Кто сказал, что Омеги не могут быть супер сильными? Глава 137. 8.
— Слышали? В этом году снова выросло число новобранцев-омег!
— А? Но ведь их количество и так неуклонно растет последние несколько лет, разве нет?
— Если подумать, нам, одиноким альфам, теперь должно быть проще найти пару, верно?
— Но с тех пор, как маршал Лу возглавил Объединённые силы, доля омег, поступающих на военную службу, определённо значительно возросла.
— Кстати говоря, этот маршал — настоящая легенда своего поколения, не так ли? Меня переполняет восторг при одной мысли о том, что такой человек окончил нашу Имперскую военно-морскую академию!
— Точно, и не забывай про маршала Вэня! «Два героя Имперского флота», верно? Я поступил в Имперскую военно-морскую академию именно из-за них — будет чем похвастаться: ведь они были моими старшими товарищами, ха-ха-ха!
— Ишь ты, какой довольный — словно мы все остальные им не младшие товарищи.
В Имперской военно-морской академии начинался новый учебный год. Группа старшекурсников-альф стояла у ворот, готовясь встречать первокурсников, и попутно болтала ни о чем.
Такая сцена повторялась каждый год в начале семестра, однако каждый раз в атмосфере чувствовался едва уловимый оттенок новизны.
Эти перемены происходили постепенно, почти незаметно.
В данный момент армия зергов сдерживалась Объединёнными силами на окраине отдалённой звёздной системы. Враг проявлял беспокойство и был готов к атаке, но не решался сделать ход из-за действующего фактора сдерживания. Это противостояние длилось уже больше года, позволяя человечеству вернуться, пусть и временно, к состоянию относительного мира.
Все надеялись, что этот мир продлится как можно дольше.
Один из старшекурсников, молодой человек с кудрявыми каштановыми волосами, случайно поднял взгляд и увидел две фигуры, идущие бок о бок по территории кампуса.
Его взгляд замер, и он с изумлением спросил:
— Это что, инструкторы из нашей академии? Кажется, я их раньше никогда не видел.
Услышав это, остальные тоже подняли головы, и их взгляды застыли на месте. Кто-то невольно выругался себе под нос:
Конечно, они никогда не видели их вживую, но эти лица были до боли, до дрожи знакомы.
Их часто можно было встретить в новостных заголовках. Мужчины не делали никаких особых жестов, но стоило им просто шагнуть вперёд, излучая совершенно естественную ауру властности, как у студентов от нервного напряжения пересыхало в горле.
Его золотистые волосы ловили яркий свет звёзд; несмотря на прошедшие годы и жизнь, полную бесконечных сражений, его черты лица сохранили свою поразительную, резкую выразительность.
Лу Цзиннин не был в Имперской военно-морской академии много лет и за это время кампус успели несколько раз перестроить, поэтому, войдя на территорию, он на мгновение остановился. Заметив неподалеку группу студентов, он направился к ним.
Увидев, как они растерянно смотрят на него, он одарил их яркой, дружелюбной улыбкой, чтобы разрядить обстановку.
— Прошу прощения, ребята... не подскажете, как пройти в кабинет ректора?
Издалека они не могли разглядеть его как следует, но теперь, оказавшись лицом к лицу с этой легендарной личностью, старшекурсники были настолько ошеломлены, что не могли вымолвить ни слова; они чувствовали себя ещё более растерянными и сбитыми с толку.
Тот самый человек, о котором они только что говорили, внезапно оказался прямо перед ними!
Один из них первым пришеёл в себя, хотя в голове у него царила пустота, занятая лишь одной мыслью: если это действительно сам маршал Лу, то кто же тогда стоит рядом с ним?
Вэнь Синчэнь заметил их взгляды, слегка опустив веки, он ровным, невозмутимым тоном спросил:
Стоило его спокойному голосу достичь их слуха, как атмосфера, которая ещё мгновение назад была согрета лучезарной улыбкой Лу Цзиннина, мгновенно изменилась. На смену ей пришло подавляющее ощущение власти, внушающее уважение безо всякого гнева. В отличие от Лу Цзиннина, Вэнь Синчэнь обладал аурой феромонов, ставшей невероятно мощной за годы непрерывных войн, а поскольку альфы от природы остро чувствуют разницу в силе, его слова ударили по ним, словно порыв ледяного ветра. Почти машинально все вытянулись в струнку, приняв строгую военную стойку «смирно».
Лу Цзиннин нашел эту сцену забавной и слегка подтолкнул Вэнь Синчэня локтем:
— Брат Вэнь, ты пугаешь ребят.
Вэнь Синчэнь на мгновение умолк, а затем отступил на шаг назад.
Некоторые из старшекурсников, успевшие за эти короткие мгновения покрыться лёгким потом, наконец почувствовали, как спало напряжение и их затуманенный страхом разум начал проясняться.
Один из них украдкой вытер выступившую на лбу каплю холодного пота и указал на высокое здание неподалёку:
— Если вы ищете кабинет директора, то он в том здании... на самом верхнем этаже.
Лу Цзиннин уже собирался уходить, увлекая за собой Вэнь Синчэня, когда кто-то вдруг окликнул его:
Под его взглядом лицо говорившего вспыхнуло ярко-красным румянцем. Долго запинаясь, тот наконец сумел выпалить:
— Можно спросить... вы маршал Лу Цзиннин?
Лу Цзиннин не удивился тому, что его узнали.
Лицо юноши запылало ещё сильнее, но наконец он набрался смелости и воскликнул:
— Я... я ваш огромный фанат! Можно... можно получить ваш автограф?
Услышав это, остальные широко раскрыли глаза.
Чёрт, этот парень обычно такой тихий — как это он умудрился так быстро сориентироваться?
Мы тоже хотим автограф, чёрт возьми!
Лу Цзиннин лишь на мгновение растерялся, но тут же с непринуждённой щедростью ответил:
Увидев, что их товарищ действительно получил автограф, остальные сгорели от зависти; больше не в силах сдерживаться, они последовали его примеру и наперебой стали просить расписаться и им. Лу Цзиннин отнесся к этой маленькой просьбе с искренней любезностью: используя то, что оказалось под рукой, он размашистым, уверенным росчерком оставил свою подпись прямо на спинах их форменных курток — так, что она сразу бросалась в глаза.
Заметив, как они замялись, словно желая сказать что-то ещё, он прекрасно понял ситуацию. С улыбкой он повернулся к Вэнь Синчэню и спросил:
— Брат Вэнь, хочешь расписаться прямо рядом с моей подписью?
Вэнь Синчэнь стоял в стороне, казалось бы, совершенно равнодушный к происходящему, но, услышав эти слова, небрежно и спокойно кивнул. Он взял ручку и с такой же легкостью поставил свою подпись.
Когда они ушли, группа студентов смотрела вслед Лу Цзиннину с нескрываемым обожанием.
Это был их кумир — идеальный омега: красивый, добрый и невероятно сильный!
Величайший маршал Лу во всей Галактике!
Эта мысль прочно засела у них в головах и лишь когда мужчины отошли на приличное расстояние, студенты наконец очнулись от оцепенения и переглянулись.
— Знаете, я слышал, что сегодня на встречу выпускников должны приехать бывшие студенты.
— И что они выступят с речью на церемонии приветствия первокурсников.
— Обалдеть, не может быть! Как же повезло нашему потоку?!
— Теперь я даже с нетерпением жду этого события. Если здесь эти двое, значит, могут появиться и другие важные шишки...
Слова затихли, и в группе воцарилась странная тишина.
Когда студенты подняли взгляд на школьные ворота, в их глазах вспыхнуло радостное предвкушение.
Пока Лу Цзиннин и Вэнь Синчэнь шли к кабинету директора, Лу заметил, как уголок губ его спутника приподнялся в улыбке, и невольно взглянул на него:
— Просто подумал о том, как ты популярен, где бы ни оказался.
— Ты ничем не уступаешь, маршал Вэнь.
Вэнь Синчэнь уже собирался что-то сказать, но тут зазвонил коммуникатор Лу Цзиннина; он склонил голову, жестом предлагая ответить. Лу Цзиннин взглянул на экран, показал его Вэнь Синчэню и неспешно принял вызов. Не дожидаясь ответа собеседника, он с ноткой досады произнёс:
— Ладно-ладно, мы уже зашли на территорию школы. Ты же взрослый человек — чего такой нетерпеливый?
Юй Цинцан на том конце провода явно на мгновение опешил, а затем раздражённо парировал:
— Да потому что вы двое слишком медленно двигались! Все уже ждут в кабинете директора, только вас двоих и не хватает.
Лу Цзиннин неопределённо хмыкнул, но тут же о чем-то вспомнил:
В трубке раздался шум и гам, а мгновение спустя послышался характерный мягкий и ласковый голос Жэнь Цзиня, звучавший очень взволнованно:
— Мгм, мы внизу, сейчас поднимемся.
Юй Цинцан забрал коммуникатор обратно. Похоже, лишь сейчас осознав смысл сказанного ранее, он стиснул зубы и с нажимом произнес:
— В смысле — твой Цзиньцзинь? А Цзинь — мой!
Ого, ну и собственнический инстинкт — просто зашкаливает.
Лу Цзиннин не удержался и поддразнил его:
— Твой? А ты спроси у Жэнь Цзиня, существует ли ещё «Фан-клуб брата Лу»?
Юй Цинцану страстно хотелось швырнуть коммуникатор прямо в эту бесячую физиономию, но вместо этого он глубоко вздохнул и процедил сквозь зубы:
Лу Цзиннин на секунду отвёл коммуникатор от уха и спокойно ответил:
— Да-да, понял. Как я и сказал, мы внизу — сейчас будем.
Повесив трубку, он заметил, что Вэнь Синчэнь выглядит забавляющимся, и бросил на него шутливо-сердитый взгляд:
— Тебя, между прочим, тоже назвали медлительным. Чего смеёшься?
Вэнь Синчэнь открыл перед ним двери лифта и жестом пригласил войти:
— Я слышал. Так что прошу, заходите в лифт, маршал Лу.
Лу Цзиннин не сдержался и рассмеялся:
— Ладно, то же самое касается и тебя, мой маршал Вэнь.