Закон Монэ. Глава 1. Солнце и тень.
Звук хрустальных бокалов и размеренный гул серьёзных голосов доносился из гостиной, где Итен Монэ принимал нового, многообещающего партнёра – господина Моро. Восьмилетний Ашиль Монэ, затянутый в строгий костюм с галстуком, неподвижно сидел на краю огромного кожаного дивана в холле. Его поза была идеально прямой, как учили: спина ровно, руки на коленях, взгляд устремлён в пространство. Каждые пятнадцать минут он украдкой поглядывал на массивные напольные часы, чьё тиканье звучало громче любого смеха за дверью.
— "Ещё два часа," — с холодной, почти взрослой тоской подумал он. — "Или три."
Из-за угла лестницы появилась тень. Амори, его брат-близнец, лениво прислонился к стене, держа в руке новейший игровой гаджет. На нём был похожий костжум, но галстук болтался нараспашку, а в глазах светилось знакомое Ашилю озорное безразличие.
— Скучаешь, наследник? — тихо спросил Амори, не отрываясь от экрана.
— Я не скучаю. Я жду, — отрезал Ашиль, возвращая взгляд к часам.
— Ждёшь, когда можно будет снять эту удавку и перестать быть выставленной напоказ куклой? — усмехнулся Амори. — Расслабься. Он сегодня в ударе, его не скоро отпустит. Папа уже заказал вино из погреба.
Ашиль не ответил. Он слышал, как по полу где-то на втором этаже раздались уверенные, быстрые шаги. Это был папа – Изаи. Он не показывался гостям, если дело касалось легального бизнеса супруга. Ашиль смутно понимал, что у папы свой мир — мир, в который чаще брали Амори на «экскурсии», и откуда брат возвращался слишком тихим и слишком взрослым.
Дверь в гостиную приоткрылась, и послышался смех молодого господина Моро. Ашиль вздрогнул и выпрямился ещё больше.
— Ашиль, — позвал его холодный, отточенный голос отца. Итен стоял в дверном проёме. — Подойди. Поздоровайся с сыном нашего гостя.
Ашиль встал, отряхнул несуществующую пыль с брюк и прошёл в гостиную, чувствуя на себе тяжёлый взгляд Амори со спины.
В центре комнаты, рядом со своим улыбающимся отцом, стоял мальчик. Ему на вид было лет десять. На нём был простой, но опрятный свитер и джинсы — одежда, в которой можно бегать и падать. У него были светлые, почти соломенные волосы, растрёпанные на макушке, и веснушки на личике. Он не стоял по стойке «смирно», а переминался с ноги на ногу, с любопытством оглядывая роскошную, но бездушную обстановку. Его звали Луи.
— Луи, это Ашиль, сын месье Монэ. Ашиль, познакомься с Луи, — представил их господин Моро.
— Здравствуйте, — чётко, без интонации произнёс Ашиль, сделав небольшой, идеально выверенный кивок, как его учили здороваться с младшими по статусу партнёрами.
Луи уставился на него, словно на экзотическое животное в клетке. Его губы дрогнули, а в зелёных глазах вспыхнул непоседливый огонёк.
— Здравствуй, — выпалил он. — А что, тут во всëм доме нельзя бегать? Или где-то есть сад?
В комнате на секунду повисла неловкая тишина. Итен Монэ слегка поднял бровь. Господин Моро смущённо кашлянул.
— Сад находится через французское окно в холле и далее налево, — внезапно, ровным голосом ответил Ашиль, глядя куда-то в район галстука Луи. — Он занимает площадь в два гектара. Там есть фонтан и декоративная ротонда.
Луи не смутился формальным тоном. Наоборот, его лицо осветилось широкой, открытой улыбкой.
— Круто! А там есть лягушки? В прошлом году у бабушки в пруду мы с братом целых трëх поймали! Покажешь?
Ашиль осторожно перевёл взгляд на отца. Итен, оценив ситуацию, сделал едва заметный кивок — «развлекай гостя, но не позорься».
— ...Я могу показать вам сад, — поправился Ашиль.
Он развернулся и вышел из гостиной, слыша за спиной, как Луи что-то быстро и возбуждённо говорит своему отцу. В холле Амори уже не было.
Ашиль провëл Луи через массивную дверь со свинцовыми стеклами в зимний сад, а оттуда — на каменную террасу. Вечерний воздух был прохладен и полон запахов влажной земли и скошенной травы.
— Вау! — выдохнул Луи, срываясь с террасы на гравийную дорожку. — Это как целый парк! Ты здесь каждый день?
— Да, — сказал Ашиль, следуя за ним чёткими шагами. — Я гуляю здесь после уроков. Ровно сорок минут.