Далекая волчья страна. Глава 06
Магический совет не занимался решением каких-либо государственных вопросов, и потому он собирался крайне редко. Фактически, в него входили все обученные малепиусы, а само собрание по регламенту требовало присутствия как минимум половины дееспособных злоглазых, что было часто попросту невозможно. Твинкл должна была догадаться, что будет собрание, когда узнала, что в Небесной Обители собрались почти все малепиусы Поднебесной, по иным причинам их бы не снимали с миссий и постов по всей стране. Но, занятая своим обучением, а после и вовсе заданием Божественной, не задумалась.
Теперь же, идя в так называемый амфитеатр - открытый зал со множеством удобных лежанок, рядами уходящих вверх - с хвостиком идущей следом Фенрир, Твинкл Спарк осознавала, что все это было частью планов Оками. Она была готова и к падению барьеров страны, и к войне, ко всему. Силки и ставший почти серьезным Уайфиз принесли на хвостах новости о том, что вся пограничная служба была выгнана на учения на ту самую границу, регулярная армия, что норники, что симураны, уже неделю как расквартированы на пограничных базах в рамках проверки боеготовности, и, что намного важнее, в Обитель приглашена Сансет Файр, вожак отступников. Последнее стало известно, так как Гвардии отдали приказ не препятствовать ее прибытию, и вообще игнорировать.
Мысленно скривившись - малепиус с двойным венцом, преступившая закон, вызывала у нее глухую злобу самим своим существованием - Твинкл протиснулась сквозь приоткрытые врата амфитеатра и осмотрелась.
Здесь уже собралось десятка четыре малепиусов, от их присутствия магия натурально бурлила, так много ее рассеивалось в пространстве. Настолько, что самка, пискнув, закрыла правый глаз, прежде чем ее собственная магия, не сдерживаемая венцом, выплеснулась в мир.
- Прости... - прошептала Фен, потянувшись было к ученице Оками чтобы боднуть в плечо, но быстро отшатнулась. - Мне... Мне правда стоило подумать сначала...
- Все хорошо, Фен, - как можно бодрее заявила Твинкл Спарк, улыбаясь, что из-за закрытого глаза выглядело не настолько жизнерадостно, как хотелось. - К этому... можно привыкнуть. Мне все равно надо время от времени сбрасывать магию.
- О, вы посмотрите, кто выполз из пыльных архивов! - лающе рассмеялся самец серого с подпалинами окраса с ярко-зелеными глазами. - Твинкл кусать тебя Спарк!
- А ты все такой же отвратительно шумный болван, Вайпер, - фыркнула самка, после чего они с волком коснулись носами и боднулись. Самец радостно свесил язык. - Рада видеть тебя.
- Могла бы хоть раз с нами на пони поохотиться! - припрыгнул на передних лапах малепиус. - Мы уже оленя загнать успели, пока ты над тайными свитками чахла!
- Задания Божественной Оками - не то, что можно отложить, - с искренним сожалением ответила Твинкл.
- А познакомь со своей новой подругой? - решил сменить тему волк, понимая, что она тупиковая. - Такую красавицу я впервые вижу, а я бы запомнил!
- Фен, этого придурка зовут Вайпер Харт, малепиус, специализирующийся на магии искажения. Вайпер, перед тобой - Божественная Фенрир, сестра Аматэрасу.
На морде волка застыла широкая ухмылка, а вот глаза медленно, но неумолимо становились все больше и больше, пока зрачок при этом стягивался в точку. В какой-то момент обе волчицы начали всерьез думать, что они выпадут и шмякнутся на пол, но малепиус резко встряхнулся, зевнув в процессе, и тут же преломил лапу, ткнувшись носом в пол.
- Прошу простить мою дерзость, Божественная Фенрир.
- Они все будут мне кланяться? - Фен ткнула лапой в самца, на что Твинкл пожала плечами.
- Лучше тебе привыкнуть, потому что это проще, чем убедить всех вокруг воспринимать тебя иначе.
- Божественная Оками - мать волчьей цивилизации, а Вы - ее Божественная Сестра, - несмотря на попытки звучать возвышенно, Вайпер физически не мог избавиться от присущей ему чуть смешливой интонации, что его видимо смущало.
- Но ведь я почти сожрала весь мир...
- То было тысячу лет назад, - спокойно пожал плечами малепиус, чем заслужил полный странных эмоций взгляд от Фенрир. - Я лично не вижу перед собой чудовища.
- А ты лучше присмотрись, кузнечик.
Глухой, гортанный рык вырвался из глоток малепиусов совершенно синхронно, а глаза опасно прищурились. Мимо демонстративно прошагала с гордо поднятой головой белоснежная волчица с глазами красных и оранжевых цветов, которые сменяли друг друга, создавая эффект мерцающего пламени. Вокруг ее радужек было по два терновых венца, что шипами, словно сетью, опутывали глаза целиком, полностью блокируя магию.
- Если бы не указ Божественной, тебя бы порвали на куски, - прорычал Вайпер, тем не менее даже не пытаясь препятствовать ее движению. - Но не думай, что мы стерпим твои жалкие попытки казаться крутой!
- Все так же говоришь фразами из книжек, - закатила глаза Сансет, хлопнув возмущенно взрыкнувшего волка хвостом по морде. - Я тут не для вражды, щеночек, так что, заканчивай тявкать. Скоро прибудет Великая Мать.
- Дрянная подстилка, - выплюнул кто-то из стоящих чуть поодаль малепиусов, решивших послушать разговор Вайпер Харта и Твинкл Спарк. - Лучше бы тебя казнили.
- Да, - Сансет неожиданно остановилась и бросила взгляд назад, на Твинкл. - Лучше бы меня и правда казнили. Но я жива, и я тут, так что, нам всем надо захлопнуть клацалки и сесть на места. Я не шутила, Божественная Мать уже рядом.
- Кто это был? - тихо спросила Фен, когда малепиусы, ворча и огрызаясь, начали рассаживаться по лежанкам. Сама Сансет Файр легла вне рядов, поодаль, довольствуясь простым ковриком.
- Вожак стаи отступников, малепиусов, отступивших от закона, - так же тихо ответила Твинкл Спарк. - Иногда преступление недостаточно тяжкое, чтобы казнить малепиуса, и таких отступников клеймят вторым венцом и они живут как обычные волки, пытаясь хоть как-то искупить свою вину простой работой.
- Таскают вещи, занимаются простой охраной, курьерской работой, - малепиус неопределенно качнула головой. - Не всякая работа требует крыльев, пальцев или магии.
- По последней переписи всего около трех десятков.
Малепиусы все прибывали и прибывали, вскоре были заняты почти все ряды - Твинкл насчитала больше восьми десятков волков и волчиц. К ее радости, прибежала и бежевая с ярко-желтыми глазами Санни Сайд, запыхавшаяся, с языком чуть ли не до пола, она взлетела вдоль рядов на свое привычное место и бухнулась на лежанку, даже не развернувшись мордой к трибуне. Сидящие рядом малепиусы тут же потянулись к ней с беспокойством в мерцающих глазах. Не хватало всего двух десятков, не учитывая, конечно, стариков и щенков, слишком старых и слишком молодых для магического совета.
Последней в амфитеатр вошла сама Аматэрасу, и ее вид заставил притихнуть вообще всех, даже ворчащих на присутствие отступницы.
Божественная прогрохотала металлом на лапах до самой трибуны, лязгая тяжелой броней, Солнечный Диск казался ярче обычного, а розовые глаза смотрели рассчетливо, лишенные привычного тепла. Оками взошла на свое место и обвела взглядом ряды резко выпрямившихся волков - было тихо, настолько, что стали слышны звуки остальной Обители.
- Дети мои, - голос Божественной Волчицы, полный силы и магии, колыхнул само пространство. - На пороге нашего логова война. Не те жалкие пятнашки, в которых волчата бесились, пытаясь выяснить, у кого острее зубы и длиннее хвост, но настоящая война. Барьеры страны падают, и больше этого нет смысла скрывать, особенно от вас.
Малепиусы растерянно переглянулись, не зная, что думать и чувствовать. У Твинкл Спарк встала дыбом шерсть, отчего сидящие рядом друзья, с которыми она успела разве что парой слов перекинуться, заерзали на месте. Кристаллинити же, уже введенная в курс дела, лишь нахохлилась, опустив голову.
- Там, за границами нашей страны, живут виды, что тысячу лет назад почти истребили наш род. Там, отсеченные океаническим рвом, жаждут нашей крови пони, разумные предки нашей добычи. Там с гор спускаются проклятые жадностью драконы, ослепленные гордостью грифоны и гиппогрифы. Из пустынь и оазисов выползи проклятьем не вымершие лошади и верблюды. И это лишь виды, что соседствуют с нашей Поднебесной страной, твари, что видели в нас лишь ошибку природы, травоядные, возжелавшие исказить, извратить великую цепь жизни. Они придут, чтобы истребить нас и отобрать земли, что мы тысячу лет делали своими. Они будут лгать, заявляя о своем видении прошого, своей истории, как об истине.
Твинкл Спарк не смогла подавить дрожи. Нет, она и не думала, что наставница решит раскрыть истину, фактически уничтожив фундамент пропаганды страны, но ведь ложь может и вскрыться, и она вскроется, рано или поздно. Что им делать тогда? Что тогда предпримет Оками?
- Дети мои, вот-вот падет барьер, и виной тому их происки, ибо нельзя быть глупцом, верующим в свою исключительность. У иных видов тоже есть своя магия, и не позволяйте своей гордости затмить вам взор, не позволяйте избранности затуманить ваш разум. Как и любая охота, война должна вестись с ясными глазами, как и любая добыча, наши враги не должны попасть в слепое пятно недооценки. Считайте их хитрой, яростной, сильной, опасной добычей! Той, что будет биться до последнего, отбиваясь копытами, стремясь сломить вам кости, убить и затоптать! Но помните, вы все - мои дети. Все присутствующие. Даже ты, оступившаяся дочь. Сансет Файр, подойди ко мне.
Отступница, сопровождаемая уже не злыми, а задумчивыми взглядами, прижимая уши и поджимая хвост, встала с коврика и, то и дело тряся дрожащими лапами, подошла к Божественной Волчице. Не смея поднять взгляда, она села напротив, придавив хвост, вздрогнула, услышав тяжелые лязгающие шаги. Аматэрасу заставила ее поднять голову своей закованной в золотистый металл лапой.
- Ты преступила закон, дочь моя. Мой закон, и была наказана. В тот день, ты заявила, что не сожалеешь о своем деянии, и не приползешь просить прощения. Но ты пришла, когда я позвала тебя.
- Ты готова вновь вернуться в стаю? - перебила ее Оками, взглядом не подавляя, но словно бы заставляя раскрыться, вывернуть душу. - Твоя стая, все мои дети с глазами магии, они готовы истинно искупить вину? Схватить шанс за глотку?
- Да, - твердо и уверенно ответила Сансет Файр, но не сумела сдержать слез.
Черная волчица встала, бросила на Твинкл виноватый взгляд и потрусила к трибуне, прижимая уши от всеобщего внимания.
- Амми? - тихо, но из-за акустики слышимо всем, спросила она, подходя поближе.
С места встал Шайнинг Страйк и тоже пошел к трибуне. Палач умел не только вытягивать магию и жизнь, но и был одним из тех, кто накладывал терновый венец на глаза малепиусов. Ведь сама Аматэрасу, как уже знала Твинкл, никогда не могла использовать столь сложную магию...
Фенрир мягко, очень сдержанно лизнула Сансет сначала в один, а затем и второй глаз. Каждый малепиус в амфитеатре ощутил резкое колыхание магии, когда сила отступницы оказалась освобождена от оков, но Шайнинг тут же сковал ее вновь. Миг, и волчица, моргая, посмотрела себе под лапы, ее глаза замерцали, и в воздухе перед ее носом заколыхался огонек - проявление силы волчицы, ее талант. Сансет, сгорбившись, заплакала, роняя крупные слезы на пол подле лап Аматэрасу.
- Я дарую тебе возможность истинно искупить свою вину. Тебе и твоей стае, Сансет Файр.
- Я не подведу... - видеть дерзкую, гордую самку настолько сломленной было так тяжело, что малепиусы один за другим отводили взгляды. Никто не хотел ощутить того же, никогда и ни за что. Твинкл же и вовсе закрыла глаза. - Мы не подведем...
Она и раньше знала, почему именно Божественная оставляла в живых отступников. Быть ученицей самой Аматэрасу означало окунуться в настолько вонючие выгребные ямы, что только упорство, упрямство и жажда служить стране и Божественной позволяли игнорировать всю ту грязь, что скопилась за тысячу лет. Проще всего было Айрон Тэйлу, но тяжелее - Свифт Лайт. И сейчас она увидела подтверждение слов и теорий своей наставницы.
- И все-таки он совсем не вкусный... - проворчала Фенрир, чавкая пастью, словно пытаясь избавиться от гадливого вкуса.
- Их еще три десятка, - голос Аматэрасу резко смягчился, когда она обратилась к сестре.
Черная волчица состроила настолько грустную морду с большими слезливыми глазами, что вся атмосфера торжественности и даже сакральности просто разбилась об всеобщее умиление и желание защитить бедную самку. О том, что Фенрир, вообще-то, может сожрать всех присутствующих и попросить добавки, никто и не вспомнил, кроме, пожалуй, Твинкл и самой Аматэрасу.
- Я верю в тебя, - Оками ткнулась носом в щеку сестре. - Но это потом, пока отдыхай.
- Угум... - Фенрир, помахивая хвостом, боднула Аматэрасу в плечо и потрусила к Твинкл, все еще сильно робея под многочисленными взглядами.
- Скоро о войне будет объявлено всем стаям, - дождавшись, пока Фен усядется, а Сансет Файр вернется на свое место, сказала Божественная. - Все малепиусы будут задействованы на границах в рамках магического усиления войск. Это не учения, на кону стоит существование всей волчьей цивилизации, а потому усмирите гордыню, не давайте ей сидеть на загривке. Вам предстоит быть советниками и исполнителями при генералах армии, некоторые из вас войдут в число малых и больших звезд гвардейского оперативного резерва. Больше вам расскажет альфа-генерал, Ворфилд.
В амфитеатр, привычно горбясь, вошел земляной волк в легкой кирасе, накинутой поверх простого поддоспешника. На то, что это не простой солдат, намекали только знаки различия на наплечных повязках в виде солнечного диска с четырьмя кругами сверху. Твинкл Спарк в очередной уже раз подумала, что знак похож на отпечаток лапы, да и не только ей так казалось - среди малепиусов альфа-генерала часто называли «сэр Облапанный», без злости, скорее, с иронией.
Все волки дружно склонили головы, не до земли, конечно, но в знак уважения к норнику, управляющему всей армией Поднебесной.
- Рад видеть вас всех в добром здравии, - в своей обычной манере поздоровался Ворфилд. Его голос все так же был непривычно звонким, совершенно лишенным любых рычащих или ворчащих нот. - Сразу к делу, Ваше Сиятельство?
- Как тебе угодно, Ворфилд, - благосклонно кивнула Оками.
- Тогда к делу, - самец провел пальцами по рукавам поддоспешника, словно поправляя их. - На данный момент Барьер все еще держится, но в нем уже сформировались многочисленные бреши. Вражеские силы почти сразу отправили своих разведчиков, подтверждены пегасы и гиппогрифы, они не заходят вглубь территории, а мы их не сбиваем, не демонстрируя своих возможностей. Пегасы, впрочем, умудрились влететь в облачное логово гражданских симуранов, перепугались и те, и другие. Результат - у нас есть пленный, но бесполезный из-за удара молнии в голову пегас, симураны бросили логово.
Раздались сдержанные фырки и смешки.
- Наши разведчики провели рекогносцировку, и вот что выяснили. Драконы не имеют никакой государственности, и представляют собой не столько стаи, сколько сборища под предводительством сильных особей. Пока нет информации о том, есть ли у них единый лидер. Боевые возможности в виду ограниченной разведки малоизвестны, однако, усилиями Санни Сайд стало известно, что они крайне магические существа. Огонь им не страшен, видимо, ни в каком виде, поскольку некоторые особи буквально купались в вулканической лаве. Размеры крайне вариативны, от размеров пони до размеров многоэтажного дома.
- Как много драконов обнаружили разведчики? - спросил один из малепиусов, подняв лапу, словно на уроке магии. Ворфилд задумался.
- На границе их десятки. Дальше может быть сотни, и даже тысячи, симураны не стали залетать вглубь территории - одну из них крупный дракон пытался поймать на обед. Молния его оглушила, но разведчица утверждала, что заряда бы хватило, чтобы проломить кирпичную стену.
По рядам амфитеатра пробежался короткий перешепот, пока волки обсуждали услышанное. Стоило ему затихнуть, альфа-генерал продолжил.
- Грифоны и гиппогрифы сформировали полноценное государство, с ними некоторые разведчики даже смогли наладить контакт. Свою страну они называют Заоблачным Королевством, и оно не отличается единством. По имеющейся, не признанной полноценно надежной информации, имеется три полунезависимых формирования, Горные Кланы, Равнинные, они же Долинные Города и Речной Союз. Тем не менее, Заоблачное Королевство, скорее всего, сможет объединиться перед общей угрозой. Грифоны хищные, что позволило разведчикам с ними поговорить, гиппогрифы, видимо, всеядные...
- А можно ближе к делу? - перебил генерала Вайпер Харт, и только после поднял лапу. - Зачем нам эта лекция, меня лично больше волнует, что у них с армией и магией.
- Хм, - волк посмотрел на Оками, и та кивнула. - Ладно, оставим подробные отчеты для личного ознакомления. Тогда кратко: имеют на вооружении довольно примитивные арбалеты, грифоны носят полноценную броню, хоть и весьма устаревшую по нашим меркам, не отличаются ни скоростью, ни маневренностью, но сильны. Вооружены так же мечами и копьями, некоторые носят щиты, - Ворфилд замолк, пережидая волну обсуждения. - Гиппогрифы наоборот, почти не носят доспехов, окромя легкой защиты тела, очень быстрые и маневренные. Разведчики считают, что они должны работать смешанными группами, но это лишь догадки. Магии замечено не было, исключая полетную, погодной в том числе. Седельную Аравию можно смело пропустить - они вообще проигнорировали проблемы с барьером, а вооруженных сил у них почти нет, только легкая пехота с копьями, стрелкового оружия нет вовсе. Теперь о главной нашей проблеме - Кристальная Империя.
Малепиусы подобрались и навострили уши - Ворфилд кого попало проблемой не назвал бы.
- Земные пони - тяжелая ударная пехота. Их доспехи, видимо, еще толще, чем у Золотой Гвардии. Основное оружие - тяжелые копья и, м-м-м, укрепленные копыта. Используют магию для усиления себя, по оценкам Тандеркаста, большая часть способна с задних ног опрокинуть нашего тяжелого пехотнца, переломав ему ребра. Пегасы - легкая воздушная поддержка, оружия или брони не носят вовсе, владеют погодной магией, но молнии генерировать не могут, вместо этого выбивая их из туч. Полный цикл процесса пока неясен. Маневреннее и, видимо, выносливее симуранов, в среднем быстрее. И, наконец, единороги - магическая пехота и поддержка. Большая часть уступает даже слабейшим из малепиусов, все поголовно владеют кинезисом. По оценке все того же Тандеркаста, около восьмидесяти процентов не способны выдать больше пары атакующих заклинаний. Наша проблема в том, что оставшиеся двадцать - это почти полмиллиона.
Один из малепиусов навернулся с ряда и упал вперед, собрав на себе многочисленные взгляды. Впрочем, никто даже не фыркнул - все ощущали себя схожим образом.
- Разведка Кристальной Империи стала приоритетом для симуранов, поэтому у нас есть оценочная численность населения - минимум десять миллионов. Большая часть это земные пони, меньше пегасов, и меньше всего единорогов. Но это не значит, что их мало - магов в общем миллиона два-три, оценочно. У нас есть преимущества в пехоте и летунах - мы лучше снабжены, лучше выучены, но нас банально меньше, особенно вас, малепиусов. У пони нет никакого стрелкового или алхимического оружия, видимо, по их стратегии, этим должны заниматься единороги. Имеются очень примитивные катапульты, транспорт - простые телеги, даже небесный. Действительно сильных магов, способных на равных бороться с малепиусами, мало, считанные единицы судя по данным разведки.
- Как мы будем действовать? - спросила самка, переступив передними лапами.
- От обороны. У нас значительное преимущество в стрелковом и осадном оружии, так же, у нас есть механизированные системы норников. Паровые катапульты и баллисты, небесные экспрессы. У нас лучше развита тяжелая промышленность и сериализация производства. Вы же станете оперативным резервом и защитой от единорогов. Симураны в прямом столкновении скорее всего смогут справиться с пегасами за счет магии гроз, но они полностью будут связаны боем, по крайней мере, таково предположение штаба. За оставшееся до падения барьера время вам необходимо укрепить границу магией и колдовскими инструментами.
- А если они прорвутся? - спросил другой волк.
- Оперативный гвардейский резерв укрепит точку прорыва, для чего в Обители под предводительством Вортекса будет сформирован круг перемещения.
- Что насчет остальных границ? Драконы и Заоблачное? - подняла лапу волчица.
- Для борьбы с драконами будет направлена большая часть Небесной Гвардии при поддержке двух больших звезд, а так же граница будет укреплена дополнительными баллистами и стрелометами. Пехота получит усиленные заводные арбалеты. С грифонами и гиппогрифами будет бороться регулярная армия в виду отсутствия у них серьезной магической поддержки.
- Что будет, если враги все же прорвутся? - заставила себя поднять лапу Твинкл.
- Я нанесу удар возмездия, но этого стоит избегать любой ценой, - ответила Аматэрасу. - Территория Айсвилля до сих пор непригодна для жизни, магический фон смертелен даже для некоторых малепиусов. Нормализовать его пока некому, да и сам процесс займет не меньше месяца.
- Вы не можете просто выжечь их столицу? - спросила Кристаллинити.
- Могу, но такой удар повлияет на общемировой фон. В прошлом наша с Фенрир битва почти уничтожила мир, а мое решение оградить страну океаном привело к тому, что на территории Поднебесной пригодной для жизни осталась только небольшая территория вокруг Обители. Без магии первых малепиусов цивилизации бы не было.
- Но как тогда выжили остальные виды? - спросил волк с противоположного конца амфитеатра.
- Мы сражались на малом пятачке земли, по территории размером с маленький город. Даже этого хватило, чтобы всколыхнуть весь мир, поэтому бить Солнцем я предпочитаю в совсем уж безвыходных ситуациях.
Малепиусы начали переговариваться, даже Твинкл втянулась. Обсуждалось все, от рассказанного Ворфилдом до теоретически полезных колдовских инструментов и какая магия будет эффективнее всего.
- Какой план в общем? - спросил Шайнинг Страйк, отчего все притихли. - В обороне войну не выиграть, и в наступлении без глобальных последствий для мирового фона магии мы не победим. И нет гарантий, что у травоядных не найдется своего ультимативного ответа.
- Выдержать удар, и по возможности откусить нос, - Ворфилд снова посмотрел на Оками, и та, помедлив, кивнула в ответ. - Мы не выиграем войну, но и проиграть ее не имеем права.
- Мы заключим мирный договор? - резко вскинула голову Сансет, прижала уши, тут же опустив глаза себе под лапы, когда на нее посмотрела Аматэрасу. - Простите.
- Скорее вооруженное перемирие, - спустя короткую паузу ответила Божественная. - Нужно больше данных разведки. Не думайте, что мы, волки, будем с ними дружить, нам просто нужно время, чтобы узнать, на что способны большинство пони. Нужно время, чтобы подготовить инструменты и силы для нанесения поражения Кристальной Империи. Когда-то пони, и не только они, переломили истинную пищевую цепь, но и нам нельзя им уподобляться. Мы сокрушим их империю, но обязаны оставить их цивилизацию.
- Без вызовов и борьбы нет силы и развития, - почти синхронно процитировали ее же слова малепиусы и склонили головы в уважении к мудрости Божественной Волчицы.
- Война будет жестокой, многие погибнут, но еще больших вы убьете. Не сдерживайте себя и свою хищную натуру, дети мои. Тысячу лет назад ничто не мешало пони дробить черепа волчат, так не стесняйтесь есть их плоть и пить их кровь. Цепь ненависти да сделает вашу ярость сильнее, но помните о разуме, что построила цивилизацию. Безумие не выиграет войну, но холодная ненависть не даст ее проиграть.
Даже Твинкл ощущала воодушевление, что и говорить о менее сдержанных волках. Одной только фразы о том, что пони, травоядные, убивали щенков, хватило, чтобы всколыхнуть гнев в душе и агрессию, другие и вовсе рычали от злобы.
Лишь Фенрир нахмурилась, глухо ворча и отгибая уши назад, и в этот раз она не была испугана.
- Фен? - малепиус осторожно коснулась носом ее уха.
- Я была там, тогда, - волчица закрыла глаза, напрягшись, шерсть на ее загривке дернулась, мелькнул оскал. - Помню... Очень странно, но помню... Для Амми это было давно, но для меня... Для меня слишком недавно.
- Что помнишь? Что тогда случилось?
- Мы... Мы с Амми были последними из стаи, - самка опустила взгляд, а волки вокруг притихли, навострив уши. - Кажется, мы убежали играть? Не помню... Смутное время без разума. Но вернувшись, мы нашли логово разрушенным, вскопанным. Наша стая была истреблена, а каждому брату и сестре разбили голову копытами. Их затоптали насмерть, и, видимо, пинали, пока они еще были живы...
Фенрир неожиданно запнулась, задрожала, широко раскрыв глаза и приоткрыв пасть. Дыхание стало частым, резким, и Твинкл замерла в ужасе - симптомы она узнала мгновенно. Ступор, впрочем, продлился недолго.
Волчица резко боднула Божественную в грудь, уперевшись макушкой ей под челюсть, и сильно прижалась, толкая, заставляя привстать и тут же отшатнуться, пытаясь удержать равновесие. Паника быстро сменилась агрессией, и Фенрир инстинктивно щелкнула зубами над ухом Твинкл Спарк, но та даже не вздрогнула.
- Не надо, Фен, не вспоминай, - с силой обтеревшись скулой о скулу, сказала малепиус, после чего почти сразу чуть пригнулась. - Что было, то прошло, теперь ты здесь, с нами.
- Мой голод - это мое наказание, - сиплым, слабым голосом прошептала Фенрир, смотря на приближающуюся Аматэрасу. - Наказание за совершенное тогда...
- Не только ты в те голодные годы пала, сестра, - Оками коснулась носом носа черной волчицы.
- Это не так и ты это знаешь, - Божественная перебила свою сестру и опустила ей лапу на переносицу, не давя, просто коснувшись. - Твинкл, Фенрир, идите и отдохните. Я после призову вас к совету, а до тех пор, вы можете заняться своими делами.
- Да, наставница, - самка без лишних слов поняла взгляд Аматэрасу и, легонько подтолкнув Фенрир, направилась с ней к выходу из амфитеатра.
Несколько минут они шли молча, направившись в покои Твинкл Спарк - Фенрир периодически спала то у нее, то с Аматэрасу, в зависимости от того, была ли та свободна достаточно, чтобы ночевать не в кабинете. Уже здесь Божественная забралась на лежанку и подлезла под плед, причем только головой, и передними лапами, оставив круп с поджатым хвостом снаружи. В первый раз это было смешно и мило, но сейчас для ученицы Оками это был очень плохой знак.
- Фен, не надо вспоминать то, что тебе не нравится, - Твинкл легла рядом, не спеша поправлять плед.
- Я - чудовище, - скуляще проворчала Фенрир, даже не пытаясь сдвинуться. - Всегда им была...
- Я не вижу перед собой чудовище, только подругу, которой очень больно.
- Одно дело - пони. Они травоядные, мы хищники, верно?.. - самка определенно ее не слышала или не слушала, но Твинкл не собиралась молчать, зная, что нельзя.
- Разумные, неразумные, тогда было все равно, добыча есть добыча... Смертельно опасная, но все еще плоть и пища... Но... Но я - чудовище...
- Голод всегда сводит с ума, - волчица подняла голову, сбросив одеяло, слепо смотря сквозь стены. - Всегда сводил с ума, всегда, даже в дни без разума, особенно тогда. Я... Была голодна. Очень голодна, очень хотела есть, безумно хотела есть, я хотела есть, а там - столько крови, столько плоти, и все лежит, вот, прямо тут, разбитое, но лежит!
Твинкл просто ткнулась носом в скулу Фенрир, без удивления ощутив влагу - та плакала, хоть и скалилась вникуда. Она уже все поняла.
- Я уверена, не только лишь ты отчаялась настолько.
- Амми сдержалась. Тогда... Потом, потом говорила, что и она тоже пала, но я ей не верю, она не такая, она всегда была не такой, не была чудовищем, тварью, как я, это мне падать некуда, некуда больше. Это мое наказание, мой голод, вечный, нескончаемый, за то, что я совершила, за то, что не сдержалась, за все...
- Ты отбыла свое наказание, Фенрир, - малепиус прикусила ей морду, заставив закрыть пасть, и в глазах волчицы немного прояснилось. Отпустив ее - Фен тряхнула головой, с шумом облизнувшись - Твинкл посмотрела ей глаза в глаза. - Что бы тогда не произошло, это было в прошлом. Теперь все иначе. Теперь ты сможешь есть вдоволь, и не сходить с ума, мы этого добьемся. Я тебе обещаю, мы все тебе обещаем.
- Почему? Почему вы, зная историю, легенды, что я - чудовище, что чуть не сожрало мир, помогаете мне?
- Потому что ты - наше чудовище, Фен. Потому что ты - наша Божественная, та, кто дала начало нашей цивилизации. Без тебя не было бы нас, ведь твой голод заставил тебя пожрать столько душ пони и их магии, что этого хватило на создание трех великих стай. Так может, твой голод - не проклятье, а часть милости судьбы?
- Не надо все выворачивать в мою пользу...
- Фен, я - малепиус, выворачивать реальность в свою пользу, это буквально моя суть, - Твинкл улыбнулась, нарочито дурашливо свесив язык. Фенрир фыркнула, не сдержавшись, и отвернулась. - Спасибо, что рассказала мне это, я буду хранить твою историю, если хочешь.
- Не нужно... Может, тогда мне перестанут кланяться все подряд... Это... смущает...
- И не надейся. Быть Божественной, значит, быть почитаемой, вне зависимости от всего.
- Вот сделают из тебя такую... - насупилась Фенрир, отводя взгляд и сжавшись, но Твинкл только фыркнула.
- Для этого я слишком смертная. Будем спать?
- Ам, эм, а можно? - совсем сбилась с мысли волчица, неловко переступив лапами. - Тебя ведь... на совет вызывать будут?
- Совет Оками еще собрать надо, уведомлений не было, нас просто разбудят, - темно-серая самка боднула Божественную в плечо, заставляя лечь, после чего уложилась головой поверх ее тела. - Так что можем вполне вздремнуть. На фоне всех этих новостей стоит отдохнуть, я так считаю.
- Нет, я на самом деле в панике и ужасе, - призналась Твинкл Спарк слишком спокойным для такого заявления голосом. - Просто быть малепиусом со слишком сильными глазами, значит, положить всю жизнь на самоконтроль. А то я однажды еще будучи щенком взорвала учебный класс, испугавшись звука падения тетрадки, и это уже с венцом в глазах.
- Если учебное заведение для малепиусов не может выдержать парочку взрывов, то к строителям и зачарователям у наставницы возникнет ну очень много вопросов, - волчица порылась носом в мягкой и шелковистой шерсти на боку Божественной, жмурясь. - Да и щенки все носили защитные колдовские артефакты...
Фен лизнула подругу в лоб, глухо и уютно ворча, после чего легла, вытянув лапы и заставив себя закрыть глаза. С Твинкл ей было спокойно, и она могла нормально поспать, и что-то в этом уютном спокойствии заставляло ее разум чесаться, какая-то неясная загадка. Она не могла поймать ее за хвост, но и не стремилась, считая, что рано или поздно осознает все и без осознанных усилий. Пока же Божественнная волчица радовалась тому, что ее подруга способна ее успокаивать, быстро и мягко, совсем как ее сестра.
Воспоминания никуда не делись, и все так же грызли душу словно тысяча голодных муравьев. Но... но она видела отношение к себе, во взглядах, чувствовала в магии, запахе, в телах. Она действительно ощущала все то, о чем говорила ученица Амми, которая уже уснула, сопя ей в подшерсток, так спокойно и умиротворенно, словно она не на чудовище спала, сожравшей сотни тысяч и даже миллионы разумных. Но ее не боялись даже те, кого хвали служками, а Аврора и вовсе относилась к ней как к волчонку, которую надо кормить, мыть и укладывать спать.
Эта... страна ее поражала. Все вокруг ее поражало, ведь она по ощущениям совсем недавно обрела полноценный разум, магию, и имя. Словно толькл вчера еще она сходила с ума от голода, бросаясь уже не просто на животных, но даже сгрызая деревья, камни, пытаясь - и справляясь - выхлебать реку. Совсем недавно она получила по голове солнечным диском, удар, выбивший из нее дух, удар в сопровождении розовых глаз, полных страха от содеянного, боли и сострадания.
Амми знала, что ее память идеальна, и она помнила все свои безумства. Помнила каждое свое решение в голодном бешенстве, логику решений... Все помнила. Потому что у ее сестры точно такая же память.
Поняв, что еще немного, и она точно не уснет, Фенрир заставила себя закрыть глаза, и начала медленно, глубоко, размеренно дышать. Спустя несколько минут пустоты в голове, она уснула.