𑣲 06 — перед потерей веры в сердце
ru : @northdmd
“твоя шея, чувак, она типо…” я посмотрел на Дуана, который снова скорчил рожу, указывая на свою шею с тем самым щенячьим выражением лица. я тоже хотел ему сказать, типо, чувак, я свою собственную шею не вижу. и я не из тех, кто часто смотрится в зеркало.
“что такое?” я наугад потер шею рукой. он вздохнул и снова начал гладить толстую собаку у себя на коленях. я уже говорил — мне плохо даётся одиночество. поэтому сегодня я пришёл к Дуану и Кхун'Циню домой. ага… он так любит свою собаку, что купил дом просто чтобы у неё было место бегать. собака за сто тысяч батов, живущая в доме за миллион батов.
Надо реально с ума сходить от любви, чтобы так делать. просто говорю.
“я просто включу для тебя фронтальную камеру.”
“привет, друзья из соцсете—что за?!”
“похоже, тебе поставили засос, чувак.”
“ты с собой целое рисовое поле притащил. в прошлый раз я видел Кхао Дана. потом Эк Суэна. потом Кхао Хом. Виттхая…”
“я люблю рис, Дуан! рис — это моё сердце, запомни!” я сидел, глядя на синяки на своей шее, и чувствовал себя паршиво. обещание не выполнено. я же сказал ему — никаких следов, никаких царапин на спине. и что теперь?
фу, а у меня сегодня ещё планы с Пхаэнг.
“есть способ, чтобы это быстро исчезло?”
“не знаю. я обычно не оставляю видимых доказательств. может, раньше и косячил, но тогда я никуда не собирался выходить.”
“то есть теперь мне отменять встречу с ней?”
“дай парню отдохнуть. ты его не слишком загоняешь?”
( это значит “маленький Джеттана” )
“жизнь одна. надо успеть насладиться секsом, пока жив.”
“да заведи уже парня/девушку!” Дуан заорал так громко, что его пёс взъерошился от испуга. мне говорили завести любимого столько раз, что я уже сбился со счёта. всё равно не хочу. не чувствую этого. что ты хочешь, чтобы я сделал, а?
“неужели вообще нет никого, с кем ты хотел бы быть каждый день? просто смотреть, как он ест, и уже быть счастливым?”
“я хочу быть со всеми каждый день. ты же знаешь, я быстро чувствую одиночество.” я мрачно посмотрел.
“Или, может, твоя версия сильной симпатии — это типа… если у человека развяжется шнурок, ты встанешь на колено и завяжешь его за него?”
“неа. если у кого-то развяжется шнурок и он не сможет его завязать, я завяжу его для любого.”
“я знаю эту фразу, это северный тайский! ха! показуха — провёл пару недель, обнимаясь со своим парнем в Чиангмае, да?”
“мне кажется, для такого человека, как ты, сильно кого-то любить — это будто врать самому себе. типо : 'это не так серьёзно. я его не люблю.' а на самом деле ты сходишь с ума, просто убегаешь от своих чувств.”
“сердце колотится как бешеное, а вслух говоришь 'ничего такого'.”
“вот примерно это я и имею в виду.”
“не делай вид, что знаешь меня. ты не мой парень.”
”запомни — если рядом с кем-то ты начинаешь чувствовать себя странно лучше… ты попал. вот тогда и накрывает.”
“типо 'с тобой ещё лучше'?” ( отсылка к названию новеллы 'even better with you' )
“не знаю, что это значит, но, наверное.”
“идиот.” я кинул в его лицо пушистую игрушку, и его милая собака тут же подбежала кусать мой палец, будто защищала его. всегда на посту, эта малышка. я хорошенько её погладил. мы недолго поиграли, прежде чем она вдруг встрепенулась и рванула к входной двери.
“Флаффи! стой! мамочка почти дома, да? зачем ты бежишь, Флаффи!”
Я смотрел, как Дуан мчится за пухлым щенком, как будто участвует в эстафете. тот услышал машину Кхун'Циня и по привычке побежал встречать его. как всегда. хочет пойти поприветствовать свою маму.
“только попробуй сказать при нём, что он мамочка. будут кулаки.”
“сладкий, не выбегай больше так на улицу, ладно? а если бы я не запер машину?”
Честно говоря, если бы Дуан не был моим близким другом, я бы, наверное, не поверил, что подростковая любовь вроде его вообще существует. она построена на готовности, понимании — и никогда не менялась. раньше я думал: “ у тебя такое большое сердце, ты так много ему отдаёшь ,” но снова и снова удивляюсь, узнавая, что он способен отдавать ещё больше.
И самое удивительное — сколько бы он ни отдавал Кхун'Циню, он всегда получает столько же в ответ, даже не прося.
Это отношения, где отдача и получение происходят одинаково, неважно, кто начал первым.
“ты идиот,” Дуан подбежал и крепко обнял Кхун'Циня за талию, уткнувшись лицом ему в грудь. он всегда ругает меня за то, что я становлюсь таким милым и крошечным, когда рядом Кхун'Цинь. Цинь пару раз похлопал меня по плечу, прежде чем я успел поприветствовать его своим сладким 'я люблю тебя'. если бы Дуан не заметил Кхун'Циня первым…
“сколько бы ты ни строил милого, он тебя не полюбит.”
“смелые слова для человека с детским лицом.”
“подвинься,” проворчал Дуан, неся целую охапку еды, которую принёс Кхун'Цинь — будто он скупил весь Накхон Патхом — и поставил её на обеденный стол. Кхун'Цинь легендарен тем, что всегда 'слишком', абсолютно чрезмерный, но при этом его фигура всё равно подтянутая, будто он каждый вечер тренируется. Дуан однажды сказал мне, что если Цинь проголодается в 3 ночи, этот храбрый человек зайдёт на кухню, включит свет и приготовит ему что-нибудь, словно в корейской дораме.
Я бы никогда не стал встречаться с кем-то таким!
“как у тебя дела в последнее время, Джейми?”
“уф,” я простонал, притворно всхлипывая. мне хотелось поцеловать Кхун'Циня в щёку, но если бы я попробовал, меня бы, наверное, ударили. он правда очень добрый — он никогда не называет меня “Джейми” при других. он всегда произносит моё полное имя, Джеттана, каждый раз. никогда просто “Джет”, потому что знает, что моё прозвище — Джейми.
Честно говоря, даже сейчас Дуан и Пэ всё ещё путают моё прозвище.
Во всём мире, наверное, только один человек угадал его правильно с первого раза.
Стоит только подумать об этом, и моё сердце немного сжимается.
“как обычно. ничего особо интересного.”
“я думал, ты мог влюбиться после нашего разговора в Чиангмае.”
“это сложно, Кхун'Цинь. он мне правда нравится, но это не так… что если у меня его не будет, я буду раздавлен или с разбитым сердцем. поэтому я всё думал, может, я просто доволен? но нет, даже если в итоге мы не будем вместе, я бы не пожалел и не расстроился.”
“хм. я вроде понимаю, но, может, это просто то, как другие определяют любовь?”
“может, мне нужно послушать сотню любовных песен, посмотреть сотню романтических фильмов, прежде чем я начну понимать, что такое любовь на самом деле. всё зависит от того, как ты её определяешь, да? типо, если бы спросили: 'если однажды Дуан полюбит кого-то другого, ты отпустишь его?' ”
Я посмотрел на Циня — на его губах была мягкая улыбка, пока он смотрел на широкую спину моего лучшего друга. Дуан боролся со своим толстым корги, аккуратно раскладывая еду по тарелкам. в груди вспыхнуло маленькое чувство — если однажды я смогу смотреть на кого-то так, как Цинь смотрит на Дуана, или как Дуан смотрит на Циня…
“я бы отпустил его. я бы даже сам проводил его к тому парню. пока Дуан счастлив — этого достаточно. это не значит, что я его не люблю — это значит, что я люблю его так сильно, что если я больше не могу быть его счастьем, его комфортом или его любовью, тогда я хочу, чтобы он провёл оставшееся время с тем, кто сможет стать этим вместо меня.”
“видишь? только не говори этого при нём, Кхун'Цинь. он чувствительный. он всё перекрутит и решит, что ты его больше не любишь. такой драматичный. ( drama queen)”
“о чём вы там сплетничаете?” Дуан, наверное почувствовав, что о нём говорят, обернулся с растерянным видом и приподнял бровь на Циня. я покачал головой и сказал ему не совать нос. он как обычно меня отругал и вернулся к еде.
“но если Джейми не хочет быть ни с кем, то и не нужно. быть одному — отлично, и спокойно тоже.”
“но не позволяй этому спокойствию мешать тебе начать что-то новое. однажды, когда появится тот самый человек, ты просто поймёшь — он стоит всего, и ты ни на что его не променяешь.”
Я потянул руку Кхун'Циня к своей груди, сжал губы, будто собирался расплакаться, и драматично сказал:
“я так сильно хочу быть твоей женой, T_T.”
“Джет! отпусти руку моего парня!”
“ты даже не собираешься поздороваться?”
“я здороваюсь! я хочу, чтобы ты сказал что-нибудь первым,” сказал Джейми, выпрямившись, как человек, полный надежды. Марвис оглядел его с головы до ног. тот же цвет волос. рубашка новая — он её раньше не видел — но ничего безумного. хотя, как бы сказать…
“ты ведь не это имеешь в виду, дааа?”
“если тебе что-то нужно — просто скажи. если я могу это дать, я дам.” младший парень положил руку на грудь. в последнее время казалось, будто все играют с его сердцем. если бы ему пришлось составить рейтинг, кто сейчас кажется ему самым милым, это точно был бы Марвис.
А если спросить, кто ему нравится больше всего?
Но если спросить, хочет ли он серьёзных отношений или встречаться с кем-то по-настоящему?
“извини, у меня зрение не очень. ты знаешь, я иногда ношу очки.”
“даже не спрашивай,” Марвис сдерживал улыбку. ребёнок есть ребёнок — что он мог сделать? Джейми скрестил руки и надулся, пока Марвис не протянул руку, не взъерошил ему волосы и не начал чрезмерно его хвалить:
“ты выглядишь очень красивым. абсолютная десятка. все девушки оборачиваются.”
“я куплю тебе серьги, когда прокол заживёт.”
“есть одна пара от Chanel — очень красивые. я давно думал купить их для кого-нибудь, но мне они не подходят.”
“почему нет? я пытаюсь загладить свою вину!”
“пожалуйста! моё сердце сейчас сойдёт с ума.”
“но купим их в Корее. в Таиланде, наверное, нет.”
“ты так далеко уже планируешь?” Джейми смотрел на него так, будто Марвис попал в свой собственный модный фантазийный мир — где он был куклой, которую наряжают. сегодня он пришёл помочь Марвису доставить ткани. Марвис даже не знал, что в Бангкоке есть целые районы с сырым текстилем, привезённым со всей Азии и Европы. ему это безумно нравилось, даже несмотря на то, что его щёки покраснели от жары.
Теперь они сидели у уличного ларька и ели стружёный лёд, Джейми был искренне горд, что уговорил Марвиса попробовать лукчуб (сахарные фрукты).
“скажи это по тайски! давай, ты умный.”
“как прошла твоя неделя?” металлическая ложка нырнула в стружёный лёд Джеттаны. сгущёнку полностью украл сладкоежка рядом. он не возражал — на самом деле это было даже мило.
“как обычно. я ходил в кино с одной девушкой. у меня три девушки в очереди, и все хотят посмотреть один и тот же фильм.”
“хаха! так ты будешь смотреть его три раза?”
“конечно. мы же обо мне говорим. и каждый раз реакция разная.”
“лучше перестраховаться, чем потом жалеть, да?”
“понял. мне нравится эта фраза — лучше перестраховаться, чем потом жалеть,” сказал Марвис, догоняя мысль Джейми. он поднял руку, попросил у продавца ещё сгущёнки и тихо сказал спасибо, когда маленькую миску поставили перед ним.
Дано просто так, даже не нужно было просить.
“работаю в основном. иногда тусуюсь с друзьями.”
“наверное, парни вокруг толпами ходят, да?”
“не переводи стрелки на меня!”
“если бы у Джейми был парень, думаю, он бы любил его очень сильно.”
Джейми чуть не подавился своим стружёным льдом. он никогда не ожидал услышать что-то подобное от Марвиса. на самом деле он вообще ни от кого такого не слышал.
Все всегда думали, что он будет ужасным парнем — флиртующим, ненадёжным, тем, кто будет каждый день доставлять своему партнёру головную боль. но, честно говоря, он и сам не знал, каким любимым был бы.
“не знаю. просто чувствую так.”
“я не знаю, как на это ответить.”
“я никогда особо серьёзно не думал о том, чтобы завести парня. ну… может, и думал, тайком. но это просто звучит… сложно.”
“влюбиться. и всё, что идёт после.”
“а, интересно. но я не думаю, что это так уж сложно — ну, по крайней мере для меня.”
Ему нравилось, что иногда они могли быть полны вопросов.
Вопросов, которые они могли задавать друг другу без колебаний.
Может быть, это и было одной из тех особенных вещей между ними.
“мне кажется, влюбиться — очень легко. но люди любят усложнять простые вещи, правда?”
Джейми сам не понял, как это произошло.
В воздухе было что-то мечтательное… хотя вокруг были только они вдвоём, сигналящие машины, уличная лавка со стружёным льдом и сладкая сгущёнка.
“то, что сложнее, чем влюбиться…”
“это врать самому себе, что ты вообще не влюбляешься.”
И снова ему пришлось отвести взгляд от кого-то.
От человека с мягкой улыбкой на лице.
Марвис больше ничего не сказал. он поднял одноразовую плёночную камеру, которую купил в Осаке год назад, и сделал снимок.
Обладатель этих тёмных глаз медленно опустил камеру, когда услышал своё имя. их взгляды снова встретились. этот момент всё ещё ощущался как сцена из мечтательной романтической комедии — той самой, которую Джейми иногда любил смотреть, чтобы поплакать, когда у главных героев разбивают сердца.
“ты слишком хорош, чтобы быть настоящим… и именно это меня пугает.”
И снова Джейми не до конца понял, что имел в виду Марвис. поэтому всё, что он мог сделать — позволить этим словам кружиться у себя в сердце, ожидая того дня, когда они пустят корни, вырастут ветвями и наконец расцветут.
Может быть, в тот день… они поймут.
“я боюсь слишком много чувствовать к тебе, Марвис.”
Мы можем однажды понять, что это на самом деле.
Плаплэнг наблюдала, как её друг кормит булочкой с тянущейся начинкой того щенячьего парня, говоря что-то о том, что не хочет, чтобы у кого-то ещё пачкались руки. потом он предложил её всем их друзьям, включая её. но Марвис — он никогда не был просто 'обычным' ”.
“ты про своего друга? господи, не виделись какое-то время — и вдруг я уже просто друг?”
“эй, почему ты всегда его дразнишь? он же маленький, ну.”
“смотри-ка, ты его защищаешь.”
“Джет любит всех, ясно? всех!”
Если бы ей нужно было описать парня по имени Джеттана, первое слово, которое пришло бы ей в голову — раздражающий. бесконечно раздражающий. чем дольше с ним разговариваешь, тем сильнее кажется, что твой мозг вот-вот взорвётся. но отрицать было нельзя — у него было это безумно притягательное обаяние. если бы обаяние измерялось по шкале из 100, он получил бы 101. наверное, это и есть то, что люди имеют в виду, когда говорят, что остроумие важнее внешности.
Жаль только, что у этого мелкого засранца есть и остроумие, и внешность.
“чего уставилась? хочешь встречаться с парнем помладше?”
“ты такая заноза в заднице, Джет.”
“ты сейчас назвала меня 'ии' ?!” (тайское слово — игривое, но поддразнивающее)
“Мар, как ты вообще его терпишь?”
“ну что сказать? когда он со мной, он весь такой милый и очаровательный.”
“а чем тогда я отличаюсь от него?”
“ну… грудь меньше. не сексуально.”
Марвис рассмеялся, когда Джеттана получил шлепок от её подруги.
Ну это просто Джет — он так легко заводил друзей. с ним действительно было весело.
Марвис смотрел, как Джеттана сцепился руками с Плаплэнг и ушёл покупать уличную еду. он слегка улыбнулся, когда их взгляды встретились.
“почему ты так переживаешь за Марвиса всё время? за мной тоже толпы друзей ходят.”
“дело в приоритетах, детка. постарайся понять.”
“так кто вы вообще друг другу? давайте, выкладывайте. какой у вас статус? хоть раз скажите честно.”
“если тебе нужно что-то твёрдое — ну, я очень твёрдый.”
“клянусь, сегодня я реально врежу тебе по лицу!”
Парень пониже снова рассмеялся, слушая перепалку двух людей, которые явно обожали друг друга, но при этом вели себя как лучшие подружки, идя под руку. это было так смешно, что он даже сделал фото.
“ну я правда твёрдый. прям каменный. твой друг ходит по комнате в шортах короче, чем у тех тайских поп-айдолов.”
“спорю, тебе понравилось. подглядывал и извращался.”
“не только смотрел, если хочешь знать. больше ничего не скажу.”
“никогда в жизни я так сильно и так постоянно не хотела совершить убийство, как сейчас.”
“какая честь. Джеттана с благодарностью принимает этот комплимент.”
“хватит уже дразнить нашу подругу!”
“да, Мар — иди посмотри на своего ребёнка.”
Дыхание Джеттаны на секунду остановилось от слов 'твой ребёнок', сказанных подругой Марвиса.
Что со мной вообще происходит? почему я вдруг такой слабый? возьми себя в руки. не веди себя так. не надо.
“держи. я уже наелся сладкого.”
“подожди, дай сначала поесть.”
Эти острые глаза посмотрели на человека, который сегодня был одет максимально просто — но с головы до ног всё было дизайнерским. может, не те бренды, которые легко узнать, потому что Марвис любил нишевых дизайнеров. иногда Джеттана задавался вопросом, как тонкая, хлипкая футболка, которая выглядит так, будто её носили десять лет, может стоить больше десяти тысяч батов.
Ему протянули бутылку воды с уже вставленной трубочкой, и Джеттана взял её, потом потянул руку другого, заставляя его повернуться, и начал петь:
« когда мы с тобой пьём из одной трубочки,
моё сердце бьётся как сумасшедшее?»
“хаха — это типо песня? пожалуйста, остановись.”
“разве их не двое? тогда как может быть только один номер один?”
“если бы это был не ты, я бы сказал, что ты умничаешь.”
“что? серьёзно, почему они номер один?”
Плаплэнг тихо слушала их разговор, задаваясь вопросом, как этот щенячий парень оказался тем, кто ходит под руку с её другом повсюду — но при этом вообще не трогает Марвиса.
Хотя, может, физическое и не нужно. это было особенное по-другому — например, когда её друг вытирал сгущёнку с губ парня и облизывал её со своего пальца, или когда она замечала, как их руки случайно соприкасаются, когда тот небрежно засовывает руку в карман её друга, пока они стоят в очереди за уличной едой — и они оба тихо хихикают.
Плаплэнг поманила его, обхватила его шею в шуточный захват и прошептала на ухо:
“да, нравится. моё сердце каждый раз начинает бешено биться, когда я рядом с ним. и что теперь? я признаю, ладно? он безумно горячий. эти ноги. очень сексуальные. но у него ещё и есть эта милая мягкая сторона. а когда он надевает очки? боже. горячий ботаник. хочется взять его как специальность, понимаешь?”
Он вскрикнул, когда она ущипнула его за бок. он почти повернулся к Марвису за помощью — но тот был где-то рядом, оживлённо разговаривая с продавцом каштанов, с энтузиазмом задавая вопросы и без остановки смеясь.
“тебе он нравится — и что дальше? собираешься пригласить его на свидание?”
“типо… чтобы он был моим парнем?”
“господи. ты безнадёжен. моя последняя надежда умерла.”
“что? что я сделал не так? я могу любить человека и не хотеть встречаться с ним, разве нет? я правда очень его люблю — но это не значит, что я хочу быть его парнем.”
“тогда кто вы друг другу? вы же постоянно спите вместе. не думай, что я не знаю.”
Плаплэнг снова ущипнула этого флиртующего нахала и отвела его в сторону поговорить — потому что это было серьёзно. сначала она была уверена, что Марвис разобьёт сердце этому мальчику, как торнадо в цветочном магазине. но теперь, слушая его…
Она уже не была уверена, кто кому разобьёт сердце.
“ты когда-нибудь ела и всё равно чувствовала голод после?”
“я имею в виду… секс был не плох. но мог бы быть лучше. ты, наверное, уже поняла — у нас был перепих на одну ночь. мы встретились в баре. честно? в ту ночь у меня всё кружилось. он был слишком хорош, чтобы быть настоящим, и я подумал — если смогу получить его хотя бы один раз, тогда сосредоточусь на учёбе. типо, наконец начну серьёзно учиться. мой GPA? на дне. но из-за него?”
Джейми пытался сдержать смех, когда она достала из сумки ингалятор. а потом заставила Джетта нести её сумку. может, старая поговорка была правдой — разговаривать с Джеттаной действительно требовало много энергии.
“я просто хочу ещё. он мне так сильно нравится. он потрясающий. каждый раз, в любом месте, каждая его часть.”
“если это так хорошо, разве ты не хочешь оставить это только для себя?”
“почему ты всё время давишь на это? сам человек вообще не хочет отношений.”
“но вы двое хорошо подходите друг другу. это немного расточительно.”
“всё и так нормально. свобода, понимаешь? честно говоря, мне быстро становится скучно — но я не хочу, чтобы кому-то стало скучно со мной.”
“и ты думаешь, Мару станет скучно с тобой?”
“если бы я был таким просветлённым, я бы не сидел здесь и не переживал, верно?”
“тогда в чём дело? ты боишься любви? боишься разбитого сердца? боишься обязательств?”
“ничего из этого, на самом деле.”
Более высокий парень посмотрел в сторону кого-то.
Марвис наклонился над морозильником с мороженым, внимательно рассматривая вкусы, будто выполнял миссию — наклонившись так сильно вперёд, что Джеттана не смог удержаться от улыбки. с такого расстояния он не видел, какой вкус выбрал Марвис, но яркая солнечная улыбка, которую тот послал Джетту — вместе с тем, как он беззвучно что-то произнёс и указал на мороженое старого типа в руке, словно говоря 'иди попробуй' — заставила Джетта улыбнуться ещё шире.
“наверное, я просто недостаточно хорош. где-то глубоко внутри.”
“я боюсь, что не смогу дать кому-то настоящую любовь. боюсь, что буду ужасным в этом. боюсь, что однажды кто-то посмотрит мне в глаза, скажет 'прости' — и это ничего не исправит. я не хочу быть чьим-то сожалением или плохой главой в чьей-то жизни.”
“почему вздох? я вообще-то говорил серьёзно.”
“после всего этого мне ещё больше хочется, чтобы ты был с моим другом.”
Джеттана уже повернулся, чтобы крикнуть Марвису, что сейчас подойдёт попробовать мороженое — но остановился, встретившись взглядом с человеком, с которым только что так честно говорил. и вдруг он почувствовал искреннюю радость, что Марвис окружён хорошими людьми — безопасной, чистой энергией.
Успел попробовать плоды пальмы.
Успел закончить плёнку в фотоаппарате.
“ну, как хочешь. нравится он тебе — и не делаешь шагов, я не осуждаю. но я за тебя болею.”
“правда. с тех пор как я знаю Мара, я ни за кого раньше не болела.”
Мы ещё раз посмотрели друг другу в глаза.
“ты именно тот человек, который любил бы Марвиса всем сердцем — и он любил бы тебя точно так же.”
Джейми не знал, почему она это сказала. может быть, было слишком рано.
Но разве они только что не говорили, что не собираются влюбляться?
“что случилось? ты такой тихий. та девушка тебя задела? хочешь, я её побью?”
“неа, всё нормально. я проснусь, как только попробую это мороженое.”
“отлично. я взял вкус каламондин-апельсина. что бы это ни было. просто звучало мило.”
Плаплэнг прислонилась к стене, наблюдая за двумя людьми, которые даже не подозревали, насколько мило они выглядят вместе. и то, как этот парень наклонился, чтобы откусить мороженое из руки Марвиса — которое, между прочим, уже было надкусано — выглядело откровенно, как из мечты.
Если бы это был романтический фильм, это была бы та сцена, где во всём мире существует только одно чувство.
“очень кисленько. полностью оправдывает хайп.”
“эту фразу я запомню. 'полностью оправдывает хайп.' ”
Одно чувство, которое невозможно определить.
Одно чувство, которое они оба упустили — даже не понимая, насколько оно особенное.
“очень хорошо, Кхун'Марвис. вы никогда не разочаровываете своего учителя.”
“быстро вытри! мороженое сейчас растает — сначала вытри руки.”
“и с каких пор у тебя влажные салфетки?”
“только что купил. я видел, что у тебя уже несколько раз руки испачкались. давай, держи.”
И всё равно это чувство продолжало ждать того дня, когда его наконец смогут назвать.