Тайна монастыря Трёх Пророчиц. Приключенческая история. Часть 21
Все события, описанные в тексте, а также места действия и персонажи являются полностью вымышленными. Авторская фантазия не опирается на реальные прототипы. Любые совпадения с реально живущими или жившими людьми, а также с существующими географическими объектами и организациями случайны и непреднамеренны. Данный дисклеймер служит напоминанием о том, что перед вами — художественный вымысел, созданный исключительно в развлекательных целях.
Персик действительно ждал нас на крыльце кельи. Видимо, котик чует больше, чем нужно, и в определённые моменты ходит за нами следом, словно причисляя себя к тем, кто проводит расследования и поиски.
– Ну что, Персик! – прошептала я рыжему хвостатому – пойдём с нами, коли ты тут как тут!
Мы тихо, словно три тени, двинулись за матушкой Марией, держась на расстоянии.
– Она без бутылки Джо. Джос. Прюм – шёпотом заметила Евка.
– Может, не доросла ещё до дорогого вина – пожала я плечом.
Матушка Мария красива настолько, что напоминает модель и лицом, и фигурой. И я вообще не понимаю, как могла такая роскошная женщина променять свободную жизнь на этот монастырь. Господи, тут что, красивым женщинам мёдом намазано?! Подумав про мёд, я захотела чаю и озвучила своё желание Евке.
– Самое время! – пробубнила та недовольно – вместо того, чтобы хотеть спать, она хочет чаю с мёдом! Аристократка, блин!
Мы подошли к колодцу через несколько секунд после того, как матушка Мария ретиво, словно кобылка, сиганула туда. Осторожно заглянули внутрь, словно надеясь что-то увидеть, но перед нами была только чёрная бездна.
Теперь нам предстоял непростой путь – идти через лес в темноте до мужского монастыря.
– Я больше чем уверена – возбуждённо говорила Евка – что в том монастыре такая же калитка на заднем дворе, как в этом! И больше чем уверена, что там тоже есть колодец.
Такая легкомысленная болтовня помогала нам не отвлекаться на жуткую черноту безмолвного леса и какой-то странной зловещей тишины, царящей здесь.
– Возьми телефон и открой этот календарь матушки настоятельницы. Посмотрим, что там за «красные дни» у матушки Марии и у других! – почти приказным голосом попросила я подругу.
Та взяла телефон, открыла календарь и пробормотала:
– Ну, следующий «синий день» у неё, вероятно, не скоро. В следующем месяце, скорее всего. Слушай, может, эти самые «красные дни» это... ну... женские дни?
– Да? – я с подозрением посмотрела в календарь через её плечо – пятнадцать дней в месяц почти?
– Ну... не пятнадцать... двенадцать... И у остальных вон тоже!
– Да хоть и двенадцать! Не многовато?
– А что это тогда, по твоему?! – взвилась Евка.
– Ну уж точно не то, что ты предположила! У меня версий пока нет, а твоя – дурацкая! Правда, Персик?
Шедший у моих ног рыжий наш товарищ призывно мяукнул, соглашаясь со мной.
– Вон, даже животина высказалась против твоей версии!
– Кстати, эти самые двенадцать дней как-то странно разбиты... Ну, допустим, вот тут это те самые дни... женские, а вот это, это и это что?
– Кто его знает, Ева?! Пока не докопаемся до сути – ничего не поймём!
Мы шли довольно долго, перепираясь вот так, что придавало нам храбрости в эту ночь. Раньше за территорией дальше деревни с этой стороны мы не бывали и теперь не знали, чего нам там ждать.
– Всё-таки матушку Таисию жаль немного! – наконец снова заговорила подруга – долго молчать она не умела – на что можно было вот так купиться, что человек решил отдать свою хату?!
– Может, её близким угрожали? – предположила я.
– Нет, скорее верна первая версия – ей что-то обещали. Только вот что...
На обнесённую высоким забором территорию монастыря мы наткнулись совершенно неожиданно. Забор темнел в ночи задней своей стороной, а величественные купола монастыря возвышались довольно далеко, из-за чего мы предположили, что и тут имеется немаленькое хозяйство. И вообще, недаром отец Игнатий раскатывает на таком шикарном внедорожнике – с хозяйствами этих монастырей и продажей продукции можно себя до конца жизни, наверное, обеспечить. Поговаривают, что и у матушки есть автомобильчик, только она редко за рулём ездит. Мол, попадала в аварию и после этого перестала рисковать...
Территория за забором представляла собой довольно обширную поляну с местами вырубленными деревьями, а местами густым кустарником неизвестного происхождения. Никакого колодца не было, зато была калитка.
– Блин, ну должно же быть что-то! – чертыхалась Евка – как-то же эти мужики должны попадать в тоннель?!
– А с чего ты вообще взяла, что вход где-то здесь?! – спросила её я – может, он вообще на территории монастыря! Или мужской монастырь вообще не имеет отношения к этому чёртовому тоннелю!
– Должен иметь по логике вещей!
– А здесь всё нелогично – ты ещё этого не заметила?!
Мы стали ходить туда-сюда, внимательно осматриваясь по сторонам, и даже углубились в лес, но ничего, похожего на колодец, так и не нашли.
Устав, присели на пень недалеко от упавшей берёзы. Евка вздохнула:
И тут мы услышали звонкое мяуканье Персика. Не сговариваясь, бросились с ней сквозь поросли каких-то кустов, при этом Евка оставила на одной ветке кусок своей кофты, а я на другой – кусок своей кожи. Честно говоря, мы подумали, что с Персиком что-то случилось, потому и кинулись на спасение «беззащитной» животинки. Но вместо ожидаемой картины нападения на бедного котика, мы увидели, что он роет передними лапами листву на полянке, при этом истошно во весь голос завывая.
– Персичек, ты что? – спросила его тихо Евка, так как издаваемые котом в темноте звуки были, честно говоря, очень жуткими – там мышь под землёй, что ли? Ну прости, я мышей боюсь! Ты спроси у тёти Васи, может, она пожалеет голодного несчастного котика и доберётся до мыши?!
Я хмыкнула, подошла к коту и тут услышала такой странный звук, словно кот точит когти о какую-то инородную поверхность.
– Ну и что всё это значит, Персик? – пробормотала я и склонилась пониже, подсвечивая себе не только фонариком, но и телефоном.
И тут я поняла, почему кот так истошно орал и звал нас сюда. Нечто железное, большое и круглое проскальзывало под его лапами, и рыл он отнюдь не землю, а старался когтями зацепить это железное, видимо, в желании открыть.
– Евка! – позвала я подругу – тут не мышь! Тут люк!
– Люк? – удивилась та – что ещё за люк?
– Откуда я знаю?! Персик его нашёл, не я! В темноте нам с тобой показалось, что он землю роет, а он когтями за крышку цеплялся!
Люк был похож на канализационный один в один. Мы попробовали его открыть, потянув на себя, но у нас ничего не вышло, куда уж – такая тяжесть для двух хрупких красавиц. Евка села возле него прямо на землю и задумалась. Я стояла над ней, как над нашкодившим ребёнком, потом не вытерпела и спросила:
– И долго ты так сидеть собираешься?
– Всё равно ничего не высидим... Но я больше чем уверена, что это и есть тот самый вход.
Мы еле успели внезапно броситься в кусты, потому что крышка люка начала открываться. Сердца наши колотились так громко и в унисон, что мы боялись – те, кто сейчас покажутся оттуда, услышат этот стук. Слава богу, что кусты были довольно густые и располагались не так далеко - позволило нам увидеть две крепкие мужские фигуры, выбирающиеся из люка. Они были в чёрных длинных плащах с капюшонами, лиц их мы не видели, фигуры были скрыты просторными складками, но по плечам и по стати можно было понять, что одна фигура принадлежит более молодому человеку, а вторая – среднего возраста, причём с военной такой, хорошей выправкой.
Тот, что старше, едва выбравшись, спросил у того, что младше:
– Как будто в кустах кто-то шарится!
– Да никого там нет – с лёгкими нотками досады в голосе отозвался его спутник – у тебя уже мания преследования!
В этот момент откуда не возьмись, с восторженным воем на них вылетел Персик. Он сделал вокруг них два круга и растворился в лесу.
– О, боже! – испугались они оба и одновременно.
– Странно, что он тут делает? Это же кот матушки Агафьи!
– На случку пришёл! – с сарказмом в голосе заметил тот, что младше.
А мы с Евкой поняли, что Персик сейчас оказал нам неоценимую услугу – он отвёл этих двоих от кустов. Если бы не он, они бы точно – ну, или пусть тот, что старше – пошли проверять кусты.
Оба двинулись в сторону задней калитки монастыря. Когда отошли на значительной расстояние, Евка шепнула:
– Ты точно чокнутая! Он вон как почувствовал присутствие в кустах! Спалиться хочешь?
– Я тебе говорю – пойдём! Или я пойду одна!
Такого я, конечно, допустить не могла. Если Евка отправится куда-то одна и попадёт в историю – я себе не прощу. Потому мы очень осторожно двинулись следом по кустам, остерегаясь подходить слишком близко, и услышали конец довольно краткого диалога.
– Да. В принципе, мне нормально, я согласен.
– Тогда договорились. Нужно будет кое-что подписать – и всё! А пока иди в монастырь, а я пойду в деревню.
Они пожали друг другу руки и распрощались, фигура более молодого скрылась за калиткой, а тот, что был старше, отправился в деревню. Подождав, когда он отойдёт чуть дальше, мы пошли за ним, стараясь не выпускать его из вида.
Мои дорогие! Спасибо Вам за то, что поддерживаете мой канал, читаете мои истории, комментируете и остаётесь рядом! Жизнь нашего с Вами канала в МАХ зависит в том числе и от рекламы. У меня на канале подключено три вида – от сервиса Telega.in – здесь в основном рекламируются каналы в МАХ, от РСЯ для блогеров и РСЯ-реклама. На последних двух я хотела бы заострить особое внимание. РСЯ для блогеров рекламирует товары и магазины, РСЯ – реклама – услуги и компании. Чтобы реклама работала для поддержки автора и канала, от читателей необходимы целевые действия – клики, просмотры этой рекламы и покупки рекламируемого товара. Принудить к покупке никого нельзя, человек сам знает – нужен или нет ему тот или иной товар, но прошу Вас по возможности кликать на рекламу и просматривать её. Ничего опасного при переходе по ссылкам нет – когда реклама выходит - я сама каждую ссылку проверяю. Поэтому к Вам большая просьба – переходите пожалуйста по возможности по ссылкам, таким образом Вы поддержите канал! Если всё же опасаетесь – то хотя бы просто подержите рекламные блоки на экране своего устройства подольше, несколько секунд. Что поделаешь – сейчас такое время, что всё держится на рекламе, поэтому и нам, авторам, приходится мириться с подобным положением вещей. Заранее благодарю Вас за поддержку!
Говорят, ночью вершатся самые чёрные дела. Так оно и есть, особенно в таких местах. Вообще, монастырь – место святое и тут не должно быть подобного, но в эту зловещую ночь мы с Евой, неслышно ступая за незнакомцем, поняли – всё гораздо серьёзнее, чем мы себе могли представить. Только вот... Что нам делать дальше? Отступить? Ну уж нет! Загадки для того и созданы, чтобы такие, как мы, их разгадывали.
Мы шли за незнакомцем в кромешной тьме, когда он резко свернул к уже знакомому нам дому.