ли что-нибудь неожиданное.
— Знаю, знаю! Брат Лу просто волнуется и растерян.
— Дуань Цзяянь же всё ещё в учебном корпусе?
— Ни за что, — засмеялся кто-то. — Люди из других классов не знают всей правды. Ты правда веришь, что брату Лу нравится школьный задира? Когда я спрашивал его об этом, он сам сказал, что они с братом Лу просто одноклассники, которые просто сидят рядом.
Лу Синци, который до этого момента молчал, повернул голову и посмотрел на мальчика:
— Я не помню точную дату, — сказал мальчик, потирая нос и напряженно пытаясь восстановит в памяти события, — Ну, это было вскоре после инцидента с флагштоком, когда все начали распространять слухи об этом.
До этого момента Дуань Цзяянь всё ещё считал, что их отношения — это просто отношения соседей по парте, сидящих рядом друг с другом. Хотя он и мог приблизительно догадываться о мыслях Дуань Цзяяня, услышать это от другого человека всё равно было совсем не то, что он предполагал.
Лу Синци улыбнулся, но эмоции в его глазах померкли.
Затем по школьному громкоговорителю было объявлено:
«Чтобы проверить состояние здоровья учеников Омега, пожалуйста, обратитесь в медицинский кабинет для осмотра после того, как вам сделают инъекции ингибитора и вы убедитесь, что вам ничего не угрожает».
Дуань Цзяянь рассеянно слушал школьную трансляцию. Его внимание сильно отвлекали боли в теле, и он лишь смутно понял, что в сообщении их просили отправиться в медпункт.
В школе слишком много Альф. Даже если все Альфы сейчас находятся на спортивной площадке, их феромоны всё равно могут проникнуть через двери и окна.
Покраснение на руке Дуань Цзяяня распространилось на предплечье. Сун И вздрогнул, впервые увидев у него стрессовую реакцию. Он понизил голос и спросил:
— Он на спортивной площадке, мы ничего не можем сделать.
Один за другим ученики класса «Омега» из 10-го класса покидали класс. Дуань Цзяянь, увидев стоящего там с встревоженным видом Сун И, утешил его:
— Сначала иди в медпункт. После того, как ты уйдешь, я немного посижу на его месте.
Хотя Сун И и был встревожен, он понимал, что оставаться здесь нет смысла. Если он не уйдет, его феромоны могут даже повлиять на Дуань Цзяяня.
— Тогда ты должен позвонить мне, если что-нибудь случится.
Когда они уходили, одна девушка увидела их и не удержалась от вопроса:
— Сун И, разве Дуань Цзяянь не идёт в лазарет?
— Он… — Сун И сделал паузу, — Он скоро тоже пойдёт.
Девушка с некоторым беспокойством спросила:
— С ним все в порядке? Ингибиторы перестали действовать? У меня есть несколько запасных ингибиторов; они ему нужны?
— Всё в порядке, всё в порядке, он уже сделал инъекцию подавляющих препаратов. — Сун И улыбнулся девушке, — Пусть он немного побудет один, пойдём вперёд.
Перед уходом Сун И в последний раз взглянул на Дуань Цзяянь, который запер дверь класса изнутри после того, как все ушли.
По дороге в лазарет Сун И очень волновался и долго колебался, прежде чем отправить сообщение Лу Синци.
[Староста класса, у Сяо Дуаня обострилось стрессовое расстройство. Если тебе будет удобно, не мог бы ты сходить и проведать его?]
Сун И думал, что ему придётся немного подождать, но никак не ожидала получить ответ так быстро.
Лу Синци выключил телефон и похлопал Чэнь Юэ по плечу:
— У меня дела, я ухожу первым. Если учительница Чжао спросит, скажи, что объясню ей позже.
Изначально Чэнь Юэ хотел просто так спросить, что случилось, но, увидев выражение лица Лу Синци, он проглотил свои слова и лишь кивнул.
После ухода Лу Синци, Чэнь Юэ, задумчиво размышляя о его поведении перед расставанием, заметил, что тот выглядел несколько взволнованным.
Он знал Лу Синци так давно и почти никогда не видел, чтобы тот выглядел встревоженным. Хотя выражение лица Лу Синци почти не изменилось, оно всё же заметно отличалось от обычного.
Классная комната для 10-го класса была заперта изнутри. Лу Синци несколько раз постучал в дверь, но ответа не получил. Полагая, что у Дуань Цзяяня может не хватить сил открыть ему дверь, Лу Синци подошел к окну. Он протянул руку, схватился за оконные решетки, а затем, собрав все силы, запрыгнул в класс через окн.
Как только он приземлился на пол, то увидел Дуань Цзяяня, склонившегося над его столом. Возможно, чтобы впитать феромоны, Дуань Цзяянь снял его куртку, висевшую на стуле, положил её на стол, а затем зарылся в неё лицом.
Нетрудно представить, какую боль испытывал Дуань Цзяянь.
Глядя на эту сцену, Лу Синци почувствовал душевную боль, но должен был признать, что вид Дуань Цзяяня, зарытого в его одежду, доставил ему смутное чувство удовлетворения. В этой ситуации в полной мере проявилась жестокая собственническая натура Альфы.
Лу Синци шагнул вперед, его рука прошла под грудь Дуань Цзяяня, обняла его и, зацепив за плечо, притянула к себе вместе со стулом.
Внезапно Дуань Цзяяня обняли сзади, и знакомый феромон пронесся мимо его носа. Поняв, кто стоит за ним, его прежде напряжённое обжигающее тело медленно расслабилось.
— Почему ты вернулся так рано?
— Сун И написал мне сообщение, что тебе плохо, — сказал Лу Синци и внимательно посмотрел на него, пока он говорил. Красные пятна, похожие на аллергическую реакцию, распространялись по его телу, напоминая татуировки, покрывавшие большую часть тела Дуань Цзяяня.
Лу Синци смутно заметил, что у него на щеке тоже есть аллергическая реакция.
Это действительно очень серьезно.
Увидев, как тот пристально смотрит на него, Дуань Цзяянь встретился с ним взглядом.
— Похоже, мне нужна временная метка, — сказал Дуань Цзяянь, а затем на мгновение замялся. — Это возможно?
О поцелуях с Лу Синци не могло быть и речи, да и долгие объятия тоже были нереальны. В сложившейся ситуации лучшим вариантом была бы временная метка, но он не знал, согласится ли на это Лу Синци.
Дуань Цзяянь прекрасно помнил, как в прошлый раз, когда ему понадобилась временная метка, ему пришлось долго ходить вокруг да около. Он даже был готов упрашивать и уламывать Лу Синци, лишь бы тот согласился.
— Конечно. — Мальчик, стоявший перед ним прищурился, выражение его лица было нечитаемым. — Если ты этого хочешь — конечно.
Дуань Цзяянь был удивлен, как легко тот согласился. Опасаясь, что Лу Синци может не осознавать последствий временной метки, он на мгновение заколебался, прежде чем совесть подсказала ему напомнить:
— Ты знаешь, что временные метки имеют накопительный эффект? Даже если метка исчезнет, слишком частое использование не только увеличивает риск возникновения привыкания Омеги — Альфа тоже может пострадать.
Лу Синци выслушал его, затем взглянул на него с легким удивлением.
— Правда? В таком случае, забудь.
Услышав его слова, Лу Синци с некоторым удивлением посмотрел на него: «Правда? Тогда забудь об этом».
— В конце концов, учитывая, что мы просто соседи по парте и сидим один напротив другого, кажется не совсем уместным позволять ситуации развиваться… — Он сделал небольшую паузу, — …неуместным образом.
Увидев, что лицо Дуань Цзяяня потеряло всякое выражение, взгляд Лу Синци немного смягчился:
— Об этом нам говорили на уроках полового воспитания, я это знаю. Три раза — это средний показатель для типичного Альфы. Если один и тот же Омега временно получает метку более трех раз, это может повлиять на его способность рассуждать здраво.
Поняв, что собеседник его дразнит, Дуань Цзяянь моргнул и неискренне сказал:
— Ну, учитывая твой уровень самоконтроля, тебе, вероятно пришлось бы сделать сотни отметок, прежде чем это подействовало бы на тебя.
Дуань Цзяянь указал на затылок:
Закончив говорить, он снова лег на стол, явно ожидая, когда тот его укусит.
Увидев его таким послушно лежащим там, губы Лу Синци изогнулись в улыбке — он был так взволнован, что даже рассмеялся.
Непринужденное поведение Дуань Цзяяня и его беззаботный тон ясно давали ему понять одну вещь. Дуань Цзяянь не считал его Альфой — или, скорее, само понятие различия между Альфами и Омегами просто отсутствовало в его сознании.
И хотя именно он кусал Дуань Цзяяня, он чувствовал, будто это ему поставили метку.
Эта мысль слегка раздражала его. Лу Синци медленно опустил голову и впился зубами в гладкую, светлую шею человека под собой.
Его движения были немного грубыми.
Несмотря на внешнее спокойствие, Дуань Цзяянь чувствовал себя добычей под львиной лапой, когда Альфа крепко обнял его сзади.
Он подавил желание сопротивляться, убегать или отбиваться — импульсы, совершенно неуместные в данный момент, — но всё его тело непроизвольно напряглось в тот же миг, как другой мальчик впился зубами.
Его пальцы так крепко вцепились в куртку на столе, что костяшки побелели.
Лу Синци не упустил из виду эти едва заметные реакции, потому что в такие моменты все чувства Альфы невероятно обостряются. Он нежно погладил Дуань Цзяяня по голове и, почувствовав, что тот постепенно расслабляется, уже собирался ввести феромоны в железы Дуань Цзяяня, когда в дверь класса постучали.
Лу Синци был ошеломлен. Он думал, что остальные еще какое-то время побудут на спортивной площадке, но не ожидал, что они вернутся так быстро.
Услышав стук в дверь, Дуань Цзяянь слегка растерянно сказал:
— Подожди! Лу Синци, давай остановимся.
Просить его остановиться в такой момент...
Ему, конечно, очень льстила такая уверенность Дуань Цзяяня в его выдержке и самообладании, но эта лесть сильно проигрывала желанию хорошенько его отшлёпать.
Более того, стрессовая реакция у Дуань Цзяяня была слишком сильной. Если бы эта метка не была завершена, даже если бы его отправили в больницу на изоляцию, кто знает, что могло бы произойти по дороге.
Видя, что тот его игнорирует, а стук в дверь продолжается, Дуань Цзяянь действительно запаниковал и с трудом приподнялся. Он протянул руку, чтобы схватить человека позади себя, но прежде чем он успел сделать хоть какое-то движение, его схватили за руки и слегка потянули за запястья. Руки Дуань Цзяяня выпрямили, лишив его возможности приложить больше силы.
Удерживая его одной рукой, Лу Синци ущипнул его за слегка раздраженное ухо.
Затем Дуань Цзяянь понял, что Лу Синци кусает его за шею и не может ему ответить. Вероятно, он пыталась таким образом подать ему знак, чтобы он вёл себя прилично и не ёрзал.
— Кто-то стучит, ты разве не слышал? Не кусай меня пока... ах!
Введение альфа-феромонов застало Дуань Цзяяня врасплох. Его янтарные глаза расширились, и он невольно издал тихий стон, в одно мгновение потеряв все силы.
Альфа-феромоны несли в себе смесь агрессии и успокаивающего комфорта; эти два совершенно противоположных чувства переплелись, оставив Дуань Цзяяня в некотором замешательстве. Он не был уверен, что потерял бы равновесие, если бы не сидел на стуле.
Инстинкт заставил его подчиниться другому человеку.
Когда стук в дверь не помог, снаружи раздались голоса мальчиков:
— Должно быть, правда? Дверь заперта изнутри.
Его голос был слабым и хриплым, словно жужжание комара и он отчётливо услышал смех юноши, стоявшего позади него.
— Эй, ребята внутри! Если вы ничего не скажете, мы полезем через стену!
Феромоны всё ещё проникали в его железы, метка ещё не была завершена, и Лу Синци не мог говорить. У него не было сил произнести ни слова. Дуань Цзяянь услышал шум, как кто-то перелезает через стену снаружи. Как раз когда Дуань Цзяянь уже собирался сдаться и подумать, что в худшем случае тот, кто войдёт у класс, просто всё увидит...
Лу Синци крепко провёл кончиком языка по его железе, а затем выпрямился и отпустил его от руки.
Дуань Цзяянь вздохнул с облегчением. Спустя короткое время он повернул голову и встретился взглядом с Лу Синци, стоящим за его спиной.
Только что получивший метку, Дуань Цзяянь выглядел мечтательным и нежным, его глаза все еще блестели от влаги.
Дуань Цзяянь вцепилась в руку Лу Синци и сильно потянул его вниз. Эти двое внезапно оказались настолько близко друг к другу, что чуть не столкнулись.
На мгновение Лу Синци показалось, что Дуань Цзяянь хочет его поцеловать. Хотя это было внезапно и не имело смысла, Лу Синци все же немного продвинулся вперед, готовый к сотрудничеству, но Дуань Цзяянь внезапно снова резко потянул его вниз.
Лу Синци не ожидал этого; застигнутый врасплох — и намеренно потакая выходкам Дуань Цзяяня — он был притянут так сильно, что внезапно оказался на полу, сильно наклонившись.
Дуань Цзяянь обеими руками надавил на его плечи и без колебаний снова толкнул его на пол, заставив Лу Синци присесть на корточки.
Лу Синци подчинился, но не понимал, что происходит. Видя, что Лу Синци всё ещё выглядит немного растерянным, Дуань Цзяянь, положив руку ему на плечо, поприветствовал мальчика, перелезшего через стену:
Увидев его, мальчик немного растерялся:
— Брат Дуань, ты здесь? Мы несколько раз стучали и звали, но никто не ответил, поэтому мы все подумали, что в классе никого нет.
Дуань Цзяянь сохранял спокойствие:
— А? Вы только что стучали? Я был в наушниках и ничего не слышал.
Мальчик, недолго думая, произнес «о», протянул руку, чтобы открыть дверь класса, словно готовясь впустить человека, стоящего снаружи.
— Оставайся здесь, не двигайся и не издавай ни звука. — Дуань Цзяянь наклонился и прошептал Лу Синци, — Когда позже придет больше людей, ты сможешь незаметно проскользнуть внутрь, притворившись, что вошёл вместе с ними.
Лу Синци бесстрастно присел на корточки и посмотрел на него снизу вверх:
Лу Синци долго смотрел на него:
— Могу я спросить, какое преступление я совершил?
Увидев его в таком состоянии, Дуань Цзяянь почувствовал редкий укол вины:
— Смотри, это же запертая аудитория. Если они перелезут через стену и найдут тут нас двоих, это же будет выглядеть довольно плохо!
— Ты боишься, что слухи о моей безнадежной любви к тебе изменятся на слухи о наших с тобой интрижках в классе? — Лу Синци на мгновение замолчал, — Звучит не очень хорошо.
— Неважно, — задумчиво сказал Лу Синци, взглянув на его выражение лица. — Я знаю что то, что мы делаем, не совсем то, чем стоит хвастаться.
— … — Сначала Дуань Цзяянь подумал, что это звучит неплохо, но, поразмыслив, понял, что в этом есть огромная проблема.
— Тогда я просто посижу здесь. — Сказав это, Лу Синци на мгновение задумался о своем нынешнем положении.
У дверей класса поднялась суматоха, люди входили один за другим.
С его ракурса он мог очень хорошо видеть ноги Дуань Цзяяня.
Этот парень даже зимой всё ещё демонстрирует свои лодыжки, из-под кроссовок и штанин выглядывает бледный участок кожи.
Лу Синци некоторое время наблюдал, затем протянул руку и осторожно коснулся колена Дуань Цзяяня.
Дуань Цзяянь только что получил от него метку, поэтому он уже был чувствителен к его феромонам. Когда его так слегка коснулись, его икра рефлекторно дернулась и Дуань Цзяянь наклонившись прошептал, словно вор:
— У меня рука немного соскользнула.
Дуань Цзяянь нахмурился, уже собираясь сказать ему, чтобы он перестал ёрзать, когда Лу Синци взглянул на него и вдруг нашел ситуацию забавной:
— Делать что-то настолько скрытно и незаметно — это, в общем-то, довольно захватывающе и довольно увлекательно, не так ли?