Кто сказал, что Омеги не могут быть супер сильными? Глава 43.
После победы над Вэнь Е, Тан Цзяцзе остался на поле, чтобы сразиться с участником из команды Академии Чунъюнь.
После двух боев его силы явно иссякли, и Академия Чунъюнь была полна решимости не упустить такой хороший шанс. Второй участник немедленно вступил в бой, не желая давать противнику много времени на восстановление.
С возобновлением матча все внимание снова было сосредоточено на поле.
Команда военно-морской Академии Дихай, естественно, надеялась, что команда Академии Чунъюнь одержит убедительную победу над Тан Цзяцзе, но все пошло не по плану. Этот матч также завершился победой университета Иньин.
Таким образом, университет Иньин уже набрал 3 очка благодаря одному только Тан Цзяцзе, превзойдя рекорд Вэнь Е в 2 очка и поднявшись на первое место в общем зачёте.
— Фу, самодовольный маленький человечек.
Вэнь Е, немного отдохнув и восстановив силы, спокойно прервал их возмущённые жалобы:
— Тан Цзяцзе официально получил ранг S в первом семестре. Должен сказать, он действительно очень силён.
Слова капитана чуть не заставили Кан Ханьюня задохнуться. Он хотел ответить, но Вэнь Е внезапно повернулся и посмотрел на него:
— Ханьюнь, я тебе много раз говорил, что, сталкиваясь с чьими-то сильными сторонами, нужно их признавать.
Кан Ханьюнь открыл рот, но смог лишь жалобно произнести:
Лу Цзиннин, подслушавший их разговор, сжал кулаки и, сияя, сказал:
— Куда спешить? Иньин должен победить! Если нет, как я смогу нормально поговорить с Тан Цзяцзе?
Остальные участники этой беседы сначала оцепенели от его слов, но затем внезапно они поняли, что это имеет полный смысл! Они были слишком недальновидны!
Поняв это, их прежнее недовольство победной серией Тан Цзяцзе мгновенно исчезло. Даже повернувшись к месту отдыха Иньин, члены команды невольно нахмурились.
— Хе-хе, разве вы не издевались над нашим капитаном, потому что он был измотан? Ситуация изменилась, вот увидите!
Члены команды Академии Иньин внезапно почувствовали, как по спине пробежал холодок. Обернувшись, они увидели улыбающиеся лица игроков военно-морской Академии Дихай:
Неужели члены их основного состава сошли с ума после поражения?
В предстоящих матчах между группами C и D Академия Чунъюнь и Академия Муву потеряли по два игрока, оказавшись на грани выбывания. Завоевание этого одного очка было крайне важно.
Однако сегодня был только первый день соревнований. При формировании команд каждой Академии предстояло учесть предстоящие матчи в течение следующих двух дней. После бурных обсуждений участники обеих команд наконец вышли на поле.
Было ясно, что обе стороны придавали большое значение победе в этом матче, и бойцы были равны по силе, подарив зрителям захватывающее зрелище.
В итоге, Академия комплексного военного дела Чунъюнь одержала непростую победу.
После короткой паузы вся арена взорвалась оглушительными аплодисментами, едва не сорвав крышу. Не только местные студенты были невероятно взволнованы, но и студенты других школ были поражены результатом.
В конце концов, сильная сторона Академии Чунъюнь заключалась в боях на мехах, а их результаты в реальных боях исторически были посредственными. Однако в этом году они неожиданно выиграли два матча подряд у более сильной Академии Муву, совершив крупную сенсацию в первый день и, несомненно, подогрев всеобщее предвкушение оставшейся части соревнований.
Увидев ликующие лица игроков команды Чунъюнь, Цзи Хань с некоторым волнением заметил:
— Похоже, команда Академии Чунъюнь действительно хорошо подготовилась к этому обмену.
Однако Лу Цзиннин не успел насладиться атмосферой смешанных чувств. Он хлопнул себя по бедру и встал со стула, воскликнув:
После победы Академии Чунъюнь все три места для игроков команды Академии Муву были заняты, и они стали первой из четырёх школ, выбывших из соревнований.
Согласно правилам соревнований, Академия Чунъюнь, только что завершившая два матча подряд, должна была сделать перерыв и немедленно должен был начаться третий раунд соревнований, в котором военно-морская Академия из группы А сразится с Академией военной механики Иньин из группы В.
Услышав слова Лу Цзиннина, остальные тут же отреагировали: одни подавали ему воды, другие помогали размять суставы, массировали плечи и подбадривали:
— Конечно! Есть ли что-нибудь, с чем брат Лу не справится? — Лу Цзиннин от души рассмеялся, взглянул на сидящего Вэнь Синчэня и прищурился. — Лао Вэнь, неужели тебе нечего сказать герою, который вот-вот отправится в бой?
Вэнь Синчэнь, который внезапно услышал своё имя, поднял на него взгляд и ответил:
— Тебе что, нужна поддержка, чтобы победить полумертвого калеку?
Вэнь Синчэнь слегка улыбнулся, затем внезапно встал:
Прежде чем Лу Цзиннин успел отреагировать, фигура перед ним внезапно приблизилась, и в следующую секунду он оказался в широких объятиях.
Вэнь Синчэнь нежно похлопал его по спине, мягким голосом прошептав на ухо:
— Ты уже много раз слышал пожелания удачи, так позволь мне тебя по-настоящему подбодрить.
Лу Цзиннин на мгновение напрягся, быстро поддавшись слабому аромату мятного дыма, и не смог удержаться от желания обнять его ещё немного.
Однако после объятий Вэнь Синчэнь очень деловито отдёрнул руку, пренебрежительно махнув рукой, словно завершая какое-то дело:
Лу Цзиннин вдруг задумался, не флиртует ли с ним этот мужчина намеренно, но смог лишь подавить желание броситься ему в объятия и бросил на него обиженный взгляд, а затем решительно повернулся и направился к арене.
Взгляд Вэнь Синчэня задержался на удаляющейся фигуре юноши, заметив лёгкий румянец у основания ушей и едва заметную улыбку на губах.
В этот момент участник команды Академии Иньин тоже готовились к битве, и, увидев, кто идёт со стороны Академии Дихай, все были несколько озадачены. Один из членов команды подсознательно потёр глаза, гадая, не галлюцинирует ли он:
— Что происходит с Диха? Такой важный раунд, а они действительно отправили этого Омегу?
Тон другого члена команды был столь же недоверчивым:
— Значит, они отказываются от реального боя? Они приберегают свои боевые силы для предстоящих соревнований по мехам и командных состязаний?
Тан Цзяцзе подготовил множество стратегий перед соревнованиями. Изначально он думал, что если Академия Дихай оставит Бин Юньлиня в соревнованиях по мехам, то они хотя бы отправят ветерана вроде Чжань Шэ. Он не ожидал, что финальный состав полностью превзойдёт его ожидания.
Его взгляд задержался на Лу Цзиннине, но он не был так оптимистичен, как остальные.
Смутное чувство беспокойства заставило его подсознательно нахмуриться. Не говоря ни слова, он направился к арене.
Судя по сложившейся ситуации, Академии Дихай и Иньин были главными фаворитами в рейтинге первого дня соревнований. Все взгляды зрителей были прикованы к арене. После загрузки виртуальной реальности на поле появились две фигуры.
В тот момент, когда они узнали игрока из команды Дихай, вся арена погрузилась в зловещую тишину.
В следующую секунду разразился хаос.
Какую тактику использовала команда Дихай?
Отправить на арену студента-Омегу?!
Может ли быть, что его взяли не просто в качестве талисмана?
Этот неожиданный состав шокировал всех. Альфы с нетерпением ждали, какое выступление покажет этот Омега, а Омеги на трибунах смотрели с нескрываемым восхищением.
Это определённо была суперзвезда среди их друзей-Омег!
На поле, в центре внимания, Лу Цзиннин приветствовал Тан Цзяцзе лучезарной улыбкой:
— Привет, старший, приятно познакомиться!
Тан Цзяцзе чувствовал что-то неладное с тех пор, как узнал о появлении Лу Цзиннина, но не мог понять, что именно. Столкнувшись с игривым поведением Лу Цзиннина, он слегка нахмурился.
— Это соревновательная арена. Не думай, что я проявлю милосердие только потому, что ты Омега.
— Проявишь милосердие? Конечно, нет. С твоим выдающимся характером, старший, я бы даже не осмелился об этом мечтать, — саркастически добавил Лу Цзиннин, его улыбка стала шире. — Я здесь для того, чтобы ты испытал нечто, непохожее ни на что, что ты когда-либо испытывал.
Поскольку Тан Цзяцзе не понял намёка, Лу Цзиннин очень постарался, чтобы ответить максимально дружелюбно:
— Я слышал, что я первый Омега в истории, кто участвыет в конкурсе обмена. Так что, старший Тан, скоро ты станешь первым Альфой, которого побьёт Омега в этом конкурсе. Разве это не приятный сюрприз?
Тан Цзяцзе долго обдумывал его слова, едва сдерживая смех от досады:
— Уверенность — это хорошо, но чрезмерная уверенность перерастает в высокомерие, парень.
— О? — Лу Цзиннин неопределённо поднял бровь. — Уверенность это или высокомерие, мы скоро узнаем.
Те, кто был снаружи, не слышали их разговора. Судя по приветливой улыбке Лу Цзиннина, они предположили, что это был мирный разговор. Однако явно неприятное выражение лица Тан Цзяцзе делало ситуацию ещё более неопределённой.
О, он, вероятно, чувствовал себя неловко из-за того, что Дихай послал Омегу разобраться с ним.
В конце концов, феромоны Омеги, как правило, слабее феромонов Альфы, к такому выводу большинство людей приходят автоматически.
В этот момент судья дал сигнал к началу поединка.
Тан Цзяцзе, уже кипящий от гнева на Лу Цзиннина, полностью отказался от всякого подобия милосердия. С самого начала он высвободил свою феромонную энергию, без колебаний надавливая на противника, решив преподать этому сорванцу урок.
Заставить его подчиниться и слушаться.
В то же время Лу Цзиннин тоже решительно выпустил свои феромоны.
Феромоны Омеги несли сильный, слегка кисловатый запах. То, что должно было быть мягкой, безобидной аурой, вместо этого стало невероятно свирепым, мгновенно поглотив все феромоны Тан Цзяцзе.
Это была совершенно подавляющая сила, словно ненасытный голодный зверь, набросившийся на Тан Цзяцзе.
Феромоны Тан Цзяцзе и так были довольно сильными, но он никогда не представлял, что кто-то может быть ещё более неистовым, тем более что этот человек — Омега!
Подавляющие феромоны Омеги, касаясь его кожи, ощущались как электрические разряды, пронизывающие его насквозь и вызывающие дрожь по всему телу. Они сильно давили на него, словно пытаясь сбить с ног.
Тан Цзяцзе почувствовал, как на мгновение его сознание затухает.
Инстинктивно его ноги почти автоматически начали сгибаться.
Но в следующую секунду он с силой вырвался из этого хаотичного состояния, едва удерживаясь на ногах и не падая на колени от изнеможения благодаря силе воли.
Тан Цзяцзе с огромным трудом поднял взгляд, глядя на полуулыбающегося мальчика перед собой. Его губы были сжаты в тонкую линию, и он низким, хриплым голосом спросил:
Лу Цзиннин, дерзко выпуская свои феромоны, медленно подошёл к нему, его голос звучал томно:
— Разве это не очевидно? Конечно, всё дело в том, чтобы посмотреть, у кого феромоны сильнее.
Он редко использовал свою энергию феромонов против Альф. В прошлый раз на уроке он сделал это лишь с неохотой, потому что этого требовал учитель.
Тогда даже лёгкого выброса было достаточно, чтобы у одноклассников ранга А подкосились ноги, не говоря уже об этом безудержном взрыве.
Интенсивность была несравнима.
Даже приблизившись к нему, Тан Цзяцзе, уже достигший ранга S, никак не мог отреагировать.
Было ясно, что даже просто стоять ему было крайне трудно, не говоря уже о попытке сопротивляться.
Тем не менее, Лу Цзиннин был несколько удивлён. В конце концов, Тан Цзяцзе уже потратил немало энергии феромонов. Согласно его первоначальному плану, Тан Цзяцзе не должен был выдержать атаку более десяти секунд, не говоря уже о мгновенном поражении. Он не ожидал, что Тан Цзяцзе окажется таким крепким орешком.
Он должен был признать, как и говорил ранее Вэнь Е, этот капитан команды Академии Иньин действительно невероятно силён. Но как бы силён он ни был, его неприятный и вспыльчивый характер нельзя было игнорировать.
Лу Цзиннин опустил глаза, глядя на тонкий слой пота, неизбежно проступивший со лба Тан Цзяцзе, и тихонько усмехнулся:
— Ах, должно быть, это было тяжело.
Как только он закончил говорить, окружающие феромоны снова взорвались, набросившись на Тан Цзяцзе с ещё большей агрессией, чем прежде.
Тан Цзяцзе и так с трудом удерживал равновесие, а теперь на его плечи словно давила тысяча килограммов.
Подавляющее давление заставляло каждую клетку его тела, казалось, непреодолимо сдаваться; даже самая сильная воля не могла ему противостоять.
Ноги наконец подкосились, и он упал на колени.
Сила давления делала невероятным даже поднятие головы, но это жалкое состояние было невыносимо для его гордости. Стиснув зубы, он заставил себя остаться в вертикальном положении и с полным недоверием посмотрел на Лу Цзиннина.
Лу Цзиннин, заметив его взгляд, лишь поднял бровь и усмехнулся, в его словах сквозила насмешка:
— О, старший, разве вам не нравится использовать феромоны для подавления людей? Ну же, продолжайте!