Columbarium
March 23, 2025

Де Голль

Игрок: @

Имя и Фамилия: Де Голль

Рост: 180 см

Вес: 65 кг

Возраст: 24 года

Организация: Наёмники

Репутация: 40

Очки имплантов: 10/0*

Класс: Стрелок

Боевые очки навыков: 13

Мирные очки навыков: 16

Внешность:


Характер

Де Голль — человек разрушенной мечты, предпочитающий развлечения унынию. Имея горький опыт в наблюдении за разбитыми людьми, осознал, что в вечной печали погибнет сам, оттого и разбавляет тоску колким юмором и аффирмациями. Любит амбициозных личностей, с горечью вспоминая в них себя, и всячески старается им помочь. На удивление относится к жизни оптимистично, полагая, что нет смысла ненавидеть то, что нельзя изменить. В мире свободолюбивых принимает ограничения, однако только те, что избрал сам. Привязывается не сразу, но, как только начинает доверять, не отпускает, идет на уступки, отдается общему делу полностью. Легко обижается, но быстро прощает. Обидеть его могут лишь близкие, так как ему нет дела до остальных, ведь он уже давно отказался от масштабных идей, не ищет всеобщего признания, не переживает о мнении других. Некоторые находят его скучным упрямцем, не принимающим иную точку зрения, не подозревая, что исключительно его мировоззрение спасло его жизнь.

Биография

В каплях дождя, растекавшихся по запотевшему окну бара, отражался свет неоновых ламп. Полуобнаженные танцовщицы под пристальным вниманием охраны развлекали публику, напевая известную песню, названия которой никто не помнил. Местные пьяницы, набравшись храбрости после выпитой взахлёб бутыли, приставали к официанткам, за что вмиг выдворялись на улицу. Казалось бы, уютно и безопасно... Но человек без имени каждый вечер просил стакан воды, садился за крайний столик и напряжённо следил за сценой, ожидая её выхода.

Неприступная и гордая пианистка под всеобщие овации, приподнявшись над толпой, тонкими пальцами с мастерским чувством ритма заиграла ласкающие слух мелодии. Звук, раздающийся в такие моменты по всему помещению, успокаивал и убаюкивал. И пока все валились на столы, молчаливый гость все за нею наблюдал.

К зданию подъехала машина. Рёв двигателя, громкий и знакомый, сообщил о приезде местного олигарха, что уже был здесь двумя неделями ранее. Де Голль с нетерпением ждал его...

Владелец заведения радостно приветствовал богатого посетителя, предложив бесплатно угоститься. В ответ тот, брезгливо отмахнувшись, холодно предложил приступить к делу. Вынув из внутреннего кармана пиджака кошель, набитый купюрами, франт протянул деньги хозяину, попутно осмотревшись. Заметив в углу занятую своими делами девушку, он, подойдя, учтиво представился знакомым её покойного отца, предложив финансовую помощь.

Элен вежливо отказалась, поклонилась и поторопилась уйти, как вдруг была схвачена за руку:

— Извольте пройти со мной, мадам.
— Прошу, оставьте меня!

Стук дождевых капель, мольбы пианистки, щелчок револьвера — все смешалось в симфонию, очарававшую Де Голля, что после убийства еще несколько мгновений любовался лицом спасенной, прежде чем скрыться.

...

— Отец, только не говори мне, что не знал о похождениях этого бюрократа. Напомнить участь той пропавшей бедняжки? Три недели назад он увел ее в ночи и не привел обратно! И где же она сейчас? Под землей... Я не мог допустить повторного похищения! Элен, Элен... Она так похожа на неё...
— Замолчи, мать давно покинула нас. Вспоминать уже нет смысла. Слишком боле...
— Да как ты... – бесцеремонно перебил участкового задержанный.
— Вернемся к показаниям... — полицейский принял невозмутимый вид.

...

Де Голль, прикрыв влажные глаза рукой, никак не мог уснуть на жесткой кровати одиночной камеры. Лунный свет, эпизодически освещающий камеру, болезненно напоминал об утерянной свободе. Одна лишь мысль о ней перекрывала юному преступнику дыхательные пути. Всего 20 лет вольной жизни... Остаток своих дней он проведёт здесь.

...

— Небось бесчинствуют под покровительством гос. структур. Тьфу!

...

— Местные охранники превышают полномочия, следует обратиться к администрации.

...

— И сколько еще ждать завтрака?

...

Всего год защитнику слабых потребовался на то, чтобы забыть и честь, и достоинство. Из его мыслей выветрились благородные порывы, революционные идеи и максимализм. Юноша, уверенный в своем желании стать полицейским, встретил взрослую жизнь в тюрьме. Речи Де Голля становились все менее красочными, красивая лексика сменилась разговорной. Личные цели затмили заинтересованность во всеобщем благополучии...

...

Щелчок в замочной скважине...

— Папа?
— Собирайся, собирайся живо!

Испачканный кровью полицейский протянул руку заключённому, с которым когда-то планировал отлавливать преступников. Но все вышло с точностью наоборот — оба теперь являются криминальными элементами. Отец вызволяет сына.

— Ты рискуешь слишком многим. Стой! - в Де Голле неожиданно для него самого проснулись прежние чувства.
— Ты — для меня всё! Как жаль, что я так поздно понял...

...

— С тех пор мне противно называться своим именем. Не смею к фамилии отца его приписывать... К счастью, скоро забуду. — Де Голль переложил книжную закладку, оставил дату и закрыл тетрадь, с улыбкой повернувшись к окну бара в Найт-Сити. Сегодня было людно, толпа кружилась в танце под медленный бит. Все настраивались неповторимо провести многообещающие выходные. Встретить грустных и злобных здесь было практически невозможно. Однако зоркий Де Голль сразу заметил только вошедшего юношу, что нервно осматривался не в силах определиться с направлением. Обноски, расстрепанные волосы и немытое лицо — в нем сразу выдавался привычный местный, что почему-то в этот день не развлекался со всеми. Минутой спустя к толпе присоединились два инородных объекта в несравненно дорогой одежде с пистолетами, покоящимися в кожаных кобурах.

Заинтригованный Де Голль, проходя мимо встревоженного парня, указал ему на дверь в дальнем углу, лаконично обозначив: "Выход". После, очутившись рядом с преследователями, подставил одному ногу, сбив их со следа, и незаметно нырнул в людскую гущу. Пока те выискивали виновного, он подобрал брошенное на пол чьё-то пальто и двинулся к "выходу". На самом деле, то был длинный и запутанный коридор, ведящий на кухню, но на поиски заблудшего юноши потребовалось на удивление немного времени. Де Голль, бросив ему пальто, улыбчиво произнес: "Будем знакомы, я — Де Голль. Тебя как звать, малец?" "Линкольн," — коротко обронил он.

Снаряжение

— Наплечная сумка;

— Винтовка Nokota D5 Copperhead;

— Пистолет Militech M10-AF Lexington;

— Короткий мачете (50-сантиметровый);

— Комплект метательных ножей.

Навыки

Очки навыков: 13

— Стрельба из пистолетов и револьверов 5/5

— Стрельба из автоматического оружия 5/0

— Владение коротко режущим оружием 4/4

— Боевые искусства 4/4

Мирные навыки

Мирные очки навыков: 16

— Актёрская игра 5/5
Де Голлю не раз приходилось держать себя на людях, что, конечно, в один момент привело к срыву... Тем не менее до срыва никто не смел подозревать его в чем-либо или догадываться о его намерениях. Тому поспособствовали частые походы с семьёй в театр.

— СМИ 5/5
Отец Де Голля, будучи полицейским, обучил сына правильно работать с информацией, находить проверенные источники и не обманываться ложными инфоповодами, возникшими по прихоти редакторов новостных изданий.

— Торговля 3/3
Де Голль, горевший ранее идеей стать политиком, умел красиво представить себя и, соответственно, любой товар. Если возникала необходимость сбить цену, он умело критиковал товар, смешивая факты с дезинформацией, благодаря чему сэкономил множество раз.

— Танцы 3/3
Де Голль часто посещает бары, где, расслабившись, развлекается на всю катушку. Опытные танцовщицы, известные в узких кругах, положительно отзывались о его танцевальных умениях.

Фетиши и страхи

Футфетишизм — Женские ступни... Уже в детстве Де Голль, посмотрев "Золушку", заинтересовался ими. Небольшие, худенькие и нежные в красивых стильных туфлях... Но лучше, безусловно, без них. Так приятно наблюдать аккуратно подстриженные ногти, хаотично движущиеся пальцы... Ох, Де Голль сходит от них с ума.

Страх быть задержанным — Де Голль боится привлечения к ответственности. Казалось бы, побывав в тюрьме, он теперь должен проще к ней относиться. Но ничто не пугает его больше, чем мысль очутиться взаперти наедине со своими мыслями.