Что не так, если Альфа метит Альфу? Глава 17.
Ю Чэнсун быстрым шагом направился к входу в переулок. По мере того как он концентрировался, его слух и обоняние значительно улучшились.
В воздухе витали два запаха крови: один настоящий, другой…
Неразборчивые стоны и вопли боли в ушах становились всё тише, словно что-то душило его и он не мог вырваться.
Звук капель дождя, ударяющихся о зонт, был настолько громким, что Ю Чэнсун просто убрал зонт и пошёл под дождём.
Ему было всё равно, потому что он и так уже промок.
— Я больше никогда так не сделаю… э-э…
Ю Чэнсун был в очень спокойном настроении, когда свернул в переулок. В его спокойствии чувствовалось какое-то необъяснимое предвкушение. Но, увидев происходящее сквозь дождь, он невольно прошептал:
Там было восемь человек, шесть с половиной лежали на земле, а единственный, кто стоял, держал в руке волосы одного из них и швырял его к стене.
Инь Гу отпустил его и молча вытер руки под дождём. С кончиков пальцев стекала кровь, смешанная с дождем. Его белая рубашка была в пятнах красного цвета. Чёрные волосы были зачёсаны назад, а взгляд был безразличен. В одном человеке гармонично сосуществовали два темперамента: безумие и спокойствие.
Ю Чэнсун чувствовал, что сегодня вечером он принял абсолютно правильное решение.
Инь Гу действовал решительно. Он не смог бы выполнить эту работу, если бы ему не заплатили больше 500 юаней. Спокойствие Инь Гу на самом деле вызывало у Ю Чэнсуна чувство узнавания.
Услышав голос, Инь Гу медленно повернул голову. Уличные фонари мерцали под дождём. С точки зрения Ю Чэнсуна, он был полностью окутан алыми феромонами, словно окровавленные руки, крепко сжимающие горло семи человек на земле, не позволяя им даже открыть рот и позвать на помощь.
Инь Гу молча смотрел на него мрачным взглядом.
Ю Чэнсун развёл руками и уже собирался сказать: «Я опять испортил твой план?», когда Инь Гу вдруг рассмеялся.
Уголки его губ слегка приподнялись, взгляд стал мягким, а кровь стекала по щекам и подбородку.
— Сосед по парте, отведи меня в лазарет?
Ю Чэнсун некоторое время смотрел на него, а затем внезапно рассмеялся. Он скрестил руки на груди, прислонился к стене, поднял брови и сказал:
Алая кровь полностью исчезла и на лице Инь Гу мелькнула усталость. Как только он сделал шаг, лежавший позади него гангстер внезапно вскочил, вытащил нож из-под руки и ударил его в спину.
Ю Чэнсун нахмурился, и в следующую секунду из его шеи вырвались оранжево-красные феромоны, пролетев мимо Инь Гу и обрушившись на гангстера. Ситуация была критической, он не мог контролировать свои силы. Гангстер, обычный альфа-самец, закатил глаза, изо рта пошла пена, и он упал на землю, как тряпка.
Он не сможет проснуться четыре-пять часов, и ему придётся лежать несколько дней после пробуждения.
— Ух ты, какой же он новичок. — Ю Чэнсун вытянул шею и посмотрел на Инь Гу. — Что происходит?
Инь Гу неосознанно сжал левую руку, посмотрел на вход в переулок и беспомощно улыбнулся:
— Если я скажу, что делаю что-то праведное, ты мне поверишь?
Жертва убежала слишком быстро и даже не попыталась сказать спасибо. Теперь у него нет свидетелей, даже если он захочет объясниться.
Ю Чэнсун проследил за его взглядом и не увидел на улице ничего, кроме сильного дождя.
Инь Гу снова стал хорошим мальчиком и каждое его слово, действие, взгляд и улыбка соответствовали правилам.
— Не верю. Ю Чэнсун прищурился, — Ты хочешь меня ударить?
Так тяжело было увидеть это однажды, а через две минуты он снова стал как хороший ребёнок. Настроение Ю Чэнсуна изменилось, и теперь все было как-то жалко.
— Я не могу тебя бить. — Инь Гу посмотрел на его руку с зонтом, — Зачем ты убрал зонт?
— От него было слишком много шума. Он длился не более двух минут, а они уже до смерти испугались, — многозначительно сказал Ю Чэнсун. — Какая жалость.
Инь Гу невольно улыбнулся, глядя на него, его глаза были мягкими.
— Над чем ты смеёшься? — Ю Чэнсун взглянул на его левую руку. — Она ещё не полностью зажила? Ты даже не промок. Прими ванну и найди клинику, чтобы её вылечить.
— Здесь никого нет, — Ю Чэнсун снова взглянул на людей на земле. Некоторые из них показались ему знакомыми, но никто из них не был хорошим человеком. Инь Гу сказал, что он храбрый и праведный, и он поверил ему. Инь Гу сказал, что жертва убежала, оставив героя, и он тоже поверил ему. Разве не в этом природа человека?
— Помнишь магазинчик с молочным чаем?
— «Пейте молочный чай?» — спросил Инь Гу.
— Да, — ответил Ю Чэнсун. — На той улице есть небольшая клиника. Там довольно дешево.
После этого они оба молча направились к ресторану с горячим горшком. Ресторан был закрыт, но у входа было место, где можно было укрыться от дождя.
Хотя укрываться от дождя не было необходимости, они все равно пошли вместе.
Прислонившись к двери магазина, Ю Чэнсун привычно полез в карман, достал пачку сигарет и надавил на неё кончиками пальцев, оставив вмятину.
Она промокла от дождя, и вода могла даже капать, если её повернуть.
— Можешь подвезти меня туда позже, — нарушил молчание Ю Чэнсун, достал сигарету и покрутил её.
— Да, — ответил он. Инь Гу сказал это, а затем, спустя некоторое время, наклонил голову, чтобы посмотреть на него. — Что ты делал там так поздно?
— Чтобы увидеть, как ты совершаешь что-то смелое и праведное. — Ю Чэнсун пошевелил кончиками пальцев, и окурок вылетел наружу. Он упал на землю и разбился вдребезги под дождём. — А ты? Ты специально вышел, чтобы совершить доброе дело?
— Я… может быть. — Инь Гу рассмеялся, уголки его губ изогнулись в лёгкой иронии. — Если так, то это тоже не так уж плохо.
— Два жалких парня. — Ю Чэнсун злорадно улыбнулся. Хотя тысяча врагов была убита, восемьсот своих погибли*. Это семейное дело?
— Ну.... — Инь Гу не стал отрицать. Его ресницы были мокрыми от дождя и наполовину опущенными. Одиночество, застывшее между нахмуренными бровями, сжимало сердца, но уголки его губ всё ещё были изогнуты. — Меня обвинили безо всякой причины. Просто внезапная катастрофа.
— В чём обвинили? — нахмурился Ю Чэнсун. Он был более чувствителен к подобным заговорам, чем обычные люди. — Они тебя неправильно поняли?
— У меня есть младший брат, — сказал Инь Гу, — брат-близнец, в…
— Брат-близнец? — Ю Чэнсун резко повернул голову, сжал пальцы, пачка сигарет смялась, он повысил голос, нахмурился и спросил, — Он тебя обижал?
На лице Инь Гу мелькнуло удивление, затем он прикрыл рот кулаком и отвернул голову.
Ю Чэнсун по дрожащим плечам понял, что тот смеётся, и осознал, что слишком остро отреагировал. Он в отчаянии отбросил пачку сигарет, прислонился к двери и посмотрел на небо.
— Посмейся, когда закончишь рассказ. Я легко злюсь, когда мое любопытство не удовлетворено.
— Эн… — Инь Гу замедлил голос, но улыбка на его лице не исчезла. — Он… не меня обижал, а кто-то другой обижал его, и мой отец спросил меня, не я ли это сделал.
— Множество теневых клонов? — рассмеялся Ю Чэнсун. — Твой клон прилетел туда и избил его? Твой отец даже Наруто смотрит, ах.
— Возможно, — сказал Инь Гу. — Или, может быть, я заплатил кому-то, чтобы он его избил.
— Найми меня, — Ю Чэнсун протянул руку. — Пятьсот, и я уже даже подумал, где его похоронить.
Инь Гу снова рассмеялся, его глаза феникса были так очаровательны, когда он смеялся. Прежде чем Ю Чэнсун успел поднять руку, чтобы отругать его, он сказал:
— Прости, я не хотел… Тебе когда-нибудь говорили, что ты говоришь очень интересно?
— Нет, — Ю Чэнсун взглянул на него и с претенциозным видом добавил, — Никто не посмеет.
— Спасибо, — Инь Гу глубоко вздохнул и посмотрел на него с улыбкой. — Мне сейчас намного лучше, правда.
— Присядь, папа уже устал это говорить. — Ю Чэнсун лениво потянулся, одежда была липкой, и от ветра стало холодно. — Ты идёшь домой?
— Не пойду, — легкомысленно ответил Инь Гу, — Все члены моей семьи умерли.
— Тогда я надеюсь, что твоё желание сбудется. — Ю Чэнсун невольно посмотрел на него.
Инь Гу отжимал мокрые рукава, выражение его лица было безмолвным и мягким, а скрытое безразличие заставляло его слегка нахмуриться.
— Хочешь пойти ко мне домой? — услышал он свой собственный голос.
Инь Гу на мгновение опешил, затем кивнул.
— Пойдём. Ю Чэнсун почему-то почувствовал облегчение и открыл зонт. — Сначала пойдем в клинику.
Рана на ладони Инь Гу зажила очень быстро. Хотя она неизвестно сколько времени промылась водой и немного побелела, это было не страшно.
Врач перевязал рану, прописал противовоспалительную мазь и сказал не мочить рану.
Ю Чэнсун отреагировал только после того, как вошёл в клинику.
Кроме Чжоу Чжэю, никто из одноклассников никогда не приходил к нему домой. В конце концов, в семье слишком царит дисгармония, и если у его матери случится припадок, это может даже напоминать битву в фильме ужасов.
Ему было всё равно, что о нём говорили другие, но когда этот человек превратился в Инь Гу… он не понимал, почему почувствовал себя немного неловко.
— Спасибо, я перевёл деньги. — Инь Гу расплатился и махнул рукой перед ним. — О чём ты думаешь?
— Ни о чём, пошли, — сказал Ю Чэнсун, выходя.
Просто воспринимай это как обмен секретами с Инь Гу. Если не получится, можно просто запереть его в комнате и выведать ещё несколько секретов, чтобы получить тайный баланс…
Он ещё и довольно крут, раз придумал такую глупую идею.
Поднимаясь наверх, Ю Чэнсун сказал:
— На самом деле, я приготовил для тебя сюрприз…
— Дядя и тётя? — спросил Инь Гу.
Ю Чэнсун взглянул на него и сказал:
— Может, сказать, что ты крут?
Ю Чэнсун поднял большой палец вверх: «Супер здорово».
Ю Чэнсун достал ключ и открыл дверь. Гостиная была ярко освещена. Его мать сидела на диване спиной к ним. На ней была красная шелковая пижама, и она выглядела как призрак, ищущий жизни посреди ночи. Она не обернулась, услышав, как открылась дверь, а продолжила смотреть выключенный телевизор.
Ю Чэнсун взял пару своих тапочек и протянул их Инь Гу, прошептав:
Инь Гу улыбнулся и ничего не сказал.
Только когда они переобулись и прошли мимо дивана в спальню, мать Юй внезапно обернулась, её глаза стали фиолетовыми, и она уставилась на него, как психопат:
— Ты всё ещё умеешь возвращаться, ты всё ещё умеешь возвращаться, ты всё ещё умеешь возвращаться!
Тон последней фразы был слишком высоким. Ю Чэнсун закрыл уши и на мгновение замер, прежде чем указать на Инь Гу и сказать:
Не дожидаясь слов матери, он снова указал на неё и сказал Инь Гу:
— Моя мать, родная, хоть и старая и некрасивая, но всё же немного похожа на меня.
— Здравствуйте, тётя, — улыбнулся Инь Гу матери Ю.
— Убирайся! — Ю Ма бросила на Инь Гу гневный взгляд.
— Обязательно нужно уйти, — Ю Чэнсун встал перед Инь Гу. — Он сможет прожить у нас ещё год? Ты его вырастишь?
— Друг, которого ты завёл? — внезапно спросила мать.
— Друг? — Ю Чэнсун был ошеломлён. Он только что представил Инь Гу как «своего одноклассника», и единственным человеком, которого можно было считать его настоящим другом, был Чжоу Чжэюй, поэтому он не знал, как ответить на эти слова матери. Однако за годы сражений у него выработался условный рефлекс, поэтому он обнял Инь Гу за плечи и двусмысленно улыбнулся, — Да! Мой парень! Хочешь поздравить меня и подарить красный конверт?
Инь Гу взглянул на него и слегка приподнял брови.
Ю Чэнсун послал ему воздушный поцелуй.
Лицо его матери внезапно стало ещё более мрачным, и она нахмурилась, глядя на Инь Гу.
Ю Чэнсун не хотел снова её смущать, поэтому, сохранив ту же позу, обнял Инь Гу и быстро направился в свою спальню, открыл дверь и втолкнул его внутрь.
Его одежда промокла, в комнате было жарко и влажно. Ю Чэнсун подбежал прямо к шкафу и спросил: «Почему бы тебе не надеть мою пижаму? Чёрную, синюю, белую, зелёную?
Инь Гу оглядел не такую уж и маленькую спальню.
Обстановка очень простая. На стенах нет плакатов, как у большинства среднестатистических мальчишек этого возраста. Вообще никакого декора. Обычный стол, шкаф, двуспальная кровать… и различные необычные мягкие игрушки, расставленные и развешанные на кровати, столе и шкафу.
Самая большая из них почти такого же роста, как он сам, — это коричневый короткошёрстный медведь, прислонившийся к стулу рядом с кроватью. Самая маленькая — это розовый персик, который можно повесить на мобильный телефон, приклеенный к верхней части шкафа… Они расставлены очень произвольно, вернее, их вообще не расставили, просто бросили туда.
Инь Гу изо всех сил старался не рассмеяться вслух, всё это было очень далеко от поведения Ю Чэнсуна в школе, когда он вёл себя очень скромно, но всё равно правил миром.
Неужели он перенял какое-то особое увлечение из китайской легенды…
Оранжевая подушка в виде кошки на кровати довольно милая, но немного выцвела, вероятно, потому что он обнимает её каждый день, когда спит.
Ю Чэнсун спал с оранжевым котом на руках…
— Вот, трусы новые. — Ю Чэнсун обернулся и был ошеломлён, увидев его выражение лица. Затем он кое-что понял и бросил ему одежду. Он подошёл к кровати, взял подушку с оранжевым котом и взволнованно спросил, — Тебе тоже нравятся оранжевые коты?
— Эм… — Инь Гу не ожидал такой откровенности. — Тебе нравятся эти?
— Не нравятся? — Ю Чэнсун поставил оранжевого кота, взял с кровати подушку для шеи с изображением хаски, подошёл и протянул ему. — Потрогай.
Инь Гу протянул руку и коснулся её. Прикосновение кончиков пальцев было чудесным и мягким, и он почувствовал себя очень расслабленным, когда погрузился в неё… Он никогда раньше не обращал на неё такого внимания… Раньше он никогда не обращал внимания на подобные вещи. Родители говорили ему, что хорошие дети должны любить учиться, а мягкие игрушки — это что-то внешнее… Естественно, он никогда не задумывался, нравится ему это или нет.
— Какая же она мягкая, — сказал он.
— Мягкая, правда? — Ю Чэнсун резко ущипнул хаски за голову, не показывая ни малейшего признака привязанности к ней. — Эта маленькая сломанная штучка стоит больше 200 юаней. Если она не мягкая, я разнесу весь магазин вдребезги.
— Над чем ты смеёшься? Быстро переоденься. Разве не неприятно чувствовать как мокрая одежда липнет к телу? — сказал Ю Чэнсун, снимая пальто и небрежно бросая его на стул. Белая футболка под ним тоже промокла, и он небрежно снял её. Напряжённые рельефные мышцы на спине поднимались и опускались от движения. Пояс его спортивных штанов был расположен слишком низко на бёдрах, и его мощные мышцы талии плавными линиями сползали в штанины.
Инь Гу отвёл взгляд и снял окровавленную футболку.
Только что мать Ю Чэнсуна никак не отреагировала, увидев его в таком виде. Похоже, что у неё проблемы с психикой...
В доме две ванные комнаты: одна в главной спальне, предназначенная для его психически больной матери и младшего брата, и другая снаружи.
Ю Чэнсун очень хотел принять душ, но Инь Гу был гостем и, похоже, тоже спешил.
Он посмотрел на Инь Гу, который снял футболку, обнажив свой пресс, и, сдерживая свист, не стал долго задерживать взгляд на его фигуре. Он искренне спросил:
— У тебя есть какие-нибудь скрытые болезни?
— Ну? — Инь Гу держал футболку и думал, куда её положить. Услышав это, он поднял голову. — Например?
Ю Чэнсун указал на нижнюю часть своего тела и сказал:
— Нарушения развития… Это хорошо.
— Это было очень хорошо, — улыбнулся Инь Гу. — Хочешь проверить?
— Тогда я могу быть спокоен, — Ю Чэнсун поднял свою пижаму и лукаво сказал, — Иначе, боюсь, ты будете чувствовать себя хуже меня.
ПП: *Эта фраза означает, что если ты сражаешься лицом к лицу с врагами, то тяжёлые потери понесёт не только враг, но и ты сам.