Этот Омега невосприимчив ко всем способностям. Глава 22.
Гу Е Шен изначально планировал проводить ребёнка в общежитие, но И Цзяму передумал и на полпути они свернули в лазарет.
Учитель, работающий в медицинском кабинете, всегда вёл точный учёт и строго контролировал как используются медицинские принадлежности, но И Цзяму, вёл себя хорошо и не просил много, поэтому он просто зарегистрировал его и выдал ему рулон бинтов.
Гу Е Шен не мог похвастаться таким обращением, потому что к нему никогда так не относились. Он прислонился к стене в коридора у двери в медкабинет и наблюдал за всем процессом. Это заставило его вздохнуть.
— Вот уж действительно общество, которое смотрит на лица.
И Цзяму вышел с бинтами. Он был озадачен этими словами, но лишь сказал:
— Старший, не могли бы вы оказать мне ещё одну услугу?
Не смотрите на его безобидную внешность. В тот момент, когда он заговорил, его глаза вспыхнули странным светом. Гу Е Шэн необъяснимо почувствовал в них яд и не смог сдержать улыбку.
— Могу ли я попросить вас рассказать старшему Чжуо Чжуо о ситуации, чтобы он почувствовал себя спокойнее?
Гу Е Шэн увидел бинты на руках И Цзяму и сразу всё понял. Он достал комутатор и с ухмылкой посмотрел на И Цзяму.
После нескольких гудков связи звонок быстро соединился. Вскоре после того, как Сян Чжуо успокоил Чжэнь Цзинъяо, они только вышли из здания, когда им позвонил Гу Е Шэн. Они оба сразу нервно спросили:
Губы Гу Е Шэна слегка дрогнули, но тон был серьёзным.
— Как вы думаете, он сможет справиться с тяжёлыми травмами Чжэнь Цзинъяо?
Чжэнь Цзинъяо стоял рядом, слушая разговор, и тут же вмешался:
— Вы сейчас в лазарете? Мы сейчас приедем!
— Сюда нет смысла приходить. Лечение только что закончилось, и он готов вернуться. Способность Гу Е Шэна говорить глупости с закрытыми глазами можно было назвать совершенной. Его взгляд постоянно был прикован к телу И Цзяму, волосы спадали на уши, а обсидиановые серьги слегка мерцали в свете.
— Я тебе говорю, твои действия были очень серьёзными и имели тяжёлые последствия. Если останутся шрамы, подумай, как загладить свою вину перед ним!
И Цзяму услышал это и бросил на него предупреждающий взгляд. Это заставило Гу Е Шэна мгновенно изменить свои слова.
— В любом случае, я не из тех, кто отпускает циничные замечания. Скажу тебе, что этот маленький друг любит пить чай с молоком. Понимаешь?
И Цзяму, наблюдая, как Гу Е Шэн кладёт трубку, невольно поджал губы.
— Твои слова были немного преувеличены.
Голос Гу Е Шэна звучал как голос опытного человека.
— Это не преувеличение. Лучше, чем завтра прийти и увидеть, как тебя затаскивают осматривать рану.
В этом не было ничего плохого. Если бы обычный человек, такой как И Цзяму, столкнулся с разрушительной силой Чжэнь Цзинъяо, ему было бы трудно восстановиться в ближайшее время, даже если бы ему оказали медицинскую помощь. И Цзяму был бы разоблачён с одного взгляда. Именно поэтому он пошёл в лазарет за бинтами.
Гу Е Шэн, увидев молчание И Цзяму, протянул руку, чтобы взять у него бинты, а затем погладил его по мягкой голове.
— Я буду ждать тебя внизу завтра утром в 8:30. Я помогу тебе перевязать твои «раны», а потом пойду на собрание, чтобы убедиться, что они не будут видны.
Это звучало неплохо, поэтому И Цзяму кивнул, недолго думая.
Поскольку его рукава были обожжены, он вернулся в общежитие в пальто Гу Е Шэна. Затем он почистил его и положил около своей сумки.
Утром всегда было светло. Гу Е Шэн пришёл довольно рано и прислонился к большому дереву. Звёздный свет, падающий на его тело сквозь листву, был пятнистым, а его родинка в форме капли была такой же завораживающей, как обычно. Серьги из обсидиана казались необычайно глубокими.
И Цзяму вернул пальто, от которого исходил слабый аромат, и Гу Е Шэн слегка поднял брови. Он положил его в своё хранилище, затем он мастерски забинтовал руки И Цзяму и с нетерпением посмотрел на него.
— И Цзяму, прости. Я не хотел этого вчера! — Сегодня утром тренировочный корпус ассоциации долгое время был наполнен искренними извинениями Чжэнь Цзинъяо. — Смотри, это молочный чай, который я принёс специально для тебя. Днем будет еще одна чашка! Выпей побольше, чтобы восстановить силы, и ты скоро поправишься!
И Цзяму медленно взял принесённый чай и долго выдавливал из себя слова.
— Спасибо, старший. Не нужно быть таким вежливым.
На полшага позади И Цзяму, Гу Е Шэн «помогал» ему шаг за шагом. Он смотрел вниз, его лицо было скрыто падающими волосами, скрывающими его настоящее выражение. Однако, если присмотреться, можно было заметить его слегка дрожащие плечи. Казалось, он мог в любой момент расхохотаться, если бы был неосторожен.
И Цзяму наконец успокоил извиняющегося Чжэнь Цзинъяо и поднял глаза, чтобы безучастно посмотреть в зеркало через коридор. Там тихо стоял человек, густо обмотанный бинтами. Он выглядел как огромный кокон.
Если бы у него был шанс сделать выбор снова, он бы определённо отказался от предложения Гу Е Шэна перевязать ему раны — даже если бы такая перевязка полностью исключила идею Чжэнь Цзинъяо осмотреть раны.
Как только никого не стало рядом, Гу Е Шэн не удержался и, падая на диван, громко рассмеялся.
— Эй, ты видел выражение лица Сян Чжуо? Ха-ха-ха, кажется, Чжэнь Цзинъяо подозревает, что он обжёг тебе руки, так что они больше ни на что не годятся!
В конце смеха он не смог сдержать слёз. Затем он посмотрел на бесстрастное лицо И Цзяму и, едва сдерживая слёзы, лениво откинулся на диване и принял серьёзное выражение.
— Поздравляю, на этот раз ты прошёл очень успешно!
И Цзяму, увидев слегка изогнувшиеся губы Гу Е Шэна, замолчал.
Гу Е Шэн, увидев это недовольное выражение лица, сдержал улыбку. Он встал, подошёл к И Цзяму и осторожно уговорил его:
— Или мне сегодня вернуться и попрактиковаться в перевязке?
— Забудь об этом, — И Цзяму мягко оттолкнул его и пробормотал, — В любом случае, следующего раза не будет.
Благодаря молочному чаю Чжэнь Цзинъяо, наполненному заботой его старших, «травмы» И Цзяму быстро зажили и полностью исчезли за два дня. Он наконец-то избавился от громоздких повязок и снова приступил к работе помощником в ассоциации.
Также благодаря этому инциденту закончился неловкий период между главными партнёрами Сян Чжуо и Чжэнь Цзинъяо, и всё, казалось, вернулось на круги своя.
Не успели они оглянуться, как прошла неделя.
И Цзяму с Сан Бэем возвращались в общежитие после того как закончили занятия. Они проходили недалеко от здания Ассоциации Способностей, которое особенно выделялось среди остальных построек, когда И Цзяму вспомнил одну вещь.
— Бэй Бэй, я дочитал рассказ, который ты мне прислал в прошлый раз. Есть какие-нибудь новые рекомендации?
Сан Бэй слегка замер, и он с сомнением обернулся, чтобы посмотреть на собеседника.
— Ты все ещё хочешь посмотреть?
И Цзяму странно посмотрел на него.
— Это не невозможно… — В этот момент Сан Бэй почувствовал некоторое сожаление по поводу того, что втянул своего соседа по комнате в эту ловушку. Иначе как он мог все ещё думать о Шэнь Цзе, когда его уже отметили?
Он чувствовал, что обязан изменить это ошибочное мнение. Первым шагом, естественно, было распределение атрибутов гонга!
После недолгой паузы Сан Бэй спросил.
— У меня есть несколько историй, где Бог Е — это гонг. Хочешь попробовать?
— Разве президент не гонг? — И Цзяму задумался и кивнул. — Возможно. Пришли мне.
Сан Бэй с облегчением вздохнул.
— Я свяжусь с тобой, когда вернусь.
Они болтали и собирались пройти перекрёсток, когда услышали сильный шум и невольно обернулись.
Неизвестно, что произошло, но группа возле здания Ассоциации Способностей, казалось, внезапно куда-то исчезла. Они разбежались во все стороны в возбуждённом состоянии. Многие люди бросились к ним с паническими выражениями лиц.
И Цзяму хотел сказать, что не знает, но тут порыв ветра обдул его лицо, и в нос попал слабый запах нарциссов. Он почувствовал, будто его слегка потревожила рука. Внезапно что-то в его крови забурлило. Однако было ясно, что другие люди не так чувствительны, как он.
Первый «убежавший» наконец-то смог перевести дыхание и остановился неподалёку, жадно вдыхая воздух.
Сан Бэй подошел, чтобы расспросить людей. Один из старших учеников наконец-то взглянул на него и сказал:
— У альфы начался гон. Омега, будь осторожен. Эта зона скоро будет полностью заблокирована. Помни, сегодня туда не ходи.
Сан Бэй был ещё больше озадачен.
— Разве нет спасательной команды на случай, если у альфы внезапно наступит гон? Почему тогда эта зона будет заблокирована?
На лице старшего ученика мелькнул страх и он невольно ещё раз взглянул на Сан Бэя.
— Ты первокурсник? Тогда ты, наверное, не знаешь, что некоторые альфы не могут контролировать свои способности в период уязвимости. Как бы ни была надёжна наша школьная спасательная команда, с такой сильной способностью справиться невозможно.
Он не стал ждать вопроса от Сан Бэя и продолжил:
— В нашей школе много учителей с S-уровнем способностей, но… столкнуться с неуправляемыми способностями Гу Е Шэна в период гона — это действительно непростая задача.
— Человек, вошедший в состояние гона — это Гу Е Шэн?!
— Я слышал, что его гон внезапно наступил раньше и у него не было времени подготовиться. — Старшекурсник крепко сжал губы. — В любом случае, другого выхода нет. Боюсь, нам остаётся только ждать, пока школа подаст заявку на прибытие ближайшей механической спасательной команды, чтобы оказать поддержку школе. Однако не волнуйтесь слишком сильно. Это не первый раз, когда такое случается, и школа знает, что делать.
В такой уязвимый период, когда нужна была помощь спасательной команды, вероятно, только Гу Е Шэн мог бы это сделать.
Сан Бэй открыл рот, но не знал, что сказать. Он мог только оглянуться назад, не задумываясь.
Взгляд И Цзяму был устремлён на здание ассоциации вдалеке. Служба безопасности школы услышала новости и начала эвакуацию окружающих учеников. Был установлен кордон, и вся территория была мгновенно заблокирована.
В его светло-абрикосовых глазах что-то слегка дрожало, когда он сказал Сан Бэю:
— Мне нужно кое-что сделать. Пожалуйста, возвращайся в общежитие.
Ночной Нарцисс: Детка, ты мне нужен. Приходи скорее~ QAQ