Но моя мечта в небе летает...
But only in their dreams can men be truly free. ‘Twas always thus, and always thus will be.
Джон Китинг, Общество мертвых поэтов
После очередной поездки в храм современной архитектуры — Осло — у меня снова открылся портал архитектурного любопытства. Я начала рыскать в поисках интересных вещей и вдруг наткнулась на крутой проект.
С 1918 года в Москве и Петербурге создаются так называемые ВХУТЕМАСы — Высшие художественно-технические мастерские. В 1920-е годы там учится простой студент Георгий Крутиков. В начале 1920-х Крутиков серьёзно увлёкся дирижаблестроением: переписывался с Циолковским, пытался самостоятельно сконструировать салон дирижабля. Кроме того, он общался с Малевичем и считается его продолжателем в архитектуре. Именно это общение заложило основу его первых попыток выхода за пределы околоземного пространства.
В 1928 году во ВХУТЕИНе он защищает свою дипломную работу. Скорее, это был проект — смелый и дерзкий, — на который он потратил 15 лет.
«В помещении ВХУТЕИНа была оборудована специальная комната для лаборатории (знаменитая „чёрная комната“). Чтобы не отвлекать внимания исследователей и испытуемых и не создавать ненужных ориентиров, влияющих на результаты психотехнических опытов, Ладовский решил выкрасить стены, пол и потолок в чёрный цвет. „Чёрная комната“, вся заставленная какими-то необычными приборами с протянутыми в ней нитями и яркими цветными пятнами (используемыми для опытов с цветом) производила, как рассказывают очевидцы, какое-то фантастическое впечатление».
В чём же суть? Крутиков разделил город на два уровня: наземный — технический, и воздушный — жилой, состоящий из мобильных летающих модулей. Его цель была в том, чтобы освободить землю от плотной застройки и создать гибкую, подвижную среду для жизни. Земля — для движения, путешествий, культуры; воздух — для жилья. Он искренне верил, что атомной энергии хватит, чтобы удерживать такие объекты в небе. В транспортным средством в этих городах, согласно замыслу К., должны служить капсулы, чей образ был вдохновлен аэростатами Циолковского.
Это звучит почти как в «Понедельник начинается в субботу»: было бы круто иметь двойника, который работает, платит по счетам, занимается делами всякими, ну приземлёнными, а настоящий ты — читает книги и смотрит все фильмы Бергмана, ну думает и мечтает о высоком. Хотя, в идеальном мире нам вообще не пришлось бы думать не о высоком… Круто же придумал Крутиков? Прямо, говорящая фамилия у человека.
Конечно, без критики не обошлось — было много вопросов, чем ответов, где-то насмешки, наверное, где-то недоверие. Крутикова называли «советским Жюль Верном». Но ведь и Жюлю Габриелю Верну отец наказал путешествовать только в своем воображении. И Туру Хейердалу твердили, что он не сможет пересечь океан на «Кон-Тики». Идея Крутикова так и не была реализована, но, мне кажется, Люк Бессон явно вдохновлялся ею в «Пятом элементе». Чем не летающий город — тот фантастический Нью-Йорк 2263-го, где живёт Корбен Даллас?! Биг бадабум!
В 70-х на экраны вышел фильм «Воздухоплаватель» Анатолия Вехотко и Наталии Трощенко. Главный герой, атлет Иван Заикин, оставляет спорт, уезжает в Париж, поступает в школу воздухоплавателей и летает над городом на «Фармане-IV», обшитом фанерой. И — долетался, терпит крушение.
Но мир оказался не готов к столь революционным идеям Крутикова. Его мечта о «летающем городе» пролетела как фанера над всем миром — по крайней мере, над тем миром, в котором он жил. Хотя кто знает, в каких дивных параллельных реальностях она уже стала возможной или ещё только ждёт своих 15 минут славы...