Мне нравятся твои феромоны. Новелла. Глава 62.
— Мне не следовало говорить тебе это сегодня днём, — сказал Дуань Цзяянь. — Я больше не буду поднимать этот вопрос. — То ли из-за беспокойства, то ли из-за неуверенности в будущем, он действительно поступил неправильно, заговорив о расставании перед Лу Синци. — Я тут подумал... даже если мы не сможем подать заявки в университеты в одном городе, мы можем подать заявки в университеты в соседних городах. — Дуань Цзяянь сделал паузу, а затем продолжил, — На самом деле, я…
Он хотел поговорить о своих родителях, но потом решил, что это излишне. Лу Синци не был его отцом, с которым он встречался всего несколько раз, и он не был Фу Юань. Разговаривать обо всей этой чепухе кажется бессмысленным.
— Даже если у нас будут отношения на расстоянии, это нормально. — Дуань Цзяянь посмотрел на него и тихо сказал, — Я буду приходить к тебе каждый день.
Его глаза были ясными и полными слез, он смотрел на него, не моргая.
Но если это действительно отношения на расстоянии, как можно связываться с ними каждый день?
Лу Синци слушал его нелогичные слова, не понимая, пьян ли он. В конце концов, он не краснел, когда выпивал; даже уши у него лишь слегка подрумянивались. Прежде чем подняться на крышу, Лу Синци обдумывал, что хотел сказать Дуань Цзяяню. Но после того, как Дуань Цзяянь долго и нудно говорил, его подавленный гнев необъяснимым образом исчез.
Он не хотел произносить ни слова об этих угрозах или допросах в адрес Дуань Цзяяня.
— ...И я тоже буду, я буду усердно учиться. — Дуань Цзяянь сделал паузу. Он уже был немного пьян и невольно вздохнул от всего сердца, — Скажи, почему книги так трудно читать? Я плачу каждый день. Разве электромагнетизм — это то, чему люди могут научиться? Я же не электрический заряд, как я должен знать, в каком направлении он хочет катиться?
Лу Синци, казалось, усмехнулся.
Сразу после этого лёгкий и чистый аромат окутал лицо Дуань Цзяяня. Он почувствовал, как ладонь Лу Синци поддерживает его щеку, а другая рука нежно ткнула его по лбу.
Дуань Цзяянь понял, что он больше не злится.
Расслабившись, он не удержался и потёрся щекой о руку Лу Синци. Но, услышав насмешливый вопрос собеседника, под воздействием алкоголя, Дуань Цзяянь почувствовал необъяснимое раздражение:
— Не у всех мозг работает так же хорошо, как у тебя. По крайней мере, я знаю, что такое электромагнетизм. Если спросишь у Блэки, он может подумать, что ты говоришь об овощном рынке*.
Хэй Пи больше не учился в средней школе № 1 из-за тренировочного лагеря.
Услышав это, Лу Синци снова рассмеялся:
— Ты так подставляешь человека, когда его нет в школе?
Дуань Цзяянь посмотрел на него и улыбнулся, едва сдерживая эмоции.
— Впереди ещё год. — Лу Синци продолжала держать его за щеку, слегка скользя кончиками пальцев. — Я помогу тебе не спеша повторить материал, и ты получишь желаемый результат.
Его слова имели вес, и Дуань Цзяянь неосознанно согласился. Увидев это, Лу Синци тихо добавил:
Он говорил медленно и мягко, отчего сердце Дуань Цзяяня сжалось. Он вдруг осознал, что слишком долго говорил, но так и не сказал ничего самого важного.
— Смотри, я даже научился для тебя разбираться с электромагнетизмом. — он уже не мог выражать свои мысли достаточно ясно, поэтому в конце Дуань Цзяянь просто кивнул самому себе в знак одобрения, — Это значит, что ты мне очень нравишься.
Когда он закончил говорить, кто-то нежно поцеловал его в губы, словно его награждали за честность, проявленную ранее. Одурманивающие феромоны Лу Синци стали для Дуань Цзяяня ядом, их смертоносное притяжение сожгло весь его разум.
Дуань Цзяяню очень нравились такие прикосновения. Поцелуй воспринимался им одновременно как разрешение и как намёк, и он понял, что может взаимодействовать с этим человеком именно таким образом. Он может дотронуться до него, он может обнять его.
Дуань Цзяянь протянул руку и властным тоном потянул Лу Синци за воротник школьной формы:
Увидев его, Лу Синци понял, что он пьян. Изначально он хотел обнять Дуань Цзяяня, но потом подумал, что с тех пор, как они начали встречаться, он ни разу не видел его пьяным.
Вспомнив его прежнее поведение, он заинтересовался тем, что планирует сделать Дуань Цзяянь. Увидев, что он не двигается, Дуань Цзяянь, не теряя слов, шагнул вперед и обнял его за плечи.
Температура тела Дуань Цзяяня была немного выше, чем у него, и аромат цветов пронизывал его кожу. Держа его вот так, этот теплый и пленительный аромат стал еще более выраженным. Пальцы Лу Синци медленно погладили его затылок, голос его стал чуть тише:
— Не следует ли тебе использовать какое-нибудь защитное средство?
Феромоны в воздухе достигли почти предельной интенсивности. Дуань Цзяянь смутно помнил, что ему, вероятно, действительно нужно использовать блокатор. Изначально он планировал сделать это после школы, но как только увидел, что Лу Синци согласился, поспешно побежал на крышу.
Лу Синци увидел, как тот кивнул, а затем облизнул бледные губы.
Он думал, что Дуань Цзяянь собирается что-то сказать, но он неожиданно наклонился, коснувшись носом кончика носа Лу Синци, а затем он почувствовал мягкое прикосновение к своим губам. Лу Синци был немного удивлён и он не ожидал, что Дуань Цзяянь так внезапно его поцелует.
Затем уголки его губ слегка изогнулись в улыбке, отразившейся в его глазах. Даже сам поцелуй был таким невинным. Он просто возился, словно какой-то зверёк.
В отличие от Лу Синци, которого эта ситуация забавляла, Дуань Цзяянь испытывал сильное беспокойство и начал терять терпение. Простого, мимолётного прикосновения было недостаточно, чтобы удовлетворить его. Ему нравился запах феромонов Лу Синци, но добраться до самого источника никак не удавалось.
Дуань Цзяянь в последний раз с силой потёрся, как будто сердито, а затем отстранился, всем видом показывая, что ему этого было мало.
Он всё ещё не знал как начать поцелуй, поэтому просто прижал к себе Лу Синцы и пробормотал просьбу:
От этого откровенного приглашения у Лу Синци по спине пробежал холодок. Он опустил глаза, его взгляд медленно скользнул по светлому лицу юноши в его объятиях, а в его глазах невольно отразилась тёмная тоска.
Увидев, что он не двигается, Дуань Цзяянь потянул его за рукав, как будто выпрашивая внимание.
Лу Синци наклонился и приблизился.
Он действительно нашёл сокровище.
Аура Альфы стала резкой и жадной. В отличие от действий Дуань Цзяяня ранее, его поцелуй был грубым и напористым, пронизанным нескрываемым собственничеством. Дуань Цзяянь почти запыхался, но его пальцы возбужденно схватили рукав Лу Синци, даже не пытаясь отстраниться и позволяя другому проникнуть внутрь без всякого сопротивления.
В отличие от себя обычного, будучи пьяным, он, похоже, совершенно утратил всякую застенчивость. Он знал лишь одно: ему очень нравилась такая близость.
Он потерял счёт времени и когда они наконец отстранились, у Дуань Цзяяня закружилась голова, и он почувствовал, что дезориентирован. Инстинктивно он притянул руку Лу Синцы к своей талии, желая, чтобы тот обнял его крепче.
В отличие от того, что было раньше, на этот раз рука Лу Синцы обхватила его талию, крепко и уверенно прижав его к себе.
Дуань Цзяянь не понимал, почему другой человек так изменился, но был вполне доволен. Он вдохнул запах Лу Синци. Его рассудок постепенно рушился. В полубессознательном состоянии он почувствовал, как Лу Синци нежно погладил его по голове, слегка взъерошив его волосы.
— Спустимся вниз? — спросил он. — Уже поздно.
Пока им не приходилось расставаться, Дуань Цзяянь был не против чего угодно, поэтому с готовностью согласился.
Лу Синци слегка похлопал его по плечу, жестом давая понять, что нужно подождать немного, пока он сходит выбросить разбросанные пивные банки в мусорный бак на крыше.
Он успел подобрать лишь несколько штук, когда заметил, что Дуань Цзяянь тоже наклонился, чтобы их собрать, и едва не потерял равновесие и не упал, по-видимому, из-за того, что был пьян.
— Встань там, — перебил его Лу Синци, — я сам всё это уберу.
Услышав его слова, Дуань Цзяянь послушно выпрямился:
Лу Синци бросил пустую банку, которую держал в руке, в мусорное ведро:
— Я отведу тебя обратно в общежитие.
Спускаясь по крыше, Дуань Цзяянь шёл очень неуверенно. Если бы рядом с ним не было Лу Синци, который его поддерживал, он бы точно кубарем скатился с лестницы.
Он был совершенно пьян, а разум его помутился. По дороге обратно в общежитие с Лу Синци Дуань Цзяянь наклонился к его уху и вдруг позвал его.
Дуань Цзяянь не ответил на вопрос, а вместо этого протянул с ленивой, дразнящей улыбкой:
— Пёс Лу. Сяо Лу. Господин староста?
Поиграв некоторое время в одиночку, он пришёл к выводу:
Он говорил без умолку, а Лу Синци терпеливо отвечал. Дуань Цзяянь снова окликнул:
Дуань Цзяянь прислонилась к нему, очень чутко реагируя на его эмоции:
— Тебе нравится это слышать? — Прежде чем Лу Синци успел что-либо сказать, Дуань Цзяянь продолжал бормотать себе под нос, — Гэ, у тебя такой хороший характер.
Лу Синци на мгновение замолчал.
Он мысленно вздохнул, думая о стрессовом расстройстве и хрупком состоянии желез Дуань Цзяяня, и ему приходилось подавлять свои даже самые сильные импульсы.
— Гэ, почему ты ничего не говоришь?
— Я думаю, — медленно произнёс Лу Синци, в его словах был скрытый смысл, — Я надеюсь, что, когда ты вырастешь, ты по-прежнему будешь считать, что у меня хороший характер.
Дверь в комнате общежития была закрыта, а Сун И, вероятно, всё ещё находился в классе на третьем занятии по самоподготовке. Лу Синци нашел ключ у Дуань Цзяянь и открыл дверь.
Включив свет, Лу Синци оглядел комнату и налил Дуань Цзяяню стакан воды. На протяжении всего пути Дуань Цзяянь был окружен феромонами. Лу Синци спросил:
Дуань Цзяянь поднял подбородок и жестом указал на стол. Лу Синци искоса взглянул и увидел спрей на столе Дуань Цзяяня.
Вспоминая события второго года обучения в старшей школе, когда он сопровождал Дуань Цзяяня в аптеку за средством для блокирования феромонов, и постоянные насмешки последнего над ним, Лу Синци молча улыбнулся.
Внезапно ему больше не захотелось использовать защитное вещество на Дуань Цзяяне.
— Сначала я заблокирую твои феромоны. После моего ухода ты сможешь сам снова нанести блокирующее средство. — Он мягко спросил, — Ты меня понимаешь?
Дуань Цзяянь покачал головой, ничего не понимая.
— Всё в порядке, Сун И скоро вернётся и напомнит тебе, если почувствует запах.
Как раз когда Дуань Цзяянь собирался спросить, о чём он говорит, Лу Синци слегка наклонился вперёд и посмотрел на него сверху вниз.
— Подойди ближе, — сказал он, — и повернись ко мне спиной.
— Почему? — недоуменно спросил Дуань Цзяянь, но, доверяя ему, шаг за шагом следовал его указаниям.
— А Е, опусти воротник немного.
Услышав, как он назвал его по прозвищу, Дуань Цзяянь невольно протянул руку и потянул себя за воротник, как и было велено.
Его светлая и стройная шея была открыта для взгляда Лу Синци.
Лу Синци обнял его и придвинулся ближе к его железе.
Он ввёл совсем немного феромонов, поэтому это нельзя было считать меткой, но тело Дуань Цзяяня слегка задрожало от этого.
Альфа-феромоны могут блокировать омега-феромоны. После того, как он укусил Дуань Цзяяня за шею, феромоны Дуань Цзяяня на короткое время перестали выделяться.
Когда он остановился, Дуань Цзяянь, казалось, почувствовал себя неловко и слегка шагнул вперед. Но Лу Синци все еще держал его. Когда Дуань Цзяянь попытался увернуться, Лу Синци схватил его за руку, оттащил назад и прошептал ему на ухо:
Дуань Цзяянь внезапно повернул голову и, не говоря ни слова, уставился прямо на него, по-видимому, все еще будучи немного не в себе.
Он был одновременно невинным и прекрасным. Он действительно очарователен.
Увидев, что он смотрит пустым взглядом, Лу Синци предположил, что тот искренне расстроен, и собирался попытаться его утешить.
В следующее мгновение Дуань Цзяянь повернулся, наклонился вперёд и прижался к Лу Синци.
— Мне это нравится, — сказал он с ноткой удовлетворения в голосе, прищурив янтарные глаза. — Это так приятно.
ПП: *Электромагнетизм — это важнейший раздел физики. Он изучает связь между электрическими и магнитными явлениями. В китайском языке слова «электромагнетизм» и «овощной рынок» звучат очень похоже, поэтому человек, слушая беглую речь, и не зная узкой терминологии, запросто может услышать не то, о чём говорили на самом деле. Это примерно так же, как в русском языке можно легко спутать фразы «несу разные вещи» и «несуразные вещи». На слух они звучат не просто похоже, а практически идентично и, если говорящий не делает интонационные акцента, угадать фразу правильно практически невозможно.