“Падший для тебя”
Лэйн всегда знала, что её жизнь принадлежит Господу. Она выбрала путь служения ещё в юности, приняв священные обеты в монастыре, где время текло медленно, словно пропитанное молитвами и мерным гулом колоколов.
Каин не знал, зачем оказался здесь. Когда-то он был ангелом, но пал за свои грехи. Его крылья, некогда ослепительно белые, покрыла гарь, а сердце— вечная пустота.
Он увидел её случайно — склонившуюся перед алтарем, с тихим смирением на лице. В этом мире, полном грязи и разврата, Лэйн казалась чем-то невозможным, недоступным.
Но именно запретный плод всегда манит сильнее всего.
Каин смотрел, как она молится. Её губы шевелились, шепча слова, которые должны были защитить её от всего темного. Но не от него. Никто не мог защитить её от него.
Он появлялся в тени храма, невидимым для остальных. Лэйн замечала его лишь краем глаза, не понимая, почему внутри разливается необъяснимый холод.
— Ты молишься о спасении? — раздался голос за её спиной.
Он шагнул в свет, и её дыхание перехватило. Высокий, с иссиня-чёрными крыльями, в которых ещё горел слабый отсвет былого сияния. В его глазах плескалась бездна.
— Ты демон, — её голос был твёрдым, но в глазах мелькнул страх.
— Я — падший, — поправил он, делая шаг ближе.
— Не должен, — он усмехнулся. — Но ты заставляешь меня нарушать все запреты.
Она сжала в руках крест, но Каин лишь склонил голову, наблюдая за её страхом, за дрожащими губами.
— Ты молишься, но слышит ли тебя тот, кому ты молишься? — его голос проникал в сознание, убаюкивая. — Я слушаю.
Каин протянул руку, едва касаясь её щеки.
Она не знала, почему не оттолкнула его. Почему замерла, позволяя пальцам грешника скользнуть по её коже.
— Ты чистая, Лэйн. Но даже самые чистые могут пасть.
И в этот миг он понял — он уже пропал. Потому что зависел от неё, от её испуганных взглядов, от её дрожащего дыхания.
А Лэйн знала, что однажды и она падёт. Потому что в глазах этого ангела было что-то, что сводило её с ума.