Беременный ребёнком Короля Демонов. Side story 2. Экстра 1.
Глава 131. Side Story 2. Экстра 1.
Когда Таиши это сказал, Лоуэлл просто спокойно кивнул в знак согласия, а Феликс нахмурился.
Таиши, и без того с неловким выражением лица, поморщился от холодного тона. Однако он не стал себя поправлять и это подтверждало достоверность диагноза. Феликс сжал челюсти. Старые суеверия о том, что близнецы приносят несчастье, не имели значения. Все присутствующие это знали.
— В моем животе двое наших малышей, Феликс.
Лоуэлл протянул руку и нежно погладил Феликса по щеке, так же, как он успокаивал Эдвина. Словно получив замечательную новость, Лоуэлл выглядел искренне довольным. Феликс попытался смягчить напряжённое выражение лица, но это явно было непросто в конце концов, его лицо исказилось.
— И без того было очень сложно выносить даже одного ребёнка.... а теперь их уже двое.
Феликс не смог сдержать вздох. Воспоминание о тяжёлых родах Лоуэлла с Эдвином всё ещё цеплялось за него, как незажившая рана. Лоуэлл, тоже вспоминая тот день, взглянул на падающий за окном снег. Он молча считал каждую снежинку, пытаясь понять, как стереть страх из памяти Феликса.
— Всё будет хорошо. В прошлый раз было неудачное время. Сейчас я в гораздо лучшей форме, и мы уже сблизились не о чем беспокоиться, — Лоуэлл прекрасно понимал, что эти заверения вряд ли принесут ему утешение. Как и ожидалось, Феликс, который обычно принимал на веру всё, что говорил Лоуэлл, отказался отвечать на вопросы о его здоровье.
Хотя его голос был тихим и решительным, Феликс демонстративно избегал взгляда Лоуэлла, явно опасаясь, что даже один взгляд ослабит его решимость.
— Да. Это правда, что герцогиня сейчас чувствует себя намного лучше, чем когда впервые прибыла в Никс. Но поскольку это близнецы, ему потребуется ещё большая осторожность, чем во время беременности Эдвином. Сейчас он может чувствовать себя хорошо, но его живот значительно увеличится, и это, вероятно, будет очень неприятно.
Таиши ответил с профессиональным нейтральным тоном. Лоуэлл, наблюдая за тем, как крепче сжал руку Феликс, сдержал вздох.
Это... вероятно, сделает Феликса ещё более чрезмерно опекающим, не так ли?
Лоуэлл крепко зажмурил глаза, представляя будущее, в котором одержимость Феликса его здоровьем, которая только начала ослабевать, вспыхнет с новой силой.
— Приведите в замок ещё двух священников. Начинайте поиски.
Феликс отдал приказ без колебаний. Он не был сформулирован как «возможно, нам следует» или «я думаю, нам следует» — это был бескомпромиссный приказ.
— Да. Думаю, это было бы разумно.
Проблема заключалась в том, что на этот раз Феликс был не единственным, кто отреагировал слишком остро. Все в герцогском замке и так были в состоянии повышенной готовности из-за состояния здоровья Лоуэлла, и как только новость распространится, всё вокруг неизбежно погрузится в хаос.
Что ж... наверное, мне просто придётся смириться с этим как с судьбой.
Лоуэлл решил отнестись ко всему спокойно. Феликс уже готовился оградить его от внешнего мира, а персонал замка и так уже слишком суетился вокруг него. Если все это было необходимо для безопасного рождения близнецов, то это не было слишком тяжело... или так он себя убедил.
— Я позабочусь о том, чтобы на кухне начали готовить еду, которая ещё лучше способствует выносливости.
Феликс и Таиши долго разрабатывали подробный план «защиты» Лоуэлла. Лишь после долгих обсуждений они наконец завершили совещание. Лоуэлл, дремавший рядом с ними, внезапно проснулся и встал, делая вид, что все это время слушал.
— Лоуэлл, возьми меня за руку.
Феликс явно хотел обнять Лоуэлла, но сдержался и вместо этого протянул руку. Лоуэлл, привыкший к этому, принял объятия и, потирая сонные глаза, открыл дверь.
В этот самый момент Эдвин, вернувшись с тренировки по фехтованию, вбежал внутрь и попытался прыгнуть в объятия Лоуэлла. За последние несколько месяцев речь Эдвина значительно улучшилась, он стал звучать гораздо более по-взрослому, но рядом с Лоуэллом и Феликсом он всё ещё вёл себя как ребёнок.
Но Феликс, который был строг со всеми, но бесконечно добр к Эдвину, внезапно встал перед Лоуэллом и намертво преградил ему путь. Эдвин замер на месте, немного испугавшись.
— Эдвин, ты больше не должен так себя вести с Лоуэллом.
— Феликс, в этом нет необходимости.
Лоуэлл нежно похлопал Феликса по спине. Эдвин растерянно моргнул, подняв на них взгляд. Пожалев его, Лоуэлл присел на корточки и раскрыл объятия. Эдвин взглянул на выражение лица Феликса, а затем медленно вошёл в его объятия. Как только его окутал знакомый сладкий аромат Лоуэлла, он расслабился.
Феликс, поняв, что слишком остро отреагировал, цокнул языком и поднял Эдвина. Эдвин, поняв, что Феликс не сердился на него, ярко улыбнулся и громко захихикал. Этот радостный смех растопил напряжённое выражение лица Феликса.
— Эдвин, помнишь, мы говорили тебе, что у Лоуэлла в животе ребёнок?
— Да! Но вы сказали, что мне нужно подождать ещё немного, чтобы встретиться с ними. Я бы хотел увидеть его прямо сейчас...
Эдвин замолчал и, уткнувшись лицом в грудь Феликса, вёл себя более по-детски, чем обычно. Очевидно, его немного напугало строгое выражение лица Феликса.
— Ну что ж. Оказывается, у папы в животе не один, а два малыша.
Эдвин резко поднял голову, быстро моргая. Его лицо было похоже на лицо астронома, которому только что сказали, что на небе два солнца. Лоуэлл не смог удержаться от того, чтобы забыть о своих опасениях, и расхохотался.
— Верно. Поэтому с папой нужно быть ещё осторожнее. Обнимать его можно, но не нужно натыкаться на него или сжимать слишком сильно это может быть больно.
— Папе может быть больно? Нельзя, чтобы ему стало больно...
Эдвин нахмурился, на его лице читалась та же тревога, что и у Феликса. Он прекрасно знал, что когда Лоуэлл заболевает, он не может встать с постели.
Ему вовсе не обязательно было унаследовать это выражение лица...
Лоуэлл встал на цыпочки и поцеловал Эдвина в щеку. Несмотря на беспокойство, Эдвин улыбнулся, а затем быстро попытался снова принять серьёзный вид.
— Сейчас я не пострадал, так что не волнуйся. Феликс просто говорит, что нам следует быть осторожными заранее. Со мной все в порядке.
Лоуэлл мягко объяснил, и Эдвин снова радостно улыбнулся. Этого должно быть достаточно, чтобы успокоить его — на данный момент.
Однако Лоуэлл упустил из виду тот факт, что Эдвин был сыном Феликса от всего сердца.
Эдвин, обычно не любивший мечи, теперь носил один на бедре и вытянул руки, чтобы преградить путь Лоуэллу. Лоуэлл направлялся в теплицу почитать, пока Феликс был занят работой, и теперь остановился, растерянно моргая. Эдвин, которому только что исполнилось четыре года, стоял с удивительно решительной для ребёнка позой.
Лоуэлл взглянул на Тию, которая стояла позади мальчика. Она поняла его взгляд, но ничего не сказала, застыв в напряжённой позе. Она не попыталась объяснить поведение Эдвина.
— Ну... снег же скользкий! Если на него наступить и упасть, будет больно! Это плохо!
Никс был покрыт снегом круглый год. Сейчас уже не было смысла говорить очевидные вещи.
Пытаясь избавиться от нарастающего чувства страха, Лоуэлл протянул руку, чтобы поднять Эдвина.
— Папа, ты не можешь меня нести!
Но Эдвин отказался даже от этого. Как раз в тот момент, когда Лоуэлл начал немного грустить, задаваясь вопросом, не стал ли Эдвин вдруг более независимым...
— У тебя в животе два ребёнка.
— Это значит, что тебе нужно быть особенно осторожным! Я тебя защищу!
Его волнение заставило его говорить торопливо из-за чего произношение стало нечётким. Лоуэллу невольно захотелось приложить руку ко лбу. Это было так мило — видеть, как он заявляет, что защитит своего отца этим крошечным тельцем, — но в то же время это казалось чрезмерным.
— Эдвин, вчера я прекрасно себя чувствовал. И когда я нёс тебя на руках два дня назад, тоже не было никаких проблем, правда? Со мной всё в порядке.
Лоуэлл ожидал, что обычно послушный Эдвин быстро уступит.
— Д-да, но всё равно нужно быть осторожным! Нельзя, чтобы ты пострадал!
Брови Эдвина были подняты в знак непоколебимой решимости и не собирались опускаться. Для Лоуэлла это был неожиданный и грозный противник.