Что не так, если Альфа метит Альфу? Глава 18.
— Что ты делаешь со своим телефоном? — Инь Гу посмотрел на него.
— Разве ты не слушаешь музыку, когда принимаешь ванну? — Ю Чэнсун распахнул дверь ванной. Хорошо, Ю Чэнди ещё не принял ванну. Ванная была чистая, без пены. — Принимаешь ванну один, только ты и вода, одинокий, как снег.
— Но нас теперь двое. — Инь Гу закрыл дверь и показал ему жестом «двое».
— Верно. — Ю Чэнсун перестал снимать штаны и уставился на него. — Тогда почему ты не сказал об этом раньше?
— Я сказал это раньше. — Инь Гу спокойно снял штаны.
— Ебааать… — Ю Чэнсун взглянул на Инь Гу, тут же воскликнул и непристойно свистнул.
Неудивительно, что он такой уверенный в себе, у него есть все основания.
— Ты собираешься снова достать телефон? — Инь Гу плеснул кипятком и проверил температуру воды.
— Нет. — Ю Чэнсун снял штаны. Он нисколько не переживал по поводу такой откровенности с человеком, которого знал всего несколько дней. В конце концов, Инь Гу был не единственным, кто обладал необходимыми качествами.
Он увернулся от брызг и пролистал плейлист.
— Ты не хочешь со мной поговорить? — Инь Гу запустил пальцы в волосы и откинул их назад. Вода стекала по его красивому носу и капала на розовые губы. Услышав это, он посмотрел на него, его глаза были затуманены паром:
— Я всё ещё хочу послушать музыку.
— Знаешь, сегодня Новый год, телевизор включен, ты будешь смотреть? — Ю Чэнсун выбрал классическую песню.
«Неважно, утром или вечером, этого недостаточно~оставайся на смотровой башне, чтобы все было ясно~»*
— Я не буду смотреть. — Инь Гу посмотрел на ряд шампуней, там было три марки. — Какой твой?
— Тот, что слева, — сказал Ю Чэнсун, убирая телефон и поднимая пять пальцев. — Я посчитаю до пяти.
Инь Гу повернулся боком к Ю Чэнсуну, нажал на дозатор шампуня и, закрыв глаза, вымыл волосы. Его высокое тело отбрасывало тень.
Ю Чэнсун отошёл в сторону и понял, что его идея принять душ вместе была не очень удачной. Он из человека, ожидающего снаружи, превратился в человека, ожидающего внутри, наблюдающего со стороны, но не имеющего возможности принять душ.
Он не может проиграть, он должен хоть что-то вернуть.
Воспользовавшись тем, что Инь Гу закрыл глаза, Ю Чэнсун бесцеремонно посмотрел на него, и, чтобы хорошо его рассмотреть спереди, даже бесстыдно наклонился в сторону.
Инь Гу тоже был белокожим, поэтому Ю Чэнсун, руководствуясь принципами научного исследования, обнаружил, что их цвет кожи похож — холодный белый.
Разница в том, что Инь Гу обычно улыбается очень естественно, его изогнутые глаза создают иллюзию тепла и близости, но у него этого нет, потому что он слишком белокожий, и Чжоу Чжэюй постоянно говорит ему: «У тебя бледное лицо, как у члена культа, чья сущность была высосана ведьмой. Если бы не твоя мощная аура и фигура, я бы точно заподозрил, что тебя изнасиловали во дворце».
Ю Чэнсун профессионально скрестил руки и продолжил осмотр.
Губы Инь Гу довольно привлекательны. Они кажутся тонкими, но на самом деле довольно мягкие. Уголки его губ естественно приподняты. Он всегда улыбается, что бы ни делал. Его губы обычно слегка розовые, а на жаре становятся ещё краснее, как желе.
Если он это откусит, то заплачет от боли.
Топ Альфа был укушен и плакал в ванной.
Если он выложит это в интернет, это точно станет вирусным.
Его взгляд опустился, и Ю Чэнсун очень серьёзно оценил Инь Гу, который, должно быть, регулярно тренировался или что-то практиковал, иначе его тело не достигло бы такого уровня, которым обладает сегодня.
Мышцы пропорциональны и не преувеличены, с ощущением силы и юношеской красоты…
Черт, он на самом деле розовый.
Ю Чэнсун опустил взгляд, на мгновение замолчал и пропустил эту тему.
— Сосед по парте, — внезапно заговорил Инь Гу.
Ю Чэнсун наполовину перевел взгляд и чуть не выколол себе глаза от чувства вины. Он сделал паузу и сказал:
— Ты хочешь, чтобы папа подул тебе в глаза, потому что в них попала пена?
— Нет. — Инь Гу смыл пену с волос, открыл глаза и посмотрел на него. На его губах мелькнуло дразнящее выражение. — Моё тело почти обгорело, не смотри на него больше.
После того, как на него указали, Ю Чэнсун успокоился. Он привык к бесстыдству и тут же указал пальцем и сказал:
— У тебя что, глаза на теле? А губы у тебя красивые. Это что, ножевое ранение на пояснице? То, что на спине, довольно глубокое. Тебя кто-то ударил ножом?
— Ты действительно… — Инь Гу не смог сдержать смех. — Совсем невежливо.
— Зачем мне быть вежливым? Ты единственный, живой человек в комнате. Если я не буду на тебя смотреть, то ты хочешь, чтобы я смотрел на воду? — Ю Чэнсун вошёл под душ. — Уходи, если закончил. Мне здесь очень больно. Можешь поиграть с телефоном.
Инь Гу проглотил эти слова и сделал два шага в сторону.
Ванная была не маленькой, но они оба были почти 1,9 метра ростом, с длинными руками и ногами. Он сделал два шага, но было ощущение, что он не сдвинулся с места. Ю Чэнсун просто стоял под душем и махнул рукой, чтобы похлопать Инь Гу по талии.
Затем Ю Чэнсун дважды коснулся её с вопросительным, но бесстыдным выражением лица.
— Что это за оценка? — Инь Гу махнул рукой.
— Этот твой шрам. — Ю Чэнсун отдёрнул руку. — Почему он похож на персик?
Инь Гу взглянул и понял, что никогда раньше этого не замечал. Теперь, когда он следовал воображению Ю Чэнсуна, казалось, что… он действительно сбился с пути.
— Мой похож на арбуз. — Ю Чэнсун повернулся боком и указал на шрам на поясе. Там была линия, вырезанная ножницами, и торчал круг. — И на нём арбузная лоза.
Инь Гу вспомнил о персиковых плюшевых игрушках, приклеенных к шкафу в спальне Ю Чэнсуна, и об арбузе на столе, и, кажется, понял, откуда взялось его воображение.
— От твоих слов мне захотелось есть, — засмеялся Инь Гу.
— Ты голоден? — Ю Чэнсун намочил волосы, выдавил немного шампуня и небрежно потёр их. — В холодильнике только яблоки. Подожди до лета, когда арбузы будут дешевле. Сейчас они ещё довольно дорогие.
— Правда? — Инь Гу прислонился к стене и небрежно произнёс.
— Да. — Ю Чэнсун подвергся нападению. Шампунь попал ему в глаза. Он невольно потёр их. Теперь он не мог открыть глаза из-за жжения. — Цссссс… передай мне полотенце.
— Пена в глаза попала? — Инь Гу обернулся, чтобы посмотреть на пять полотенец, висящих на шесте. — Какое из них твоё?
— Тёмно-синее, — ответил Ю Чэнсун.
Инь Гу подошёл, взял полотенце и, подойдя к нему, сказал: — Посмотри вверх.
— А? — Ю Чэнсун неосознанно поднял глаза, и вдруг полотенце прижалось к его глазам, нежно потирая их.
— Стало немного лучше? — спросил Инь Гу.
Ю Чэнсун схватил полотенце и грубо вытер их. Температура тела у подростков такого возраста высокая. Даже с закрытыми глазами присутствие Инь Гу ощущалось очень сильно. Он небрежно сказал:
— Если ты подойдёшь ближе, мы можем подраться на мечах.
Это было непреднамеренное замечание, которое заставило их обоих почувствовать, что что-то не так.
— Извини. — Инь Гу отступил на несколько шагов назад.
Жара явно утихла, и Ю Чэнсун внезапно почувствовал сверхспособности Инь Гу. Его шестое чувство подсказало ему, что Инь Гу смотрит на него.
Разве он не должен был всё знать, раз просто смотрел на Инь Гу, как будто осматривал достопримечательности?
О, я очнулся от шока, осознав, что был дураком.
Температура в ванной становилась всё более невыносимой. Влажные тела неизбежно нагревались, и феромоны слабыми струйками исходили от затылков обоих.
Ю Чэнсун почувствовал, что так больше продолжаться не может. По крайней мере, в тот день в кабинете врача у него были штаны, а сегодня он голый. Если бы у него действительно встал, он бы не смог ничего объяснить, даже если бы у него было сто ртов.
Хотя я и есть, но я ничего не имею против тебя…
Послушай моё объяснение: это нормальная реакция,
Хотя наши типы не совсем обычные…
Брат, давай подерёмся на мечах?
Он небрежно вытерся и сделал два шага в сторону:
— Так быстро? — подошёл Инь Гу.
— Измени описание. — Ю Чэнсун достал полотенце, чтобы вытереть голову, — Или добавь тему.
— Ты так быстро закончил умываться? — спросил Инь Гу.
Ю Чэнсун быстро вытерся и надел пижаму. Только надев штаны, он почувствовал себя немного увереннее. После того, как он надел рубашку, Инь Гу тоже закончил принимать душ. Они начали неспешно и закончили неловко. Уходя, они не сказали ни слова.
— Покрывало поменяли позавчера. Ю Чэнсун налил ему стакан воды, — Я пойду помою два яблока.
— Мгм. — Инь Гу сидел на кровати и трогал оранжевую подушку в виде кошки.
На кухне Ю Чэнсун, моя яблоко, размышлял.
Может, он слишком долго сдерживался? Если хорошенько подумать, последний раз он был самодостаточным в прошлом месяце… Черт, он уже и не помнит.
Единственный минус в том, чтобы есть и мясо, и овощи, — это то, что даже принимая душ с друзьями, ты все равно чувствуешь последствия. Как многообещающе.
Он вошёл в спальню с яблоками в каждой руке и был ошеломлён увиденным.
Ю Чэнди стоял в дверях, с любопытством и настороженностью разглядывая человека в комнате. Инь Гу стоял рядом с кроватью, с особой нежностью улыбаясь своему глуповатому брату.
— Эй, кто это? Кто это? — Ю Чэнсун ткнул Ю Чэнди тыльной стороной ладони в голову. — Что ты делаешь в моей комнате так поздно ночью? Боишься спать один и тебе нужен твой Гэгэ, чтобы обнять тебя и рассказать сказку?
Сказав это, не дожидаясь, пока Ю Чэнди рассердится, он представил его Инь Гу, — Мой брат, Ю Чэнди, мы похожи, правда?
— Слишком похожи, — улыбнулся Инь Гу, глядя на большие глаза и кудрявые волосы Ю Чэнди. — Миниатюрная копия тебя.
— Я что, такой идиот? — Ю Чэнсун ехидно сказал, указывая на Инь Гу и представляя его Ю Чэнди, — Это сосед твоего брата по парте, Инь Гу. Инь — прилежный, Гу — непреклонный. Хотя, забудь об этом, ты провалил китайский… Можешь называть его братом Инь, братом Гу, Инь Гу или…**
— Я не буду называть. — Ю Чэнди неловко отступил назад, чувствуя себя немного смущённым.
Он не ожидал, что у его старшего брата будет такой хороший друг. Когда он улыбался, он больше походил на старшего брата, чем на самого старшего.
— Если не хочешь называть, то не называй. Что ты краснеешь? — Ю Чэнсун посмотрел на зефир в своей руке. — Положи его сюда. Я съем его позже.
— Это… это не для тебя! Ю Чэнди спрятал руки за спину.
— Правда? — Ю Чэнсун подошёл к кровати, усадил Инь Гу и протянул ему яблоко. — А те закуски, которые время от времени появлялись в моей комнате последние несколько лет, мне давала девочка-улитка***? Этот неуспевающий одноклассник, ты что, твёрдо решил стать боссом? У тебя действительно большие амбиции!
Сказав это, он захлопал в ладоши.
Лицо Ю Чэнди покраснело. Он посмотрел на брата, затем на Инь Гу, и наконец, в ярости, выбросил зефир и выбежал.
— Вспыльчивый мальчишка, — засмеялся Ю Чэнсун, встал с кровати, поднял зефир, похлопал по нему, разорвал упаковку и сунул его Инь Гу в глаза. — Хочешь съесть?
Инь Гу достал одну и положил в рот, слегка нахмурившись.
— Эта марка не очень сладкая. — Ю Чэнсун положил в рот сразу две и, закончив есть, снова спросил, — Мы очень похожи?
— Да. — Инь Гу взглянул на него, — Волосы тоже одинаковые.
Ю Чэнсун закрыл дверь, повернулся и спросил, — А как насчёт твоего брата? Того близнеца?
Ю Чэнсун почувствовал, что он предвидел эти вопросы. Это было волшебно, Волшебный Гу Гу.
С Волшебным Гу Гу было очень легко разговаривать, поэтому он не задумывался, уместно это или нет. В любом случае, если бы это было неуместно, Инь Гу избегал бы этого. Он прямо спросил:
— Не похожи. — Инь Гу прислонился к изголовью кровати, — Близнецы, но ты бы и не догадался, что мы братья, если бы тебе не сказали.
— Ох, — Ю Чэнсун подошёл к кровати и сел. — Его больше любят.
— Да, он гораздо послушнее меня, — сказал Инь Гу.
— Даже послушнее тебя? — убедился Ю Чэнсун. — Ты уже такой добродетельный. Он что, робот?
— Ты меня плохо знаешь? — Инь Гу беспомощно посмотрел на него и спросил, — Как ты можешь задавать такие вопросы?
— Ох… — сказал Ю Чэнсун, — Я думал, ты тоже хорошо себя вёл перед родителями.
— Бывают моменты, когда я больше не могу это терпеть, — тихо сказал Инь Гу. — Я не робот.
Ю Чэнсун нахмурился и ничего не сказал.
Ю Чэнсун замер. Его почти ничего не волновало, потому что забота означала решение и столкновение с проблемами, что его очень беспокоило. Но это было единственное, о чём он не хотел, чтобы другие знали.
Хотя он понимал, что в этом деле он — полная жертва.
Инь Гу посмотрел на него со спокойным выражением лица, и это спокойствие принесло ему чувство облегчения в глубине души — можешь говорить об этом или нет, я понимаю.
— У меня тоже есть брат-близнец, — услышал Ю Чэнсун свой собственный голос.
— У тебя три брата? — спросил Инь Гу.
Тема была затронута, и Ю Чэнсун вдруг вздохнул с облегчением.
Шип, пронзавший его сердце, был вырван с силой. Он не отвалился, но это было здорово. Казалось, он объявлял войну шипам: «Лаоцзы скорее умрёт в муках, чем привыкнет к тебе». Это было похоже на чувство удовлетворения.
— Да, — он посмотрел на свои руки, разжал их, а затем снова сжал, — Я, 18-летний, Юй Чэнди, 10-летний, и Юй Чэнъюань, 6 лет.
— А? Как… — Инь Гу внезапно замолчал, чувствуя, что что-то не так, поэтому не стал продолжать спрашивать.
В глубине души Ю Чэнсун на самом деле надеялся, что он спросит, но раз уж дело дошло до этого, он мог продолжать говорить, даже не спрашивая.
— Мёртв, мёртв. Мёртв, умер давным-давно.
Всего несколько слов, и шип крепко схватили, хлынула кровь, причиняя такую боль, что хотелось содрогнуться, но в то же время это было невероятно приятно.
Инь Гу помолчал немного, а затем спросил:
— Ты… что ты хочешь, чтобы я сказал?
— Я бы помыл тебе два яблока, если бы знал, какой ты умный. — Ю Чэнсун вздохнул, а затем, постукивая по тыльной стороне ладони, сказал, — Скажи: «Это не имеет к тебе никакого отношения. Он сам на себя это навлёк».
Инь Гу посмотрел на пальцы на тыльной стороне ладони и тихо повторил:
— Это не имеет к тебе никакого отношения, он сам на себя это навлёк.
Ю Чэнсун протянул ему и яблоко:
— Я хотел бы называть тебя Волшебным Гу Гу.
Несмотря на неподходящую атмосферу, Инь Гу всё же не смог удержаться от смеха:
— Что это за имя такое? Хорошее или плохое?
— Я тебя хвалю! — Ю Чэнсун потянулся и включил телефон. — Уже половина одиннадцатого, во сколько ты ложишься спать?
— До десяти, — ответил Инь Гу.
— Так рано? — Ю Чэнсун посмотрел на него и прищурился. — Не делаешь домашнее задание?
— До двенадцати, — Инь Гу изменил свои слова.
— Теперь всё в порядке. — Ю Чэнсун съел оставшийся зефир за два-три укуса. Сладости всегда волшебное оружие, поднимающее настроение. — Я найду тебе запасную зубную щётку. Помню, в прошлый раз осталась одна.
Инь Гу вспомнил маму Ю, сидящую в гостиной. Она всё ещё сидела там, когда он и Ю Чэнсун вышли после душа. Он спросил:
— Тётя будет спать в гостиной?
— Она вернётся посреди ночи, чтобы призвать духа. — Ю Чэнсун достал из-под шкафа запасную зубную щётку и сказал, — Можешь использовать эту.
ПП: *Это композиция 2000 года называется «全日爱» (Quán Rì Ài) - "Весь день любви" в исполнении Лай Мин (黎明, Leon Lai) — одного из легендарных «Четырёх Небесных Королей» кантонского попа наряду с Анди Лау, Аароном Квоком и Джеки Чунгом. Эта песня — классика кантопопа конца 90-х начала 2000-х, которая была настоящим хитом и частым гостем новогодних телепередач (примерно так же, как у нас Алла Пугачова и Филипп Киркоров: не все слушают, но все слышали).
Живое исполнение, концерт 2024 года ниже под сноской.
**Можешь называть его братом Инь, братом Гу, Инь Гу... — в оригинале там идёт игра слов, так как «брат» по-китайски — Гэ и в итоге мы получаем довольно забавную фразу: можешь называть его Инь Гэ, Гу Гэ, Инь Гу...
***Девочка-улитка — это персонаж местной народной легенды из Фучжоу, провинция Фуцзянь, из «Продолжения записей об инквизиции сверхъестественного».