1 Глава. Я вышла замуж за чудовище вместо всеми любимой старшей сестры.
Однажды глухой ночью супружеская чета, пересекавшая заснеженные горы, в аварии потеряла свой экипаж и оказалась на краю гибели. В кромешной тьме, среди промозглого холода, в тот самый миг, когда они горячо молились о Божьей милости, перед людьми, дрожащими от страха, явилось чудовище. Оно сыто улыбнулось и промолвило:
— Я исполню ваше желание. Взамен…
«Умру. Если все хотят именно этого — тогда лучше умереть с радостью.
Ведь держаться больше не за что. Всё равно вся моя жизнь была прожита лишь ради того, чтобы прийти к такому финалу».
Шаг за шагом, навстречу смерти, Ивния каждую секунду решала умереть.
Некогда белое платье, изодранное и перепачканное, пока она продиралась сквозь лесную чащу, уже невозможно было узнать — настолько оно утратило свой первоначальный вид.
Невеста, перемазанная землёй и холодным потом.
Такой показной наряд лучше было бы вовсе не надевать. Как же презрительно посмотрит на неё жених, когда она предстанет перед ним в таком виде. Это чудовище вдоволь посмеётся над глупой жертвой и её семейством, а после разом проглотит Ивнию.
Это был финал, который устроил бы всех, ведь единственная жертва, невеста, растворяясь в желудке чудовища, уже не сможет выразить недовольство.
«Так что умри вместо меня, Ив. Так ведь лучше. Если ты умрёшь, горевать о тебе будет… некому».
Голос самовольно повторялся в голове, снова и снова подталкивая её в спину, и Ивния наконец добралась до главных ворот.
Вход в обветшавший замок, как и стены, мимо которых она проходила раньше, покрывали облупившаяся краска и ржавчина.
С силой потянув за дверное кольцо, она увидела в щели лишь кромешную тьму.
Несмотря на то что снаружи ещё был день, свет не проникал внутрь замка, словно там существовала какая-то невидимая граница. Без колебаний Ивния шагнула в темноту, где не было видно ни зги. Незачем было ни поправлять одежду, ни переводить дыхание. Она понимала: независимо от того, насколько спокойно она себя ведёт, это не сделает её смерть достойной.
— Вечный владыка земли Ритберг! Я пришла исполнить древний договор — прими же обещанную плату!
Едва её ноги переступили порог, как дверь, будто только этого и ждала, с грохотом захлопнулась. Ивния, слушая, как её последние слова разносятся эхом, покорно закрыла глаза и замерла в ожидании, когда чудовище её поглотит.
Сколько же времени прошло с тех пор?
И тут сверху, словно гром, обрушился рёв.
— Глупое человеческое существо! Зная, что твои сородичи бессчётно гибли здесь, ты пришла сюда ради мизерного золота?!
От этого голоса, подобного грому, Ивния рефлекторно съёжила плечи.
Неужели предок её семьи был должен чудовищу не только жизнь, но и получал от него золото?
Чтобы заполучить одну живую жертву, оно спасло двух людей — и ещё отдало золото?
Для сделки с чудовищем это казалось чрезмерно великодушным.
— Ценой этой ничтожной жадности ты скоро будешь разорвана на части и умрёшь! Меч, поднятый ради грабежа, обратится к твоей шее, шлем, что тебя защищал, станет кровавой чашей, а доспехи, которым ты верила, — нет, платье, пла…
Голос, несколько раз пытавшийся исправить произношение, словно актёр, забывший свою роль, внезапно стих. Ивния украдкой открыла глаза. Тёмное помещение внезапно озарилось красным светом, напоминающим адское пламя, но девушка не почувствовала страха.
Не успела она даже толком понять, что происходит, как вокруг стало светло — будто среди бела дня.
В самом центре, с грохотом, подобным взрыву фейерверка, кто-то появился.
От этого невиданного, загадочного зрелища Ивния застыла, не сводя глаз с незнакомца.
Из клубящегося дыма вышел мужчина в экстравагантной маске, словно актёр на маскарадном празднике. Как будто желая подчеркнуть, что он не хозяин этого замка, незнакомец облачился в ливрею, какую носил бы дворецкий. Внимательно оглядев Ивнию с головы до ног, мужчина внезапно произнёс:
— На вас свадебное платье. Прямо как у невесты. — Голос был настолько изящен, что не верилось: это тот же человек, что только что рычал проклятия.
Под его требовательным взглядом Ивния, запинаясь, ответила:
— Стука колёс кареты я точно не слышал… Слышны были лишь недостойные шаги, как у крыс, что пробираются сюда в надежде на сокровища.
— Это… Простите. Я впервые иду по такой лесной дороге, и мне было тяжело…
От неожиданного упрёка щёки Ивнии вспыхнули. Мужчина с видом сомнения легко щёлкнул пальцами. Тотчас крепко запертая дверь распахнулась настежь, явив пустой вестибюль. Он указал на унылую улицу за дверью и спросил:
— А карета и кучер? Нет, хотя бы багаж… А служанки где?
Ивния, растерявшись, размышляла над смыслом вопроса. Неужели они собирались и людей, приведённых невестой, использовать как закуску?
Ивния ответила глухим, дрожащим голосом:
— Так вы и вправду пришли сюда пешком? Весь этот долгий путь, в таком виде, новобрачная, одна?
Собеседник особо подчеркнул слово «служанка».
Одну из своих служанок Ивния с собой взяла, но это была девочка, которую она всё равно собиралась отослать обратно. Даже если бы те, кто пошёл с ней, не бросили её у опушки леса и не сбежали, — той девочке всё равно не пришлось бы здесь остаться. Ведь женщине, которой скоро умирать, незачем было иметь при себе прислужницу. Ивния, тяжело дыша, вновь ответила утвердительно.
И тогда голос мужчины вдруг стал серьёзным.
— Хм, вот незадача. Кучер — это ещё куда ни шло, но я-то думал, что вы приведёте с собой людей, и нанял ровно одну служанку…
— Зачем? — спросила Ивния с полным непониманием.
Тогда собеседник, напротив, будто это он был озадачен, поправил маску и спросил:
— …Я лет двести с лишним сижу в этой глуши, так что скажите: неужели теперь у леди в высшем обществе в моде жить самостоятельно, без прислуги?
Ивния всё ещё не понимала, о чём говорит её собеседник, поэтому решила быстрее прекратить этот сумбурный разговор. Что бы здесь ни происходило, после того как её сожрёт чудовище, даже это пустяковое недоумение утратит всякий смысл. Так что ей было всё равно.
— …Прежде всего я хочу увидеть господина Рама.
— Ах, верно. Раз новобрачная прибыла, следует прежде всего увидеть лицо жениха. Ошибку, которую я совершил по недоразумению, прошу великодушно простить.
Мужчина, вежливо извинившийся в ответ на просьбу Ивнии, указал на второй этаж, будто приглашая следовать за ним.
По сравнению с началом их знакомства мужчина стал заметно любезнее, но Ивния всё же не забывала о своём предназначении.
Взгляните на его мастерство — как умело он запугивал вторгшуюся. Собеседник всего лишь старался не мешать трапезе хозяина.
Разница между ней и другими жертвами была лишь в том, что те погибали от рук слуг чудовища прямо у главных ворот, а Ивнию съедят прямо в покоях самого чудовища. Хотя процесс стал чуть более обременительным, результат в конце концов тот же.
— Хозяин здесь. Прошу, входите.
Мужчина остановился перед дверью в центре второго этажа.
Когда он протянул руку, указывая на дверь, огромные двойные створки сами распахнулись.
Ивния, почувствовав облегчение, шагнула в комнату.
Раз жизнь всё равно предстояло отдать, она хотела умереть, не имея даже мгновения, чтобы оглянуться назад. Прежде чем её едва собранная решимость померкнет, прежде чем бесполезные мысли успеют её испугать, — словом, прежде чем ей снова захочется жить.
«Теперь наконец, по-настоящему, я могу умереть».
Ивния с решимостью во взгляде оглядела комнату.
Мебели, заполнявшей помещение, было совсем немного по сравнению с его размером, и потому она быстро нашла на кровати того, кого искала.
Но вместо того, чтобы приблизиться к нему, она неожиданно остановилась. Это, конечно, хорошо, что она так решительно шагнула вперёд, но теперь её терзали сомнения: действительно ли тот, кто перед ней, — то самое чудовище, которое она так долго искала?
И Ивнию можно было понять… ведь хозяин этой комнаты, закутанный в белое одеяло, словно в кокон, мирно спал в углу своей кровати.