Твоему ведомому. Глава 173
Рев мотора такси прорвался сквозь городской шум. Чон Ха, сидя на заднем сиденье, вцепилась в колени так, что ногти впились в кожу.
Она смотрела на размытые цвета, проносящиеся за окном, и проверяла электронные часы на приборной панели. Время утекало, как песок сквозь пальцы.
Правильно ли я поступила, оставив «Им Чон Ху»? Чон Ха бесчисленное количество раз думала, не вернуться ли ей, но упрек в том, что «мы» этого мира отличаемся от «вас», до последнего держал ее за ноги.
Даже умирая, она не признавала, что это любовь, но в ее словах о Кан Хи Сэ была жуткая уверенность. Что он, ускользнув от глаз Ким Гон Хёка, исполнит ее завещание.
Вероятно, «Им Чон Ха» спокойно закроет глаза в объятиях того, кого она больше всего ненавидела. Столкнувшись с этим мрачным желанием, Чон Ха не смогла вымолвить ни слова.
Подумать только, на последнем рубеже жизни она позвала именно Кан Хи Сэ…
Скри-и-ип. Внезапно такси резко затормозило, и тело Чон Хи подалось вперед. Длинная череда мыслей оборвалась.
И тогда звук радио, который до этого был словно на беззвучном режиме, отчетливо ворвался в ее ошеломленную голову.
«…поступили сообщения о том, что обломки, разбросанные по космосу в результате взрыва кометы, были снова обнаружены. В частности, наблюдаемые на этот раз обломки имеют форму облака, светящегося красным и синим цветом, что напоминает остатки сверхновой из прошлого. Согласно исследованиям, обломки, выброшенные во время взрыва, разлетелись по всему космосу и, как подтвердилось, излучают гораздо более сильную энергию, чем предполагалось. Исследователи называют это «космическим шрамом» и предполагают возможность столкновения или контакта различных пространственно-временных континуумов…»
Как раз вовремя, выглянув в окно, она увидела, что подъезжает к особняку. Она достала из кошелька пачку купюр и протянула на переднее сиденье. А затем, не помня себя, выбежала.
Пока она бежала, поднимая пыль, ее голова была заполнена мыслями о Хи Сэ.
Хи Сэ из черного ящика не просто разбился и умер…
А бесконечно летал по другим временным линиям?
От мысли о том, как долго он скитался в одиночестве, у нее сжалось сердце. И все же, приняв решение, она решительно вскинула глаза.
Двоих Хи Сэ спасти невозможно.
В конце концов… я должна найти его и встретиться.
Это была инстинктивная уверенность.
Только поймав Кан Хи Сэ той женщины, я смогу полностью остановить остановку сердца моего Хи Сэ…
Чон Ха, вспомнив боль в груди, которую почувствовала, когда оказалась здесь, сжала кулаки.
Путь к частному аэродрому оказался длиннее, чем она думала. Дыхание сбилось, но она не останавливалась. Так, без отдыха, она пробежала мимо особняка, и в этот момент…
Шорх, — от чьего-то присутствия она резко повернула голову. Заметив вдалеке приближающуюся фигуру, Чон Ха затаила дыхание.
Ее растерянный взгляд заметался в поисках укрытия и остановился на каком-то сарае. Чон Ха тут же свернула и спряталась.
Ржавая железная крыша, грубая цементная стена. Чон Ха прижалась спиной к углу сарая и затаила дыхание. Стук ее быстро бьющегося сердца гулко отдавался в ушах.
Просто пройди мимо. Пожалуйста, просто пройди мимо…
От тяжелых, медленных шагов Чон Ха крепко зажмурилась.
Скрипнула ржавая петля, под чьими-то ботинками захрустела земля. В тот момент, когда крыша сарая заскрипела…
От мужчины, который, свернув за угол, вошел в сарай, пахло знакомо.
Подняв голову, она тут же встретилась с ним взглядом. Темная тень закрывала половину его лица.
Он смотрел так, будто увидел призрака. Чон У Гён выронил телефон. Он даже отступил на шаг, как человек, увидевший нечто невообразимое.
Она видела, как мгновенно изменилось выражение лица Чон У Гёна. Он нахмурился, словно не веря своим глазам.
Мужчина, разглядывая черты лица Чон Хи одну за другой, недоверчиво прорычал:
Но ее дрожащий голос оборвался и растворился в воздухе.
— У Гён? — тихо повторил мужчина, словно впервые слышал такое обращение, и резко протянул руку. Сильная хватка тут же вцепилась в ее запястье.
Плечо вывернулось, а лоб ударился о стену. Оба запястья были сжаты до боли.
— Кто тебя послал? Какого черта ты, как крыса, сюда пробралась?
— У Гён, подожди, а. Ай! Больно же!
— Блять, Ким Гон Хёк, что ли? Надо же, притащил в дом точную копию.
— Говорят, в особняке была госпожа, это ты?
— Напялила форму Им Чон Хи, и что за… блядство, как же грязно вы играете.
Холодный голос продолжал сыпаться ей на затылок. Его хватка еще сильнее вывернула ей руку. Она попыталась вырваться, но он не шелохнулся. От ноющей боли она невольно вскрикнула:
— Заткнись, — прошипел он сквозь стиснутые зубы. — Пока я не разорвал одежду, которую ты украла.
Чон У Гён развернул ее и прижал к твердой стене. Голос был полон угрозы. Он схватил ее за воротник и тряс, и ее тело качалось, как тростинка.
В темном сарае, куда не проникал свет, она встретилась с его холодно сверкающими глазами.
И тогда его взгляд на мгновение замер. Дрожащие зрачки настойчиво прошлись по чертам ее лица.
Блять, — процедил он. Чон Ха ударилась плечом о холодную цементную стену.
Побледневшая рука снова сжала ее. Чон Ха, заикаясь, начала:
— Поверь, мне трудно, но отпусти, пожалуйста. Мне срочно нужно воспользоваться аэродромом!.. Я не та Им Чон Ха, которую ты знаешь, то есть, не та Им Чон Ха, что в больнице!.. Я из другого места!..
Глаза Чон У Гёна сузились. Кхек, кхек, — он еще сильнее поднял ее за воротник, и у нее перехватило дыхание.
Чон Ха от отчаяния прикусила губу. Что делать? Что делать?!
— У Гён. Ты не помнишь? Когда мы учились в академии. Как вы с курсантами из штаба командования и Кан Хи Сэ устроили себе логово в его общежитии. Как там курили и пили… ах.
Это были воспоминания самой Чон Хи. Не из этого мира. Она попыталась порыться в воспоминаниях «той женщины». Но с Чон У Гёном не было никаких особых воспоминаний.
Она не была замешана с ним в скандале в туалете, не наказывала Кан Хи Сэ, не признавалась ему под розовой стеной, умоляя сбежать.
На протяжении всей учебы в академии здешний Чон У Гён был холоден. Он до конца не упускал первое место, и, заручившись поддержкой Им Иль Хвана, успешно продвигался по службе. Плохо дело… — у Чон Хи пересохло во рту.
— Не знаю, что за фокусы, но убирайся немедленно.
В тот момент, когда он, схватив ее за шкирку, собирался вышвырнуть за дверь, Чон Ха начала тараторить информацию, которая была общей для обоих миров.
— Подожди!.. Я не извращенка, укравшая одежду! Я Им Чон Ха, шестьдесят шестой выпуск академии. И я капитан Им из испытательного отряда «Эйрдор»!.. Фрегат, то есть KF-20, имеет проблемы с нестабильностью мощности двигателя на больших высотах. На скорости выше одной целой и восьми десятых Маха тяга падает примерно на пять процентов, а на малых высотах при высокой скорости дрожит нос.
Он резко остановился. Чон Ха, глядя на него с вызовом, сказала:
— И я знаю, что ты пытаешься добиться импичмента нашего отца с поста министра.
С лица Чон У Гёна исчезло всякое выражение. Температура в комнате, казалось, мгновенно упала. Его взгляд стал острым. Мышцы на его стиснутой челюсти коротко дернулись.
— Я Им Чон Ха. Просто не та Им Чон Ха, которую ты знаешь.
— Я и сама не понимаю. Но ты просто считай, что это оптический обман, что ты увидел крысу.
— Там, где я жила, я не выходила замуж за Ким Гон Хёка. Мы с тобой были почти что брошенными детьми Им Иль Хвана. И я знаю все твои планы. И я не позволю тебе одному все взорвать. Я сама с этим разберусь.
Ее решительный взгляд был устремлен прямо перед собой.
От такого фамильярного обращения Чон У Гён, словно ошеломленный, лишь провел рукой по лицу. Большая ладонь прошлась от лба к глазам и щекам. Словно он пытался физически стереть ее слова. В его глазах было полное замешательство.
— Просто дай мне дойти до аэродрома.