Что не так, если Альфа метит Альфу? Глава 67.
— Если ты действительно укусишь, — Ю Чэнсун подул на ключицу, — я могу разгрызть твои кости на куски.
— Я до смерти напуган, — Инь Гу откинул воротник. — К счастью, я не хочу причинить боль своему парню. В отличие от моего парня, который сначала кусает меня понемногу, потом кусает все сильнее и сильнее, словно соревнуется сам с собой.
— Заткнись, — Ю Чэнсун рассмеялся, — Мне тоже плохо, ладно? Посмотри на моё лицо.
— Очень красивый, — Инь Гу поднял большой палец вверх, — Самый красивый.
— Нет, — сказал Ю Чэнсун, — Там полно таких слов, как «Я очень расстроен» и…
— Я сделал это специально, — сказал Инь Гу.
— Уходи, — Ю Чэнсун осторожно откинулся назад. Впервые в жизни кто-то был так нежен с ним. — Я пойду спать. Поставь будильник и задай им завтра дополнительные задания.
— Что мне сказать, если спросят, почему брат Сун не пришёл? — Инь Гу подоткнул для него край одеяла. — Разве не будет слишком откровенно сказать, что тебя так сильно трахнули, что ты не можешь встать с постели?
— Почему бы тебе не сказать, что у меня от гнева случился инсульт? — вздохнул Ю Чэнсун.
— Хорошая идея, — Инь Гу погладил его по спине.
— Уходи, — Ю Чэнсун протянул руку, чтобы оттолкнуть его.
Было уже больше трёх часов, когда пора было ложиться спать. Ю Чэнсун весь день безостановочно и интенсивно дрался, и только он один пострадал. В конце концов, они с Инь Гу продолжали спорить, и он сам не помнил, когда заснул. Он помнил только, что феромоны на теле Инь Гу пахли очень приятно.
Ю Чэнсун так устал, что крепко заснув, проспал всю ночь и ему даже ничего не приснилось. Утром он смутно почувствовал, как тепло рядом с ним покидает его, и подсознательно потянулся за ним.
— Проснулся? Инь Гу наклонился и поцеловал его в кончик носа, прошептав, — Поспи ещё немного.
— Хм… — Ю Чэнсун тяжело заморгал, веки словно слиплись. Увидев лицо Инь Гу, он невольно ущипнул его. — Который час?
— Всего семь часов, — тихо сказал Инь Гу.
— Я так хочу спать… — Ю Чэнсун подсознательно пошевелил плечами и перевернулся. В тот момент, когда его ягодицы коснулись кровати, всё его тело замерло, словно его прокололи. Рот был открыт, глаза широко раскрыты, но он не произнёс ни звука.
— Сун Сун? — Инь Гу потрогал лицо и не смог сдержать смех. — Что случилось? Не пугай меня.
— …Черт. — Ю Чэнсун наконец-то избавился от странной боли и, прикрывая руками поясницу, ухмыльнулся, — Инь Гу, сегодня ты должен встать на колени перед Лао Цзы! Черт.
— Сейчас? — Инь Гу быстро протянул руку, чтобы потереть поясницу. — Как долго я должен стоять на коленях? Потом будет слишком поздно для занятий.
— Уходи, уходи. Ю Чэнсун оттолкнул его руку, выглядя раздражённым. — От твоего вида у меня разболелась голова.
— Почему у тебя болит голова? — Инь Гу улыбнулся и вдруг протянул руку, коснувшись его. — Разве здесь не должно болеть?
— Твою ж мать! — Ю Чэнсун прикрыл промежность одной рукой, а другой указал на него, сверкнув глазами, — Ты ждал, пока я буду в уязвимом состоянии. Беру свои слова обратно. Только потому, что ты сейчас так самодовольно выглядишь, мне придётся и тебя трахнуть.
— Пари не засчитано? — Инь Гу взял телефон и посмотрел на время. — Остался ещё час. Двадцати минут хватит на дорогу. Давай, поторопись и выполни сорокаминутное задание.
Сказав это, он откинул одеяло и набросился на него, как голодный волк.
Если бы он не был тактичен и не коснулся его талии, Ю Чэнсун поверил бы его лжи.
— Ну давай, посмотрим, смогу ли я тебя загрызть насмерть. — Ю Чэнсун оскалил зубы.
— Не сможешь. — Инь Гу прикрыл рот руками, поджал губы и улыбнулся, — Жаль, что я ничего не слышу, но дела важнее…
Если бы тигр не кусал людей, разве он был бы Дораэмоном?*
Ю Чэнсун поднял ногу и пнул своего парня прямо в икру.
— Ой! — Инь Гу отпустил руку от боли и потёр ногу, которая онемела от боли. — Ты действительно меня пнул!
Ю Чэнсун поднял дрожащую руку, показав средний палец. Больше говорить с ним было невозможно. Он свернулся калачиком и обнял ноги, молча проклиная их.
В результате удара ногой мышцы бедра болели так, будто их вчера разорвали. Они были вынуждены растягиваться и снова сжиматься, что было больнее, чем внезапная ночная судорога.
— Я был неправ, я был неправ. — Инь Гу обнял его, дважды поцеловал, а затем начал равномерно массировать. — Теперь лучше?
— Ты… где-то научился делать массаж? — Ю Чэнсун медленно расслабился. Вчера вечером он обнаружил, что действительно почувствовал себя лучше после того, как Инь Гу помассировал ему поясницу.
— Я читал инструкцию, это довольно просто. — Инь Гу улыбнулся, — Что ты хочешь съесть позже? Я куплю тебе.
— Забудь об этом. — Ю Чэнсун помассировал поясницу. — Можешь сразу идти на дополнительные занятия. Я ещё немного посплю и закажу еду на вынос, когда проснусь.
— Давай сегодня поедим чего-нибудь вкусненького, — серьёзно сказал Инь Гу. — Настоящий банкет.
— Я хочу съесть тебя, — вздохнул Ю Чэнсун. В таком состоянии ему нужно отдохнуть день.
Инь Гу приготовил ему медовую воду, укрыл его одеялом, задёрнул шторы, перевёл тысячу юаней на его мобильный телефон, чтобы тот заказал банкет из нескольких блюд, а затем долго держал его на руках, прежде чем уйти.
Ю Чэнсун проспал до полудня и проснулся от стука в дверь.
— Брат Гу! Брат Гу! Открой дверь! — под дверью громко кричал Ю Чэнди.
У него были быть дополнительные занятия в течение дня, а Инь Гу должен был быть дома, поэтому Ю Чэнди подсознательно звал брата Гу.
Он посмотрел вниз и увидел, что цвета на его теле такие яркие и насыщенные… После половины ночи восстановления они не только не потускнели, но и стали ещё ярче.
— Чёрт! — Он резко сел. Боль была настолько сильной, что его прошиб холодный пот, но он не осмеливался лечь. Стиснув зубы, он встал с кровати. Он с трудом подошёл к шкафу, открыл его и перебрал всё по порядку.
Это не подходит, вырез слишком глубокий… Это не подходит, белый цвет слишком прозрачный… А это… подходит.
Он вытащил одну из свободных чёрных футболок Инь Гу и надел её. Долго рассматривал себя в зеркале, убеждаясь, что ничего не видно, прежде чем открыть дверь.
— Весь дом знает, что ты вернулся. — Ю Чэнсун, сдерживая сопротивление мышц, несколько раз потёр голову Ю Чэнди. — Разве ты не говорил, что останешься на несколько дней? Ты что, скрипел зубами посреди ночи и тебя быстренько попросили уйти обратно?
— Нет, вот, держи. — Ю Чэнди с большим интересом поднял мороженое в руке, — Почему брата Гу нет дома?
— Он ушёл на дополнительные занятия. Я сегодня отдыхаю. — Ю Чэнсун взял мороженое и откусил кусочек. — Можешь поиграть сам. Я так хочу спать. Пойду спать.
— О! — Ю Чэнди вскочил на диван, открыл свою школьную сумку, вытащил стопку бумаг и посмотрел на него сверкающими глазами. — Гэ, пожалуйста, посмотри мои бумаги, я не знаю, как ответить на несколько дополнительных вопросов.
— Какой у тебя IQ? Ты всё ещё изучаешь дополнительные вопросы? — Ю Чэнди выругался про себя. Он пропускал дополнительные занятия, которые могли бы принести деньги, но попался на глаза этому маленькому мерзавцу, Ю Чэнди. Его поясница болела при каждом движении. Что за чертовщину ты говоришь о дополнительных вопросах? — Пусть твой брат Гу объяснит тебе это сегодня вечером.
— Ты даже не покажешь мне! — возбуждение Ю Чэнди мгновенно улетучилось. Он надулся, опустил веки, бормотал и потирал бумагу в руке. — Я с большим трудом это выучил…
Эти глаза и лицо, в точности похожие на его собственные, с детской невинностью, могли вести себя как избалованный ребенок, плакать и устраивать сцены… Потому что кто-то его баловал, поэтому он мог испытывать эмоции, как обычный ребёнок…
Ю Чэнсун замер, собираясь войти в комнату, затем повернулся и сел на диван, постукивая кончиками пальцев по кофейному столику:
— Дай мне, посмотрю, какую глупость ты можешь написать.
— Я не глупый, это ты опять ругаешься. — Ю Чэнди тут же радостно улыбнулся, подошёл ближе, сел, протянул ему листок и ручкой отметил последний вопрос. Он не мог скрыть гордости в глазах, словно маленький павлин, жаждущий похвалы. — Я написал половину, думаю, правильно, но не уверен, так ли написано в конце.
— Не сжимай меня. — Ю Чэнди случайно толкнул его. Ю Чэнсун чуть не ударил его, когда задел. — Ты разве не знаешь, какой ты сейчас тяжёлый?
— Я не толстый. — Ю Чэнди всё больше привыкал к словам брата. Услышав это, он не только не увернулся, но и ударился головой о его плечо, подгоняя, — Быстрее читай вопросы.
— Читаю. — Ю Чэнсун выхватил у него ручку, перевернул её, изменил число и безжалостно рассмеялся, — Даже здесь можно ошибиться. Твой IQ всё ещё недостаточно высок. Ты провалил сложение и вычитание с точностью до 100.
— А? — глаза Ю Чэнди расширились. 94-38=56, ах… я написал 66, это случайность!
— Какая глупая случайность. Что ещё? — Ю Чэнсун бросил контрольную работу на журнальный столик и осторожно облокотился на диван. Он почувствовал себя намного спокойнее, немного расслабившись. — Дай мне.
— Брат Гу, как тебе брат Сун? — не удержалась Чжэн Юмэй во время десятиминутного перерыва между занятиями. — Страстная погоня?
— С первого взгляда. — Инь Гу сделал глоток воды и рассмеялся. — Любовь с первого взгляда.
— Неужели? — Чжэн Юмэй широко раскрыла глаза. «Любовь с первого взгляда».
— Это фальшивка. — Инь Гу щелкнул по бутылке кончиками пальцев, издав резкий звук. — Лицо Чэнсуна — всего лишь самая обычная черта среди его многочисленных привлекательных черт. Это результат любви, которая растёт со временем и длится вечно.
— Аааай — воскликнула Чжэн Юмэй, — Этот ответ заслуживает 100 баллов. Я обязательно расскажу об этом брату Суну завтра, дам тебе дополнительные баллы.
— Спасибо, — улыбнулся Инь Гу.
Получить дополнительные баллы невозможно. Причина, по которой Сун Сун не убил его ножом за эти два дня, заключается в том, что он очень сильно его любит.
— Кто из вас двоих за кем ухаживает? — Чжэн Юмэй посмотрела на Инь Гу. Чем дольше она смотрела, тем больше чувствовала, что они идеально подходят друг другу. Один был остроязычным нападающим, а другой — мягким принимающим. Они точно абсолютно идеально подходили друг другу.
— А что ты думаешь? — Инь Гу не дал прямого ответа.
— Это брат Сун добивается тебя, — сказала Чжэн Юмэй. — Брат Сун очень инициативен. У него аура в 2,8 метра, и он невероятно силён. Когда вы ссоритесь, вы боитесь говорить громко? Вы слишком мягкий и не можете конкурировать с братом Суном.
— Мягкий? Говорить громко? — Инь Гу долго не мог сдержать смех и согласился с ней, — Конечно, я бы не посмел. Когда брат Сун злился, я его уговаривал. Чем больше я разжигал пламя, тем злее он становился.
— Наверное, ты устал постоянно ему уступать, — сказала Чжэн Юмэй с видом консультанта по отношениям. — Если ты устал, просто почаще смотри на брата Суна. Если ты будешь чаще на него смотреть, твой гнев исчезнет.
— Отчего же мне уставать? — Инь Гу неодобрительно посмотрел на неё. — Разве не естественно уговаривать своего парня?
— Хорошая находчивость! — Чжэн Юмэй сжала кулаки. — Ты добрый человек, идеально подходящий брату Суну.
— Да, — Инь Гу не стал отрицать и, сохраняя порядочность, сказал, — Кто просил брата Суна быть одновременно крутым и красивым? Я согласен.
Телефон запищал, Инь Гу открыл его и посмотрел.
Хороший человек: [Когда ты вернёшься домой?]
Студент Инь: [Остался ещё один урок.]
Студент Инь: [Хочешь что-нибудь купить? Хочешь что-нибудь поесть?]
Хороший человек: [Купи мне инвалидное кресло.]
Хороший человек: [Я парализован.]
Студент Инь: [Как поживает моя жена?]
Хороший человек: [Я сейчас пойду к своей жене!]
ПП: *Если бы тигр не кусал людей, разве он был бы Дораэмоном? Это отсылка к японским сказкам и идиомам. Тигр по-японски — это тора (). Во вселенной Дораэмона есть его жёлтый «коллега-робот» с тигровыми полосками — Тораэмон (). Сам Дораэмон — это робот-кот, а не тигр. У него с рождения были уши, но их отгрызли роботы-мыши, из-за чего он стал круглым и больше похож на енотовидную собаку (тануки), с которой его часто путают. Кусающий людей тигр — это хищник, движимый инстинктами. Дораэмон же — создание с искусственным интеллектом, призванное помогать людям, а не вредить им. Таким образом даже если бы тигр перестал кусаться, он всё равно остался бы биологическим животным, а не стал бы технологичным и заботливым роботом-которм из будущего. А теперь к сути: в контексте новеллы можно предположить, что под тигром скрывается характер Инь Гу (даже если бы он не кусался, он не стал бы менее ненасытным в постели).