Оуэны.
Какой-то старик, я забыл, как его звали, сказал: «Жизнь — трагедия вблизи, но комедия издали». И как он сказал, Земля, так и не сумевшая стряхнуть с себя трагическую жизнь в форме комедии, была одновременно ужасающей и прекрасной.
Нукс Дистрикт-8 поправил защитные очки. Дешёвые, низкого качества, но у них всё же было преимущество - можно было настроить четыре увеличительных стекла, три барьера и один лазерный фильтр. Они позволяли ему разглядывать голограмму перед собой, засунув руки в карманы.
Он находился в Зале истории Земли при кампусе. Хоть людей и было мало, тихим это место нельзя было назвать.
У него раскалывалась голова, и очень хотелось найти место, где можно было посидеть и отдохнуть. А тут как раз были скамейки.
Внутри павильона непрерывно транслировалась история человечества: от исхода с Земли до освоения космоса.
От запуска первого спутника — до современных орбитальных колоний и успешных межзвёздных перелётов.
Среди всего этого Нукс сидел перед экспозицией по архитектуре орбитальных поселений. Перед ним, как поясняла табличка, мерцала голограмма полуразрушенного обитаемого спутника.
Это можно было запомнить и с закрытыми глазами.
Первый обитаемый спутник человечества оказался неудачным проектом. Он был разрушен на середине строительства — по причине, неизвестной для людей того времени. Точную причину не удалось установить даже при строительстве 2-го, 3-го и 4-го спутников. За это время конструкцию так часто трясло и перекашивало, что она утратила первоначальную форму. А ведь на постройку спутников уходили колоссальные деньги и ресурсы...
Но земляне не колебались при финансировании разработки спутников, ведь спасти планету было уже не возможно. Она давно утратила большую часть условий для проживания. Температура выросла, вода стала дефицитом, ископаемое топливо истощилось. Хотя была разработана альтернативная энергетика, экологически чистая энергия не могла дать столько, сколько требовалось, а экономичные альтернативные источники уничтожали окружающую среду.
И будто бы для того, чтобы избавиться от человечества, разъедавшего Землю, словно язва, внезапно активизировались конвективные движения мантии, вызвав одновременные землетрясения и цунами по всему миру.
Атомные электростанции были уничтожены, вызвав утечки радиации, а за оставшиеся скудные ресурсы вспыхнули войны.
Драться и захватывать, захватывать и снова драться. Раз начавшись, эта борьба уже не прекращалась. Ходили слухи, что война была не более чем заговором элит для строительства спутников, но даже спустя 150 лет это так ничем и не кончилось.
Среди бесконечных перемирий и новых вспышек конфликтов спутник наконец построили, преодолев череду провалов. Выжившие богачи покинули Землю и устремились в космос.
Богачи, которым удалось выжить.
В то время как проигравшие, оставшиеся на Земле, утратили цивилизацию, победители, отсидевшиеся в душных глубинах противоатомных убежищ, писали новую историю в новом месте. То, что видел Нукс, было историей победителей. Поэтому ни подхваченные им теории заговоров, ни вымирающее человечество, брошенное на Земле, так и не всплыли на поверхность.
Я собирался прийти сюда остыть, а не смотреть на то, как погибало человечество.
Богачи начали активную миграцию и освоение Марса и Луны. Многочисленные колонии начали появляться по всей Солнечной системе.
Время преодоления пространства через хаос и новой эволюции. Перед человечеством предстали инопланетные формы жизни.
Прибывшие из Галактического агентства по защите окружающей среды, инопланетяне призвали человечество защищать межзвёздную среду Солнечной системы. Чтобы предотвратить искажение космического пространства - одну из указанных причин прежних неудач. Оказалось, что люди использовали определённые материалы для строительства колоний и спутников, и инопланетяне заявили, что эти материалы оказывали пагубное влияние на остальной космос.
«Надеетесь ли вы, что наука и технологии, развитые ценой новой жертвы Земли, и на этот раз спасут ваше будущее? Или примете передовые технологии внеземной жизни? Независимое выживание ценой разрушения или относительно комфортное существование, пусть и без свободы?»
Человечество выбрало последнее.
Солнечная система была поглощена галактическим конгломератом, а человечество обрело технологию гиперпространственных перемещений. Инопланетяне начали проникать в земную среду под предлогом программы улучшения межзвёздной экологии. Под предлогом очистки от радиоактивных материалов их галактика проводила несанкционированные эксперименты по изменению материи и преобразованию жизни.
Парадоксально, но экология Земли вернулась к первозданному состоянию. Растения покрыли бесплодные земли и руины бетонных зданий. Инопланетяне надеялись, что модифицированные ими формы жизни заселят Землю, но те не смогли адаптироваться. Тогда внеземная жизнь заинтересовалась остатками человечества.
Причина была в том, что те демонстрировали качества, отличающиеся от мигрировавших в космос.
Особи, приспособившиеся для выживания на Земле, оказались слабее других рас, но стремительно адаптировались к окружающей среде и быстро размножались. Хотя это и не соответствовало человеческому определению «остатков цивилизации», инопланетные формы жизни всё равно изменили направление исследований. Они создали новую человеческую расу, объединив генетическую информацию уцелевших людей с ДНК внеземных организмов.
Если быть точнее, особей с определённым уровнем интеллекта и плодовитости назвали новыми людьми. Однако гены инопланетян не проявлялись в потомстве. Это подтвердили несколько поколений естественного размножения. Изредка появлялись мутации, подчёркивающие инопланетную генетику, но такие особи не выживали на Земле и не давали потомства.
Как будто Земля их не принимала.
Поскольку эксперименты проводились рядом с убежищами, где оставались последние люди, исследовательские комплексы называли по первой цифре серийного номера убежища. Эти номера — пережиток цифровых кодов государств, которых уже давно нет. Теперь это просто обозначение районов. Слово "раса" использовать было нельзя.
Нукс Дистрикт-8, как следует из его фамилии, родился в Восьмом районе. Когда мать носила его под сердцем, ей приснилось, как она раскалывает маленький грецкий орех. Оттуда появилась Дюймовочка, слишком крупная для такого орешка, и лучезарно улыбнулась. Поэтому ребёнка в утробе назвали Люкс*, но сам Нукс придерживался другой версии.
*Люкс с латинского - свет, но в современном языке прижилось такое понятия, как люксовый, в смысле роскошный, высосоклассный, не знаю, зачем я это пишу в пояснение. Нукс – с латыни орех, в смысле не какой-то конкретный, а плод.
Он считал, что мать под воздействием психоактивных веществ перепутала сон с рекламой. Недаром же он слышал, как она бормотала что-то похожее, смотря старый рекламный ролик.
"О, это слово ещё используют для косметики."
Так какая разница — Люкс или Нукс? Главная загадка, из-за которой он пялился на историю Земли в пустом зале, всё равно оставалась неразгаданной.
Нукс снова покрутил механизм очков. Снял жёлтый фильтр и убрал увеличительное стекло. В потолочной панели отразилось его глупое лицо.
Он медленно откинул голову назад, к стене.
Сегодня был день объявления результатов.
Нукс Дистрикт-8 учился в Марсианском космическом инженерном университете. Хотя университет и назывался марсианским, располагался он не на Марсе, а между Луной и Землёй, на временном орбитальном спутнике, изначально построенном как перевалочный пункт для колонистов. Теперь же этот спутник служил университетом, исследовательским центром и ремонтной станцией для космических кораблей.
Жизнь была беспорядочной, поэтому и Земля находилась в хаосе. У него было не так много способов покинуть планету: стать солдатом, инженером или поступить в университет, чтобы им стать. По счастью или несчастью, Нукс был одним из самых умных в своём районе. Так он всё это время и жил ради этой великой цели.
Мать спрашивала, неужели он всерьёз думает, что в космосе будет лучше, но Нукс не слушал. Он верил, что сможет добиться успеха. Поэтому без её ведома подал заявку в университет, устроился на работу и купил билет в один конец. Даже если бы он не поступил, он планировал готовиться к экзаменам прямо на станции, работая там. Но, к счастью, сдал он с первого раза.
Учёба давалась тяжело, работа выматывала, но Нуксу, всё ещё ощущавшему ту самую гордость, казалось, что лишения стоят того. Всё изменилось, когда он увидел результаты первого промежуточного экзамена и осознал своё истинное положение.
Он пытался сосредоточиться на чём-то другом или отвлечься, но суровая реальность, упрямая штука, не отпускала так легко. Три года Нукс терпел, и теперь, будучи на третьем курсе, всякий раз после объявления оценок приходил в Музей истории Земли, тосковать по тому самому чувству гордости, что было у него на Земле. Но сегодня добавилась ещё одна причина.
Чёрт. Глотать грязь и пытаться выжить так сложно.
Почему бы не бросить всё и не пойти в армию? Нукс ощупал себя. Не такая уж плохая идея. По крайней мере, в армии не придётся платить за общежитие. Он засмеялся, как сумасшедший. Оценки-то были не ужасны. Но и стипендию на них не получить.
Недостаточно хорошие оценки. Да, это была главная проблема. Вокруг слишком много тех, кто умнее, талантливее, успешнее.
Но стоило ему смириться с этим, как он вспомнил тех, кто был ниже его в рейтинге успеваемости. Многим из них жилось лучше, чем ему.
И всё же, учитывая, сколько времени я тратил на учёбу, я справился ещё неплохо.
Нукс глубоко вздохнул, пытаясь утешить себя.
Он постоянно подрабатывал в ремонтной мастерской космических кораблей рядом с университетом, потому что стипендии не хватало. Работать по студенческой визе было запрещено, но механики, которым не хватало рабочих рук, нелегально нанимали таких, как Нукс: студентов и даже тех, у кого не было визы. Поскольку работа была нелегальной, они не были застрахованы, никаких записей не велось, и даже в случае несправедливости компенсации им не полагалось.
Почасовая оплата была мизерной, а работа — тяжёлой. Но даже на такие места была очередь. Если бы Нукс не был студентом Марсианского космического инженерного университета, ему пришлось бы стоять в той очереди.
Он не мог бросить работу, потому что нужны были деньги. Но из-за работы не хватало времени на учёбу. Из-за недостатка времени оценки были невысокими. Без хороших оценок не было стипендии, а без денег приходилось работать. Замкнутый круг.
Честно говоря, в этот раз я получил неплохие баллы.
Хоть его оценки и были хуже, чем на прошлом годовом экзамене, в этой промежуточной сессии он действительно выжал из себя последние силы. Даже те, которых не было. Он сдал работу, использовав всю свою фантазию. Будто написал и сдал научно-фантастический роман.
Безумный научно-фантастический роман, с такими-то оценками.
Нукс пришел в себя и расхохотался. Ему казалось, что вышло неплохо, и даже при мысли об этом он не мог сдержаться. Просто смехотворно.
Насколько же хуже будет к концу семестра? Деньги улетали, даже когда он просто дышал. Почему инженерный факультет вообще такой дорогой? Возмутительно. Из-за недосыпа слипались глаза.
Как раз в этот момент прозвучало объявление о закрытии.
С долгим вздохом Нукс собрал вещи и поднялся.
С работой покончено. Хорошо бы профессор разрешил пересдать. Тогда уж я бы показал, на что способен.
Но это был самообман. Он и не думал, что сможет «показать», просто попросив о пересдаче.
Сегодня был не только день объявления результатов, но и день, когда Нукса уволили из ремонтной мастерской, где он нелегально проработал больше года. Нукс вытащил вату из носа, которая всё это время была там, чтобы остановить кровь. Воздух продул ноздри, принося запах крови. Он сжал покалывающий нос и болезненно простонал.
Даже мысли об этом бесят ещё сильнее.
Ну, что было, того не миновать. Нукс вспомнил, что ещё хотел сделать.
…Пойду обратно, помоюсь и лягу спать.
Казалось, это было самое конструктивное, на что он сейчас способен.
Когда он вышел из исторического зала и посмотрел на небо, конечно же, он увидел звёзды. Глядя на бесчисленные мерцающие звёзды, Нукс вздохнул.
Нелегальная подработка не защищалась законом. Помимо переработок, бывали случаи, когда он работал на опасных объектах, где нарушались правила безопасности. Легко было и уволить, и нанять, а бывало, что зарплату урезали, потому что работу не засчитывали. И даже так находилось множество людей, готовых впрячься за гроши.
Мастерская, где работал Нукс, не была исключением. Однако все места были заняты, и взгляд механика второго класса, человека со скверным характером и пустыми карманами, упал на него. Нукс никогда не давал ему взяток, дружил с механиком, которого тот ненавидел, и родился в неблагополучном месте. Видимо, решив, что всё идёт как надо, механик начал требовать с Нукса компенсации, утверждая, что правильно выполненная работа была на самом деле с дефектами.
Они поспорили, потом поругались, а затем и подрались. За это время Нукс получил немало ударов, ведь оплачивать чужой больничный ему было нечем. Это было несправедливо, но компания потребовала, чтобы Нукс, устроивший проблему, уволился. Проблема заключалась в том, что штатный механик получил травму и ему пришлось подавать заявление на страховку, из-за чего и произошёл ущерб для фирмы.
Почему бы просто не сказать, что упал и поранился?..
В голове всплыл образ механика, стонущего и потирающего свою жирную задницу. Теперь, оглядываясь назад, это казалось шитым белыми нитками. Нукс покачал головой.
В каком-то смысле всё сложилось хорошо. Если бы я остался, меня бы просто уволили. Я и так занят учёбой, но теперь мне будет легче.
Нукс пытался мыслить позитивно о ситуации, в которой оказался. По сравнению с кошмаром, который он видел до этого, это действительно было пустяком. Однако, чем больше он об этом думал, тем сильнее разгорался гнев.
Ему хотелось закричать. Но вместо крика он глубоко вдохнул. Передвигая замёрзшие ноги, он размышлял о реальности, с которой столкнулся. Когда он сложил зарплату за этот месяц и часть больничных расходов, получилось чуть больше 600 PUC (Валюта Объединённых Наций). Это было больше, чем сумма больничного счёта.
Если я сразу найду работу, то смогу прожить на эти деньги до следующей зарплаты.
Но получится ли найти работу сразу? Нукс, уже было разогнавшийся, остановился. Расчёты не сходились.
Только на этот месяц? А я-то надеялся... Всё как-то складывалось, и в этот раз тоже сложится.
Получится ли снова? Во рту пересохло от внезапной мысли. Ему был нужен тот самый вкус жизни, что он знал на Земле. Нукс обернулся, чтобы взглянуть на исторический зал. Там уже выключали свет.
Тест провален, работа потеряна. Эта жизнь разрушена. Проклята. Я даже не заслуживаю права дышать. Тем более на отдых.
Нукс зажал нос и рот обеими руками. Он задержал дыхание на мгновение, но вскоре сдался и опустил руки.
Дорога до общежития колледжа казалась бесконечно длинной. Нукс продолжал плестись.
Дальше. Это слово было слишком тяжёлым.
Неужели я правда хочу умереть? Ведь смерть – это конец.
Жить было трудно. Ничто не складывалось так, как хотелось. Однако, несмотря на все разговоры о смерти, умирать он не хотел.
В этот раз я справлюсь. Как-нибудь.
Он еле переставлял уставшие ноги. Когда после долгой дороги он наконец добрался до общежития, там шла вечеринка. Казалось, никто даже не думал о приближающихся экзаменах.
Звучала музыка непонятного жанра. Кто-то играл на незнакомом инструменте. Некоторые танцевали под эти звуки. Возможно, это выглядело нелепо, но они были слишком заняты развлечениями.
Это не имело к нему никакого отношения.
Да, таким, наверное, есть ради чего жить.
Нукс почувствовал себя жалким. Казалось, он находился в совершенно другом мире.
Разница настолько велика, что даже завидовать не хочется.
Он коротко вздохнул и продолжил идти. Некогда было раскисать из-за бесполезных эмоций. Ему хотелось вернуться в свою комнату и умыться.
Он сделал ещё несколько шагов, как вдруг откуда-то раздались радостные крики. Он машинально повернул голову на звук.
Толпа, что до этого смелась и весело болтала, разом притихла, увидев знакомое лицо.
Лицо, мягко светящееся в темноте, волосы, меняющие цвет в зависимости от угла зрения. Его высокую, стройную фигуру нельзя было спутать с другими, даже несмотря на одинаковую форму учащихся. Нукс отряхнул свой комбинезон. Он даже не был одет в ту же форму.
Лорд Асперио был асангианом. Солнечная система оказывала особое благоволение пришельцам с планеты Асанга, ведь именно они открыли эру космоса, подарив технологии гиперпространственных перемещений через временные срезы.
Таким образом, лорд Асперио, будучи асангианом, был знаменитостью не только в университете, но и на спутнике Вилнес, и во всей Солнечной системе. Как и большинство асангиан, принц Асперио обладал статусом, непостижимым для обыденного понимания Нукса. Фактически, это даже нельзя было назвать просто «статусом» — количество планет, официально принадлежащих ему, превышало десяток, а спутников и вовсе было не счесть. Говорили, что существуют даже планеты, соответствующие его псионической энергии.
Разве можно назвать его гостем на вечеринке, если он тут правитель?
Лицом на правителя он не похож .
Он был слишком тихим, чтобы называться правителем. Хотя тихий это ещё мягко сказано. Нукс продолжал недооценивать Лорда Асперио.
Никакой шум не мог нарушить безмолвие лорда Асперио. Даже в гуще приветственных возгласов его выражение лица оставалось неизменным.
Причина богатства жителей планеты Асан заключалась в том, что они покорили вселенную и накопили богатства благодаря технологии гиперпространственных перемещений. Ходили слухи, что из-за чрезвычайного развития и превосходных технологий они даже перестали испытывать базовые жизненные потребности.
Говорили, что они настолько возвысились в своём познании, что вышли за рамки человеческого понимания и утратили стремление к размножению. Должно быть, были и другие слухи, но Нукс не мог их сейчас вспомнить.
В любом случае, лорд Асперио был слишком важной персоной, чтобы находиться здесь. Конечно, он заявлял, что прибыл для культурного обмена в рамках проекта исследований по восстановлению Земли, но разве есть что-то, чем можно обмениваться в этой шараге на отшибе Солнечной системы?
У него наверняка были другие планы.
Нукса это особо не интересовало. Это был совершенно другой мир, и ему было не до чужих дел, он едва справлялся с собственной жизнью. Единственная причина, по которой Нукс вообще что-то знал о лорде Асперио, заключалась в том, что тот был невероятно знаменит, даже без учёта его личных качеств.
А, мы снова встретились взглядами.
Нукс часто видел эту знаменитость. Они сталкивались так часто, что, даже ни разу не поговорив, он иногда машинально поднимал руку для приветствия. К счастью, он всегда успевал сбежать, замечая свою оплошность.
Подумав о своей осторожности и внимательности, Нукс впервые за долгое время похвалил себя и снова двинулся вперёд.
Он даже не заметил, что чей-то взгляд жарко следил за ним.
„Жизнь — это трагедия, когда видишь её крупным планом, и комедия, когда смотришь на неё издали.“ — Чарльз Спенсер Чаплин
Из некролога в «The Guardian», 28 декабря 1977 года
Life is a tragedy when seen in close-up, but a comedy in long-shot.