Мне нравятся твои феромоны. Новелла. Глава 74. Экстра 2.
Вскоре после окончания военной подготовки Дуань Цзяянь и Лу Синцы вместе поселились в квартире за пределами кампуса.
Хотя их распорядок дня в целом совпадал, расписание занятий различалось, поэтому зачастую в квартире находился кто-то один из них.
Пожив некоторое время вне кампуса, Дуань Цзяянь начал скучать. Однажды вечером, когда Лу Синцы открыл дверь, вернувшись с учебы, Дуань Цзяянь, развалившийся на диване и игравший в телефоне, поднял на него взгляд.
Он пристально смотрел своими янтарными глазами, явно оценивая, готов ли собеседник принять в их круг нового члена.
— Зачем заводить кошку? — спросил Лу Синци, переобувшись и вымыв руки. Он подошел к дивану и легонько ущипнул Дуань Цзяяня за щеку; заметив, как у того невольно сморщились глаза, он едва заметно улыбнулся. — Мне вполне хватает заботы о тебе.
Дуань Цзяянь привык действовать импульсивно, поэтому Лу Синци предположил, что это очередное мимолётное увлечение и не стал придавать вопросу особого значения..
К своему удивлению, в течение следующих нескольких дней он часто заставал Дуань Цзяяня за просмотром видео с домашними животными, когда тот возвращался домой.
Однажды перед сном он взглянул в сторону Дуань Цзяяня и небрежно спросил:
— Опять смотришь про кошек? — Дуань Цзяянь кивнул. — Ты действительно хочешь завести кошку? — Лу Синци взъерошил ему волосы и наклонился, чтобы посмотреть вместе с ним. Кошка на экране лениво мурлыкала. — Они, конечно, милые. Но если ты принесёшь кошку домой, тебе придётся за ней убирать, и есть ещё проблема с линькой.
Заметив, что Лу Синци колеблется, Дуань Цзяянь решил подкрепить свои доводы:
— Мы можем разделить обязанности: половина на тебе, половина на мне. Ничего сложного.
— Значит, мне тоже придется взять на себя половину забот?
— Ну, не будешь же ты просто смотреть, как она голодает, пока меня нет дома. — Ухмыльнувшись, Дуань Цзяянь подался вперёд, приблизившись к лицу Лу Синци, и быстро чмокнул его в щеку. — Давай заведем, а?
Лу Синци молчал, погрузившись в раздумья. Подумав ещё немного, Дуань Цзяянь прошептал ему на ухо:
— Лу гэ, я ооочень хочу кошку.
Его тёплое дыхание коснулось кожи Лу Синци, принеся с собой едва уловимый, стойкий аромат его феромонов. Почувствовав эту намеренную попытку его очаровать, Лу Синци на долю секунды потерял способность мыслить.
Поняв, что его мысли незаметно для него отвлеклись, Лу Синци вздохнул.
— Давай посмотрим на выходных. — Он сдался, серьёзно обдумав эту идею. — В студенческом союзе есть старшекурсница, которая держит кошек; она знает кошачий питомник, который, кажется, довольно хороший.
Глаза Дуань Цзяяня загорелись. Как раз когда он собирался добавить слова похвалы, Лу Синци просунул руку под одеяло.
Дуань Цзяянь неловко вздохнул, почувствовав, что это слишком.
— Ты же вчера сказал, что на этой неделе мы ничего не будем делать.
— Я это говорил? — Лу Синци посмотрел на него с невинным выражением лица. — Не помню.
Увидев бесстыдство Лу Синци, Дуань Цзяянь пнул его.
Прежде чем Лу Синци успел что-либо сказать, Дуань Цзяянь вдруг озорно усмехнулся.
— А как насчёт этого — если ты мяукнешь пару раз и, возможно, я позволю тебе нарушить слово.
Лу Синци медленно повторил его слова, а затем усмехнулся.
Угрожающая аура Альфы окутала его, и его феромоны, свежие и прохладные, как свежий снег, вырвались наружу. Ресницы Дуань Цзяяня задрожали. Он быстро оттолкнул Лу Синци и его насмешливое выражение лица исчезло:
Если бы он позволил Лу Синци делать всё, что ему вздумается, то завтра точно не смог бы заниматься никакими интенсивными упражнениями.
— Нет, — тихо сказал он, глядя на него. — Позволь мне тебя обнять.
Дуань Цзяянь подумал про себя: «Ты действительно умеешь уговаривать». Увидев, как другой юноша наклонился, Дуань Цзяянь протянул руку и похлопал Лу Синци по спине, больше не сопротивляясь его близости.
В конце концов, они принесли из кошачьего питомника кошку породы рэгдолл*.
Котёнок, которого он принёс домой, был весь белоснежным — лишь уши и область вокруг щёк имели приятный бледно-серый оттенок. Дуань Цзяянь опустил его на пол и осторожно ткнул пальцем в нос.
Его эффектная внешность сразу же привлекла внимание Дуань Цзяяня, стоило ему войти в питомник. К удивлению юноши, котёнок, похоже, тоже проникся к нему симпатией: пока они рассматривали котят, чтобы выбрать одного, этот малыш вёл себя с ним на редкость ласково.
Глядя на то, как юноша и котёнок весело играют вместе, Лу Синци подал голос, прерывая его:
Дуань Цзяянь даже не поднял головы:
— Давай назовём его Сюн Цзай**.
Лу Синци посмотрел на котёнка, который прижался к Дуань Цзяяню, присел на корточки и протянул руку, чтобы дотронуться до него.
Не успел он даже прикоснуться к его голове, как тот внезапно повернул голову и бросился в объятия Дуань Цзяяня.
Дуань Цзяянь слегка растерялся и подсознательно взглянул на Лу Синци. Но его внимание снова быстро привлёк мохнатый питомец, лежащий на нём. Мягкое, пушистое существо уютно устроилось у него на руках, и Дуань Цзяянь невольно раскрыл объятия и обнял его.
Встреченный новым хозяином, котёнок породы рэгдолл радостно тихонько мяукнул.
— Наш маленький медведь очень умный.
Лу Синци, наблюдая за происходящим, слегка приподнял брови и посмотрел в круглые голубые глаза котёнка.
Котёнок на руках у Дуань Цзяяня молча смотрел на Лу Синци, а затем внезапно покачал головой и повернулся к нему спиной.
У него было смутное ощущение, что этот котёнок, похоже, его не очень-то любит.
Как оказалось, его предположение было верным.
Дело не столько в том, что он его недолюбливал, сколько в том, что котёнок его полностью игнорировал. Всякий раз, когда он пытается его коснуться, котёнок принимал сопротивляющуюся позу, а иногда даже демонстративно убегал от него. Только когда он заманивал его едой, котёнок хотя бы мельком смотрел на него.
Пока котёнок был поглощён вылизыванием банки с кормом, Лу Синци почесал ему за ушком. Когда котёнок в знак сопротивления помотал головой, Лу Синци не смог удержаться от смеха.
Он протянул руку, подсунул большой и указательный палец под передние лапы кота и поднял его.
Глядя в его ярко-голубые глаза, Лу Синци пробормотал себе под нос:
— Просто у тебя немного скверный характер.
Во время разговора он сел на диван, держа котёнка на руках.
Котёнок попытался спрыгнуть с него. Заметив его малейшее движение, Лу Синци крепко обнял его.
Поймав его, Лу Синци провёл рукой по его спинке и полушутя, полусерьёзно спросил:
— Почему ты убегаешь, как только меня видишь?
Этот парень убегал от него изо всех сил, словно видел призрака. Однако он также был очень привязан к Дуань Цзяяню, постоянно желая наброситься на последнего, демонстрируя совершенно разное отношение к ним обоим.
Котёнок, вероятно, не ожидал, что он будет настолько дерзким, чтобы так крепко его обнимать, и на мгновение замер на месте.
— Ты даже пытаешься украсть моего парня. — Лу Синци постучала по слегка прохладному кошачьему носику, — Это уже перебор, знаешь ли.
Почувствовав его знаки внимания и привязанности, котёнок лениво махнул хвостом и снисходительно улёгся у него на коленях.
Увидев, что котёнок больше не пытается убежать, Лу Синци счёл его довольно умным и уже раздумывал, не купить ли ему кошачий домик или когтеточку побольше, когда из спальни вышел Дуань Цзяянь.
Он только что закончил принимать душ, когда увидел котёнка, мирно расположившегося на коленях Лу Синци, удивлённо хмыкнул и, отложив банное полотенце в сторону, захотел присоединиться к ним. Но неожиданно котёнок, который ещё минуту назад был тихим и послушным, взглянул в его сторону и вдруг громко замяукал.
Существо отчаянно забилось в руках Лу Синци, словно изо всех сил пытаясь вырваться на свободу прямо здесь и сейчас. Лу Синци был ошарашен такой резкой переменой в его поведении и на мгновение замер в растерянности.
— Лу Синци, — не удержавшись, спросил Дуань Цзяянь, — ты над ним издевался?
— Нет, — ответил Лу Синци с недоумением. — Я просто подержал его немного.
В этот самый момент, улучив удобный случай, когда тот отвлёкся, котёнок выпрыгнул у него из рук. Он подбежал к Дуань Цзяяню, встал на задние лапы и принялся легонько скрести когтями по его ноге, словно выпрашивая, чтобы его взяли на ручки.
Увидев кота таким, Дуань Цзяянь смягчился; он наклонился и подхватил его на руки. Подняв взгляд на Лу Синцы, он спросил:
— А зачем ты вообще его держал?
Он смотрел на котёнка, ластившегося к Дуань Цзяяню, и невольно усмехался, испытывая смешанное чувство досады и веселья при виде этого создания.
Со временем даже Дуань Цзяянь заметил напряжение, возникшее между Лу Синцы и котёнком.
Он наблюдал за тем, как питомец, только что выпрашивавший еду у него на руках, после того, как Дуань Цзяянь переложил банку с кормом в руку Лу Синцы, надолго замер в нерешительности, а затем, дёрнув хвостом, просто ушёл прочь; казалось, котёнок скорее предпочтёт остаться голодным, чем станет заискивать перед Лу Синцы. Дуань Цзяянь невольно улыбнулся, и в уголках его глаз собрались лучики морщинок.
Когда он улыбался, становились отчетливо видны мягкие припухлости под глазами — так называемые «валики улыбки» (во-цань). На дворе стояло начало зимы, в квартире работало отопление; на Дуань Цзяяне был белый вязаный свитер, сквозь вырез которого проглядывали его изящные ключицы.
Лу Синци уже собирался что-то сказать, когда внезапно почувствовал, как его накрыла волна жара.
Он прищурился, его кадык слегка дёрнулся.
В воздухе начал распространяться запах феромонов.
В отличие от обычного, эта альфа-аура обладала резкой, агрессивной остротой, которая обрушивалась с подавляющей интенсивностью, наполняя комнату ароматом дерева и зелени.
Котёнок, который ещё мгновение назад играл со своим хвостом, внезапно вскочил и настороженно посмотрел в их сторону.
Дуань Цзяянь нерешительно спросил:
— Ты вступил в период восприимчивости?
Лу Синци встретил его взгляд и слегка кивнул.
Период восприимчивости Альфы, как известно, крайне нерегулярен и обычно случается три-четыре раза в год. В этот период желание Альфы доминировать и проявлять собственничество достигает своего пика, а тем, у кого есть партнёр, становится невероятно трудно подавить желание сожрать его целиком.
Возможно, из-за возраста период повышенной восприимчивости протекал у Лу Синци особенно остро. Почувствовав исходящие от него феромоны, Дуань Цзяянь ощутил, как у него невольно подкашиваются ноги.
Немного помедлив, Дуань Цзяянь отставил в сторону банку с кошачьим кормом и подошёл к Лу Синци.
Опыт подсказывал, что лучше всего дать ему почувствовать себя в безопасности, поэтому Дуань Цзяянь потянулся, чтобы обнять его, но вместо этого Лу Синци дёрнул его за руку, и он, споткнувшись, оказался прямо в его объятиях.
Вдобавок ко всему, тот, кто его поймал, ещё и поддразнил его:
— Почему ты не смотришь под ноги, когда идёшь?
Дуань Цзяянь отстранился, собираясь пригрозить, что тот переждёт гон в одиночестве, если насмешки не прекратятся, но стоило ему открыть рот, как Лу Синцы подался вперёд и поцеловал его.
Их феромоны смешались, дыхание слилось воедино, а его самого опустили на диван. Лу Синцы смотрел на него, обхватив одной рукой за шею, а кончиками пальцев медленно поглаживая железу, источающую запах омеги.
Котёнок, которого довольно долго игнорировали, наконец не выдержал и подал голос.
Его лазурные глаза неотрывно смотрели в их сторону, словно он не понимал, что они делают.
Лу Синци взглянул на это, на его губах играла легкая улыбка. Он наклонился и прошептал Дуань Цзяянь на ухо:
— Похоже, он наблюдает за нами.
Как раз когда Дуань Цзяянь собирался сказать: «Я знаю», Лу Синци легонько постучал пальцами по его кадыку***. Поняв, что задумал другой, Дуань Цзяянь схватил его за руку и тихо спросил:
— У тебя вообще есть совесть? — Он жестом указал на котёнка на полу, — Ему всего четыре месяца! Он несовершеннолетний!
— Тогда заставь его закрыть глаза. — Лу Синци немного подумал, а затем решил перехватить инициативу и напомнил Дуань Цзяяню, — И будь потом потише: не подавай ребенку дурной пример.
Видя, что Лу Синцы начинает дурачиться, Дуань Цзяянь прямо сказал, — Пойдём в спальню.
Услышав это, Лу Синцы улыбнулся и послушно прекратил то, чем занимался.
На самом деле он не собирался ничего делать в гостиной. Альфы, охваченные гоном, одержимы иррациональным собственничеством: он не хотел, чтобы даже кошка увидела Дуань Цзяяня в таком состоянии.
Он подхватил Дуань Цзяяня обеими руками и приподнял. Чтобы удержать равновесие, Дуань Цзяянь был вынужден обхватить партнера за шею, так что его ноги повисли в воздухе.
Во-первых, он чувствовал себя неловко; во-вторых, объятия в таком положении означали, что ему приходилось полностью полагаться на поддержку Лу Синци.
Как только они вошли в комнату и Дуань Цзяянь уложили на кровать, Лу Синци тут же начал трогать его одежду.
— Кажется, я понял, почему вы с ним не ладите, — внезапно произнес Дуань Цзяянь.
Лу Синцы быстро поцеловал его рядом с губами; в его голосе послышалась легкая хрипотца:
— Да, именно так — вот почему. — Дуань Цзяянь улыбнулся и замахал ногами. — Кошки и собаки не очень-то ладят.
Лу Синци на мгновение замолчал.
— Нет. Это потому что ты нам обоим очень нравишься, — мягко поправил он. — Ты принадлежишь мне, поэтому он недоволен.
Дуань Цзяянь был ошеломлён, и кончики его ушей постепенно начали гореть.
Пока его запястья крепко удерживали, Дуань Цзяянь слегка запрокинул голову, отвечая на поцелуй. Казалось, Лу Синцы был даже более настойчивым в своём стремлении быть рядом, чем котёнок.
В конце концов, котёнок не стал бы так уверенно прижиматься к нему, постепенно всецело завладевая им.
Выйдя из спальни в домашних тапочках, Лу Синцы с лёгкой ленцой включил свет.
Он только что принял душ, и запах на его теле почти выветрился. Прежде чем усталость заставила Дуань Цзяяня закрыть глаза, он не забыл напомнить Лу Синци покормить кота. Как бы Лу Синци ни не хотелось расставаться со своим омегой, он понимал, что котёнок за дверью голодает уже большую часть дня, поэтому ему не оставалось ничего иного, кроме как выйти из комнаты.
Стоило ему включить свет, как он заметил неподалёку притаившегося пушистика.
— Сюн Цай, — позвал его Лу Синци. — Проголодался?
Котёнок вздрогнул и резко отпрянул назад.
Он не понимал, что именно ему говорят, но чувствовал, что аура, окружающая Лу Синци, отличается от обычной. Эта исходящая от него мощная, агрессивная энергия вызывала у животного тревогу.
Видя, что котёнок не переставая мяукает, Лу Синци протянул руку и закрыл дверь в спальню.
— Перестань его звать, — сказал он. — Я дам тебе поесть.
Он бросил взгляд на журнальный столик: котёнок уже доел консервы, которыми его ранее кормил Дуань Цзяянь, поэтому Лу Синцы открыл для него новую банку.
К его удивлению, тот не последовал за ним, а вместо этого он повернулся к двери спальни и даже попытался просунуть голову в щель.
Увидев это, Лу Синцы присел на корточки и почесал его за ушком.
Котёнок резко обернулся и недовольно на него мяукнул.
Поняв, что в глазах этой зверушки он вряд ли выглядит «хорошим парнем», Лу Синци опустил взгляд, а уголки его губ слегка приподнялись в улыбке:
Котёнок, разумеется, не мог понять, что он говорит. Однако вид растерянного и одновременно сбитого с толку животного позабавил Лу Синци; он пододвинул к нему банку с кормом. Проголодав почти весь день, котёнок не устоял и потянулся мордочкой к еде, чтобы начать есть. Лу Синци воспользовался моментом и положил руку ему на голову.
Шёрстка была мягкой, пушистой и невероятно приятной на ощупь.
— Если что-то «съесть» — значит, больше никогда этого не увидишь. — Не успел Лу Синци договорить, как котёнок вскинул голову и недовольно шикнул на него, показав зубы, словно не в силах терпеть его назойливые прикосновения.
Увидев это, Лу Синци оставил попытки погладить кота. Согнув пальцы, он слегка постучал костяшками по голове сердитого пушистика.
— Ешь давай, больше я тебя не трону.
После того случая с периодом гона Лу Синци казалось, что он всерьёз обидел котёнка.
Отношение животного к нему изменилось: если раньше оно его просто игнорировало, то теперь стало старательно обходить стороной. Даже когда Дуань Цзяянь пытался задобрить его банкой корма, пушистый комок шерсти просто хватал еду и убегал в сторону.
С приближением конца семестра оба они были заняты делами. Хотя по специальности Дуань Цзяяня экзамены нужно было сдавать всего по трём предметам, университет Д славился своей суровой экзаменационной сессией; к тому же Лу Синцы учился на одной из ведущих университетских специальностей, из-за чего ему приходилось днями напролёт готовиться к занятиям, не смыкая глаз по ночам.
В пятницу вечером в клубе устроили импровизированный ужин, поэтому Дуань Цзяянь отправил Лу Синци сообщение, напомнив ему покормить котёнка, когда он вернётся домой.
Лу Синци, вероятно, не найдя себе лучшего занятия, сфотографировал животное, кружащее вокруг своей миски с едой, и отправил снимок.
[У нас закончились консервы и он не ест сухой корм.]
Сообщения от Лу Синци приходили одно за другим:
[Я пытался, но не получилось.]
[Если Его Величество соизволит хотя бы раз на меня взглянуть, я даже не буду знать, как его отблагодарить.]
[Ты можешь уговорить его, когда вернёшься.]
Даже глядя на экран, Дуань Цзяянь мог себе представить, какой хаос творится дома.
Не имея иного выхода, он был вынужден пока оставить уборку на Лу Синцы. На встрече клуба присутствовали первокурсники с их потока; помня о своём котёнке породы рэгдолл, оставшемся дома, Дуань Цзяянь при первой же возможности поспешно ушёл, как только заметил, что остальные тоже начинают расходиться.
Открыв дверь их квартиры, он едва не решил, что у него галлюцинации.
Вероятно, из-за того, что в последнее время он тратил много времени и сил на подготовку к экзаменам, Лу Синци заснул, ожидая его возвращения. Высокий Альфа лежал, раскинувшись на диване, а его длинные ноги свисали с края в очень неудобной и некомфортной позе для сна.
К удивлению Дуань Цзяяня, котёнок тоже тихо свернулся калачиком рядом с Лу Синци, закрыв глаза, пригревшись рядом с ним.
Оценив в эту картину, Дуань Цзяянь почувствовал, как наконец-то его напряжённое нервное состояние отпускает его и выражение его лица смягчилось.
Он не ожидал, что они когда-нибудь достигнут того уровня, когда смогут так хорошо ладить друг с другом.
Он бросил взгляд на миску с кошачьим кормом: Лу Синцы уже убрал её, оставив на полу лишь пару случайно выпавших гранул.
Дуань Цзяянь бесшумно подошёл к дивану и протянул руку, чтобы погладить мягкую головку котёнка; тот медленно приоткрыл глаза и издал тихое, нежное мяуканье.
Дуань Цзяянь понизил голос и с улыбкой спросил:
— Ты понимаешь, что занял моё место?
Котёнок посмотрел на него мгновение, а потом снова уткнулся головой в объятия Лу Синци и закрыл глаза.
ПП: *Рэгдо́лл (от англ. Ragdoll — «тряпичная кукла») — порода крупных полудлинношёрстных кошек. Порода выведена в США в 1960-х годах заводчиком персидских кошек из Калифорнии Энн Бейкер. Кошки отбирались по наиболее мягкому характеру, в результате чего они могут полностью расслабляться на руках у человека, что и дало название породы. (рис. 1, 2, 3 внизу)
**Сюн Цзай (熊仔, Xióng Zǎi) переводится как «медвежонок» или дословно «детёныш медведя».
***Постукивание по кадыку (адамову яблоку) — это классический жест в BL- и омегаверс-литературе, который означает приглашение к оральной стимуляции. Это прямой провокационный намёк на то, что Лу Синци хочет, чтобы Дуань Цзяянь сделал ему минет. Кроме того автор показывает их потрясающее взаимопонимание о взаимодействие, потому что действия Лу Синци показывают, что он поддразнивает Дуань Цзяняня и даже когда его гон усиливается, он сохраняет контроль.
