03. 2-я Cтудия. «SUCCESS» стрим. Цикл Симулякры в Лофте
ХРОНОМАСТЕР (князь М.) —техно-энтузиаст с добрым сердцем
МЕРКАНТИЛИУС (Р.) —криптоанархист и магнат цифровой индустрии, символизирующий новую форму капитализма
САДОВНИК (князь Щ.) — эко-активист, культивирующий редкие сорта растений, олицетворяющий альтернативный образ жизни
ЧИНОВНИК (Г.) — модератор госуслуг и блогер-тысячник, отражающий влияние социальных сетей на политику
НАСТАСЬЯ — инфлюенсер с травматическим прошлым, чья личность стала товаром в виртуальном пространстве
Генерал, Генеральша, Аглая, Лебедев – симулякры персонажей романа Ф.М.Достоевского
Сцена 1: Лофт-студия в центре мегаполиса. Вместо камина — неоновая вывеска «SUCCESS»
ХРОНОМАСТЕР (вбегая с умными часами): Я опоздал на две минуты. Извините, чипировал бездомных котов, чтобы отслеживать их перемещения.
МЕРКАНТИЛИУС(листая курс биткоина): Ты опоздал на жизнь, брат. Пока ты спасал пушистых, Настасья закрыла мой токен-сейл. (Смеётся)
ЧИНОВНИК (поправляя очки): Я составил рейтинг её душевных качеств. По пятибалльной шкале — минус три.
САДОВНИК (удобряя вазон): Вы пытаетесь измерить душу трафиком. А она — цветок, которому нужно солнце, а не лайки.
На сцене появляется НАСТАСЬЯ в изысканном платье от кутюр, с айфоном на селфи-палке.
НАСТАСЬЯ (в камеру): Привет, мои дорогие! Сегодня я сожгу 500 тысяч. В прямом эфире!
МЕРКАНТИЛИУС (с восторгом): Великолепно! Я на этом хайпе подниму свой новый майнинг-пул!
ХРОНОМАСТЕР(с надеждой): Настасья, зачем? Я подарю тебе офлайн, настоящие объятия, а не токены. Я люблю тебя не как аудиторию, а как человека.
НАСТАСЬЯ (плача, кладет телефон): Ты один не снимаешь. Ты просто видишь. Прости, ХРОНОМАСТЕР, но я отравлена алгоритмами. Я — лишь иллюзия. Я — симулякр.
Она бросает деньги в фальшивый камин с логотипом сайта.
ЧИНОВНИК (делая пометки в блокноте): Растрата в прямом эфире. Ждите повестку.
САДОВНИК, присаживаясь рядом с ней: Вырастим новый росток. Без аудитории.
МЕРКАНТИЛИУС хватается за сердце — у него упала криптовалюта.
ХРОНОМАСТЕР(обращается к публике): Самое страшное в этой пьесе — то, что все они реальны. А я — единственный вымысел.
Сцена 2: Всё та же студия. Неоновая вывеска «SUCCESS» мигает — перегорела буква «S». Настасья сидит на полу, на её платье оседает пепел от сожжённых купюр. Садовник протягивает ей горсть земли.
НАСТАСЬЯ (берёт землю, смотрит сквозь пальцы): Ты предлагаешь мне заняться аграрной практикой, выращивать помидоры и огурцы? Мне, чей пост вчера собрал миллион просмотров?
САДОВНИК: Аграрная практика не является симуляцией. Помидоры не лгут. Они либо растут, либо гниют. И это есть демонстрация фундаментального закона природы: рост или деградация. Здесь, — (стучит по земле) — отсутствуют алгоритмы и математические модели.
МЕРКАНТИЛИУС (вскакивая): Прекратите эту экологическую риторику! У меня рухнул финансовый портфель, пока вы здесь предавались медитации. Она сожгла мои деньги!
ХРОНОМАСТЕР(тихо): Твои? Она сожгла свои.
МЕРКАНТИЛИУС: Всё в этом мире — моё. Даже её боль и страдания— это мой контент. (сжимает телефон)
ЧИНОВНИК (не отрываясь от блокнота): Фиксирую: патологическая зависимость от чужого страдания. Передам в комитет по этике для дальнейшего рассмотрения.
НАСТАСЬЯ (горько и хрипло смеясь): Этике? Вы все пришли сюда не ради меня. Ради драмы, ради создания контента, чтобы потом сказать: «Я был там».
САДОВНИК (присев рядом, протягивает ей семечко): Посади. Это всего лишь подсолнух. Он вырастет и повернётся к солнцу, а не к количеству лайков.
НАСТАСЬЯ (взглянув на семечко, переводит взгляд на Хрономастера): А ты? Что ты мне можешь дать?
ХРОНОМАСТЕР (снимая часы, кладёт их рядом): Время. Я дарю тебе время без цифровых экранов, без графиков и метрик. Просто — быть.
МЕРКАНТИЛИУС: Сентиментальный вздор! Ты ничего не понимаешь о современном мире. Мир — это экономическая транзакция. Дай — получи.
ХРОНОМАСТЕР(улыбается): Я ничего не ожидаю получить. Я просто хочу, чтобы она не сгорела. Я хочу, чтобы она не стала жертвой симулякра.
НАСТАСЬЯ берёт семечко. Впервые — без камеры. Долгая пауза.
НАСТАСЬЯ (шёпотом) : Мне кажется, я начинаю понимать, как правильно дышать.
Неоновая вывеска гаснет, и в темноте остаётся лишь свет уличного фонаря, который мягко освещает пространство.
ХРОНОМАСТЕР (обращаясь в темноту): Это гораздо больше, чем может дать любой искусственно созданный пост.
Загородный участок с покосившимся забором и грядками укропа. Настасья, одетая в резиновые сапоги, без макияжа, с мятой панамкой на голове, сосредоточенно втыкает рассаду в землю. Садовник, занимаясь поливом помидоров, даёт ей ценные советы.
САДОВНИК: Не дави слишком сильно. Корни — как душа, им нужен воздух.
Настасья (втыкая рассаду, пачкается в земле): Вчера я целый день не заходила в социальные сети. Мне даже стало немного не по себе. У меня ломка.
САДОВНИК: Это не ломка. это выздоровление.
В этот момент появляется Хрономастер с ведром дождевой воды, чуть не спотыкаясь о шланг.
ХРОНОМАСТЕР: Я принёс дождевую воду. Три дня собирал её. Говорят, она живая.
НАСТАСЬЯ: (смеётся) Ты собирал дождь в пластиковые бутылки, как школьник для эксперимента.
ХРОНОМАСТЕР (смущённо): Вода любит внимание.
В это время появляются Меркантилиус и Чиновник. Первый, в дорогом костюме, неловко ступает по грязи. Второй, с ноутбуком в руках, садится в шезлонг.
МЕРКАНТИЛИУС: Я привёз спутниковую тарелку. Здесь же глушь. Как вы живёте без интернета?
ЧИНОВНИК(стуча по клавиатуре): Фиксирую: добровольная цифровая эмиграция. Редко такое встретишь.
НАСТАСЬЯ, вытирая руки о фартук, возражает: Я здесь не эмигрировала, я здесь проросла.
МЕРКАНТИЛИУС, наблюдая за её работой, молчит. Впервые за долгое время он не достает телефон.
САДОВНИК (протягивая ему огурец): Попробуй. С грядки.
МЕРКАНТИЛИУС (взяв огурец, с сомнением рассматривает его): Он … неровный.
САДОВНИК (настаивает): Зато настоящий.
МЕРКАНТИЛИУС надкусывает огурец, закрывает глаза, и воцаряется пауза. Наконец, он тихо признаёт: Чёрт возьми, это вкуснее биткоина.
ХРОНОМАСТЕР, улыбаясь, наблюдает за происходящим, а Настасья тем временем сажает вторую грядку.
Вечер. На деревянной веранде, украшенной элементами барокко, стоит самовар, олицетворяющий традиционную русскую культуру чаепития. Рядом с ним находится ноутбук — символ современной цифровой эпохи. За столом сидят генерал, Чиновник, Садовник и Меркантилиус. Хрономастер, обладающий способностью управлять временем, стоит у перил веранды, любуясь закатом, который символизирует цикличность и баланс природы.
ГЕНЕРАЛ (наливая чай, обращается к Хрономастеру): Садись, Хрономастер. Не стой как изваяние.
ХРОНОМАСТЕР (не отрывая взгляда от неба): Я любуюсь закатом. В городе его не видно — всё заслоняют дома и экраны. здесь он такой живой.
МЕРКАНТИЛИУС (листая телефон, замечает): Небо не приносит дохода.
ЧИНОВНИК (с улыбкой добавляет): Зато виды на закаты можно монетизировать. Уже есть стартапы, которые сдают их в аренду.
САДОВНИК (качает головой): Вы даже природу превратили в бизнес.
ХРОНОМАСТЕР (поворачивается к ним): Вчера я стал свидетелем удивительного события: мальчик кормил бездомную собаку. Никто не снимал это на видео, он просто занимался своим делом. В этом и есть настоящее.
МЕРКАНТИЛИУС (не отрываясь от своего телефона, возразил): Сентиментальность не может приносить прибыль.
ХРОНОМАСТЕР: А деньги не могут согреть душу.
ГЕНЕРАЛ (вздохнув, пригласил): Садись за стол, чего ты там высматриваешь?
ХРОНОМАСТЕР: Я смотрю на поле, где дети играют в футбол. Они играют просто так, без гаджетов. Это так красиво!
МЕРКАНТИЛИУС (не отрываясь от телефона, с иронией в голосе): Без гаджетов сложно монетизировать. Это бесполезное занятие.
САДОВНИК (усмехаясь): Даже детство вы умудряетесь превратить в бюрократию.
ЧИНОВНИК (с энтузиазмом предлагает): Я бы разработал регламент: разметка поля, судьи, страховка. Иначе это хаос!
ГЕНЕРАЛ (снова вздохнув): Опять ты за своё. Лучше расскажи, что с Настасьей? Ты написал ей письмо?
ХРОНОМАСТЕР (с грустью в голосе): Я написал ей о своей любви. Не ради подписчиков или красоты, а просто потому, что люблю её.
ЧИНОВНИК (с улыбкой замечает): Бумага не вечна, в отличие от цифр.
ХРОНОМАСТЕР: А любовь вечна. Вчера я был у Настасьи. Она плакала. Говорила, что все её любят, но никто не видит. Только образ с экрана.
Воцаряется тишина, нарушаемая лишь стрекотом сверчков. Генерал долго и внимательно смотрит на Хрономастера.
ГЕНЕРАЛ: И что ты ей сказал?
ХРОНОМАСТЕР: Я сказал ей, что я вижу её настоящую. Что она не должна быть красивой и успешной каждую минуту. Что можно просто быть собой.
ГЕНЕРАЛ (шёпотом): Ты определённо сошёл с ума. Но, может быть, мы все сошли, а ты один остался нормальным.
ХРОНОМАСТЕР (садясь за стол, с улыбкой отвечает): Нет, я просто не умею лгать.
МЕРКАНТИЛИУС: Как наивно! Она зарабатывает на своём образе.
ХРОНОМАСТЕР: А я зарабатываю на правде. Правда не приносит денег, но она приносит покой.
ЧИНОВНИК(скептически добавляет): Покой — это отсутствие активности, что не всегда экономически выгодно.
ГЕНЕРАЛ (вздыхает): Хрономастер, ты как ребёнок. Чистый, добрый. Но в нашем мире это может быть опасно, как смертельный диагноз.
САДОВНИК (протягивая ему чай): Оставайтесь таким же. Вы — редкий экземпляр.
ХРОНОМАСТЕР с улыбкой принял чай. Все сидели в тишине, погружённые в свои мысли. Слышались детские крики на поле, символизируя радость и беззаботность детства.
В тишине, при свете свечей, все участники сидят на веранде. Настасья, войдя, садится в стороне. Хрономастер с интересом наблюдает за ней.
ГЕНЕРАЛ(выдержав паузу, обращается к Хрономастеру): Ты, Хрономастер, часто говоришь о доброте. Но знаешь ли ты, что происходит с человеком, когда доброта исчезает из его жизни?
ХРОНОМАСТЕР отвечает спокойно: Я знаю последствия дефицита доброты. Однако я не судья и не моральный арбитр.
НАСТАСЬЯ, неожиданно и тихо, начинает рассказывать: В шестнадцать лет я привлекла внимание Т., друга моего отца. Он часто звал меня на озера, дарил цветы и говорил, что моя уникальность неповторима и недоступна другим.
НАСТАСЬЯ замолкает. Слышен только треск свечи.
НАСТАСЬЯ (продолжая): А потом он сказал: «Это наш секрет. Никому не рассказывай. Иначе останешься одна и не найдешь пару». Я безоговорочно поверила ему. Пять лет я хранила эту тайну, никому не раскрывая.
МЕРКАНТИЛИУС: (отводит взгляд) Зачем ты сейчас это говоришь?
НАСТАСЬЯ: Чтобы Хрономастер знал. Я не святая. Я сгоревшая. Я сгорела изнутри.
Она поднимается и уходит в темноту сада. Все молчат.
ХРОНОМАСТЕР: (тихо, но уверенно): Она не сгорела. Её просто никто не потушил. В её душе горит огонь, которому нет названия.
ЧИНОВНИК (с беспокойством достаёт телефон): Тогда нужно вызвать специалиста. Следует обратиться к психологу.
ХРОНОМАСТЕР с твердостью отвечает: Нет, это не требуется. Достаточно просто быть рядом. Присутствие — вот что действительно важно.
САДОВНИК (качает головой, выражая согласие и тревогу): Ты прав. Но за правду часто приходится платить. В этом мире за правду бьют.
ХРОНОМАСТЕР: (встаёт) Пусть бьют. Я всё равно останусь.
Он решительно направляется за Настасьей и исчезает в тенях сада.
В тесной комнате, заваленной книгами и бумагами, царит атмосфера хаоса и напряжённого умственного труда. На стене висит портрет Фёдора Михайловича Достоевского, олицетворяя литературное наследие и глубокие философские размышления. Лебедев, мелкий чиновник с тревожным взглядом, суетливо перемещается вокруг стола, готовя чай.
ЛЕБЕДЕВ(разливая чай): Ваше сиятельство! Какая честь! Я много слышал о вас. Вы тот самый… эээ… правозащитник!
ХРОНОМАСТЕР: Я лишь хотел бы обсудить ситуацию с Настасьей.
ЛЕБЕДЕВ (меняется в лице): Ах, Настасья. Это трагическая история. Я знаю о ней всё, осведомлён обо всех её деталях, вплоть до мельчайших. Всё до ниточки.
ХРОНОМАСТЕР: Расскажите, пожалуйста.
ЛЕБЕДЕВ (шёпотом): Т. — человек жестокий. Однако законодательство не предоставляет достаточных инструментов для его осуждения. Он содержал её, дарил бриллианты. А она терпела. А затем он её оставил. И теперь она одинока. У неё есть материальные средства, но её душевное состояние оставляет желать лучшего. Деньги есть, а души нет.
ХРОНОМАСТЕР молчит, глядя в пол.
ЛЕБЕДЕВ(вдруг оживляясь): Но я, ваше сиятельство, я всё тщательно проанализировал. В Уголовном кодексе существует статья, по которой можно подать заявление. Я нашёл юридическую лазейку!
ХРОНОМАСТЕР (поднимает голову): Она не желает судебного разбирательства. Ей нужен покой.
ЛЕБЕДЕВ: Покой! Ха! В наше время это роскошь, которую могут позволить себе немногие. Я, например, сплю не более трёх часов в сутки, постоянно размышляя о том, как изменить мир к лучшему или хотя бы улучшить свою жизнь.
Он нервно смеётся.
ХРОНОМАСТЕР: Вы, Лебедев, человек добросердечный. Однако суета мешает вам сосредоточиться на главном.
ЛЕБЕДЕВ (останавливается): Добросердечный? Мне редко говорили об этом. Обычно меня называют хитрым, изворотливым, юристом. Но вы утверждаете, что я добр. Благодарю вас, ваше сиятельство.
ЛЕБЕДЕВ: Оставайтесь таким. Вы можете спасти нас всех. Или хотя бы самого себя.
ХРОНОМАСТЕР встаёт, жмёт ему руку и уходит.
Тёмная квартира в старом фонде с высокими потолками, на стенах — картины в тяжёлых рамах. На столе — мониторы, провода и несколько бутылок. Меркантилиус сидит в кресле, а Хрономастер стоит у порога.
МЕРКАНТИЛИУС: (не поворачиваясь) Зачем пришёл? Я не звал.
ХРОНОМАСТЕР: Ты не отвечаешь на звонки, и я заволновался.
МЕРКАНТИЛИУС (усмехается): Волновался. За меня. Ты первый, кто так искренне проявляет беспокойство. Обычно все стремятся использовать меня в своих интересах — будь то деньги или связи.
МЕРКАНТИЛИУС: Ты знаешь, что я люблю её? Настасью. Я бы всё отдал ради неё: деньги, бизнес, себя. Но она смотрит сквозь меня, как будто я пустота.
ХРОНОМАСТЕР: Она боится. Всех. И тебя тоже.
МЕРКАНТИЛИУС: (резко оборачивается) А тебя — нет? Почему?
ХРОНОМАСТЕР: Потому что я ничего не требую.
МЕРКАНТИЛИУС долго смотрит на него. Затем садится на пол и закрывает лицо руками.
МЕРКАНТИЛИУС: Я купил ей кольцо. Старинное. Думал, что, если подарю его, она останется. Но я оказался глупцом.
ХРОНОМАСТЕР: Ты не глупец. Ты запутался. Ты просто запутался в своих чувствах и желаниях.
МЕРКАНТИЛИУС (поднимает голову): ты единственный, кто говорит мне правду. Останься со мной сегодня. Выпьем чаю. Я боюсь, что могу наделать глупостей.
ХРОНОМАСТЕР: (садится напротив): Хорошо, я останусь. Пока не рассветет.
Они сидят в темноте, и слышно только тиканье часов.
МЕРКАНТИЛИУС: (не поднимая глаз) Ты когда-нибудь ненавидел себя за то, что любишь?
ХРОНОМАСТЕР: Нет. Любовь не стыдна. Стыдно делать больно тому, кого любишь.
МЕРКАНТИЛИУС: (горько усмехается) Я причиняю ей боль. Я понимаю это, но не могу избавиться от своих чувств. Они как болезнь, которую невозможно излечить. Ты не понимаешь.
ХРОНОМАСТЕР: Понимаю. Но ты можешь выбрать. Не мучить себя. Не мучить её.
МЕРКАНТИЛИУС: (встаёт, подходит к окну) Она уедет. Я это знаю. Я уже видел в её глазах, когда она смотрит на тебя, что она выбрала. Не меня.
ХРОНОМАСТЕР: Она никого не выбирает. Она лишь боится принимать решения. Она боится выбирать.
МЕРКАНТИЛИУС: (оборачивается) А если я не отдам её? Если я не смогу отпустить? Если я не готов отказаться от своих чувств?
ХРОНОМАСТЕР молчит. Долгая пауза.
ХРОНОМАСТЕР: Тогда ты потеряешь себя. Она уже потеряна. Зачем теряться вдвоём? Зачем обоим страдать?
Меркантилиус долго смотрит на него, а затем снова садится на стул.
МЕРКАНТИЛИУС: Оставайся до утра. Я не хочу быть один.
ХРОНОМАСТЕР: Хорошо.